Готовый перевод Port of Shadows --- Glen Cook / Порт теней --- Глен Кук: 26 Long Ago and Far Away: Generations Drift

26

Давно и далёко: смена поколений

Предсказание Папы относительно появления ребёнка сбылось с погрешностью в несколько минут. Повитуха, хотя и не отошла ещё от испуга, справилась отлично.

Дитя оказалось бодрым, здоровым и голодным, но мать не могла дать ему молока.

Папа немедленно направился на запад. Пока он отсутствовал, Котёнок исчезла, забрав с собой всех собак и повитуху.

***

Вернулся Папа с тремя разнесчастными кормилицами, чьи новорожденные теперь должны были делиться. Все трое понимали, что судьба их семей отныне зависит от благорасположения Папы. Как только главному ребёнку молоко станет ненужно они могли остаться не у дел. с фатальным исходом.

Исчезновение Котёнка озадачило Папу. Он не верил, что она сбежала. Видимо, с ней приключилось несчастье в его отсутствие, когда он не мог защитить её. Он совершил несколько поисковых рейдов и полетал над соседней пустыней. На большее он не решился, не хотел испытывать на милость своих кормилиц.

Ни каких следов Котёнка он не нашел.

Папа принялся ткать защитные сети вроде тех, что окружали его прежнее жилище. Он чересчур долго откладывал их создание. Жаль, что подвигла его на это потеря дочери.

***

Лаисса не старела. Папа же умер, хотя пытался победить время, заставив Лаиссу и рабынь провести над ним обряды, почерпнутые от потерянной дочери, чье имя он уже даже вспомнить не мог.

Лаисса тоже забыла имя своей сестры. Это расстраивало её. Она ведь помнила, что любила ту девушку.

Обряды помогли, но только замедлить время. Папа было чуть более двухсот, когда, в слезах из-за необходимости оставить Лаиссу, он ушёл в небытие.

***

Папа так и не дал имя своему сыну. Упоминая его, он назвал его “тем мальчиком”, а, обращаясь к нему самому, просто звал «Мальчиком».

Лаисса называла его Драгоценным Жемчугом, подслушав сплетни пленных женщин о мифическом мече с таким же именем. Она решила, это имя будет звучать многообещающе для того кому суждено потрясти мир.

Лиза старалась изо всех сил при выборе этого имени.

Кормилицы принесли с собой своих малышей. Папа было твёрд в намерении отобрать женщин у их мужей, но не имел злобного желания заставить их отказаться от своих младенцев.

Папа принёс и других слуг за многие годы, и всё женщин. Он никогда не приставал ни к кому и не злоупотреблял своим положением. Искушение никогда не одолевало его.

Лаисса не старела, но потребность в тепле стала ещё настоятельнее. Способность Папы давать это тепло снизилась. Хотя ему это было ненавистно, но он привёл несколько молодых мужчин в помощь. Их появление ускорило демографический взрыв. Они не ограничили своё внимание Лаиссой.

Прошли странные года, затем странные десятилетия и странные века. Драгоценный подвергся Папиному Благословению, которое получилось намного лучше, чем у его отца.

Драгоценному было около тридцати, когда Папа покинул их.

Драгоценного бесило выслушивать про это, но он сильно походил на Папу, с самого края спектра личности некроманта. Выглядел он тоже очень похоже на отца... в точности повторяя облик Папы, когда Лаисса впервые очнулась в старом доме неподалёку от Сумрака.

Разум Драгоценного был крепче отцовского. Он редко терял воспоминания и всегда помнил, кто есть кто. Он не уплывал прочь в воображаемую реальность.

С самого раннего возраста Драгоценный находился в Папиной лаборатории. Он наблюдал. Он учился. Он стал Папиным помощником, потом Папиным партнером, а потом и главным, когда Папа ушёл на тот свет.

Папа никогда не чувствовал себя комфортно с сыном. В основном он терпел Драгоценного из-за нежелания расстраивать Лаиссу. Однако он сделал всё возможное, чтобы мальчик получил насколько можно лучшее образованние, живя в двух шагах от края света.

Драгоценный занял место Папы, так как не видел других возможностей. Его реальность лишь ненамного простиралась за пределы стен замка. Он никогда не удалялся так далеко, чтобы дом пропадал из поля зрения. Он мало задумывался над тем, что мир широк. Любопытство по этому поводу его не мучило и никакого желания исследовать его у него не возникало.

Папин ковёр-самолёт стоял прислонённым к стене в комнате, в которой больше ни для чего не использовалась, кроме сбора пыль и пауков.

Лаисса постепенно угасала и забывала, что возле замка существует целый мир. Поколения слуг приходили и уходили, и со временем у них остались только затасканные истории о тех временах, когда их предки жили не в безымянной крепости, а где-то в другом месте.

Огромные перемены охватили весь мир. Кометы вылезали на небо. Огонь пожаров пожирал цивилизации. Чума поглощала целые народы. Рушились империи.

Драгоценному наконец удалось завершить великое стремление своего отца, создать новую Лаиссу.

Служанка выносила ребёнка, но не по своей воле.

Со временем Драгоценный зародил ещё семь младенцев, используя материалы полученные Папой. Трое стали копией его матери. Остальные, хоть и походили на Лаиссу, имели чёрные волосы и и с возрастом стали фигуристее. В отличие от Лаиссы, они были сообразительными. Их всех не устраивала своё положение. Чёрненькие смогли развить психическую связь друг с другом. Копии Лаиссы были не способны к зачатию, но могли выносить внедрённый эмбрион. У черноволосых девушек способность к деторождению оставалась, но с низкой вероятностью.

Драгоценный был бесплоден. Он создал своих детей в лаборатории.

Драгоценный прожил долгую жизнь, унаследовав от отца проклятье к одержимости. Он узнал многое такого, что мир мог щедро оценить, но такая перспектива никогда не заботила его.

Папы не было сто лет, когда банда смелых детишек из замка нашла старинную деревянную коробку в его спальне. С тех пор, как Папа умер, там почти никто не бывал. Дети думали, что в комнате водятся привидения. Нашедшая коробку, вошла туда на спор. Это была одна из темноволосых безотчих девушек. Все эти девушки были на редкость смелыми.

Создания Драгоценного росли вместе с остальными детми замка.

В обнаруженной коробке находились Паптгы дневники, семь томов, исписанных мелким твёрдым подчерком.

Драгоценный не знал, что отец вёл дневники. Он несколько раз перечитал все тома. Честно говоря, ему просто нечем было заняться.

***

Папа завёл дневник задолго до переезда в Призрачную страну. Они содержали бесчисленные воспоминания от которых Папа невольно избавился, а некоторые были настолько жутки, что он, наверное, мечтал их утратить.

Эти семь томов были оформлены и структурированы бессистемно, обрывочно, не делая особого акцента на чём-то. Публицист мог бесконечно трепаться о мелочах, в то же время игнорируя могущее представлять особый интерес для будущего исследователя. Папа хотел записать всё, что боялся забыть. В основном это были семейные события, но не только о Лаиссе и некоем Котёнке, но и о других, прежних “дочках”, некоторые были подобраны умершим при не совсем удобных обстоятельствах.

Папа до последней своей минуты вёл дневник.

Папа охватила такая же одержимость к записи истории своей жизни, как и к Лаиссе. Работа над дневниками стала главной причиной запрета Лаиссе на лабораторию.

Драгоценный нашёл потёртую игральную карту вывалившейся из последнего тома, в котором почерк Папы стала совсем нетвёрдым для чтения. Эта карта могла быть и из колоды гадалки. Раскрашена она была вручную и имела очень большой размер. Казалось, она вибрирует, когда держишь её в руках. Может это подарок на память?

Нет! Это могло быть только ключом для управления ковром-самолетом Папы.

Драгоценный редко обращал внимание на ковёр, хотя в экстренной ситуации он мог пригодиться. Может он уже и испортился? Получится ли у него активировать его? Он должен это выяснить.

Читая Папины дневники, изучая его первые разочарования, Драгоценный понял, отец хотел, чтобы он увидел всё это давным-давно, в надежде, что сын сможет исполнить задуманное, но не получившееся исполнить отецом.

С запозданием Драгоценный почувствовал себя польщённым. Папа всегда испытывал затруднения в общении с кем-то, кроме Лаиссы, а той от Папы никогда не нужно было многого, кроме его успокаивающего присутствия. Драгоценный был эмоциональной копией своего отца, и сильно заботился о своём Папе.

Драгоценный завёл свой дневник, как только понял миссию, которую предназначал для него Папа, хотя эта миссия никогда не могла бы стать целиком его личной.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/75176/426771

Переводчики: bbn