Готовый перевод Camp Jupiter Classified: A Probatio’s Journal / Секретные материалы Лагеря Юпитера: дневник новичка: Day XVIII: Probably Not My Best Idea Yet

День XVIII: Не самая моя хорошая идея на данный момент

Я такая идиотка! Есть только одно место, где может находиться подлинный анкил – принципия! Это самое охраняемое здание в лагере. Вход в главный штаб охраняют элитные преторианские гвардейцы. Пройдешь мимо них, и тебе придется иметь дело со злобными металлическими псами Рейны, не говоря уже о самой Рейне, которая еще более свирепа. Фрэнк кажется вполне рассудительным, но, с другой стороны, он может превратиться в льва и других пугающих существ с когтями и клыками. Кроме того, позади стола преторов висит штандарт с золотым орлом, который, как сказала мне Дженис, пускает лазерные лучи из глаз.

Так что, по сути, анкил находится вне моей досягаемости. И это совершенно нормально! Нет никакой причины, по которой мне требовалось бы его увидеть! Вот только... да, я действительно хочу посмотреть на него. Я хочу знать наверняка, что в принципии он цел и невредим. Жаль, что нет никакого способа проникнуть внутрь. Хотя бы мимолетно взглянуть.

Если только вы случайно не знаете о тайной лестнице, которая ведет из акведука в принципию. А если ты потомок бога воров... что ж, это должно дать тебе большое преимущество в тайной проникновении, верно?

Позже...

О, боги мои! Они думают, что это я. Фрэнк и Рейна, они думают, что я стою за всеми бедами в лагере!

Я подслушала их разговор из своего укрытия на лестнице под железной решеткой. Овсяная каша, дохлые крысы, порванные мешки с какашками, неисправные арбалеты, даже наводнение в Колизее – когда они сложили вместе эти происшествия, как плитки мозаики, им показалось, что они видят складывающуюся картину.

Меня.

Я ем овсянку. Я пробралась в принципию с дохлыми крысами. Я улетела с мешком какашек. Я исчезала во время дежурства в карауле и снова во время гладиаторских игр. В их глазах связь между мной и этими странными событиями очевидна.

Временная шкала проблем также указывает на меня, сказали они. До моего приезда всё в Лагере Юпитера работало без сбоев. А после – не очень. А тут еще мое странное поведение. Истерично смеялась над Фрэнком после того, как покинула храм Марса. Отсиживалась в уборной. Что-то строчила в блокноте. И вообще, что было в этой записной книжке? Список будущих шалостей? Если так, то они должны были конфисковать его ради спасения лагеря.

Затем они сбросили последнюю бомбу: я была наследницей Меркурия, бога обманщиков. Известно, что новички часто лезут из кожи вон, чтобы привлечь внимание своих божественных предков. Вполне возможно, даже вероятно, что я замышляла все более изощренные – и опасные – розыгрыши, чтобы получить благословение Меркурия.

Сердце колотилось так громко, что трудно поверить, что они этого не услышали. Мне хотелось вскарабкаться по лестнице и прорваться сквозь железную решетку, чтобы сказать им, что они совершенно не правы. Что я люблю Лагерь Юпитера и не сделала бы ничего, что поставило бы под угрозу мое пребывание здесь или безопасность любого, кто называет его своим домом.

Но я не могла этого сделать, потому что они ни за что не поверили бы, что я невиновна. Я имею в виду, да, я только что совершила несанкционированный переход через акведуки к секретному входу, чтобы иметь возможность шпионить внутри штаб-квартиры лагеря в поисках спрятанного священного предмета! А теперь я подслушала разговор высокопоставленных представителей легиона. И при всём желании я не могла бы выглядеть более подозрительно.

Рейна была готова немедленно вызвать меня в Сенат. Но Фрэнк, да благословят его боги, возражал против открытого обвинения, настаивая, что сначала им нужны четкие доказательства того, что за этими шалостями стою я. Рейна в конце концов согласилась, но я видела, что ей это не очень-то понравилось.

И вот теперь я лежу на своей койке, сгорбившись и стараясь не заплакать. Потому что это полный отстой, что преторы подозревают меня. И это отстой, что я не могу дать им понять, что что-то знаю.

Нет, единственный способ заслужить их доверие – это доказать мою невиновность. А это значит, надо найти настоящего преступника.

Рейне и Фрэнку это не удалось. Но я держу в руках мозаичные плитки, о которых они не знают: эти таинственные послания и мой сон о беглой неудачнице. Если только MV не появится или анкил не упадет мне на колени, то на данный момент эти подсказки – тупик.

Но я точно знаю, к кому обратиться, чтобы узнать информацию о девушке моего сна.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/79575/473498

Переводчики: Bayashka