Готовый перевод Rationality: From AI to Zombies / Рациональность: от ИИ до Зомби: Privileging the Hypothesis

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов, так как модераторы установили для него статус «перевод редактируется»

Предположим, что полиция города Большого, с населением в миллион человек, расследует убийство, в котором либо мало либо совсем нет улик. Жертву закололи ножом на аллее парка, нет отпечатков пальцев и свидетелей.

Один из детективов говорит: "Так-с, у нас нет ни единой идеи, кто виновен... ни одна улика не указывает на кого-либо из миллиона жителей города... но давайте рассмотрим гипотезу, что убийца --- Мортимер К. Снодграсс, что живёт на Обычной улице, дом 128. В конце концов, возможно, это он."

Я назову это ошибкой привилегий гипотезы. (Дайте мне знать, если у неё уже есть официальное название --- не помню, чтобы она была где-то описана.)

У детектива могли быть какие-то улики, которые не являются уликами для суда --- слухи от информатора, например. Но если у детектива не было какого-либо обоснования для внесения Мортимера в круг внимания полиции --- если он просто ткнул пальцем в небо --- то права Мортимера нарушены.

Они будут нарушены даже если детектив не заявляет, что Мортимер виновен, но лишь просит полицию потратить время и подумать, что Мортимер мог совершить убийство --- неправомерно выдвинуть эту конкретную гипотезу в зону внимания. В природе человека искать подтверждения, нежели опровержения. Допустим, три детектива предлагают своих врагов в качестве подозреваемых. У Мортимера коричневые волосы, у Фредерика чёрные, а Хелен блондинка. Затем находят свидетеля и он говорит, что у человека, который покидал место преступления, были коричневые волосы. "Ага!" --- скажут в полиции, --- "раньше у нас не было никаких свидетельств, чтобы различать разные возможности, но теперь мы знаем, что Мортимер виновен!"

Всё это связано с принципом, который я начал называть "обнаружение гипотезы". Суть в том, что если рассмотреть миллион коробок, только в одной из которых находится бриллиант (истина), а детекторы могут предоставить только 1 бит свидетельств за раз, то потребуется гораздо больше свидетельств, чтобы вывести истину на уровень внимания --- сузить круг вариантов до десяти достойных внимательного рассмотрения --- чем чтобы определить, какой из десяти вариантов правильный. Потребуется 27 бит, чтобы сузить круг до десяти и всего лишь 4 дополнительных бита, чтобы шансы получить правильный ответ были более, чем равные.

Таким образом детектив, который из миллиона людей выбрал Мортимера в круг внимания полиции без какой-либо причины, пропустил большую часть свидетельств, которые были необходимы против Мортимера.

У детектива должны быть эти свидетельства в тот момент, когда Мортимер попадает в круг внимания полиции. Это могут быть рациональные свидетельства, а не улики для суда, но если их вообще нет, то детектив преследует и изводит несчастного Мортимера.

Во время моего недавнего диалога о квантовой механике со Скоттом Ааронсоном, я смог загнать Скотта в угол до такой степени, что он признал, что нет свидетельств, которые дают преимущество постулату коллапса или одномировой квантовой механике. Однако, сказал Скотт, мы могли бы обнаружить свидетельства в пользу одномировой квантовой механики в будущем, а у многомировой всё ещё открыт вопрос о вероятностях Борна.

Это как раз то, что я назвал бы ошибкой привилегий гипотезы. Да должен быть триллион способов лучше ответить на вопрос Борна без добавления постулата коллапса, который будет единственным нелинейным, неунитарным, прерывистым, недифференцируем, не-CPT-инвариантным, нелокальным в конфигурационном пространстве, нарушающем теорему Лиувилля, с влиянием быстрее скорости света, акаузальным, неформально введённым законом во всей физике. Это настолько нефизично, что такое нельзя вслух произносить и даже думать, как о возможности, без огромного багажа свидетельств --- в количестве большем чем ноль, как в данный момент.

Однако, благодаря исторической случайности, постулаты коллапса и одномировая квантовая механика у всех на устах и у каждого в мыслях настолько, что открытый вопрос вероятностей Борна кажется (по крайней мере Скотту Ааронсону) свидетельством, что многомировая интерпретация не может пока предложить полной картины мира. И это значит, одномировая квантовая механика всё ещё на коне.

Если удаётся заставить разум человека думать о какой-то конкретной гипотезе вместо триллиона других не более сложных или маловероятных, то большая часть работы по убеждению позади. Теперь любая мысль воспринимается как "участник гонки", а если кажется, что другие участники слегка отстают, то предполагается, что у лидера есть какое-то преимущество.

И да, это то же самое искажение, только ещё более грубое, которое совершает теист, когда настаивает, что наука не предлагает полного объяснения Вселенной и почему-то воспринимает это как доказательство существования Йеговы, а не Аллаха, Летающего Макаронного Монстра или триллиона других богов, которые не менее сложны --- не говоря уже о натуралистических объяснениях.

Говорить при любом кажущемся недостатке или открытом вопросе в теории эволюции о "разумном творце" --- значит вновь давать привилегии гипотезе. Для этого свидетельства, которые указывают на разумного создателя и достаточные, чтобы внести в круг внимания именно эту идею, а не тысячу других, уже должны быть на руках.

Это правило --- здравый смысл. Соответствующая ему анти-эпистемология состоит из бесконечных разговоров о "возможностях" и о том, как невозможно "доказать отсутствие" идеи; надежд, что свидетельства в будущем, возможно, дадут подтверждение, но при этом не предоставлять прошлых свидетельств, что уже есть в наличии; постоянных размышлений о возможностях без оценок неблагоприятных свидетельств; изображений подтверждающих наблюдений, которые могли бы произойти, но ещё не произошли; попыток показать, что всё новые и новые опровергающие свидетельства "несостоятельны".

Точно также как Бритва Оккама утверждает, что более сложные высказывания требуют больше свидетельств, чтобы верить в них, в той же мере более сложные высказывания требуют больше работы, чтобы привнести их в наш круг внимания. Точно также, как принцип обременительных деталей требует, чтобы каждая часть убеждения была обоснована отдельно, он требует, чтобы каждую часть независимо внесли в круг внимания.

Как было сказано в эссе "Убеждения о вечном двигателе", вера и вечный двигатель второго рода (вода → лед + электричество) схожи в том, что предполагают производство невероятности из ничего, будь то невероятность спонтанно сформировать ледяной куб из воды или невероятность получить правильные убеждения без наблюдений. В некоторых случаях большая часть анти-работы по формированию такой невероятности заключается в привлечения внимания к необоснованному убеждению --- размышлениях о нём, смаковании. В больших пространствах ответов, внимание без свидетельств --- это уже полдороги к убеждению без свидетельств.

Если кто-то размышляет целый день о том, существует ли Троица, но не Аллах, или Тор, или Летающий Макаронный Монстр, то он уже на полпути к христианству. Если они пытаются покинуть веру, то они прошли меньше, чем полпути, а если вступить --- то больше.

Часто встречается такой способ дать привилегии гипотезе: создать неопределённость в некоторой области, а потом выместить её из этой области на привилегированную гипотезу. Так, например, креационист нападает на некоторый (предположительно) спорный аспект современной теории, заявляет, что учёные находятся в неопределённости относительно эволюции и затем говорит: "Мы точно не знаем, какая теория верна, так что возможно верна теория разумного создателя". Но неопределённость является неопределённостью внутри области натуралистических теорий эволюции. У нас нет причин полагать, что потребуется выйти из этой области, чтобы снизить неопределённость, не говоря уже о том, чтобы выпрыгнуть за пределы привычной науки и приземлиться на территорию конкретно Иеговы. Это и есть привилегии для гипотезы --- испытывать сомнения внутри нормального пространства, а затем пытаться выплеснуть сомнения из нормального пространства на некоторую привилегированную, исключительно ненормальную (и обыкновенно дискредитированную) мишень.

Аналогично, та неопределённость, из которой вышла борновская статистическая интерпретация, должна быть неопределённостью из пространства квантовых теорий, которые непрерывны, линейны, унитарны, медленнее-чем-свет, локальны, натуралистичны и так далее --- обладать привычными качествами законов физики. Какая-то часть этой неопределённости может выплеснуться из стандартной области на теории, которые не обладают одним из этих качеств. Действительно, возможно нам следует мыслить вне шаблонов. Однако, теории одного мира не обладают ни одним из этих качеств и нет причин давать привилегии этой гипотезе.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/77383/465289

Переводчики: sepremento, niya3

Настройки

Готово:

100.00% КП = 1.1