Готовый перевод Darkest Before Dawn / Предрассветная тьма: Глава 19

19

Ава

День 59 - дата неизвестна

Каждый раз, когда Макс заходит, он говорит мне, какой сегодня день. Сегодня 59-й день. Дни и ночи сливаются вместе... На самом деле я даже больше не знаю, что это за вещи. Я сплю, когда устаю. Я хожу, когда не сплю и одна. Но когда Эрла нет, Макс поднимает меня по лестнице. Он берет меня на прогулку по полям, правда, только если ночь, и мы разговариваем. Мы вроде как в отношениях - запутанных, странных отношениях, но он обо мне заботится. Я знаю, что это так, и в таком мире, как наш, ярлыков не существует. Друг или враг? Ничего из этого не существует, потому что он все, что у меня есть, и когда все, что у тебя есть, - это один человек, что ж, определения не нужны.

Скорее часто, чем редко я ловлю себя на том, что фантазирую, что однажды он переспит со мной. Звучит как бред, но он из кожи вон лезет, чтобы мне было удобно, чтобы провести со мной время, когда он смотрит на меня, в его глазах есть что-то, что заставляет меня верить - я даже не уверена - возможно, это любовь... Такая же ненормальная, как и по сути, между нами есть что-то глубокое и волнующее, как влечение. Это так глупо звучит, не так ли? Убийство. Вот что нас связывает - наши отцы. И что это за связь, основанная на ненависти...

Я лежу здесь часами в одиночестве и думаю, что, может быть, это судьба. Возможно, он мой человек, и единственный способ, благодаря которому мы найдем друг друга, - этот кошмар. Потому что тогда все это того стоит, ведь так? Любовь. Что-то, что стоит любых затрат, любой жертвы?

Я проигрываю сценарии, как я могу спасти его, как может быть я девушка, которая пробуждает сознание, которое, я знаю, скрыто где-то глубоко внутри него и тогда он спасет меня. И хотя он плохой человек, хотя он поступил неправильно, держа меня здесь... это, в конце концов, всего лишь работа. Он следовал правилам, и если я единственная, кто заставляет его нарушать эти правила - что ж, разве не на таких вещах основаны романтические истории? Разве не об этом мечтает каждая женщина? Чтобы ее любовь была чем-то таким особенным и чистым, что она может превратить чудовище в человека?

Я закрываю книгу и бросаю ее на пол, потом плюхаюсь на кровать. Здесь настоящая кровать с красивым сиреневым одеялом и пуховыми подушками. Здесь есть потолочный вентилятор и шкаф, комод с зеркалом, книжный шкаф. Каждую неделю он приносит мне больше книг. Последняя, которую я прочитала, была "Темные тайны" Джиллиан Флинн. Он сказал, что это одна из его любимых книг, поэтому, конечно, я проглотила ее. Так много можно рассказать о человеке по книгам, которые он читает. Интересно, почему она так сильно ему нравится, она об убийстве, дерьмовом воспитании, жестоком обращении? Я отчаянно хочу знать, что такого случилось, что привело его туда, где он сейчас в этой жизни - что заставило его любить убивать. Люди, такие же холодные, каким должен быть он, это можно было увидеть в их глазах, там была пустота, которая говорит тебе, что они в один миг отнимут твою жизнь. Но глаза Макса, хотя они и холодные, и черные, и притворно пустые, я верю, что в них есть проблеск чего-то, что только я могу видеть. Краткая вспышка жизни, потери и любви, которая по-моему быстро исчезает.

И я хочу быть единственной, кто его понимает.

Я хочу любить его, потому что я думаю, что это все, что ему действительно нужно. Кто-то, кто по-настоящему, искренне понимает и любит его.

Несколько лет назад он дал мне старые радио-часы, поэтому мне больше не пришлось сидеть в тишине. Мне не нужно было беспокоить его и спрашивать время. Честно говоря, я бы лучше сохранила концепцию времени как одну из тех вещей, о которых я на самом деле не имею понятия. Не знаю, почему, но одно только умение смотреть, как течет время - я думаю, что это довело бы меня до грани. Какая-то песня в стиле поп-рок, играет довольно громко, так что я едва слышу стук в дверь.

Я улыбаюсь, когда вижу, как Макс входит в комнату. - Купил тебе кое-что, - говорит он, поднимая книгу, написанную двумя писателями, о которых я никогда не слышала. Я хлопаю в ладоши, потом протягиваю их. Он кладет книга в мягком переплёте мне в руки, и я сразу же пролистываю ее, читая краткое содержание Злых маленьких слов.

- Спасибо, - говорю я, захлёбываясь от восторга, листая страницы, вдыхая запах свежих чернил.

- Ага, прозвучало как будто это то, что ты и хотела. Абсолютно глупое и нездоровое, - говорит он, смеясь, и садится на край кровати.

- Зачем ты здесь? - спрашиваю я.

- Потому что я забочусь о тебе.

- Нет, Макс. Почему ты здесь на этом этапе своей жизни? Что заставило тебя это сделать - Эрл, Бубба... почему ты им помогаешь? - Он не смотрит на меня, поэтому я мягко беру его за подбородок, точно как он делал со мной снова и снова, и я поднимаю его лицо. - Посмотри на меня, - шепчу я. - Я хочу знать, кто ты, почему ты такой, какой есть. Я хочу тебя понять.

На короткую секунду он хмурит брови, его глаза сужаются. - Я больше ничего не знаю.

Я чувствую, как легкая улыбка появляется у меня на губах. - Твои глаза говорят другое.

Он смотрит на меня, и я не уверена, гнев это или замешательство, или вообще что-то другое, но он думает.

- Когда ты снова и снова теряешь тех, кого любишь, - говорит он, переводя дух. - Когда дерьмо типа этого бежит в твоей крови, как долбаный вирус, у тебя нет выбора. Иногда добрые намерения переплетены с чистым злом.

- Ты и твои загадки.

- У меня на то свои причины, Ава. Но даже при все этом, даже без Эрла и всего этого дерьма я был обречен задолго до этого. Я уже рассказывал правду, мне нравится убивать, а какому гребаному человеку нравится это дерьмо?

Моя рука покрывается гусиной кожей, как будто иголки колятся. Этот человек убийца. Он дважды признался, что ему нравится забирать человеческие жизни, что должно вызывать у меня к нему ненависть, но нет. - Но ты убиваешь плохих людей, правильно?

- Да.

- Людей, которые вредят другим людям?

- Да. - Он не отрывает взгляда от моих глаз, и я беру его руку, подношу ее к своим губам и так нежно целую ее.

- Тогда твое сердце на верном пути. - И я знаю, как запутанно это звучит, но я в это верю. У всех нас разные убеждения, и кто я такая, чтобы судить его? В таком мире, как этот сознание человека меняется. Что правильно и что неправильно не оценивается общепринятыми мерками. - Тебе просто нужен кто-то, кто поймет это, - шепчу я.

- Ты... - Он начинает тянуться ко мне, но останавливается, опираясь на колени и запуская пальцы в густые волосы.

- В чем дело? - Я бросаюсь к нему и нежно провожу ногтями по его широкой спине.

- Ни в чем. - Он резко отстраняется от моего прикосновения. - Ни в чем, - повторяет он, его тон становится взволнованным, когда он встает и шагами меряет комнату, останавливаясь, чтобы опереться о дальнюю стену.

- Макс... - Грудь пронзает страх. Что если Эрл сказал ему, что он должен меня убить, что если я больше не представляю для них ценности? Сердце стучит в висках, адреналин сотрясает тело.

Он смотрит на меня, нахмурив брови. - Что ты чувствуешь... Мне нужно знать, что ты чувствуешь к... - Покачав головой, он осекается. Я замечаю, что он сглатывает.

Радостная песня по радио затихает, и потом начинает играть песня "Непостоянный". На фоне играет оркестр. Ритмичный звук струн и голос того человека меняет настроение на что-то мрачное, печальное, потрясённое горем - потерянное. Атмосфера становится напряженной. Макс закусывает губу, еще раз качает головой, затем пересекает комнату решительными шагами. Его пристальный взгляд пригвоздил меня к месту. От напряжённости, горящей в его взгляде, моя кожа покрывается мурашками, а сердце подскакивает к горлу. Проведя одной рукой по своим густым волосам, он изгибает бровь в мучительном выражении, когда он медленно приближается ко мне.

Вот и все. Он собирается меня убить. Под эту песню. В этой комнате голыми руками. А я думала, что люблю его...

Я устремляюсь через кровать и иду, пока спиной не ударяюсь о стену, и слатываю. Макс останавливается передо мной, не отрывая взгляда от моих глаз. Его взгляд падает на мой рот, и он закрывает глаза со стоном. Он хватает мое лицо. Его пальцы впиваются мне в волосы, ладонь покоится на моей щеке. Медленно он приближает мое лицо к своему, пока его рот не оказывается всего лишь в нескольких дюймах от моего.

Никто не произносит ни слова, в них нет необходимости.

Это неправильно. В нем что-то есть, что, я знаю, не может быть в пределах человеческих возможностей, все же это есть. Эти его темные глаза прыгают от моих глаз к моему рту, и когда он так медленно наклоняется, сердце бьется о ребра. Хор в той песне ревет по радио и это один из тех моментов, когда ты знаешь, что будешь вспоминать на своем смертном одре. Поворотный момент, где каждый непрожитый вдох твоей жизни висит на волоске.

- Я не должен хотеть тебя так, - шепчет Макс у моих губ, от его горячего дыхания кожа покрывается мурашками. Я резко закрываю глаза, когда очередной его долгий выдох переходит от его рта к моему. - Скажи мне нет, - говорит он, его губы едва касаются моих.

Я сглатываю как раз тогда, когда его теплые губы накрывают мои. Он взбирается на кровать, его руки все еще держат мое лицо, когда его поцелуй становится настойчивее. И этот поцелуй, хотя он и нежный, все-равно каким-то образом животный, грубый и жесткий. Серьезность ситуации очевидна с каждым прикосновением, каждым вздохом, но внутри нее красота такая глубокая, слова никогда бы не оценили ее по достоинству. Сделав паузу, Макс стонет. Пальцами он накручивает мои волосы, тогда как языком он дразнит мои губы. Я наслаждаюсь мягким ощущением его рта, как кусочком, брошенным крестьянину. Я получаю удовольствие от этого, потому что это то, чего мне до смерти хотелось, не важно, насколько это неправильно или порочно. Я так долго хотела этого от него. Этот поцелуй предоставляет мне что-то вроде проверки. Каким-то образом, из темных глубин этого кошмара я нашла какую-то гребаную версию любви - и я верю, что это единственный язык любви, который я когда-либо пойму. Я отдала себя дьяволу, а Бог помогает мне, все несчастья стоили того ради этого самого гребаного момента.

Макс прижимается лбом к моему лбу, большим пальцем он гладит меня по подбородку. - Я ничего не могу поделать, - его дыхание обдает теплом мой рот. - Ни один не смог бы...

И наши губы снова соединяются. Я чувствую, как каждая частичка меня начинает таять, и внутренне я кричу себе взять себя в руки, но Макс - все в нем, части его, по его мнению, разрушены, испорчены, то, как он прикасается ко мне, как будто я все в этот момент - ну, я просто не могу это остановить. Он прав. Мы правы, и иногда, да, иногда, возможно, судьба должна испортить каждую последнюю вещь в твоей жизни, чтобы поставить тебя на место, потому что именно здесь мне и место. Я чувствую это всем сердцем, хотя разум хочет это опровергнуть.

Руки Макса скользят по моей шее, плечам, бокам. Он хватает меня за талию, его губы все еще крепко прижимаются к моим. Его пальцы вздрагивают на моих боках, и он стонет, прежде чем отстраняется от меня.

- Не останавливайся, - шепчу я, обвивая его шею руками.

Еще один поцелуй, и мы исследуем друг друга руками, но как только я касаюсь пальцами пояса его джинсов, он отстраняется от меня, чтобы встать, наклонив голову и зашагав. Я встаю с кровати и пристально смотрю на него.

- Я не могу, - он останавливается и смотрит на меня долгим взглядом. - Ава, я не могу... - говорит он, хватая меня и швыряет меня к стене, целуя меня, как будто я его тот самый гребаный вдох.

Воздух, окружающий нас, тяжелый от первобытной энергии - жесткого желания и страсти. Его руки путешествуют по мне. Мои пальцы впиваются в его огромные бицепсы. Он владеет частичками меня, которыми ему не следует владеть, и я в некоторой степени уверена, что он знает.

Рыча, Макс собирает мои волосы в кулак, прежде чем снова от меня отстраниться. - Чего ты от меня хочешь?

Мне хочется крикнуть: "Чтобы ты любил меня", но я не могу этого сказать. Я прекрасно понимаю, что влюблена в очень плохого человека, что я предала саму себя, а когда ты предаешь себя, ты по-настоящему потерян. Поэтому, взамен, я шепчу: - Ничего.

- Окажи мне услугу, Ава. - Он прижимает палец к моим губам и напряжённость в его глазах превращается в беспокойство. - Если я когда-нибудь спрошу тебя, что ты ко мне чувствуешь, просто не говори мне. Никогда мне не говори.

И после этого он поворачивается и выходит из комнаты, оставив меня растерянной и испуганной, что единственный человек, к которому мое сердце способно на такие чувства, сам Бог смерти. И хотя я в полной мере осознаю, что я желаю то самое, что, я знаю, однажды может забрать мою жизнь, я ничего не могу с этим поделать. Все, что мое сердце постоянно говорит мне, - это что некоторые вещи стоят того, чтобы рисковать, потому что без определенны вещей часто тебе все равно лучше быть мертвой.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/73190/404043

Переводчики: eugenia1124