Готовый перевод Camp Jupiter Classified: A Probatio’s Journal / Секретные материалы Лагеря Юпитера: дневник новичка: Day XXV: The End (JK!)

День XXV: Конец (шучу!)

Я много думала о секретах. Обо мне, моих видениях и посланиях. О распознании истинного анкила. О безумных отношениях Илона и Мими. О том, стала бы наша ситуация настолько неконтролируемой, если бы все открылись и поделились тем, что знали, раньше? Может быть.

Но больше всего я думала о новом секрете, который узнала сегодня.

Я была в Новом Риме на пути в библиотеку, где должны были уложить новый камень почёта. Выгравированное на нём имя? Мамурий Ветурий. Он не был признан героем во время своей жизни, но он определённо помог нам в наши дни.

Я убивала время перед церемонией, шатаясь по улицам. Дженис вызвалась идти со мной. Блэйз тоже – он был весь красный, как кузничный огонь, когда промямлил эти слова, что заставляет меня задуматься, не влюблён ли он в меня в конце концов. Что же. Теперь, когда Лагерь Юпитера в безопасности, времени для подобных вещей предостаточно.

Я поблагодарила обоих, но отказалась. Я хотела исследовать Новый Рим в одиночку. Наслаждаться видами, звуками и да, запахами, ни на что не отвлекаясь. Представлять, как мой отец ходил по этим же брусчатным улицам. У меня не было маршрута – я просто позволила ногам нести меня туда, куда им угодно.

Они направили меня к месту, в котором я не была до этого, но оно было знакомо мне, как мои пять пальцев. Крыльцо домика, приткнувшегося на боковой улочке.

Здесь не было ничего необычного – дверь домика выглядела как и любая другая на той же улице. Кроме того, что эта была открыта. А к косяку прислонилась женщина с темными волнистыми волосами. Как у меня. Тёмными глазами. Как у меня. Большим носом. Как у меня. Её рука скользнула к животу и остановилась. А затем она улыбнулась мне.

— Привет, Клаудия, – её голос был приятным и высоким, с лёгким намёком на скрипучесть.

Я застыла на месте, потеряв дар речи. Затем прочистила горло.
— М-мама?

Её улыбка стала шире. Она оттолкнулась от дверного косяка и направилась ко мне. Взяла мои руки в свои.
— Меня зовут Кардея; для тебя и твоего отца я Карди.

— Богиня порогов и петель, – прошептала я (спасибо курсу "Определи божество"!).

Она кивнула.
— Мне было позволено связаться с тобой в этой форме благодаря тому, что вы сделали, чтобы спасти наш мир. Без тебя и твоих друзей... ну, нас, второстепенных божеств [Юлия гордилась бы её великолепно изображёнными кавычками], возможно, и не было бы здесь.

— В этой форме, – повторила я. – Значит... ты общалась со мной и другими способами? – я мысленно ударила себя по голове. – Послания. Они были от тебя, не от прапрадедушки?

Она неопределённо взмахнула рукой: может быть, да, а может быть, и нет.
— Да, написала их я. Но я не смогла бы доставить их без его помощи.

Я кивнула в знак понимания, вспомнив, что Лейла говорила мне о недавних проблемах со связью. Всё же...
— Если ты знала, что происходит, кража анкила и прочее, почему ты или другие боги не вмешались, чтобы остановить Мими?

Её очаровательное лицо омрачилось.
— По некоторым причинам, – сказала она мягко.

(Рейна позже разъяснила, что боги и богини не любят, когда другие божества вмешиваются в дела своих детей. Конечно, это не мешает им делать это постоянно. И по крайней мере моя мама сделала всё, что могла, чтобы помочь.)

Силуэт Карди начал мерцать.
— Моё время почти истекло. Протяни руку, быстрее, – я сделала так, как она просила. – Это должно было быть сделано на форуме перед Сенатом и Легионом, но сейчас они немного заняты, так что... – она виновато посмотрела мне в глаза. – Закрой глаза. Это может быть больно.

Это было больно. Очень. Жгучая боль, как при прикосновении к горячей плите, только в миллиард раз хуже. Зато это было очень быстро. И, открыв глаза, сразу определила источник боли. Теперь на моём предплечье было четыре татуировки: петля, кадуцей, одиночная полоса и буквы SPQR.

Мама провела пальцами по изображениям; прикосновение было еле уловимым. Я бы и не почувствовала, если бы не видела её руку. Затем она исчезла, оставив меня одну, лишь прошептав на прощание:
— Senatus Populusque Romanus!

Я отсалютовала в небо.
— SPQR, мама! SPQR навсегда!

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/79575/473506

Переводчики: Neckolay