Готовый перевод The Black Prism / Чёрная Призма: Глава 1

Кип полз в темноте к полю битвы, опускался туман, приглушая звуки, рассеивая звездный свет. Хотя взрослые избегали поля, и детям было запрещено приходить сюда, он играл здесь сто раз - днём. Сегодня ночью его цель была мрачнее.

Добравшись до вершины холма, Кип встал и подтянул штаны. Позади него шипела река, а может быть, это были воины под ее поверхностью, уже шестнадцать лет как мертвые. Он расправил плечи, игнорируя свое воображение. Из-за тумана казалось, что он находится вне времени. Но, пусть не было никаких признаков этого, рассвет приближался. К этому моменту он должен был добраться до дальнего края поля. Дальше, чем он когда-либо забирался в своих поисках.

Даже Рамир не пойдёт сюда ночью. Все знали, что на Расколотой Скале обитают призраки. Вот только Раму не нужно было кормить семью; его мать не прокуривала все деньги.

Крепко сжав свой маленький напоясный нож, Кип начал идти. Но не только неспокойные мертвецы могли утащить его в вечную ночь. В ночи бродила стая гигантских пекари, клыки мощны, копыта остры. Они неплохая добыча, если у вас были ружьё, железные нервы и острый глаз, но с тех пор, как Война Призм забрала всех мужчин города, было не так много людей, которые рискнули бы жизнью за бекон. Ректон был тенью того, чем когда-то был. Алькальдеса не хотела, чтобы кто-то из ее горожан разбрасывался жизнью. Кроме того, у Кипа не было ружья.

Но не только пекари бродили в ночи. Горный лев или золотой медведь наверняка тоже с удовольствием бы отужинали вкусным мясцом Кипа.

Туман и тьму прорезал низкий вой, раздавшийся в сотне шагов со стороны поля. Кип замер. О, ещё и волки. Как же он забыл про волков?

Другой волк ответил, где-то подальше. Жуткий звук, голос самой дикой природы. Невозможно не замереть, услышав его. Это тот тип красоты, который заставляет вас срать в штаны.

Облизав губы, Кип двинулся дальше. У него было отчётливое ощущение, что за ним кто-то идёт. Преследует. Он оглянулся чрез плечо. Никого. Ну конечно. Мама всегда говорила, что у него слишком буйное воображение. Просто продолжай идти, Кип. Тебе надо дальше. Животные боятся тебя больше, чем ты их, и всё такое. К тому же, одна из особенностей воя - он всегда звучит ближе, чем есть на самом деле. Волки, скорее всего, в лигах отсюда.

До Войны Призм здесь были великолепные угодья. Прямо возле Коричневой Реки, здесь росло всё: инжир, виноград, груши, ежевика, спаржа. Уже прошло шестнадцать лет с последнего сражения - которое было за год до рождения Кипа. Но равнина всё ещё была изуродована и покорёжена. Несколько старых сгоревших бревенчатых домов и сараев торчат из грязи. От пушечных ядер остались глубокие борозды и воронки. Теперь эти кратеры, заполненные клубящимся туманом, были похожи на озера, туннели, ловушки. Бездонные. Непостижимые.

Большая часть магии, использованной в битве, рано или поздно растворилась за годы пребывания на солнце, но кое-где всё ещё блестели сломанные копья зеленого люксина. Осколки твердого жёлтого под ногами могут прорезать самую прочную кожаную обувь.

Собиратели уже давно забрали все ценное оружие, броню и люксин с поля битвы, но по мере того, как сменялись сезоны и шли дожди, каждый год вскрывались новые тайны, спрятанные под землёй. Именно на это и надеялся Кип - и то, что он искал, было наиболее заметно в первых лучах рассвета.

Волки перестали выть. Не было ничего хуже, чем слушать этот леденящий душу звук, но с ним по крайней мере было понятно, где они находились. Теперь же... Кип сглотнул комок в горле.

Когда он шел по затенённой долине между двух больших неестественных холмов - остатка двух великих погребальных костров, где сгорели десятки тысяч - Кип увидел что-то в тумане. Его сердце ушло в пятки. Изгиб кольчужного капюшона. Блеск глаз, вглядывающихся во тьму

А потом накатившийся туман поглотил это.

Привидение. О великий Оролам. Какой-то дух, сторожащий свою могилу.

Если посмотреть с положительной стороны - может, волки боятся приведений?

Кип осознал, что он перестал идти. Двигайся, жирдяй.

Он двинулся дальше, пригнувшись. Пусть он был большим, но он гордился своей лёгкой поступью. Он оторвал взгляд от холма - все еще не было никаких признаков приведения, человека или чего бы то ни было. Он снова почувствовал, что его преследуют. Он оглянулся. Ничего.

Щелчок, будто упал маленький камушек. Что-то, увиденное краем глаза. Кип бросил взгляд на вершину холма. Щелчок, искра, удар кремня о сталь.

Туман осветился на мгновение, и Кип успел кое-что разглядеть. Не призрак - солдат, бьющий кремнем и пытающийся зажечь фитиль. Он загорелся, бросив красный свет на лицо солдата, отражаясь в его глазах. Он закрепил фитиль в держателе на своём ружье и повернулся, ища цели в темноте.

Его ночное зрение, должно быть, было испорчено короткой вспышкой пламени на его фитиле, теперь уже слабо тлеющем, потому что его взгляд прошёл прямо сквозь Кипа.

Солдат снова повернулся, резко, подозрительно.
- Какого черта я вообще должен здесь увидеть? Блудские волки.

Кип начал очень, очень осторожно уходить. Ему нужно было убраться глубже в туман и темноту, прежде чем ночное зрение солдата восстановится, но если он будет шуметь, человек может выстрелить вслепую. Кип молча шел на цыпочках, ощущая зуд в спине, уверенный, что свинцовый шарик может пробить его насквозь в любой момент.

Но у него получилось. Сто шагов, ещё больше, и никто не закричал. Ни один выстрел не раздался в ночи. Еще дальше. Еще двести шагов, и он увидел свет слева от себя, костёр. Он уже почти догорел, остались практически только угли. Кип старался не смотреть прямо на него, чтобы сохранить зрение. Возле костра не было ни палатки, ни спального мешка, только огонь.

Кип попробовал использовать уловку Мастера Данависа, чтобы лучше видеть в темноте. Он расслабил взгляд и попытался взглянуть на вещи с периферии своего обзора. Вроде, ничего не видать. Он подошел ближе.

На холодной земле лежали двое мужчин. Один из них был солдатом. Кип видел свою мать без сознания много раз; он сразу понял, что этот человек не просто в отключке. Он неестественно растянулся, рядом с ним не было никаких одеял, его рот был открыт, глаза не мигая смотрели в ночь. Рядом с мертвым солдатом лежал другой человек, закованный в цепи, но живой. Он лежал на боку, руки скованы за спиной, на голове туго затянутый черный мешок.

Пленник был жив, он трясся. А, нет, он рыдал. Кип огляделся, больше поблизости никого не было видно.

- Может, уже прикончишь меня, чёрт тебя подери? - сказал пленник.

Кип замер. Ему казалось, что он подошёл бесшумно.

- Трус, - сказа пленник. - Просто следуешь приказам, да? Оролам покарает вас за то, что вы планируете сотворить с этим городишкой.

Кип не имел представления, о чём он говорит.

Похоже, молчание ответило за него.

- Ты не один из них, - в голосе пленника мелькнула тень надежды. - Пожалуйста, помоги мне!

Кип сделал шаг вперёд. Мужчина явно страдал. Потом он остановился. Посмотрел на мёртвого солдата. Перед рубашки солдата пропитался кровью. Это пленник убил его? Как?

- Пожалуйста, ты можешь оставить меня закованным, если хочешь, но я не хочу умереть в темноте.

Кип не сдвинулся с места, хоть это и показалось ему жестоким.
- Ты убил его?

- Меня должны были казнить при первых лучах солнца. Я сбежал. Он преследовал меня и успел надеть на меня мешок, прежде чем умереть. Если рассвет скоро, то в любой момент может прийти его сменщик.

Кип все еще не понимал, что к чему. Никто в Ректоне не доверял проходившим солдатам, и алькальдеса в последнее время говорила молодым людям города обходить солдат стороной, особенно когда новый сатрап Гарадул объявил себя свободным от контроля Хромерии. Теперь он называл себя королем Гарадулом, но он хотел и дальше набирать молодежь города себе в войско. Алькальдеса сказал его представителю, что, если он больше не является сатрапом, он не имеет права увеличивать поборы. Король или сатрап, Гарадул был этому не рад, но Ректон был слишком мал, чтобы с ним возиться. Тем не менее, было бы разумно избегать его солдат, пока все это не закончится.

С другой стороны, одно только то, что Ректон сейчас не ладил с сатрапом, это не делало этого человека другом Кипа.

- Так ты преступник? - спросил Кип.

- Восемь дней в неделю, - ответил мужчина. В его голосе проявилась надежда. - Слушай, пацан - ты ведь ребенок, не так ли? Говоришь как ребенок. Сегодня я встречу смерть. Я не могу сбежать. Честно говоря, и не хочу. Набегался. В этот раз, я буду сражаться.

- Я не понимаю.

- Ты поймёшь. Сними с меня капюшон.

Несмотря на расплывчатые опасения, Кип развязал узел на шее мужчины и стянул с него мешок.

Сначала Кип понятия не имел, о чем говорил заключенный. Мужчина сел, его руки все еще были связаны за спиной. Ему было, наверное, лет тридцать, он похож на Тиреанца, как Кип, но с более светлой кожей, его волосы были скорее волнистыми, чем кудрявыми, а конечности тонкими и мускулистыми. А потом Кип увидел его глаза.

У мужчин и женщин, которые могли использовать свет и создавать люксин - ДРАФТЕРОВ - всегда были необычные глаза. Небольшая доля того цвета, который они ДРАФТИЛИ, оставалась в их глазах. В течение жизни вся радужка постепенно окрашивалась в красный, синий, или какой там цвет был их. Заключенный был зеленым ДРАФТЕРОМ - или, скорее, раньше был. Ореол радужной оболочки вместо того, чтобы ограничивать зелёный, был разбит, будто блюдце, расколотое об пол. Маленькие зеленые фрагменты светились даже в белках его глаз. Кип ахнул и отшатнулся.

- Пожалуйста! - сказал мужчина. - Пожалуйста, безумие не овладело мной. Я не наврежу тебе.

- Ты - цветная тварь.

- Теперь ты знаешь, почему я сбежал из Хромерии, - сказал мужчина.

Потому что Хромерия убивает цветных тварей, как фермер убивает любимую, но бешеную собаку.

Кип был в шаге от того, чтобы сбежать, но мужчина не делал ничего угрожающего. И к тому же было еще темно. Даже цветным тварям нужен был свет для ХХХХХХХ. Тем не менее, туман становился светлее, горизонт начал сереть. Было безумием разговаривать с сумасшедшим, но, может быть, это было не слишком безумно. По крайней мере, до рассвета.

Цветная тварь странно смотрел на Кипа.
- Синие глаза, - он рассмеялся.

Кип нахмурился. Он ненавидел свои голубые глаза. Ладно ещё, когда они голубые у кого-то пришлого, вроде Мастера Данависа. У него они смотрятся нормально. У Кипа же - по уродски.

- Как тебя зовут? - спросил цветная тварь.

Кип сглотнул, думая, что, по-хорошему, надо бы бежать отсюда.

- Ох, Оролам с тобой, ты что, думаешь, что я прокляну тебя по имени? Насколько вы тёмные в этом вашем захолустье? Хроматургия работает вообще не так...

- Кип.

Цветная тварь ухмыльнулся.
- Кип. Что ж, Кип, ты когда-нибудь задавался вопросом, почему ты застрял в этой дыре? У тебя когда-нибудь было чувство, что ты особенный?

Кип ничего не ответил. Да и да.

- Знаешь, почему тебе кажется, что тебе уготовано большее?

- Почему? - тихо, с надеждой спросил Кип.

- Потому что ты наглый маленький засранец, - цветная тварь рассмеялся.

Это не должно было застать Кипа врасплох. Его мать говорила вещи и похуже. И всё же он оторопел на секунду. Маленькая, но оплошность.
- Гори в аду, трус. - сказал он. - Ты даже не смог сбежать. Тебя поймали солдаты в доспехах.

Цветная тварь рассмеялся ещё громче.
- О, они не поймали меня. Они меня наняли.

Кто наймёт безумца?
- Они что, не знали, что ты...

- О, они знали.

Нутро Кипа скрутил ужас.
- Ты говорил что-то про мой город. Что они собираются сделать?

- Ты знаешь, а у Оролама есть чувство юмора. Только сейчас это понял. Ты ведь сирота?

- Нет, у меня есть мать. - сказал Кип. Он тотчас пожалел, что сообщил твари даже это.

- Ты поверишь, если я скажу, что про тебя есть пророчество?

- Это всё ещё не смешно. - сказал Кип. - Что должно случиться с моим городом?
Приближался рассвет и у Кипа не было времени ходить вокруг да около. Мало того, что придёт сменщик того солдата, ещё непонятно, что сделает тварь, когда у него появится свет.

- Ты знаешь, - сказал тварь, - это из-за тебя я здесь. Не в смысле "здесь" здесь. Не типа "почему я существую". Не в Тирее. Я имею в виду, в цепях.

- Что? - спросил Кип.

- В безумии есть сила, Кип. Конечно, ... - он отвлёкся, рассмеялся над какой-то своей мыслью. Вернулся к разговору. - Слушай, у того солдата есть ключ в нагрудном кармане. Я не смогу сам, не с этим... - он потряс руками, скованными наручниками у него за спиной.

- И я должен помочь тебе потому что?.. - спросил Кип.

- Чтобы получить несколько прямых ответов, прежде чем наступит рассвет.

Безумно и хитро. Превосходно.
- Один ответ вперёд.

- Валяй.

- В чём состоит план насчёт Ректона?

- Огонь.

- Что? - спросил Кип.

- Извини, ты сказал один ответ.

- Это был не ответ!

- Они собираются вырезать вашу деревню. Сделать из неё пример, чтобы никто другой не перечил королю Гарадулу. Другие деревни, конечно, тоже перечат королю. Его бунт против Хромерии не все поддерживают. На каждый город, жаждущий отомстить Призме, есть другой, который не хочет иметь ничего общего с войной. Ваша деревня была выбрана не случайно. Как бы то ни было, у меня случился небольшой приступ совести и я возразил. Слово за слово, я ударил своего начальника. Не совсем моя вина. Они же знают нас, зеленых, что мы не терпим правил и иерархии. Особенно, когда мы прорвали ореол, - цветная тварь пожал плечами. - Вот, прямой ответ. Я думаю, что это заслуживает ключа, не так ли?

Это было слишком много информации, чтобы сразу же переварить - прорвали ореол? - но это был прямой ответ. Кип подошел к мертвецу, чья кожа бледнела в восходящем свете. Соберись, Кип. Спроси все, что нужно спросить.

Кип знал, что приближается рассвет. В ночи вырисовывались всякие жуткие фигуры. Огромные нависающие половины Расколотой Скалы угадывались там, где на небе будто бы стёрли звёзды.

Что же спросить?

Он колебался, не желая прикасаться к мертвецу. Он опустился на колени.
- Почему мой город?
Он сунул руку в карман мертвеца, стараясь не задеть кожу. Там было два ключа.

- Они полагают, что найдут здесь нечто, что принадлежит королю. Не знаю, что это. Это всё, что у меня вышло подслушать.

- Что такого может быть в Ректоне, что нужно королю? - спросил Кип.

- Не в Ректоне. У тебя.

Осознание заняло у Кипа целую секунду.
- У меня? Лично? Да у меня же нет ничего!

Рот твари растянулся в безумную улыбку, но, как подумалось Кипу, притворную.
- Что ж, значит это трагическая ошибка. Их ошибка, ваша трагедия.

- Думаешь, я вру?! - спросил Кип. - Думешь, если бы у меня был выбор, собирал бы я тут люксин?

- Да мне, в общем, всё равно. Ты принесёшь уже этот ключ, или мне надо очень вежливо попросить?

Отдавать ключи было ошибкой. Кип знал это. Цветная тварь был не в себе. Он был опасен. Он сам признавал это. Но он сдержал свое слово. Как теперь мог Кип не сдержать своё?

Кип разомкнул наручники мужчины, а затем замок на цепях. Он осторожно отступил, как от дикого зверя. Цветная тварь делал вид, что не заметил этого, он просто потирал руки и потягивался вперед и назад. Он подошел к охраннику и тоже пошарил по его карманом. Из одного он достал пару зеленых очков с одной потрескавшейся линзой.

- Можешь пойти со мной, - сказал Кип. - Если то, что ты говоришь - правда...

- Как ты думаешь, как близко я подойду к твоему городу, прежде чем кто-то прибежит с мушкетом? Кроме того, как только взойдет солнце… Я готов к этому, - цветная тварь глубоко вздохнул, глядя на горизонт. - Скажи мне, Кип, если ты всю жизнь совершал плохие поступки, но умрешь, делая что-то хорошее, как ты думаешь, это компенсирует все плохое?

- Нет, - честно ответил Кип прежде, чем сумел остановить себя.

- Вот и я так не думаю.

- Но это лучше, чем ничего, - сказал Кип. - Оролам милостив.

- Посмотрим. что ты скажешь, когда они закончат с твоей деревней.

У Кипа были ещё вопросы, которые он хотел задать, но всё происходило в такой спешке, что его мысли разбегались.

В прибывающем свете Кип увидел то, что было спрятано в тумане и темноте. Сотни палаток были разбиты с военной точностью. Солдаты. Много солдат. И пока Кип стоял менее чем двухстах шагах от ближайшей палатки, равнина начала подмигивать. Осколки люксина мерцали искрами, словно звезды, разбросанные по земле, отвечающие своим братьям на небе.

За ним-то Кип и пришёл. Обычно, когда ДРАФТЕР отпускает люксин, он испаряется, вне зависимости от цвета. Но во время сражения, когда вокруг хаос и куча ДРАФТЕРОВ, часть запечатанной магии оказывается погребённой под землёй, защищённой от солнечного света, который развеял бы её. Недавний дождь обнажил ещё.

Но вгляд Кипа переместился с подмигивающего люксина на четырёх солдат и человека в ярко-красном плаще и красных очках, направляющимся к ним из лагеря.

- Меня зовут Гаспар, кстати говоря. Гаспар Элос, - цветная тварь не смотрел на Кипа.

- Что?

- Я не просто какой-то случайный ДРАФТЕР. Мой отец любил меня. У меня были планы. Девушка. Жизнь.

- Я не...

- Поймёшь.
Цветная тварь надел зелёные очки; они сели как влитые, вплотную к лицу, линзы изгибаются таким образом, что куда бы он не посмотрел, он будет видеть сквозь зелёный фильтр.
- Теперь кыш отсюда.

Когда солнце выглянуло из-за горизонта, Гаспар вздохнул. Как будто Кип перестал существовать. Это было похоже на то, как его мать делала самую первую затяжку дури. Начиная от блестящих тёмно-зелёных звёзд, зелень завихрилась в белках его глаз, будто капля зелёной крови в воде, сначала растворяясь, а потом окрашивая её. Изумрудный люксин заполнил его глаза, утолщаясь и, в итоге, становясь твёрдым, после чего стал распространяться дальше. По щекам, до линии волос, вниз к шее и дальше, до самых ногтей, которые он особенно явно окрасил, будто покрыв их сияющим нефритом.

Гаспар рассмеялся. Это был низкий, злобный хохот. Безумный. На этот раз не притворный.

Кип побежал.

Он добежал до погребального холма, на котором стоял часовой, стараясь держаться дальней от армии стороны. Надо добраться до Мастера Данависа. Мастер Данавис всегда знает, что делать.

Теперь на холме не было часового. Кип обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как Гаспар изменяется, трансформируется. Зелёный люксин выплеснулся из его рук на его тело, покрывая каждую его часть, как панцирь, как огромный доспех. Кип не мог видеть солдат или красного ДРАФТЕРА, приближавшихся к Гаспару, но он увидел огненный шар размером с голову, летящий в сторону цветной твари, ударивший его в грудь и взорвавшийся, расплёскивая повсюду огонь.

Гаспар пробежал сквозь всё это, несмотря на горящий красный люксин, налипший на его зелёную броню. Он был потрясающ, ужасающ, мощен. Он с криком вызова бежал прямо на солдат и исчез из поля зрения Кипа.

Кип улепётывал со всех ног, а за ним солнце окрашивало туман в багрянец.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/77898/452952

Переводчики: MegaZoker, martekha