Готовый перевод The Plague Charmer / Заклинатель чумы: Chapter 22 Will

Глава 22

Уилл

Отгадайте: Как звали убийцу, сгубившего четверть мирового населения?
Ветер доносил вопли и душераздирающие крики. Нет ничего хуже, чем слушать их на ночь глядя в гробовой тишине. Ты уже не успокоишь себя, мол это — просто крики чаек.Трудно сказать откуда доносились крики, но это точно были не голоса подвыпивших моряков из пивной Сибил. Я проковылял вдоль каменной стены, насколько мне позволяли, сковавшие ноги цепи, пытаясь найти менее продуваемое местечко. Могу поклясться, какой бы ублюдок не построил эту проклятую башню, он сделал это с тем расчётом, чтобы вы отморозили себе мозги на ледяном ветру, задувающем через дверную решётку.

Признаю, в моей пещере не ахти как тепло, что зимой, что летом, но у меня хотя бы всегда был огонь, согреть озябшие ноги и горячая пища, чтобы наполнить желудок. А в этом свинарнике, куда посадил меня на цепь Кадор, и эти блага отсутствовали. Я был брошен, осмелюсь добавить, не особо учтиво в камеру, расположенную в основании деревенского маяка. Это была небольшая круглая башенка из камня с плоской крышей, на которой располагалась металлическая жаровня, готовая вспыхнуть в любой момент. В моей нижней комнате, если это убожество можно так назвать, был холодный земляной пол и ни одного окошечка, кроме решётки на двери. Башню изредка использовали для хранения ценных грузов с кораблей, пока их не отправят через болота, и, судя по запаху мочи и засохшего дерьма, Кадор держал там какую-то непонятную приблудившуюся тварь.

Эта чёртова святоша настояла , чтобы меня взяли под стражу до грядущего суда в поместье. думаю, большинство жителей деревни, а может даже и сам Кадор, с удовольствием бы отпустили меня пожить в пещере до суда, но эта мерзкая ведьма заорала, что я сбегу, едва они меня выпустят. Старая кошёлка была права. Естественно, я не стал бы дожидаться, пока меня заклеймят калёным железом или вновь до крови исполосуют мою бедную спину. Моя шкура ещё помнила кнут мастера Уоллеса, и я не собирался эти воспоминания освежать.

Но думаю, я даже этим бы рискнул ради того мальчишки. Каждый раз, когда очередной вопль разрывал тишину, я представлял себе Хоба, как он свернулся калачиком один в темноте, прислушивается к этим воплям. Опознал ли он голоса? Понял ли, чей это крик? Если так, то каждый вопль должен был садануть его словно удар бича. Я бы остался, хотя бы для того, что бы убедится, что он находится в надёжном укрытии, что у него есть еда на каждый день, но но застряв в этой чёртовой башне, я ничем не мог ему помочь. Урчащий живот напомнил мне, что я и самому себе сейчас помочь не в силах.

Заключённых кормят лишь в том случае, ели у них есть деньги заплатить за еду, или существует филантроп, готовый это сделать. Кадор навещал меня раз в день, принося пол-краюхи черствого хлеба и немного воды. Хлеб, что я безуспешно пытался разжевать, был чёрствым словно камень, а вода по вкусу напоминало мочу, и, возможно, так оно и было, но я старался об этом не думать. На этом фоне, даже кусок сушёной рыбы казался пиршеством, а за кусок свинины я бы и вовсе правую руку отдал.Только бы не накаркать! Им ничего не стоит отрубить мне руку за воровство, ведь это не первая моя кража. Естественно, меня не прельщала подобная перспектива.

Я не вольно дёрнулся, когда услышал слабый, но довольно отчётливый протяжный крик. На этот раз кричала несчастная женщина. Меня бросило в дрожь. В последний раз, когда разразилась эпидемия, тюремщики слегли, либо сбежали, бросив прикованных к стенам заключённых гнить заживо. Вот и загадка: кто умрёт быстрее, лишённый воды или пищи? Карлик или длинноногий? Есть загадки, ответы на которые, даже сочинивший их дурак не станет озвучивать.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/74244/430471

Переводчики: zvejnieks78