Готовый перевод Lethal White R. Galbraith / Смертельная белизна Р. Гэлбрейт: 32

...а теперь мы можем пойти поужинать. Вы зайдете, мистер Кролл?

Генрик Ибсен "Росмерсхольм"

Мерседес Чизвела вывернул из-за угла Сент-Джеймсс-стрит на Пэлл-Мэлл и поехал по Кливленд-Роу.

- Что происходит? - прорычал Чизвел, когда машина замедлилась, потом остановилась.

Крики впереди не были возбужденными или восторженными, которые могли ожидать королевская семья или знаменитости. Несколько офицеров в форме собрались в толпе на левой стороне улицы, которая теснилась и толкалась, пытаясь уйти от того, что казалось противостоянием между полицией и протестующими. Из драки вышли двое растрепанных мужчин в джинсах и футболках, которых офицеры в форме держали в руках: Джимми Найт и юноша с обвисшими светлыми дредами.

Затем Робин сдержала крик ужаса, когда появился ковыляющий, окровавленный Страйк, также ведомый полицией. Позади них стычка в толпе не утихала, а нарастала. Ограждение покачнулось.

- Притормози, ПРИТОРМОЗИ! - крикнул Чизвел водителю, который только что снова начал набирать скорость. Чизвел опустил стекло. - Открой дверь - Венеция, открой свою дверь! - этому человеку! - Чизвел взревел возле полицейского, который испуганно обернулся и увидел, что министр культуры кричит на него и указывает на Страйка. - Он мой гость - этот человек - отпустите уже его!

Столкнувшись с государственной машиной, правительственным министром, стальным патрицианским голосом, размахиваемым толстым тисненым приглашением, полицейский сделал, как ему приказали. Внимание большинства людей сосредоточилось на становившейся все более ожесточенной драке между полицией и СООС, и, как следствие, на попирании и тиснении толпы, пытающейся избежать ее. Несколько операторов отделились от островка для прессы и побежали к месту происшествия.

- Иззи, подвинься... в машину, БЫСТРО! - рыкнул Чизвел Страйку через окно.

Робин втиснулась вглубь, почти сев на колени Иззи, чтобы дать место Страйку, когда он влез на заднее сиденье. Дверь захлопнулась. Машина поехала дальше.

- Кто ты такой? - взвизгнула испуганная Кинвара, которую Иззи прижала к противоположной двери. - Что происходит?

- Он частный детектив, - прогремел Чизвел. Его решение посадить Страйка в машину казалось порождением паники. Развернувшись на своем месте, чтобы посмотреть на Страйка, он сказал:
- Что я буду делать, если вас арестуют?

- Меня не арестовывали, - сказал Страйк, вытирая нос тыльной стороной ладони. - Хотели принять от меня заявление. Найт напал на меня, когда я схватил его плакат. Спасибо, - добавил он. С трудом, учитывая насколько тесно они сидели, Робин передала ему коробку с салфетками, которая лежала на полке за задним сиденьем. Он прижал одну к носу. - Я избавился от плаката, - добавил Страйк через окровавленную ткань, но никто его не поздравил.

- Джаспер, - сказала Кинвара, - что происходит?..

- Заткнись, - отрезал Чизвел, не глядя на нее. - Я не могу выпустить вас на глазах у всех этих людей, - сердито сказал он Страйку, как будто тот сам это предложил. - Там куча фотографов... вам придется пойти с нами. Я все решу.

Машина сейчас ехала в сторону шлагбаума, где полиция и охрана сверяли удостоверения личности с приглашениями.

- Никто ничего не говорит, - приказал Чизвел. - А ты молчи, - предупредительно добавил он Кинваре, открывшей было рот.

Впереди пропустили бентли, и мерседес покатился дальше.

Испытывая боль, потому что на левое бедро и ногу навалилась большая часть веса Страйка, Робин услышала визг позади машины. Обернувшись, она увидела молодую женщину, бегущую за ними, и женщину-полицейского, преследующую ее. У девушки были безумные томатно-рыжие волосы, футболка с логотипом разбитых олимпийских колец, и она кричала в машину Чизвела:

- Он поставил на них гребаную лошадь, Чизвел! Он поставил лошадь на них, ты обманщик, вор, убийца...

- У меня здесь гость, который не получил приглашения, - крикнул Чизвел через опущенное стекло вооруженному полицейскому у ограждения. - Корморан Страйк, ампутированный. О нем писали в газетах. В моем отделе произошла путаница, его приглашение не пришло. Принц, - сказал он с захватывающей дух наглостью, - попросил о встрече именно с ним!

Страйк с Робин наблюдали за тем, что происходило за машиной. Двое полицейских схватили борющуюся Флик и конвоировали ее. Вспыхнуло еще несколько фотокамер. Сдавшись под давлением министра, вооруженный полицейский запросил удостоверение Страйка. Детектив, который всегда носил с собой пару удостоверений личности, хотя и не обязательно на свое имя, передал свои настоящие водительские права. За ними выросла очередь из неподвижных машин. Принц должен был прибыть через пятнадцать минут. Наконец, полицейский махнул им рукой.

- Не надо было этого делать, - сказал Страйк Робин вполголоса. - Не надо было меня впускать. Чертова слабость.

Мерседес обогнул внутренний двор и, наконец, добрался до подножия невысокой лестницы с красным ковровым покрытием перед огромным зданием медового цвета, напоминающим величественный дом. Пандусы для инвалидных колясок были установлены по обе стороны ковра, и знаменитый баскетболист на инвалидной коляске уже маневрировал по одному из них.

Страйк толкнул дверь, вылез из машины, затем повернулся и протянул руку, чтобы помочь Робин. Она приняла предложенную помощь. Ее левая нога почти полностью онемела в том месте, где он на ней сидел.

- Корм, рада снова тебя видеть, - сияя сказала Иззи, выходя вслед за Робин.

- Привет, Иззи, - кинул ей Страйк.

Теперь, отягощенный Страйком, хотел он того или нет, Чизвел поспешил подняться по ступенькам, чтобы объяснить одному из ливрейных мужчин, стоявшему перед входной дверью, что Страйк должен быть допущен без приглашения. Они снова услышали слово "ампутированный". Вокруг них все больше машин выпускали своих элегантно одетых пассажиров.

- Что все это значит? - спросила Кинвара, которая обошла мерседес сзади, чтобы обратиться к Страйку. - Что происходит? Зачем моему мужу нужен частный детектив?

- Можешь помолчать, глупая ты сука?

Хотя Чизвел, несомненно, был взволнован и встревожен, его неприкрытая враждебность потрясла Робин. Он ненавидит ее, подумала она. Он искренне ненавидит ее.

- Вы двое, - сказал министр, показывая на жену и дочь, - идите внутрь.

- Назовите мне хоть одну вескую причину, по которой я должен продолжать вам платить, - добавил он, поворачиваясь к Страйку, когда мимо них прошествовала еще одна прорва людей. - Вы осознаете, - сказал Чизвел, и в его тихой ярости слюна слетела с его рта на галстук Страйка, - что меня только что назвали чертовым убийцей перед двадцатью людьми, включая прессу?

- Все решат, что она чокнутая, - сказал Страйк.

Если подобное соображение хоть как-то утешило Чизвела, он этого не показал.

- Я хочу видеть вас завтра утром в десять часов, - сказал он Страйку. - Только не в моем кабинете. Приходите в квартиру на Эбери-стрит.- Он развернулся, потом, подумав, снова повернулся к ним. - И вы тоже, - рявкнул он Робин.

Бок о бок они наблюдали, как он неуклюже поднимается по ступенькам.

- Нас собираются уволить? - прошептала Робин.

- Я бы сказал, что это маловероятно, - сказал Страйк, которому теперь, когда он встал на ноги, было заметно больнее.

- Корморан, что было на плакате? - сказала Робин.

Страйк позволил женщине в персиковом шифоне пройти мимо них, затем тихо сказал:

- Изображение Чизвела, висящего на виселице, а под ним - кучка мертвых детей. Хотя есть одна странность.

- Какая?

- Все дети были черными.

Все еще вытирая нос, Страйк полез в карман за сигаретами, затем вспомнил, где он находится, и позволил руке упасть вдоль тела.

- Послушай, если эта Элспет здесь, можешь попытаться выяснить, что еще она знает об Уинне? Это поможет обосновать наш окончательный счет.

- Хорошо, - сказала Робин. - Кстати, у тебя на затылке идет кровь.

Страйк безрезультатно промокнул его салфетками, которые положил в карман, и начал хромать по ступенькам рядом с Робин.

- Сегодня нас больше не должны видеть вместе, - сказал он ей, когда они переступили через порог в сияние охры, алого и золотого. - На Эбери-стрит, недалеко от дома Чизвела, было кафе. Увидимся там завтра в девять часов, а потом вместе встретимся с расстрельной командой. Ну что ж, иди вперед.

Но когда она отошла от него к парадной лестнице, он окликнул ее:

- Кстати, красивое платье.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/74630/420678

Переводчики: Miledifire