Готовый перевод Animorphs 31 The Conspiracy / Аниморфы 31 Заговор: Глава 22

- Почему бы им не устроить похороны завтра? – Сказал Том позже той ночью, когда мы были в спальне на чердаке. – Серьезно, в воскресенье или в понедельник, какая разница?

- Так хотел Дедушка П, - ответил я, оглядывая маленькую, темную комнату. – И, кроме того, мама сказала, что здесь никогда не хоронят людей по воскресеньям. Воскресенье для поминок, понедельник для похорон.

- Да, ну, это глупо, - сказал Том, наблюдая за тем, как я присел перед старым сундуком. – что ты делаешь?

- Ничего, - сказала я, снимая стопку старых, пыльных книг с маленького, темно-серого, кожаного чемодана. – Разве ты не помнишь это, Том? Это старый сундучок Дедушки П.

Том посмотрел на него. Затем он осмотрел комнату, пытаясь найти себе занятие.

Я открыл сундучок, заполненный с неожиданной аккуратностью.
- Помнишь тогда, не знаю, когда мне было десять лет или около того? Он показал нам свой походный ящик и те фотографии в форме с Арденнской операции?

- Возможно, - пробормотал Том.

- Они тогда не знали, замерзнут ли они, или умрут с голоду, или их застрелят. Так он говорил.

Том закатил глаза. Равнодушно. Прямо как Том, подумал я, почти восхищаясь. Йерки поддерживали иллюзию. Совершенно играя свою роль.

- В Рождество, когда они все тосковали по дому в своих окопах, они пели «Тихую ночь». И враг тоже пел это, на немецком языке. Они слышали это издалека. Обе стороны тосковали по своим домам. Обе стороны хотели, чтобы война закончилась.

- Ага-ага.

- Ты не помнишь, как он рассказывал нам все это, Том? – Надавил я, желая, чтобы он признался, что помнит. Желая, глупо, чтобы настоящий Том внутри смог надавить достаточно сильно, чтобы прорваться, и хоть на мгновение снова стать моим настоящим братом-человеком.

Том вздохнул.
- Смутно. Я не особо разбираюсь в старых военных историях.

Я поднял маленькую коробочку, в которой хранились «Серебряная звезда» и «Пурпурное сердце» Дедушки П.
- Он был смелым человеком. Он верил в честь. Все эти штуки из старых фильмов. Честь, смелось и все такое.

- Да, ну, это было миллион лет назад, - сказал Том. – Честь и смелость не имеют значения в реальном мире. Все что важно – это выиграешь ли ты. Только после победы ты начинаешь говорить о чести и смелости. Когда ты на поле боя, ты просто делаешь то, что нужно. Честь, смелость и все такое? Это те слова, которые ты говоришь после того, как уничтожил всех своих врагов и тех, кто встал у тебя на пути.

- Ты ошибаешься, - категорично сказал я.

Он закатил глаза, от «скуки».
- Ты ребенок, - Я увидел, как глаза Тома сузились. – Что это? – Он полез в сундучок и вытащил потрескавшиеся кожаные ножны. Из ножен он достал кинжал. Клинок тускло блестел в слабом свете лампы. Это был довольно длинный клинок, около восьми дюймов или около того.

Внезапно на чердаке стало тесно и душно.

- СС, - пробормотал Том, осматривая его. – Это старый нацистский кинжал. Дедушка П должно быть забрал его у мертвого солдата как сувенир. Круто.

- Что ты собираешься с ним делать? – Спросил я.

Том наклонил голову и посмотрел на меня.

- Я имею в виду, ты не можешь взять его, - быстро добавил я. – Он не твой.

- Эй, ты взял медали, я возьму кинжал, правильно? – Сказал он. – Это идеально. Ты можешь сидеть сложа руки, думая о чести и смелости и всем таком, а я забираю оружие, которое выполняет всю работу. Звучит честно для меня.

Я сдерживался как мог, не показывая свои эмоции. Я тоже играл свою роль.

- Я ничего не заберу, пока не поговорю с мамой и бабушкой, - сказал я, осторожно убирая медали обратно в бархатный футляр и ожидая того, что Том сделает то же самое с кинжалом.

- Хорошо? – Сказал я. – Давай, чувак, положи его обратно.

- Мама и бабушка, - усмехнулся он. – Ты еще такой ребенок. Ты думаешь, что все так просто, не так ли? Что все либо правильно, либо неправильно, белое либо черное. Хороший парень, плохой парень, и ничего посередине.

Нет, Йерк, ты не прав. Больше нет. Раньше да. Но я уже был за чертой; я делал вещи, о которых даже не хочу думать. Я знаю все об оттенках серого.

Я сказал:
- Иногда даже хорошие парни делают плохие вещи. Но это не значит, что между добром и злом нет разницы.

- Добро и зло, - сказал он, пытаясь улыбнуться.

- Сильные и слабые. Вот реальность. Победители и проигравшие.

- Кинжал, Том, - сказал я.

Он положил его обратно в сундучок.

Он выключил свет. Мы забрались в предназначенные для нас кровати. Наши разные окопы.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/75257/425030

Переводчики: Kranast