Готовый перевод Darkest Before Dawn / Предрассветная тьма: Глава 22

22

Макс

День 61

Запоздавшее вечернее солнце садится за деревья, но ярких цветов нет. Лишь мутный желтый озаряет серые облака. Ветер завывает из-за угла веранды, вокруг сухих, голых конечностей, создавая шум издалека. Я пялюсь на сигарету у меня в руке, наблюдая, как дым поднимается от кончика сигареты и растворяется на легком ветерке, пока Бэр и Руфус борются на куче земли.

Прошел день, с тех пор как я пошел навестить ее. Почему? Я не могу заставить себя сделать это. Я пришел и встал перед ее дверью, не в силах открыть ее. Мой разум работает без остановки. Снедаемый виной. Она как гребаная болезнь, покалечившая меня. Она все, о чем я думаю.

Я потратил много часов, пытаясь определить, как заставить это работать. В процессе всего этого я как-то забыл о Лиле. И на этом этапе я понимаю, что я оказался на распутье. Я намеревался спасти свою сестру, но найду ли я ее когда-нибудь? Я могу спасти Аву. В этот самый момент я мог спасти ее, но потом я повел сестру. Как эгоистично было бросить Лилу, чтобы сохранить что-то, что на самом деле в основе своей, мне не принадлежит. Я могу видеть это в глазах Авы. Она любит меня, она меня хочет, и так замечательно видеть это. Но это обман. Это искусственное. И как я могу жить с такой ложью? Женщина, которой я одержим, любит меня только потому что я заставил ее поверить в ложь.

Я слышу рев грузовика Эрла, съезжающего по дороге, но не удосуживаюсь поднять глаза. Гудит гудок, и несколько секунд спустя Бэр и Руфус тяжело дыша бегут по лестнице. Дверца машины с грохотом закрывается. По пути к крыльцу Эрл свистит. Его грязные рабочие ботинки появляются в поле моего зрения, и я подношу сигарету к губам, вдыхаю, затем выпускаю облачко дыма.

- Том умер, - говорит Эрл.

Сделав еще одну затяжку, я поднимаю на него глаза.

- Какой-то придурок застрелил его. Думаю, нам нужно получить документы и дерьмо из его дома. Найди кого-нибудь еще, чтобы разобраться со всем этим, потому что я чертовски уверен, что я этого делать не буду.

Я изо всех сил стараюсь согнать безумную ухмылку с моего лица. - Охренеть. Они знают, кто его застрелил?

- Нее, вероятно, какая-то сделка сорвалась. Он запускал руку почти во все, что только в голову придет. - Эрл хихикает. - Не говоря уже о том, что он был старухой гребаного Берта. Берт сумасшедший придурок, вероятно, узнал и убил его. - Он пожимает плечами. - Не могу винить его.

- Да, думаю, что нет. - Я делаю еще одну затяжку, потом выкидываю окурок во двор. - Он управлял сделками, верно?

Эрл смотрит на меня, прищурив глаза, и на секунду, в них мелькает паранойя. С его губ слетает скрипучий смешок. - Том управлял большинством вещей. Черт, по сути, это был его бизнес. - Он хмурит брови от беспокойства. Эрл не блещет умом.

- Значит... - пожимаю я плечами. - Дело переходит к нам, правильно?

Он смотрит на меня так, будто эта мысль никогда не приходила ему в голову, а когда идея, как ни странно, возникает, по его лицу расплывается огромная ухмылка. - Черт, да, думаю, мы сможем. Маленький песик. - Он щелкает пальцами и танцует джигу. - Теперь мы будем сукины дети при деньгах, парень.

Я киваю. - Скажи, где он жил, и я схожу и посмотрю, что нам нужно. Я уверен, у него есть документы и все остальное, а нам ведь не нужно, чтобы кто-то еще прибрал их к рукам, да? - Пот медленно стекает по моей брови.

- Да. - Уставившись куда-то вдаль, он кивает, его взгляд стекленеет. - Хотя подожди пару дней. Пусть все это дерьмо уляжется. Нам не нужны сующие свой нос гребаный любопытные, привлекающие внимание копов, когда ты подъезжаешь к дому. Может быть во вторник? - Собаки начинают драться и Эрл пинает их по дороге к двери. - Долбаные собаки... оу, и эта девчонка готов уже?

Я не отрываю взгляда от земли. - Неа.

- Ха, ну, тем хуже для тебя. Я продал ее. Ее заберут через три дня. - Петли на дверях скрипят, когда он ее открывает. От грохота захлопывающейся двери я подпрыгиваю.

Три долбаных дня? Это все, что у меня есть. Меня охватывает гнев, я стискиваю челюсти, мышцы напрягаются. Я пялюсь на горизонт, щелкая костяшками пальцев и дерьмовой попытке избавиться от беспокойства. Я высиживаю здесь, один, погруженный в свои мысли, размышляя, какого черта мне делать теперь? И когда солнце село, я так и не пришел ни к какому решению. Я встаю с крыльца и направляюсь в ее комнату, не совсем уверенный, что я собираюсь делать, но уверен, что не отпущу ее.

Я останавливаюсь у двери ее комнаты и опускаю голову. У нее был день, чтобы обдумать, что мы сделали. Подвергнуть все это сомнению, у себя в голове рисует меня монстром. Я никогда не намеревался трогать ее. Никогда. Но некоторые вещи не поддаются человеческому контролю.

Дверь распахивается, и она на кровати, волосы в беспорядке. Читает.

- Ава? - говорю я. Она игнорирует меня и перелистывает страницу своей книги. - Ава. - Все еще ничего. Я осторожно беру книгу у нее из рук, положив закладку прежде чем закрыть ее и положить ее у изножья кровати. Ее подбородок опускается к груди. Несколько слезинок падают на ее колено, оставив пятно на простыне, обернутой вокруг ее бедер. Я запускаю пальцы ей в волосы у виска, и она тянется навстречу моему прикосновению. Я чувствую себя таким куском дерьма. Ттаким куском дерьма.

- Ты бросил меня... - шепчет она.

- Я...

- Ты сделал это со мной, а потом бросил меня!

- Прости, мне не следовало... Мне не следовало так с тобой поступать, - говорю я.

Она качает головой, затем поднимает на меня глаза и вытирает слезы. - Тебе не следовало делать многое, Макс. - Я стискиваю зубы. - Я просто, я просто сбита с толку и я - я просто, я даже больше не знаю, кто я. Это... - она гневно ходит по комнате - это моя жизнь. Сидеть здесь, взаперти, и для чего? Для чего? - кричит она. - Так, ты можешь трахать меня? Значит, ты можешь иметь меня, когда захочешь, значит, ты можешь торговаться со мной, убить меня? Какого черта ты хочешь? Зачем ты меня здесь держишь? - Она поднимает на меня взгляд. В них так много эмоций, как гребаный океан во время шторма, разбивающий хрупкий корабль. Гнев, ненависть и страх - грусть. И она знает, что она тонет.

Она закрывает лицо руками, ее плечи дрожат от рыданий, и я притягиваю ее к себе, обнимая ее и крепко сжимая ее в объятиях.

Я вижу, как она ломается. Я чувствую,как она разбивается вдребезги.

Я вижу, как надежда медленно ускользает из ее рук. Она осознает, что сходит с ума. Она теряет голову, и ни одна из них никогда так не сходила с ума, с другой стороны, ни одна из них никогда не действовала на меня так - до сих пор.

Начиная с кончиков пальцев, начинает закипать ярость и бежит вверх по рукам, вниз по груди к ногам, пока каждый последний дюйм моей кожи не гудит от нее. - Дело не в том, что я держу тебя здесь, и это важно, дело в том, то я не отпускаю тебя, - шепчу я ей в волосы, потом целую ее в щеку.

Она хватает меня за руки, пальцами впиваясь мне в кожу. Как будто она держится в попытке остаться на земле, но человеку вроде меня якорем не быть.

Я сделал это с ней.

Я сделал это с самим собой.

И теперь я в ловушке с ней, а она даже не осознает этого.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/73190/404053

Переводчики: eugenia1124