Готовый перевод Animorphs 31 The Conspiracy / Аниморфы 31 Заговор: Глава 2

Возвращаясь из школы я свернул за угол и увидел такси, припаркованное перед моим домом.

Моя мама сбежала с крыльца, чемодан бился о ее колени, и поспешила вниз по тротуару к такси.

Что за?..

Моя мама не вызывала такси. Никто в округе не вызывал.

У всех были машины.

- Мама! – Закричал я, подбегая к ней. – Что случилось?

Потому что что-то определенно случилось.

Я имею в виду, я видел, как моя мама шмыгает носом смотря информационный ролик «Спасите детей» и над открытками «Холлмарк», но я не помню, когда я в последний раз видел, как она действительно плачет.

Но сейчас она плакала.

Что-то могло случиться с Томом.

Или с моим отцом.

Мои колени ослабли и подкосились.

Забавно, что даже когда вся ваша жизнь превратилась в ежедневный эпизод «Сумеречной зоны», все еще есть вещи, способные вызвать у вас панику.

- Я оставила тебе записку на холодильнике, Джейк, - сказала она, кладя свой чемодан в багажник и захлопывая его. – Мой самолет вылетает через час и пробки…

- Мама, что случилось? – Выпалил я.

Мой голос был высоким и пронзительным, совсем не похожим на голос бесстрашного лидера, как сказал бы Марко, если бы он был там.

- Ох. – Она сморгнула новые слезы. – Дедушка П умер. Его домработница, миссис Моллой, нашла его сегодня утром. Я встречаюсь с твоими бабушкой и дедушкой, и мы едем в дом Дедушки П, чтобы организовать похороны.

- Дедушка П умер? – эхом повторил я, пытаясь пробиться сквозь эмоции, кружащиеся в моей голове.

Дедушка П. Не Том. Не мой отец.

- Да. Его бедное сердце просто сдалось, - сказала она.

- Ты уезжаешь на такси? – Сказал я. – А что насчет нас?

- Вы выедете, как только ваш отец разберется со своим графиком работы, - сказала она, дотронувшись до моего плеча, заставив себя улыбнуться и забравшись на заднее сидение. – Он расскажет тебе подробности. Все будет хорошо. Убедись, что твой костюм чистый. Я позвоню, когда встречусь с бабушкой. Мне нужно ехать, милый.

Она захлопнула дверь и помахала рукой.

Я смотрел как такси исчезает, завернув за угол.

Что теперь?

Я направился в дом. Проверил нацарапанную записку, висевшую под магнитом в виде яблока на холодильнике.

Да. Дедушка П был мертв.

По словам миссис Моллой, которая разговаривала с доктором, его сердце остановилось, когда он намазывал желе на ломтик тоста. У него не было возможности это съесть.

Я вздрогнул.

Я волновался о Дедушке П и теперь его нет, и моя семья стала меньше.

Мне не нравилось это.

Кухонная дверь распахнулась. Том ворвался в комнату.

- И я говорю тебе, папа, я не могу поехать! – Рявкнул он, бросая свои книги на стол и хмуро смотря на меня. – На что ты уставился?

- Ты рано пришел домой, - удивленно сказал я.

Мой отец вошел, уставший, измученный, и закрыл за собой дверь.

- Как и ты, - сказал я, переводя взгляд с Тома на него. – Мама рассказала вам, ребята, о Дедушке П?

- Да, - сказал мой отец. – Я надеялся приехать сюда вовремя, чтобы отвезти ее в аэропорт, но были ужасные пробки. Я увидел как Том идет домой и подвез его.

- Ты знаешь, что мы все должны поехать в тот домик? – Спросил Том, смотря на меня так, будто это была моя вина.

- Угу, да, - осторожно сказал я, пытаясь понять в чем его проблема. – И?

- И Том уже сообщил мне, что он не хочет оставлять своих друзей и ехать на похороны своего прадеда, - сказал мой отец, глядя на Тома, а не на меня. – Однако у него нет выбора. Мы поедем. Все мы.

- Когда? – Спросил я, чувствуя, что упускаю что-то важное. Это было там, но я просто не мог схватить его.

- Мы выезжаем в субботу утром, - ответил мой отец.

- Папа, я не могу, - настаивал Том. – «Сопричастность» ждет от меня помощи в эти выходные. Я дал им слово!

- Ну, тебе просто нужно объяснить им, что появилось кое-что более важное, - сказал мой отец. – Я думал, что «Сопричастность» пропагандирует семейные ценности, верно? Что ж, вы собираемся отдать дань уважения Дедушке П, как члену нашей семьи.

- Отец, ты не понимаешь! – Отчаянно спорил Том.

Почему Том так протестует против поездки на озеро?

Ладно, там будет скучно. Домик Дедушки П единственный на этом озере. Его ближайшей соседкой была миссис Моллой, и она жила в семи миля оттуда, на полпути к городу.

Единственным домом в округе была старая, заброшенная охотничья хижина на другом конце озера.

Нет кабельного. Нет Тако Белл. Нет уличных фонарей или толпы.

Нет фильмов. Нет торговых центров…

Нет «Сопричастности». Нет Йерков…

- Хм, пап? – Сказал я. – Как долго мы там пробудем?

- Это зависит от похорон. Я напишу записки, чтобы тебя освободили от школы до вторника на следующей неделе…

- Что? – Глаза Тома выпучились от шока. – Вторник? Отец, ни за что! Четыре дня? Я не могу уехать на четыре дня!

- Ты можешь, и ты сделаешь, - сказал мой отец, теряя терпение. – Мы собираемся всей семьей и это окончательно.

Кадык Тома двигался. Его руки сжались в кулаки.

И на одну короткую секунду у меня возникла безумная мысль, что он собирается напасть на моего отца.

И ох, чувак, хоть я и не мог превратиться прямо перед ним, я чувствовал прилив адреналина, который появляется прямо перед боем.

Три, может быть четыре дня. Максимальное время, которое Йерк может прожить без визита в бассейн Йерков – это три дня. Четыре дня без лучей Кандроны и Йерк в голове Тома умрет от голода.

Голодай, Йерк. Голодай!

- Это будет не так уж плохо, Том, - услышал я свой голос. – Озеро красивое, помнишь?

Это позволило нам выйти из тупика.

Том посмотрел на меня.
- Ты идиот, ты знаешь это?

Он играл свою роль высокомерного старшего брата. Я тоже играл свою роль.

Голодай, Йерк. Умри в агонии, умри крича, Йерк!

- Заткнись, - сказал я. – Я не тот, кто изображает большого ребенка из-за отъезда.

Я сказал это, чтобы разозлить его и вернуть в тот ритм, который мы знали, к типу нормальной снайперской стрельбы, с которой я мог справиться.

Потому что ненависть в глазах Тома, когда он смотрел на моего отца, испугала меня.

И ненависть, которая разгорелась во мне, ненависть к Йеркам, больное возбуждение от представления их боли, тоже напугало меня.

- Это потому что у тебя нет жизни, - усмехнулся Том.

- Ох, правда, а у тебя есть? – Выстрелил я в ответ.

- Больше, чем ты можешь представить, - сказал он мрачно, растерянно.

- Достаточно, - сказал мой отец. – Я собираюсь переодеться. Когда я вернусь, мы закажем пиццу. Как это звучит?

- Я не голоден, - пробормотал Том, уставившись в пол.

Я тоже не хотел есть, но мой отец выжидающе смотрел на меня, поэтому я сказал.
- Пицца. Я в деле.

Мой отец довольно кивнул и ушел.

Я посмотрел на своего брата с сочувствием, желая помириться.
- Может, ты сможешь каким-то образом выкрутиться.

Я должен был бороться с собой, чтобы скрыть усмешку, которая готова была появиться на моем лице. Или, может быть, Йерк, твое прикрытие разваливается, может быть, тебе придется выбирать между Томом и сохранением своей собственной жизни.

- Заткнись, - рассеянно сказал Том. Я не был нужен Йерку, он не интересовался мной. Я был бесполезным. Ненужным.

Я развернулся и побежал на задний двор, моя голова уже взрывалась от возможностей.

Йерк Тома был в ловушке. Под давлением. Зажатый. Он не был готов к такому повороту событий. Не знал, как это разыграть. Не знал, что нужно делать.

Удобный случай? Возможно. Да, возможно.

Сдохни, Йерк!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/75257/425010

Переводчики: Kranast