Готовый перевод The Trials of Apollo: The Tower of Nero / Испытания Аполлона: Башня Нерона: Глава 14

Упал в дыру и
Задохнулся от гнева.
Я корова. Му.

НИ В КАКОМ КОНТЕКСТЕ АТАКУ КОРОВ нельзя посчитать хорошей новостью.

Уилл забросил Рэйчел себе на плечи, как пожарный (для хрупкого целителя он оказался на удивление сильным), и мы все подбежали к стоявшему у окна Нико.

Внизу на рельсах коровы устроили революцию. Они проломили борта своих вагонов, как лавина – частокол, и теперь неслись на резиденцию Дэров. Я подозревал, что стадо вовсе не было заперто в этих вагонах. Они просто ждали подходящего момента, чтобы вырваться и убить нас.

Они были прекрасны в кошмарном смысле. Каждая корова была в два раза больше обычной, с ярко-голубыми глазами и косматой красной шерстью, которая колыхалась поразительными завитками, как на ожившей картине Ван Гога. И коровы, и быки – да, я знаю разницу, ведь я знаток коров – щеголяли огромными изогнутыми рогами, из которых получились бы отличные чаши для питья для самых больших и исполненных жажды кельтских сородичей Лу.

Между нами и коровами стояла вереница товарных вагонов, но это стадо не смутило. Оно неслось напролом, опрокидывая и расплющивая вагоны, как коробочки оригами.

— Будем сражаться? – с сомнением в голосе спросила Мэг.

Название этих существ внезапно всплыло в моей памяти – как обычно, слишком поздно. Ранее я упомянул, что троглодиты известны своими сражениями с быками, но не собрал факты воедино. Возможно, Нерон припарковал здесь вагоны для скота в качестве ловушки, зная, что мы можем обратиться за помощью к Рэйчел. А может быть, их присутствие было просто жестоким способом Судьбы посмеяться надо мной. О, ты хочешь разыграть карту троглодита? Кроем картой коров!

— Сражаться бесполезно, – с сожалением ответил я. – Это таури сильвестрес – лесные быки, как называли их римляне. Их шкуры невозможно пронзить. По легенде, таури – исконные враги друзей Нико, троглодитов.

— Значит, теперь ты веришь, что троглодиты существуют? – спросил Нико.

— Я учусь верить во все, что может меня убить!

Первая волна стада достигла ограждения особняка Дэров. Они прорвались сквозь него и атаковали дом.

— Нужно бежать! – прокричал я, исполняя свой благородный долг Лорда Очевидности из Тупиц.

Нико пошел первым. За ним следовал Уилл, все еще держа Рэйчел на плече, а мы с Мэг шли за ним.

Мы прошли половину коридора, когда дом начал трястись. По стенам зигзагами расползались трещины. Стоя наверху парящей лестницы, мы обнаружили (забавный факт), что парящая лестница уже не будет парить, если лесной бык попытается по ней взобраться. Нижние ступени оторвало. Быки бесновались внизу, как толпа охотников за скидками в чёрную пятницу, топая по сломанным ступеням и проламываясь через стеклянные стены атриума, переобустраивая дом Дэров с крайней предвзятостью.

— По крайней мере, они не смогут сюда взобраться, – произнес Уилл.

Пол вновь качнулся, когда таури снесли еще одну стену.

— Мы скоро сами окажемся внизу, – сказала Мэг. – Есть другой выход?

Рэйчел простонала:
— Меня. Вниз.

Уилл опустил ее. Она покачнулась и заморгала, пытаясь осознать происходящее внизу.

— Коровы, – произнесла Рэйчел.

— Ага, – согласился Нико.

Рэйчел вяло указала на коридор, из которого мы пришли.
— Сюда.

Используя Мэг как костыль, Рэйчел повела нас обратно в свою спальню. Она резко повернула направо, затем спустилась по другой лестнице в гараж. На полированном бетонном полу стояли две Феррари, обе ярко-красные – ведь зачем иметь один кризис среднего возраста, если можно иметь два? У нас за спиной из дома доносилось сердитое мычание и грохот перестраивания особняка в роскошный пост-апокалиптический скотный двор.

— Ключи, – сказала Рэйчел. – Ищите ключи от машины!

Уилл, Нико и я приступили к делу. Мы не нашли ключей в машинах – это было бы слишком просто. Не было ключей ни на настенных крючках, ни в ящиках, ни на полках. Либо мистер Дэр всегда держал ключи при себе, либо Феррари были чисто декоративными.

— Ничего нет! – произнес я.

Рэйчел пробормотала кое-что в адрес своего отца, что я не буду повторять.
— Неважно, – сказала она, нажав кнопку на стене. Дверь гаража начала с грохотом открываться. – Пойдем пешком.

Мы выскочили на улицу и помчались на север так быстро, как только могла прихрамывающая Рэйчел. Мы пробежали полквартала, когда резиденция Дэров содрогнулась, застонала и взорвалась, выпустив грибовидное облако пыли и обломков.

— Рэйчел, мне очень жаль, – произнес Уилл.

— Не стоит. Я все равно ненавидела это место. Отец просто перевезет нас в один из других своих домов.

— Но как же твоя живопись? – спросила Мэг.

Рэйчел напряглась.
— Искусство можно создать заново. А людей нельзя. Побежали дальше!

Я знал, что совсем скоро таури сильвестрес найдут нас. В этом прибрежном районе Бруклина были длинные кварталы, широкие дороги и хороший обзор – идеально для сверхъестественной погони. Мы почти добрались до кафе с ананасовым маття, когда Мэг прокричала:
— Сильвестры догоняют!

— Мэг, – прохрипел я, – не всех коров зовут Сильвестрами.

Но насчет угрозы она была права. Демоническое стадо, явно не придав значения тому, что на них обрушилось здание, выбралось из-под обломков и прямо посреди улицы начало перегруппировываться, отряхиваясь от щебня, как собаки после купания.

— Скроемся из виду? – предложил Нико, указывая на кафе.

— Слишком поздно, – ответил Уилл.

Коровы заметили нас. Дюжина пар голубых глаз уставилась на нас. Таури подняли головы, издали свое боевое мычание и ринулись в атаку. Полагаю, мы все же могли бы нырнуть в кафе, чтобы коровы уничтожили его и спасли окрестности от бейглов с авокадо. Вместо этого мы побежали.

Я понял, что этим мы только отсрочим неизбежное. Даже если бы Рэйчел не была ослаблена после змеиного транса, мы не смогли бы убежать от коров.

— Они приближаются! – воскликнула Мэг. – Ты уверен, что мы не можем сразиться с ними?

— Ты хочешь попробовать? – спросил я. – После того, что они сделали с домом?

— А какие у них слабости? – спросила Рейчел. – У них должна быть ахиллесова пята!

Почему люди верят в это? Почему они так зациклились на ахиллесовой пяте? То, что у одного из греческих героев было уязвимое место в нижней части ноги, не значит, что у каждого древнегреческого чудовища, полубога или злодея будет ортопедическая проблема. На самом деле у большинства монстров тайных слабостей нет, и это очень сильно раздражает.

Тем не менее я напряг голову, пытаясь вспомнить любые факты, которые мог почерпнуть из убогого бестселлера Элиана «О природе животных». (Не то чтобы я обычно читал такие вещи, конечно).

— Мне кажется, фермеры из Эфиопии использовали против таури там ямы, – предположил я.

— Том-ямы? Азиатские супы? – спросила Мэг.

— Нет, ямы в земле!

— Забудьте про ямы! – крикнула Рейчел.

Таури сократили дистанцию между нами вдвое. Ещё сотня ярдов – и они размазали бы нас лепешкой по дороге.

— Туда! – крикнул Нико. – За мной!

Он вырвался вперёд.

Пришлось ему довериться. Выбрав ту яму, Нико рискнул всем. Он рванул к стройплощадке роскошных апартаментов, вызвал из воздуха свой черный стигийский меч и разрубил железную сетку. Мы пролезли в дыру за ним и обнаружили квадратный котлован глубиной в пятьдесят футов, окружённый прицепами и передвижными туалетами. Посреди ямы вздымался огромный кран, стрела которого находилась на уровне наших колен. Площадка выглядела заброшенной. Может быть, было время обеда. Может, все рабочие ушли в кафешку с ананасовыми маття. Как бы то ни было, я был рад, что смертные не стоят на пути опасности.

(Взгляните на меня. Беспокоюсь о невинных людях. Другие олимпийцы меня безжалостно бы задразнили.)

— Нико, – сказала Рэйчел, – это не яма, а целый каньон.

— Другой у нас нет!
Нико подбежал к краю ямы... и прыгнул.

Моё сердце словно прыгнуло вместе с ним. Возможно, я закричал.

Нико перелетел через пропасть и приземлился на стрелу крана, даже не споткнувшись. Он обернулся и протянул руку.
— Давайте! Тут всего около восьми футов. Мы же тренировались прыгать в длину через лаву в лагере!

— Ты, может, и тренировался, – сказал я.

Земля затряслась. Стадо было прямо за нами.

Уилл прыгнул с разбега и приземлился рядом с Нико. Он оглядел нас и успокаивающе кивнул.
— Видите? Всё не так плохо! Мы вас поймаем!

Рэйчел была следующей. Безупречный прыжок. Затем Мэг, летящий валентин. Когда она приземлилась на кран, стрелка качнулась и сместилась вправо, и остальным пришлось принять стойку сёрфера, чтобы удержать равновесие.

— Аполлон! – крикнула Рэйчел. – Быстрей!

Она смотрела не на меня. Она смотрела мне за спину. Рёв стада теперь отдавался в позвоночнике отбойным молотком.

Я прыгнул и приземлился на стрелу крана с грацией, которой свет не видывал с тех пор, когда Икар рухнул в Эгейское море.

Я бы тоже рухнул, если бы меня не схватили за руки и не затащили наверх. Когда таури достигли края ямы, я уже успел сесть, но ещё не перестал хрипеть и стонать.

Я надеялся, что они не смогут остановиться и по инерции полетят в пропасть, как лемминги. Хотя, конечно, лемминги на самом деле так не делают. Лемминги, да благословят боги их маленькие сердечки, слишком умны, чтобы совершать массовое самоубийство. К сожалению, дьявольские коровы тоже.

Первые несколько таури всё же упали в яму, не успев остановиться, но остальные успешно вдарили по тормозам. В задних рядах было много пихания, толкания и гневного мычания, но, как оказалось, единственное, через что лесной бык не способен пробиться, – это другой лесной бык.

Я пробормотал пару плохих слов, которых не использовал с тех пор, как #минойцыпреждевсего стал популярным в соцсетях. Те таури, что были от нас в нескольких шагах, сверлили нас убийственными взглядами своих невинно-голубых глаз. Из ртов у них так воняло, а от шкур так несло, что моим ноздрям буквально захотелось свернуться внутрь и умереть. Животные разбрелись по всему периметру границ котлована, но никто не пытался прыгать. Возможно, лестница Дэров преподала им урок. Или возможно, они понимали, что толку от копыт на узких стальных балках будет немного.

Далеко внизу полдюжины коров, видимо, не получившие никакого вреда от падения с пятидесятифутовой высоты, начинали подниматься на ноги. Они бродили по яме, негодующе мыча. Остальное стадо стояло вокруг края ямы в безмолвном бдении, в то время как их павшие товарищи становились всё более и более несчастными. Не было похоже, что ктото из этой шестёрки пострадал, но их мычание было исполнено гнева. Вены на их шеях вздулись. Глаза выкатились из орбит. Они затопали, у ртов выступила пена, а затем они одна за другой упали и остались неподвижны. Их тела начали гнить, плоть – разлагаться, и спустя время от них осталась одни лишь красные шкурки.

Мэг всхлипнула.

Я не мог ее винить. Дъявольские они были или нет, было ужасно смотреть на смерть коров.

— Что это было? – голос Рейчел дрогнул.

— Они задохнулись от собственного гнева, – сказал я, – Я... я не думал, что это возможно, но, видимо, Элиан был прав. Сильвестрес настолько ненавидят застревать в ямах, что они просто... задыхаются и умирают. Это единственный способ покончить с ними.

Мэг вздрогнула.
— Это ужасно.

Стадо смотрело на нас, и в их взгляде читалось, что они пришли к соглашению. Их голубые глаза казались лучами лазера, прожигающими мое лицо. У меня появилось чувство, что раньше они преследовали нас только потому, что желание убивать было частью их природы. Теперь же это стало личным.

— Что будем делать с остальными? – спросил Уилл. – Пап, ты уверен, что не можешь... – он указал на нашу бычью аудиторию. – В смысле, у тебя есть божественный лук и два колчана, набитых стрелами, а стрелять тут придётся практически в упор.

— Уилл! – возмутилась Мэг.
Похоже, задохнувшиеся в яме быки отбили у нее желание драться.

— Прости, Мэг, – ответил Уилл, – но мы тут вроде как застряли.

— Это не поможет, – вздохнул я, – смотри.

Я натянул лук и прицелился в ближайшую корову. Она просто посмотрела на меня, типа, серьезно, чувак?

Я пустил стрелу. Идеальный выстрел, прямо между глаз, с силой, достаточной, чтобы раздробить камень. Острие раскололось о лоб коровы.

— Ого, – сказал Нико, – крепкая голова.

— Как и вся шкура, – ответил я, – смотри.

Я выстрелил еще, на этот раз в шею. Лохматые рыжие волосы существа взъерошились, отражая наконечник стрелы и поворачивая древко вниз, так что оно соскользнуло между ног коровы.

— Я мог бы стрелять в них весь день, – сказал я, – и всё без толку.

— Мы могли бы просто переждать, – предложила Мэг, – в конце концов они устанут и уйдут, ведь так?

Рэйчел покачала головой.
— Ты забыла о том, как они два дня ждали у моего дома в душных вагонах для скота без еды и воды, пока вы не показались. Я уверена, что эти штуки переживут нас.

Я поежился.
— И наше время истекает. Если мы сегодня не сдадимся Нерону... – я изобразил взрыв.

Уилл нахмурился.
— У вас может не быть шанса сдаться. Если Нерон прислал этих коров, он уже может знать, что вы здесь. Его люди могут быть на пути сюда.

Я ощутил привкус коровьего дыхания во рту. Лугузельва ведь говорила нам, что у Нерона глаза повсюду. А эта строительная площадка, насколько я мог судить, была проектом Триумвирата. То есть дроны-наблюдатели могли снимать нас прямо сейчас.

— Мы должны выбраться отсюда, – решил я.

— Можем спрыгнуть вниз, – предложил Уилл, – коровы не последуют за нами.

— А что потом? – спросила Рэйчел. – Мы же окажемся в ловушке.

— Может, и нет, – Нико уставился в пропасть, словно прикидывая, сколько тел можно в ней похоронить. – Я вижу там хорошие тени. Если мы сможем безопасно добраться до дна... Как вы все относитесь к путешествию по теням?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/79651/488930

Переводчики: sk_dl, Nadezhda_T, vrepedsa43, Marlia