Готовый перевод FATE & FORGIVENESS / Судьба и прощение: Глава 2

Сет резко проснулся от собственного крика. Открыв глаза и осознав, что находится в безопасности дома в своей постели, он глубоко вздохнул и уставился на деревянные потолочные балки. Он сжал руки в кулаки, борясь с отчаянием.

Он чертовски устал от этого конкретного кошмара. Казалось, тот мучил его каждую ночь, не давая проспать больше нескольких часов. Сет не мог припомнить, когда в последний раз спал больше трех-четырех часов подряд.

Он перекатился на край кровати и сел. Подсветка на механических часах на ночном столике мерцала в мягком утреннем свете, проникающем через окна. Было чуть больше пяти часов утра. Сет знал, что ему больше не удастся заснуть, так что он вполне мог встать и начать свой день.

Он сполз с кровати и направился в ванную. Позаботившись о своих утренних делах, он быстро принял душ, наслаждаясь небольшим количеством горячей воды, которое там было, и радуясь, что прошлой ночью нашел время зарядить батареи водонагревателя.

По убеждению Сета изобретатели солнечной батареи и ветрогенератора были гениями. За исключением спутникового интернета, он почти не жил в сети. У него не было ни телефона, ни электричества. У него также не было всех головных болей, связанных с ними, таких как счета.

У него не было дополнительной головной боли от того, что кто-то мог его найти. Он звонил домой раз в неделю, когда отправлялся на двухчасовую поездку в город за продуктами. Кроме этого, Сет общался с внешним миром только через интернет.

И ему это нравилось.

Сет не хотел иметь ничего общего с окружающим миром. Он на собственном горьком опыте убедился, что люди - отстой, независимо от их вида. Как бы ни было тяжело проводить все свое время в одиночестве, Сет предпочитал это, тому чтобы быть рядом с кем-то, кто мог причинить ему боль — снова.

Сет вылез из душа и вытерся. Переодевшись в чистые джинсы, фланелевую рубашку, поверх простой хлопчатобумажной рубашки, потому что по утрам было очень холодно, и толстые шерстяные носки, он подошел и развел огонь в своей дровяной плите. Нагревание заняло немного больше времени, чем у обычной печки, но у нее было дополнительное преимущество-отопление хижины.

Сет поставил чайник с водой на плиту, чтобы разогреть, затем подошел к двери и натянул сапоги. Он снял куртку с крючка у двери, натянул ее и вышел на улицу, чтобы взять еще дров из поленницы.

За шесть месяцев, прошедших с тех пор, как он переехал сюда, он усвоил одну вещь — всегда держать запас дров наготове. Он понял это на собственном горьком опыте и чуть не отморозил себе задницу, прежде чем смог собрать достаточно дров, чтобы согреться.

Сегодня ему нужно было нарубить еще дров, что, казалось, было почти ежедневной задачей. Зима быстро приближалась. Утром становилось все холоднее, и скоро должен был выпасть снег. Сет знал,что ему нужно быть готовым, иначе он снова отморозит себе задницу.

Наполнив деревянный ящик у кухонной двери, Сет скинул ботинки, заварил себе чашку чая и отнес ее к письменному столу, стоявшему в небольшом закутке сбоку от гостиной. Он включил ноутбук и подождал, пока тот загрузится.

Он любил это маленькое гнездышко. Раньше это была детская спальня. Сет переоборудовал комнату под свои нужды, превратив ее в кабинет. С трех сторон его окружали окна, из которых открывался вид на озеро перед домом и лес за ним. В течение дня сквозь застекленные окна лился свет с улицы. Керосиновые лампы освещали комнату по вечерам.

Сет убрал дверь и стену, отделявшие его новый кабинет от главной гостиной, оставив проем открытым, предварительно обрамив пространство деревянными балками. Это позволяло теплу от камина в гостиной проникать в его кабинет, что всегда было хорошо. Это также зрительно увеличивало помещение и делало его более открытым.

Все это жилище было довольно маленьким, предназначенным только для отдыха на выходных. В нем было всего несколько комнат. Помимо ванной комнаты, а теперь и кабинета, кухня, столовая и гостиная представляли собой одну большую комнату. Даже его кровать стояла в той же комнате, только в углу.

Это сильно упрощало уборку и давало дополнительное преимущество в легкости обогрева плитой или камином. За последние несколько недель, когда погода стала холоднее, Сет понял, что тепло-это очень важно. Он мог бы обойтись и без многого другого, но только не без тепла.

Он также любил свет, хотя и довольствовался свечами и керосиновыми лампами. Свет помогал держать в узде его кошмары. Единственное, что еще можно было сделать, - это большая бутылка виски, но Сету не нравилось терять контроль под действием алкоголя.

Это заставляло его странно себя чувствовать.

Сет отвернулся от окна, услышав, как звякнул его ноутбук. Он закатил глаза, увидев не одно, а целых три письма от своего брата Роуэна. Казалось, Роуэн писал ему почти каждый день. Обычно это было просто сообщение "Как дела?". Иногда сообщения были более навязчивыми - когда начинались вопросы, когда он вернется домой.

Казалось, никто не понимал, что он дома. После того, что случилось с Азизи, и участия Сета в этом фиаско, он решил, что не хочет быть частью волчьей стаи, вампирского племени или даже человеческого мира. Он не хотел иметь ничего общего ни с ними, ни с людьми в них. Его единственным выбором было полностью уйти из этой ситуации.

Отсюда и хижина в лесу.

Сет просто хотел, чтобы его семья поняла, что ему нужно держаться подальше от всего этого дерьма. Вина Сета в том, что случилось с Азизи, была почти так же велика, как и его желание сбежать от всех. Он никак не мог расплатиться за свою роль во всей этой неразберихе. Даже если он сам не пытал Азизи, его вина в этом была столь же велика.

Сет быстро прочитал первые два письма Роуэна, которые были именно такими, как он и подозревал — ежедневный отчет и желание узнать, как Сет справляется с вилочкой для устриц. Третье письмо было другим и заставило его сжать кулаки.

Это была просьба к Сету немедленно связаться с Роуэном. Роуэн написал, что ему срочно нужно либо вернуться домой, либо позвонить. Сет отправил ответное письмо, в котором сообщал, что с ним все в порядке и он не вернется. Хотелось надеяться, что это заставит Роуэна успокоиться, но он сомневался в этом.

Сет закрыл ноутбук и пошел за новой чашкой чая. Пока вода закипала, он схватил сапоги и надел их, а затем натянул толстое фланелевое пальто. Взяв свой чай, он вышел через парадную дверь и подошел к небольшому ограждению на краю крыльца.

Чуть ниже по склону от хижины находилось большое озеро. Он знал по опыту, что в озере водится много рыбы. Он не очень хорошо ловил ее, но с каждым днем все лучше. Теперь, когда он жил в лесу, охотиться на дичь было не так уж трудно. Но учитывая, что у него больше не было защиты стаи, Сет изо всех сил старался охотиться в человеческом обличье, а не как волк.

Никто из местных жителей не знал, что он оборотень, и Сет предпочел оставить все как есть. Хотя большая часть мира знала о волках-оборотнях и вампирах, не все из них принимали людей, которые не были людьми. Сет не хотел рисковать, имея дело со сплоченным местным сообществом. Ему нравилась его голова на плечах.

Он не собирался становиться чьим-то пушистым ковриком.

Сет пил чай и смотрел на озеро. Это была еще одна причина, по которой он любил это место. Тишина и покой не имели себе равных. Выросший в семье с четырьмя братьями, он никогда раньше не знал тишины. Жизнь в волчьей стае тоже не приучала к этому. Вокруг всегда кто-то был.

Даже после того, как его семья покинула стаю альфы Грегори, казалось, что рядом все время кто-то есть. У Сета никогда не было ни минуты покоя для себя. Судя по тому, что рассказал ему Роуэн, вампирские племена были ничуть не лучше. Сету нравилась тишина. Ему нравилось слышать собственные мысли.

И да, это было одиноко.

Иногда становилось так одиноко, что Сету казалось, он вот-вот сойдет с ума. Но все же лучше, чем оставаться в племени, когда все знают о его позоре. Одних взглядов, которые на него кидали, было достаточно, чтобы заставить его вспомнить каждое проклятое слово, которое он бросил Азизи.

Он сомневался, что когда-нибудь забудет свою роль в похищении и пытках этого человека. Он переживал этот момент каждую ночь в своих кошмарах. Его гнев и боль не были оправданием тому, что он сделал с беднягой, даже если они были вполне реальны. Сет никогда не сможет возместить причиненный им ущерб.

И он больше не хотел пытаться.

Он все еще чувствовал ярость каждый чертов раз, когда думал об охотниках, и это мгновенно приводило к непреодолимой боли, которая наполняла его, когда он вспоминал, что его пара никогда не примет его.

Роман был охотником.

Он всегда будет охотником, а Сет-волком. Ничто не могло этого изменить. И Роман более чем ясно дал понять, что ему противна сама мысль о том, что он может быть связан, а тем более связан с волком.

Во внезапном приступе гнева Сет швырнул свою чашку как можно дальше. Он с презрением наблюдал, как она упала на землю в нескольких ярдах, а затем повернулся и ударил кулаком по ближайшему столбу крыльца.

Его сердце все еще болело за свою пару. Он догадывался, что так будет всегда. Но Роман ненавидел сам его вид. Это было более чем ясно по многим причинам. Ненависть, вспыхнувшая в темно-синих глазах Романа, обожгла саму кожу Сета.

Это стало холодным душем после тех любящих взглядов, которые Сет получил в ту единственную ночь, проведенную в объятиях Романа. И, возможно,именно поэтому сердце Сета так сильно болело. Если бы он испытал ненависть первым, возможно, он смог бы справиться с ней. Но все было не так - Роман первым понял, кто такой Сет и любовные взгляды сменились ненавистью.

Быть оборотнем-волком не было болезнью, но впервые в жизни Сет почувствовал, что с ним что-то не так из-за того, кем он был. Ему всегда нравилось быть волком, уметь перекидываться, бегать и вдыхать запахи, которые не мог учуять ни один человек.

Теперь Сет едва мог смотреть на себя в зеркало. Он ненавидел свою волчью форму, и столь же сильно он ненавидел человеческую форму. И то и другое напоминало ему о том, чего у него никогда не будет. Он даже убрал все чертовы зеркала в хижине, чтобы не смотреть на себя. Он не хотел, чтобы ему напоминали о том, кем он был.

Это была еще одна причина, по которой он не охотился в волчьем обличье, если только не был в отчаянии. Прошло уже несколько месяцев с тех пор, как он в последний раз менял форму. Даже сейчас он чувствовал, как его волк приближается к поверхности, пытаясь выбраться и побегать. Он стиснул зубы и подавил желание, борясь с ним всем своим существом.

Он не перекинется.

Сет снова ударил кулаком по столбику крыльца, поморщившись, когда кожа лопнула и костяшки пальцев начали кровоточить, но боль вывела его из тумана ярости, затопившего его. Он лизал мелкие ссадины, пока кровь не перестала капать и кожа не начала заживать.

Ну, по крайней мере, некоторые из его способностей оборотня не покинули его. Он все еще исцелялся с пугающей скоростью. Но он задавался вопросом, как долго это будет продолжаться, если он будет продолжать отрицать своего волка.

Сет глубоко вздохнул и обошел дом с другой стороны. Во всяком случае, концентрация, необходимая для рубки дров, отвлечет его от всего остального. Это была бессмысленная работа, но требовалось все внимание, чтобы не отрубить себе ногу или какую-нибудь другую конечность.

Сет взял топор и занялся делом. Если ему повезет, ему хватит работы на то, чтобы в течение следующих нескольких часов не думать ни о чем. К тому же у него будет дополнительное преимущество - он сможет навалить целую кучу дров.

Он не собирался покидать хижину в ближайшее время, а с наступлением холодов ему понадобятся дрова, чтобы согреться. Может, он и волк, но даже он замерзнет в разгар зимы. Может быть, боги наконец улыбнутся ему, и он замерзнет насмерть.

Он мог только надеяться.

Сет закончил работу через пару часов. Он аккуратно сложил то, что нарубил, а затем отнес в хижину запас дров на следующий день. Он зарядил батареи водонагревателя для завтрашнего душа.

Закончив приготовления к завтрашнему дню, Сет скинул ботинки, поставил их у входной двери и повесил куртку. Он прошел на кухню, сделал себе бутерброд и еще одну чашку чая, а затем отнес их в свой кабинет.

Он сел за стол и снова включил ноутбук. Ожидая, когда тот загрузится, он съел свой обед. Тишина, которую он нашел в хижине, дала ему еще одно занятие - писать паранормальные романы.

Это было странное хобби, но он решил, что если кто и знает о волках-геях, то только он. Кроме того, его писательство давало ему выход для всех его сдерживаемых эмоций - его тяги к своей паре, его мечты о том, что могло бы быть, и его страх перед тем, что на самом деле произошло.

Это была хорошая отдушина.

Учитывая предложения по контрактам, которые он получил от трех различных издательств, в которые представил свою работу,это была хорошо оплачиваемая отдушина. Возможно, он сможет прокормить себя, живя в глуши.

Загрузив ноутбук, Сет открыл свою последнюю рукопись и начал печатать. У него было всего три главы в истории, но до сих пор он был вполне доволен придуманной сюжетной линией.

Это было настолько далеко от того, что случилось с ним, насколько это вообще возможно. Здесь не было ни охотников, ни вампиров, только два волка, которые встретились и полюбили друг друга. Внешний слой истории был тайной, окружающей происхождение оборотней.

Честно говоря, Сет понятия не имел, откуда появились волки-оборотни, но он упоминал северных богов как их создателей. Для него это звучало как хороший сюжет. И это хорошо работало в его сюжетной линии.

Сет печатал на машинке, зажигая керосиновую лампу, когда начинало темнеть. Он иногда прерывался, чтобы перекусить или сходить в туалет, но в остальном его мысли были полностью заняты фантазией, которую он строил.

Только странное хныканье снаружи хижины нарушило его сосредоточенность. Сет помолчал, гадая, не померещился ли ему этот тихий звук. Ничего не услышав, даже с его превосходным слухом, он снова начал печатать.

Должно быть, он ошибся.

Громкий стук на крыльце заставил Сета вскочить на ноги, едва не опрокинув керосиновую лампу. Сет быстро протянул руку, чтобы поправить лампу, и уставился на входную дверь, ожидая услышать повторение звука.

Услышав еще один тихий всхлип, Сет прокрался к входной двери. Там определенно что-то было. Он поднял нос в воздух и принюхался. Запах крови мгновенно наполнил его чувства.

И что-то более приятное, что он не мог точно определить.

Сет впервые за несколько месяцев позволил своим когтям вытянуться, а затем медленно потянул входную дверь на себя. Он всмотрелся в темноту, высматривая то, что там скрывалось. Тихий стон заставил его опустить глаза на пол крыльца.

- Черт возьми, - прошептал Сет, опускаясь на колени рядом с мужчиной, лежащим на крыльце. Он осторожно перевернул его, и у него перехватило дыхание, когда он увидел всю кровь, покрывающую распростертую фигуру.

Сет быстро поднял голову и огляделся, ища признаки опасности или того, кто избил человека на крыльце до полусмерти. Ничего не увидев и не учуяв, кроме сильного запаха крови, Сет подхватил маленького человечка на руки и понес внутрь, пинком захлопнув за ним дверь.

Он быстро отнес мужчину к дивану, уложил его и побежал на кухню за миской воды и мочалкой. Он принес их обратно в гостиную и поставил на пол рядом с диваном.

Мужчина был весь в крови. Сет не знал, с чего начать. Он также не знал, какие раны были у этого человека, и не хотел причинять ему боль, но он должен был с чего-то начать. Сет начал вытирать кровь с пепельного лица мужчины.

Тонкое изящное лицо, которое он очистил, удивило Сета. Он никогда не видел таких тонких черт на лице мужчины, даже у Азизи. У него было худое лицо с высокими скулами и дерзким маленьким носиком. Его мягкие губы заставили Сета застонать. Он старался не думать о том, как соблазнительно они выглядят.

Кем бы ни был этот человек, он был ошеломляющим.

Переломов вроде бы не было — в основном порезы, ссадины и какие-то жуткие синяки. Мужчина даже не пошевелился, когда Сет осторожно стянул с него изодранную одежду. Он даже не издал ни звука.

Сет смог привести его в порядок, а затем переодеть в одну из своих рубашек, которая свисала до середины бедра мужчины, и пару спортивных штанов. Слава богу, у них были завязки, иначе брюки остались бы на коленях у парня.

Сет завернул его в одеяло и пошел на кухню, чтобы приготовить еще чаю. Он был почти уверен, что гостю понадобится что-нибудь, чтобы согреться.

Теперь ему оставалось только ждать, когда он проснется.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/78078/455692

Переводчики: katakamukham