Готовый перевод Port of Shadows --- Glen Cook / Порт теней --- Глен Кук: 23 Long Ago and Far Away: New Hope for the Dead

23

Давно и далёко: новая надежда для усопших

Котёнка проснулась голодной, с жаждой и в глубоком смятении. Кажется, она была в отключке намного дольше нескольких часов, обещанных Папой на возвращение сознания в прошлое. По ощущениям прошли дни.

Она лежала спиной на столе в исследовательском помещении Папы. Она почувствовала, как руки касаются её обнаженной кожи там, где никто не должен трогать. Прежде чем она успела возразить, в поле зрения появился Папа. Он держал большую металлическую миску и несколько мокрых тряпок.

Ага. Он помыл её. Значит она была без сознания так долго, что успела обделаться.

Ощущение, что её изнасиловали отсутствовало.

Она пыталась заговорить.

Папа из мрачного превратился сияющего.
--- О, чудесно! Ты наконец очнулась. Я испугался, что мы...
Он замолк, натянул на неё простыню и отвернулся. Он начал напевать.

Котёнок повернула голову. Это оказалось непросто.

Сейчас Папа мыл Лаиссу. Та лежала на столе в четыре фута. Она спала или была без сознания. Котёнок произнесла:
--- Папа, у меня очень сильно болит голова.

--- Принесу что-нибудь, как только закончу с твоей сестрой.

Котенку не понравилось, как Папа глядит на обнаженную Лаиссу, как он прикасается к ней, хотя при этом он не делал ничего преступного или аморального. Просто вид имел мерзопакостный.

***

--- Я почти уверен, у нас получилось, Котёнок! Трудности позади! Лаисса проспит ещё день два, но, надеюсь, станет как новенькая.

Котёнок, встав на ноги, понемногу занялась заброшенным домашним хозяйством. Она была без сознания четыре дня. Папа сказал, что пытался кормить её супом и водой, но успеха особого не имел. С Лаиссой тоже самое. У Котёнка вливать бульон и питьё в сестру получалось лучше.

Котенок проснулась с болью во всём теле и несколькими небольшими ранами на животе, происхождение которых Папа никак не объяснил. У Лаиссы на тех же местах тоже были раны. Котёнок насторожилась, но, судя по всему, никаких извращений с ними не делалось. В любом случае, она могла не опасаться. Папино воображение было занято одной лишь Лаиссой.

--- Если она поправиться, как думаешь, память вернётся к ней? --- спросила Котёнок. За это можно не волноваться, подумала она. Папа мог бы узнать о них, если прислушивался в людям во время своих набегов во Владычество. До него доходил трёп о пропавших дочерях Сенджак.

--- Сомневаюсь. Всё что было до лихорадки точно нет. Я сам не помню большую части своей жизни, но я же до сих живу здесь с моими девочками.

--- Ты снова навёл жути, Папа.

***

Лаисса медленно приходила в себя. Воспоминаний о Доротее у неё никаких не появилось. У неё сохранилась память только о своей жизни в качестве Лаиссы. Постепенно она оживлялась, становилась коммуникабельной и восприимчивой. Что радовало сильнее всего, она говорила. Не так много, всегда с некоторым трудом, но могла формировать целые предложения и начала демонстрировать интерес к своему окружению.

Совместно работая, они с Котёнком сблизились. Она ходила следом за Котёнком, когда Папа не подпускал к себе. Она сидела в лаборатории с Папой по много часов ежедневно, но иногда, он говорил, что ненужно отвлекать его от работы для повышения эффективности.

Изменения в Лаиссе нарастали. Её интеллект постепенно увеличивался. К концу зимы она не только могла следить за простыми беседами, но и участвовать в них. А главное, лечение ей больше не требовалось.

Возможно, она ещё не полностью излечилась от смерти, но всё больше наполнялась жизнью.

Папа был в восторге.

Батдек была в восторге. Лето станет концом для всего этого.

Всего несколько месяцев до побега. Котомки для бегства были уже собраны. Им понадобилось бы не больше получаса, чтобы схватить их и уйти, когда Папа отправиться снова на запад. У них будет минимум четырехдневное преимущество, а, возможно, даже целых семь дней.

Но тут план Батдек рухнул.

***

--- Котёнок, мне нужно поговорить с тобой.

На вид Папа был холоден и суров, но под этой личиной она видела панический страх. Произошло что-то чудовищное.

--- Да, Папа. Что-то случилось?
Это не могло быть ничем из сделанного ей, и ни чем-то из внешнего мира. Он больше месяца никуда не отлучался. Лаисса тоже не должна была быть причастна. Та стала наилучшей паинькой, с тех пор как перестала быть Доротеей. Лаисса даже немного пошутила за завтраком, чего ни разу не удалось сделать Доротее Сенджак.

Но была Лаисса. И Батдек никак не ожидала такого.

--- Лаисса беременна, --- произнёс Папа.

--- А? --- наступила долгая пауза. --- Что?
Затем была ещё большая безмолвная пауза, потом ошарашенное мычание, а следом:
--- Нет. Только не это! Это невозможно! --- после ещё одного долгого молчания. --- Что же ты наделал, Папа? Когда ты успел?
И снова заладила:
--- Это невозможно! Она даже не...

Лаисса была мертва. У мёртвых девушек не бывает месячных, ни чего-то подобного. У мёртвых девушек детей не бывает.

--- До прошлой недели сам бы не поверил, Котёнок. Но я проверил и перепроверил. Сомнений быть не может.

Как и сомнений, кто бы мог быть отцом. Когда он успел? Пока Лаисса сидела с ним в лаборатории? Как ему это удалось, боже ж мой? Что он сделал, чтобы мёртвая девушка забеременела?

В проявившемся на секунду в ней виселичном юморе, она наказала себе, всегда стоять в дальнем конце комнаты от него, хотя это могло и не помочь, если он так силён, что способен оплодотворить мёртвую.

--- Мне нужно сесть, Папа. Я в шоке, --- за пределами непосредственного влияния на жизнь, маячила долгосрочная уверенность в невозможности сбежать этим летом с Лаиссой. --- На каком она сроке?

--- Примерно три месяца.

Значит это произошло сразу после выздоровления Лаиссы. Но ожидание конца срока всё равно украдёт большую часть лета. А потом появится младенец, о котором придётся заботиться. Вероятнее всего.

--- Папа, я сейчас очень, очень зла на тебя.

--- Я сам не рад себе, Котёнок. Однажды я больше просто не мог с этим бороться. А потом остановиться. Но... Это была глупость, кончно, но исправить уже ничего не возможно. Нам придётся что-то делать с тем положением, что уже есть сейчас.

Котёнок несколько выдохнула, чтобы успокоиться. Папа находился под серьёзным стрессом. Если она свирепо обругает, как ей этого хотелось, к него может случиться припадок. Последний из них был лютым. Он лежал не вставая много дней после него. Следующий мог кончиться фатально. Что тогда с ней и Лаиссой будет?
--- А что ты собираешься предпринять в связи с этим?

--- Не знаю. Потому и завёл разговор с тобой. Тебя это может коснуться даже больше, чем нас с Лаиссой.

Что? Он что-то заполозрил? Погоди. Он, наверное, просто имеет ввиду, что прибавиться больше работы по дому. Лаиссе, несмотря на всё улучшение, материнские обязанности будет не осилить.

Будет ли этот ребенок вообще живым существом? Или человек? Или какой-нибудь нежитью, вскормлённой на груди ночи?

Чем он будет питаться? У Лаиссы грудного молока точно не должно быть. Но, ведь и ребёнка у неё тоже быть никак не могло.

--- Папа, я ничего не знаю о младенцах, кроме того, что сама когда-то давно им была. Я даже вблизи ни одного не видела. Это... я не знаю.
Это напугало даже её сильнее, чем потеря Доротеи или её собственное похищение.
--- Чем ты думал? Ладно, неважно Я знаю, чем ты думал. Ты никогда особо этого не скрывал. Но я ведь считала, что у тебя всё под контролем. Заболталась я что-то. Папа, я не могу помочь тебе с решениями, которые тебе предстоит принять. Я в такого рода вещах не разбираюсь.

Хотя она могла научиться, как ей казалось. Она итак многому научилась, чего никак не предполагала до той ночи, когда её нелюбимая сестра была сброшена в мусорный сток.

В своём собственном мире она ожидала, что, возможно, родит одного или двух детей по обязанности, но не собиралась иметь с этими зверятами дел, пока они не перестанут вонять и не одомашнятся до степени позволяющей представить их публике.

--- Не знаю, что и сказать. Ничем не могу помочь. Совершенно не знаю чем.

--- Спасибо, что выслушала. Это было любезно с твоей стороны. С моей же было несправедливо сваливать всё это на тебя.

--- А я просто не могу отделаться от мысли, как ты мог, Папа?

***

Котёнок не смогла контролировать мыслительный процесс. Её зациклило на произошедшем. Когда это случилось? Как? Зачем Лаисса?... Поразмыслив, она вспомнила о постепенных изменениях в сестре с момента выздоровления. Изменениях в дополнение к очевидным физическим и интеллектуальным улучшениям. Младшая сестра сейчас почти всегда была в хорошем настроении, старалась помочь, а иногда сама заводила беседу. Это соответствовало уровню ребёнка, но стало заметно лучше, чем у Лаиссы годичной давности.

Могло ли произошедшее между Лаиссой и Папой поспособствовать изменениям?

Хотя Котёнок сочла эту мысль отвратительной, она вспомнила, что существуют школы колдовства, основанные на тантрических принципах. Это была мощь, такая мощь, что способна была разрушить рассуждения самых разумных людей.

В последнее время Лаисса липла к Папе, как щенок. Но у Котёнка была возможность поговорить, пока они были заняты какой-то рутинной работой.

Лаисса стала полезней по работе, чем прежде и в своём труде была бодрее.

--- Потому что Папа хотел, --- сказала она, когда Котёнок спросила, зачем та позволила колдуну добиться своего. --- И это было так тепло. Мне нравится, когда Папа согревает меня.

Последовавший обмен мнениями был самым продолжительным в жизни Котёнка с сестрой, и он ужаснул её. Лаисса твердила, что ей очень нравилось, когда Папа делает её тёплой. Она постоянно преследовала Папу, потому что хотела снова и снова согреться.

--- Папа сказал, "не говори Котёнку. Котёнок может рассердиться". Лаисса была осторожна, чтобы Котёнок не узнал. Но иногда это было сложно, когда Котёнок была чересчур любопытна, а Лаисса так жутко хотела согреться...

Котёнок хотела съязвить о том, что той стоило бы тогда сидеть ближе к камину. Но это было бы почти пошло.

Однако, это было ужасно. Это было невероятно.

Мёртвая девушка не должна интересоваться плотскими вещами. Живая дочь Сенджак тоже не должна, если только это не политическая уловка.

Она уклонилась от разговора. Лаисса слишком охотно описывала всё в подробностях и красках. Она не ведала стыда.

Котенок стало интересно, понимает ли Лаисса, что значит быть беременной.

Одно стало ясно. Лаисса больше не считала нужным, что нужно скрывать свой интерес к согреванию.

Папа стал запираться в лаборатории для своих каких-то работ.

Котёнок продолжила жизнь потупив взор, не желая принять случившийся мерзкий взбрык судьбы.

***

Лаисса была на седьмом месяце. Она ждала ребенка, это было явно видно, и он становился всё активней. Лаисса выглядела даже беременнее, чем была на самом деле. И она была счастлива.

Сейчас она стала даже умнее и веселее, чем когда была Доротеей до своей смерти, хотя часто хандрила из-за неспособности Папы согревать её так часто, как ей хотелось.

Котёнок всё это поражало, хотя почему она точно не знала сама, ведь девушек Сумрака часто отдавали в дар мужчинам старше Папы в возрасте намного моложе Лаиссы.

Они с Лаиссой были снаружи, кормя животных. Их количество исчислялось уже десятками. Папа приносил их понемногу из каждого своего путешествия.
--- Думаешь сбежать, да? --- спросила Лаисса.

Котёнок отрицал не стала.

--- Уходи, если хочешь. Папе я не скажу. Но с тобой я не пойду, --- заявила она.

Котёнка это не удивило.
--- Мы сможем позаботиться о ребенке.

--- Я не хочу уходить, Котёнок! Нет. Я не уйду! Я хочу остаться с Папой!

Что с этим можно было поделать?

С такими ситуациями сталкивался каждый, кто успевал прожить достаточно долго, чтобы понять в чём дело. Причудливые отношения, были весьма распространенны во Владычестве, ими часто щеголяли участвующие в них. Но не Сенджаки...

Батдек скомкала, перетолкла и похоронила эти мысли. Она напомнила себе, что фактически это не было инцестом, самым распространенным извращением во Владычестве. Это являлось некрофилией, и это не было обычным явлением.

На секунду ей даже стало смешно. Эта некрофилия происходила по взаимному согласию, а умерший участник был более увлечён этим, чем живой.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/75176/426769

Переводчики: bbn