Готовый перевод The Trials of Apollo: The Tower of Nero / Испытания Аполлона: Башня Нерона: Глава 4

Милый ребенок.
Не надо еще милей.
Сердце разбито.

— ЗДРАВСТВУЙТЕ, МИССИС ДЖЕКСОН! ПЕРСИ ДОМА?

Я дрожал, и с меня капало на придверный коврик; мои равно промокшие спутницы стояли позади.

Салли Джексон, улыбающаяся так, словно ожидала увидеть курьера с цветами или печеньем, на мгновение застыла на пороге. Мы не принесли ни цветов, ни печенья.

В её темно-каштановых волосах поблескивало больше седины, чем шесть месяцев назад. На ней были рваные джинсы, свободная зеленая блузка, а на босой левой ноге виднелась капля яблочного пюре.

Она уже не была беременна, что, вероятно, объясняло послышавшееся из квартиры младенческое хихиканье.

Удивлялась она недолго. Будучи матерью полубога, Салли, несомненно, часто имела дело с неожиданностями.
— Аполлон! Мэг! И... – она окинула взглядом нашу гигантскую татуированную проводницу с ирокезом. – Ну привет! Бедняжки. Заходите и обсыхайте.

Гостиная Джексонов была такой же уютной, как мне и помнилось. Из кухни доносился запах запеченной моцареллы и помидоров. На старомодном проигрывателе играл джаз – ах, Уинтон Марсалис! Удобные диваны и стулья словно приглашали на них плюхнуться. Я оглядел комнату в поисках Перси Джексона, но обнаружил только мужчину средних лет с проседью в тёмных волосах, в помятых брюках цвета хаки и розовой рубашке; образ довершали ярко-жёлтый забрызганный томатный соусом фартук и рукавицы-прихватки на руках. Он качал на коленях хихикающую малышку. Желтая пижама девочки так идеально сочеталась с фартуком мужчины, что я задумался, не шли ли они в комплекте.

Уверен, повар и малышка представляли собой прелестную, трогательную сцену. К сожалению, я вырос на рассказах о титанах и богах, которые готовили и/или ели своих детей, поэтому, возможно, не был так очарован, как мог бы.

— В вашей квартире мужчина, – сообщил я миссис Джексон.

Салли засмеялась.
— Это мой муж Пол. Извините, я отойду на секунду. Скоро вернусь, – она умчалась в ванную.

— Привет! – улыбнулся нам Пол. – Это Эстель.

Эстель захихикала, пуская слюни, как будто ее имя было самой смешной шуткой во вселенной. У нее были глаза цвета морской волны, как у Перси, и, несомненно, она обладала добродушием своей матери. А в её тёмных волосах мелькали серебристые пряди, как у Пола, и раньше я никогда не видел такого у детей. Она была первой в мире малышкой с волосами с проседью. В общем, Эстель, похоже, унаследовала хорошие гены.

— Привет, – я не был уверен, с кем здороваюсь – с Полом, Эстель или тем, что готовилось на кухне и восхитительно пахло. – Эм, не хочу показаться грубым, но мы надеялись... О, спасибо, миссис Джексон.

Салли появилась из ванной и теперь усердно укутывала Мэг, Лу и меня в пушистые бирюзовые полотенца.

— Мы надеялись увидеть Перси, – договорил я.

Эстель взвизгнула от восторга. Ей, кажется, нравилось имя Перси.

— Я бы тоже хотела его увидеть, – ответила Салли. – Но он уже в пути на западное побережье. С Аннабет. Они уехали пару дней назад.

Она указала на фотографию в рамке, которая стояла на ближайшем журнальном столике. На фото мои старые друзья Перси и Аннабет сидели бок о бок в помятом "Приусе" семьи Джексонов, оба улыбались в окно со стороны водителя. На заднем сидении был наш общий друг Гроувер Ундервуд, дурачащийся на камеру – глаза скошены, язык высунут в сторону, пальцы обеих рук показывают V, символ мира. Аннабет наклонилась к Перси, обвила руками его шею, как будто собиралась поцеловать его или, возможно, задушить. Сидя за рулем, Перси показывал камере большой палец. Казалось, он говорит лично мне: "Мы сваливаем! Повеселись с поисками или что там у вас!".

— Он окончил старшую школу, – удивилась Мэг, словно стала свидетельницей чуда.

— Да, – ответила Салли. – Мы даже приготовили торт.
Она указала на другое фото. На нем Перси и Салли светились от радости, держа нежно-голубой торт с надписью тёмно-синей глазурью, которая гласила: "ПОЗДРАВЛЯЕМ, ПЕРСИ ВЫПУКНИК!". Я не спросил, почему слово "выпускник" было написано с ошибкой, ведь дислексия часто встречается в семьях полубогов.

— Значит, – сглотнул я, – его здесь нет.

Говорить это было глупо, но какая-то упрямая часть меня настаивала на том, что Перси Джексон должен быть где-то поблизости в ожидании опасных заданий, которые он мог бы выполнить за меня. Это было его работой!

Но нет. Так думал прежний Аполлон – тот Аполлон, каким я был в прошлый раз, когда был в этой квартире. У Перси было право на собственную жизнь. Он пытался начать жить для себя, и – о, горькая правда! – ко мне это не имело никакого отношения.

— Я рад за него, – сказал я. – И за Аннабет...

Затем я понял, что они должны были быть недоступны, ведь они покинули Нью-Йорк. Мобильные телефоны привлекают слишком много внимания со стороны чудовищ, для того чтобы полубоги могли ими пользоваться, тем более в дороге. Конечно, магические средства связи стали потихоньку возвращаться с тех пор, как мы освободили Гарпократа, бога молчания, но связь все еще местами пропадала. Перси и Аннабет, должно быть, не представляют с какими проблемами нам пришлось столкнуться на западном побережье, в Лагере Юпитера, а до того и в Санта-Барбаре...

— О, боги, – пробормотал я едва слышно. – Так, значит, они не слышали...

Мэг вдруг громко закашляла. Ее взгляд говорил: "Заткнись".

Точно. Было бы жестоко взваливать на Салли и Пола новость о смерти Джейсона Грейса. Салли, наверно, переживает достаточно, учитывая, что Перси и Аннабет прямо сейчас направляются в Калифорнию.

— Не слышали чего?.. – спросила Салли.

Я сухо сглотнул.
— Что мы вернулись в Нью-Йорк. Неважно. Мы просто...

— Хватит разговорчиков, – перебила меня Лу. – Мы в серьезной опасности. Эти смертные не могут помочь нам. Уходим.

Тон Лу не был пренебрежительным, он был просто раздраженным, и, возможно, обеспокоенным за хозяев дома. Если бы Нерон отследил нас до этой квартиры, он бы не пожалел семью Перси просто потому, что они не полукровки.

С другой стороны, стрела Додоны сказала прийти нам именно сюда. Должна была быть причина. Я надеялся, что это было как-то связано с готовкой Пола.

Салли внимательно посмотрела на нашу подругу, усеянную татуировками. Она не выглядела оскорбленной, больше было похоже, что она снимала мерки и прикидывала, есть ли у нее подходящая для Лу одежда.
— Ну, я не могу отпустить вас промокшими до нитки. Давайте найдем вам пару сухих вещей и хотя бы дадим еды, если вы, конечно, голодны.

— Да. Пожалуйста, – сказала Мэг. – Люблю вас.

Эстель снова звонко захихикала. Видимо, она только что обнаружила, что пальцы ее отца могут извиваться, и нашла это невероятно забавным.

Салли улыбнулась своей малышке, а затем Мэг.
— Я тебя тоже люблю, дорогая. И мы всегда рады друзьям Перси.

— Ни малейшего понятия, кто такой этот Перси, – возразила Лу.

— Мы рады помочь любому, кто нуждается в помощи, – поправилась Салли. – Поверь, мы и раньше бывали в опасности и прошли через это. Верно, Пол?

— Ага, – без колебания согласился Пол. – Еды у нас много. И я думаю, у Перси полно вещей, которые подойдут... хм, Аполлону?

Я угрюмо кивнул. Я прекрасно знал, что его вещи мне впору, потому что полгода назад покинул эту квартиру, надев его обноски.
— Спасибо, Пол.

— Полагаю, это запах лазаньи? – проворчала Лу.

— Семейный рецепт семьи Блофис, – ухмыльнулся Пол.

— Ммм, думаю, мы можем ненадолго остаться, – сказала Лу.

Ну и чудеса. Мы с галлийкой действительно сошлись на чем-то.

— Вот, померь это.
Пол протянул мне линялую футболку Перси, прекрасно сочетающуюся с моими уже потрепанными джинсами (тоже раньше принадлежавшими Перси).

Я не жаловался. Одежда была чистой, теплой и сухой. А после долгой, изнурительной подземной прогулки через пол-Манхэттена мои вещи так воняли, что впору было бы запечатать их в мешочек для опасных отходов и сжечь.

Я сел на кровать Перси рядом с Эстель, которая лежала на спине, зачарованно уставившись на голубой пластиковый пончик.

Я пробежался пальцами по выцветшим словам на футболке "КОМАНДА ПО ПЛАВАНИЮ АСШ".
— Что значит АСШ?

Пол поморщился.
— Альтернативная Старшая школа. Это было единственное место, согласившееся взять Перси на выпускной год после того, как... ну ты знаешь.

Я понял, о чём он. Перси пропал на весь выпускной год благодаря вмешательству Геры, которая перекинула его через всю страну и одарила амнезией, и все это — ради объединения греческих и римских полубогов для войны с Геей. Моя мачеха просто обожает объединять людей.

— Вы не одобряете ситуацию или школу? – спросил я.

Пол пожал плечами. Он выглядел смущенным, как будто выражение негатива шло вразрез с его природой.

Эстель слюняво улыбнулась мне: "Гу?" Я воспринял это как: "Можешь ли ты поверить, насколько нам повезло, что мы все еще живы?"

Пол сел рядом с ней и нежно провел рукой по ее тоненьким волосам.

— Я преподаю английский в другой средней школе, – сказал он. – Альтернативная старшая школа не была... лучшей. Для проблемных детей, которые находятся в группе риска, нужно безопасное место с хорошими условиями проживания и поддержкой. Им нужен индивидуальный подход. Альтернативная старшая школа скорее похожа на клетку для каждого, кто не вписывается в систему. Перси через столькое прошел… Я волновался за него, но он сделал все возможное. Перси хотел получить этот диплом. Я горжусь им.

Эстель заворковала. Пол улыбнулся, и вокруг его глаз образовались морщинки. Он постучал ей по носу: "Буп".

Малышка на миллисекунду удивилась. Потом она засмеялась так радостно, что я испугался, что она подавится собственной слюной.

Я обнаружил, что с изумлением смотрю на Пола и Эстель, которые показались мне еще большим чудом, чем выпуск Перси. Пол казался заботливым мужем, любящим отцом, добрым отчимом. По моему собственному опыту, найти такое существо было сложнее, чем единорога-альбиноса или трехкрылого грифона.

Что касается малышки Эстель, ее добродушие и способность удивляться, казалось, достигли уровня суперсил. Если этот ребенок вырастет таким же проницательным и харизматичным, каким кажется сейчас, он может править миром. Я решил не рассказывать о ней Зевсу.

— Пол, – рискнул я, – разве ты не переживаешь из-за нашего нахождения здесь? Мы можем поставить под угрозу твою семью.

Пол поджал губы.
— Я участвовал в битве за Манхэттен. Я слышал об ужасных вещах, через которые прошла Салли – сражение с минотавром, заключение в Подземном царстве. А приключения Перси? – он покачал головой в знак уважения. – Перси много раз подвергал себя опасности ради нас, ради своих друзей, ради мира. Так рискнуть ли мне, дав вам возможность перевести дух, чистую одежду и горячую еду? Ну как же иначе?

— Ты хороший человек, Пол Блофис.

Он наклонил голову, как будто задавался вопросом: а каким ещё человек может пытаться быть?
— Ну, я оставлю тебя помыться и переодеться. Мы же не хотим, чтобы ужин сгорел, правда, Эстель?

Малышка захихикала, когда Пол поднял её и вынес из комнаты.

В душе я был долго. Да, мне нужно было хорошенько помыться. Но в основном мне было необходимо постоять, уперевшись лбом в плитку, и порыдать, пока не найдутся силы снова выйти к людям.

Что такого особенного в доброте? Будучи Лестером Пападопулосом, я привык к чудовищным словесным оскорблениям и постоянному, угрожающему жизни насилию, но малейший акт доброты поразил меня в сердце, словно ниндзя, и превратил меня в хлюпающий пузырь эмоций.

Чтоб вас, Пол и Салли. И вашу милую малышку тоже!

Как мне отплатить им за то, что они предоставили мне это временное убежище? Мне казалось, я задолжал им то же самое, что я должен Лагерю Юпитера и Лагерю полукровок, Вэйстейшн и Цистерне, Пайпер и Фрэнку, и Хейзел, и Лео, и, да, особенно Джейсону Грейсу. Я был обязан им всем.

А как иначе?

Я вышел в столовую, как только переоделся. За столом были все, кроме Эстель, которую, как сказал Пол, уже уложили в кроватку. Вне сомнений, вся та неподдельная радость требовала большого количества энергии.

Мэг была в свободном розовом платье и белых леггинсах. Если она собиралась дорожить ими так же, как последним нарядом, который подарила ей Салли, то ей предстояло носить их до тех пор, пока они не упадут с неё обгоревшими и порубленными тряпками. Благодаря этой одежде и ещё своим красным кроссовкам, которые, к счастью, были тщательно почищены, она казалась цветовым воплощением Дня Святого Валентина, что было совсем не в её духе, разве что считать её любовью гору чесночного хлеба, которую она запихивала в рот.

Лу досталась мужская рабочая футболка размера XXL с вышитой над карманом надписью "ЭЛЕКТРОНИКС МЕГАМАРТ". Вокруг талии она обернула, словно килт, пушистое бирюзовое полотенце, потому что, по её словам, единственными брюками в квартире, которые ей подходили, было старое трико Салли для беременных, поэтому нет, спасибо, она просто подождёт, пока высохнут её собственные.

Салли и Пол подали нам тарелки с салатом, лазаньей и чесночным хлебом. Это был не знаменитый семислойный соус Салли, но всё же на таком семейном ужине я не бывал со времён Вэйстейшн. Это воспоминание навеяло на меня грусть. Я задумался, как там поживают остальные – Лео, Калипсо, Эмми, Джо, маленькая Джорджина... Тогда наши злоключения в Индианаполисе казались ночным кошмаром, но теперь я вспоминал их как более счастливые и простые деньки.

Салли Джексон села и улыбнулась.
— Что ж, прекрасно, – как ни странно, это прозвучало искренне. – У нас редко бывают гости. Теперь давайте есть, а вы расскажете нам, кто или что пытается убить вас на этот раз.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/79651/488920

Переводчики: furtaevak, sk_dl, Nadezhda_T, vrepedsa43

Sorcerersdoll, Marlia