Готовый перевод The Trials of Apollo: The Tower of Nero / Испытания Аполлона: Башня Нерона: Глава 16

Уилл Солас – герой.
Его мы недостойны:
Лекарь с КитКатом.

— ЗАПРЫГИВАТЬ НА КОРОВУ? – СПРОСИЛА МЭГ. – ТАКОВ был твой план?

Мы впятером сидели в канализации, к чему я уже привык. Мэг, казалось, быстро оправилась от недомогания после путешествия по теням благодаря тому, что Уилл своевременно предоставил нектар и батончики "КитКат". Однако я все еще чувствовал себя так, словно подхватил грипп: озноб, боли в теле, дезориентация. Я не был готов к оскорблениям по поводу моих выборов ведения боя.

— Я импровизировал, – последовал мой ответ. – Не хотел увидеть, как ты погибнешь.

Мэг всплеснула руками.
— А я не хотела видеть, как погибаешь ты, тупица. Об этом ты не думал?

— Ребята, – вмешалась Рэйчел, прижимая холодный пакет к голове. – Как насчет того, что никто из нас не позволит другому умереть? Ладно?

Уилл осмотрел синяк на ее виске.
— Лучше себя чувствуешь?

— Со мной все будет в порядке, – ответила Рэйчел, а затем объяснила мне: – Я умудрилась врезаться в стену, когда мы телепортировались сюда.

Нико смутился.
— Извини за это.

— Эй, я не жалуюсь, – сказала Рэйчел. – Это лучше, чем быть растоптанной.

— Думаю, да, – согласился он. – Однажды мы...

Веки Нико затрепетали. Его зрачки закатились, и он резко откинулся на плечо Уилла. Возможно, это была хитроумная уловка, чтобы упасть в объятия своего парня – я и сам пару раз использовал прием с обмороком "Поймай меня, красавчик", – но поскольку Нико тут же засопел, я пришел к выводу, что он не притворяется.

— Нико пора отдохнуть, – Уилл вытащил из сумки дорожную подушку, которую, подозреваю, носил с собой как раз на такой случай. Он поудобнее уложил сына Аида и устало улыбнулся нам. – Ему понадобится около получаса, чтобы восстановить силы. А пока нам тоже не помешает устроиться поудобнее и отдохнуть.

Плюсом было то, что я уже привык отдыхать в канализациях, да и Нико по теням перенес нас в Нью-Йоркскую водосточную систему, равноценную президентскому люксу.

Сводчатый потолок был украшен "елочкой" из красного кирпича. По обеим стенам из терракотовых труб самая изысканная жижа стекала в канаву, проходящую посредине пола. Бетонный выступ, на котором мы сидели, был уютно обит лишайником и отбросами. В тусклом золотом свете мечей Мэг – нашем единственном освещении – тоннель выглядел почти романтичным.

Учитывая цены на аренду помещения в Нью-Йорке, полагаю, такое место могло бы стоить приличных денег. Водопровод. Уединённость. Много места. Отличные кости – мышиные, куриные и еще какие-то, которые я не опознал. Упомянул ли я зловоние? Вонь включена в предложение, дополнительная оплата не взимается.

Уилл позаботился о наших порезах и царапинах, которые были на удивление легкими, учитывая наши утренние приключения. Он настоял на том, чтобы мы щедро вкусили из его запаса целебных батончиков "КитКат".

— Лучшее средство для восстановления после путешествия по теням, – заверил он нас.

Кто я такой, чтобы оспорить целительную силу шоколада и вафель?

Некоторое время мы ели молча. Рэйчел прижимала холодный пакет к голове и мрачно смотрела на канализационную воду, словно ожидая, что мимо проплывут кусочки ее дома. Мэг высыпала семена в ближайшие кучки отбросов, и оттуда, как маленькие зонтики, выросли светящиеся грибы. Когда жизнь дает тебе отбросы, делай грибы, как-то так.

— Эти лесные быки были поразительными, – сказала Мэг спустя некоторое время. – Если обучить их носить...

Я застонал.
— Тебе мало было вооружить единорогов?

— Ага. Круто было, – она оглядела тоннель в обоих направлениях. – Кто-нибудь знает, как нам отсюда выбраться?

— Нико знает, – глаз Уилла дернулся. – Хотя он собирается не столько вытащить нас отсюда, сколько спустить вниз.

— К троглодитам, – догадалась Рэйчел. – Какие они?

Уилл помахал руками, будто пытался вылепить что-то из глины или показать размер пойманной рыбы.
— Я... не могу описать их, – после раздумий решил он.

Это не обнадеживало. Будучи моим сыном, Уилл должен был обладать некоторыми поэтическими способностями. Раз троглодиты не поддавались описанию в обычном сонете или лимерике, я не желал с ними встречаться.

— Надеюсь, они помогут, – Рэйчел подняла ладонь, чтобы отмахнуться от Уилла, который снова подошел проверить ее ушибленную голову. – Мне лучше, спасибо.

Она улыбнулась, но голос ее звучал напряженно. Я знал, что ей нравится Уилл. Я также знал, что у нее были проблемы с личным пространством. Становление пифией, как правило, приводило к этому. То, что сила Дельф через различные промежутки времени овладевает твоими телом и душой, может стать причиной раздражительности, когда люди подходят слишком близко без твоего согласия. Нашептывания Пифона в голове, наверное, тоже не облегчали ситуацию.

— Понимаю, – сказал Уилл, снова присев. – У тебя было тяжелое утро. Мне жаль, что мы доставили тебе столько проблем.

Рэйчел пожала плечами.
— Как я уже говорила, думаю, что должна была угодить в пучину проблем. В этом нет вашей вины. "Сокрытый путь вам Дар укажет вдруг". На сей раз я стала частью пророчества.

Странно, но она как будто гордилась этим. Возможно, после выдачи стольких опасных поисков другим людям, Рэйчел было приятно поучаствовать в нашем совместном смертельном приключении. Людям нравится, когда их замечают – даже если это равнодушные, жестокие глаза судьбы.

— Все же, не опасно ли тебе будет отправиться с нами? – спросила Мэг. – Ну... У тебя ведь Пифон в голове или типа того? Разве он не увидит, что мы делаем?

Рэйчел еще больше свела скрещённые лодыжки.
— Не думаю, что он наблюдает через меня. По крайней мере... пока, – эта мысль осела вокруг нас, как слой болотного газа. – Всё равно вы от меня не избавитесь. Из-за Пифона это стало личным.

Она взглянула на меня, и я не смог отделаться от ощущения, что винит она явно не только Пифона. Это было для нее личным с тех пор, как я позволил ей стать моей жрицей. С тех пор, как... ну, все время, что я был Аполлоном. Если мои испытания в качестве смертного чему-то меня и научили, так это показали, сколько раз на протяжении веков я покидал, забывал и подводил своих оракулов. Покинуть так же Рэйчел я не мог. Мною была проигнорирована простая истина, что не они служили мне, а я должен был служить им.

— Нам повезло, что ты с нами, – сказал я. – Только жаль, что осталось так мало времени на разработку плана.

Рэйчел взглянула на часы – обычную заводную модель, которую она, скорее всего, выбрала, увидев, как легко технологии выходят из строя вблизи полубогов, монстров и других волшебных людей, с которыми она общалась.
— Время обеда уже прошло. Вы должны до заката сдаться Нерону. Времени осталось совсем немного.

— Ах, обед, – отозвалась Мэг, оставаясь верной себе. – Уилл, у тебя есть что-нибудь, кроме КитКатов? Я умираю с го...

Она отдернула руку от сумки Уилла, как будто ее ударило током.
— Почему из твоей сумки торчит хвост?

Уилл нахмурился.
— О. Эм, ага, – он вытащил что-то, похожее на высохшую ящерицу, длиной в фут и завернутую в платок.

— Гадость! – с восторгом воскликнула Мэг. – Это для лечения, что ли?

— М-м, нет, – ответил Уилл. – Помните, как мы с Нико отправились на охоту за даром для трогов? Так вот...

— Брр, – Рэйчел отодвинулась. – Зачем им это?

Уилл взглянул на меня, как бы говоря: "Прошу, не заставляй меня это произносить".

Я вздрогнул.
— Троглодиты... Как гласят легенды... понимаешь, они считают ящериц изысканным, – я изобразил, что кладу что-то в рот, – деликатесом.

Рэйчел обхватила живот руками.
— Зря спросила.

— Круто, – произнесла Мэг. – Так значит, если мы найдем трогов и дадим им ящерицу, они нам помогут?

— Сомневаюсь, что все будет так просто, – ответил я. – Мэг, кто-нибудь соглашался тебе помочь просто потому, что ты дала ему дохлую ящерицу?

Она так долго размышляла над вопросом, что я задумался о дарах, которые она приносила в прошлом.
— Думаю, нет.

Уилл засунул высохшее животное обратно в сумку.
— Ну, эта, по-видимому, редкая и особенная. Вам лучше не знать, как трудно было ее найти. Надеюсь...

Нико всхрапнул и зашевелился.
— Ч-что?..

— Все в порядке, – успокоил его Уилл. – Ты в кругу друзей.

— Друзей? – Нико сел, сонно оглядывая нас.

— Друзей, – Уилл предостерегающе взглянул на нас, словно прося не пугать Нико резкими движениями.

Я понял, что Нико был раздражительным соней, прямо как его отец Аид. Разбуди Аида раньше времени – и ты, скорее всего, станешь тенью от ядерного взрыва на стене его спальни.

Нико потер глаза и, нахмурившись, посмотрел на меня. Я старался выглядеть безобидным.

— Аполлон, – проговорил он. – Ага. Помню.

— Хорошо, – обратился к нему Уилл. – Но ты все еще слаб. Съешь "КитКат".

— Как скажете, доктор, – пробормотал Нико.

Мы подождали, пока Нико подкрепится шоколадкой и глотком нектара.

— Мне лучше, – он поднялся, все еще шатаясь. – Так, ребята. Я поведу вас в пещеры троглодитов. Все время держите руки подальше от оружия. Позвольте мне пойти первым и поговорить. Троглодиты бывают немного... нервными.

— Под нервными, – добавил Уилл, – Нико имеет в виду, что они могут убить нас без провокации с нашей стороны.

— Я так и сказал, – Нико сунул в рот остатки "КитКата". – Готовы? За дело.

Хотите узнать, как добраться до пещер троглодитов? Без проблем!

Сначала спускаетесь вниз. Потом еще ниже. Затем делаете три поворота вниз. Увидите тропинку, идущую немного вверх. Пропустите ее. Продолжайте идти вниз, пока ваши барабанные перепонки не лопнут. Затем спуститесь еще ниже.

Мы ползли по трубам, пробирались через грязевые ямы. Прошли через кирпичные, каменные и земляные тоннели, выглядевшие так, будто их прорыли дождевые черви, заглатывая породу и какая ею. В какой-то момент мы пробирались по такому узкому медному тоннелю, что я боялся, как бы мы в итоге не выскочили из личного туалета Нерона, словно кучка королев красоты из гигантского праздничного торта.

Я представил, как пою "С днем рождения, мистер Император", но быстро подавил эту мысль. Должно быть, я бредил из-за канализационного газа.

После, как казалось, многочасового веселья в канализации мы оказались в круглой комнате из панелей грубо обтесанного камня. В центре из пола торчал огромный сталагмит, пронизывающий потолок, как центральный столб карусели. (Я ещё не забыл, как едва выжил в гробнице Тарквиния под каруселью в парке Тильден, так что такое сравнение меня совершенно не обрадовало.)

— Вот мы и пришли, – сказал Нико.

Он подвел нас к основанию сталагмита. В полу было вырублено отверстие, достаточно большое, чтобы в него можно было пролезть. На боковой поверхности сталагмита были вырезаны поручни, уходившие вниз, во тьму.

— Это часть Лабиринта? – спросил я.

В этом месте была схожая атмосфера. Доносившийся снизу воздух был теплым и каким-то живым, как дыхание спящего левиафана. У меня было ощущение, что что-то следит за нашим продвижением – что-то разумное и необязательно дружелюбное.

Нико покачал головой.
— Пожалуйста, не упоминай Лабиринт. Троги ненавидят Лабиринт Дедала. Они называют его мелким. С этого места и ниже все построено трогами. Сейчас мы находимся глубже, чем когда-либо был Лабиринт.

— Здорово, – высказалась Мэг.

— Тогда иди впереди меня, – сказал я.

Мы последовали за Нико вниз по склону сталагмита в огромную естественную пещеру. Я не видел ни краев, ни даже дна, но по эху понял, что она гораздо больше моего старого храма в Дидиме. (Не хочу хвастаться размерами храма, но то место было ОГРОМНЫМ.)

Поручни были узкими и скользкими, освещенными лишь слабо светящимися пятнами лишайника на скале. Мне пришлось всецело сосредоточиться на том, чтобы не упасть. Подозреваю, что троги специально устроили вход в свое царство таким образом, чтобы все, кто достаточно глуп, чтобы вторгнуться сюда, вынуждены были продвигаться гуськом – и могли вообще не добраться до дна. Звуки нашего дыхания и звяканья припасов эхом разносились по пещере. Пока мы спускались, за нами могло наблюдать любое количество врагов, прицеливаясь из всех видов прелестного ракетного оружия.

Наконец мы добрались до пола. Ноги болели. Пальцы скрючились в артритные когти.

Рэйчел прищурилась, вглядываясь во тьму.
— Что теперь?

— Вы, ребята, держитесь позади меня, – ответил Нико. – Уилл, сделаешь свою штуку? Самый минимум, пожалуйста.

— Погоди-ка, – сказал я, – что за штука Уилла?

Уилл посмотрел на Нико:
— А это обязательно?

— Мы не можем использовать наше оружие для освещения, – ответил Нико, – а немного света нам понадобится, поскольку троглодиты обходятся вообще без него. Я предпочитаю видеть их.

Уилл поморщился.
— Окей, – он отложил рюкзак и снял льняную рубашку, оставшись в одной майке.

Я все еще не понимал, что он делает, хотя девочки явно не возражали. Может, Уилл хранил в майке скрытый фонарик? Может, он хотел давать свет, натирась лишайником и сверкая улыбкой?

В любом случае я не был уверен, что хочу видеть троглодитов. Я смутно припомнил, что в шестидесятых, в эпоху «британского вторжения», была группа «The Troggs», игравшая как раз «пещерный рок». А что если эта подземная раса тоже щеголяла зализанными причёсками и словечком «клёвый». Мне не нужен был такой ужас в моей жизни.

Уилл глубоко вдохнул. Когда он выдохнул...

Я подумал было, что мои глаза обманывают меня. Мы так долго были в кромешной темноте; я не понимал, почему очертания Уилла становились четче. Можно было разглядеть ткань его джинсов, отдельные пряди его волос, голубизну его глаз. Его кожа светилась мягким теплым золотым сиянием, как будто он до этого проглотил солнечный свет.

— Ого, – сказала Мэг.

Брови Рэйчел поднялись к линии волос.

Нико ухмыльнулся.
— Друзья, познакомьтесь с моим светящимся в темноте парнем.

— Ты можешь не кричать об этом на каждом углу? – спросил Уилл.

У меня не было слов. Как можно о таком молчать? Что касается способностей полубогов, свечение в темноте, возможно, было не таким эффектным, как вызов скелетов или выращивание томатной лозы, но все же впечатляло. И, как и умение Уилла лечить, эта способность была ласковой, полезной и чрезвычайно необходимой в нашей ситуации.

— Я так горжусь тобой, – сказал я.

Лицо Уилла приобрело цвет солнечного света, пробивающегося сквозь стакан клюквенного сока.
— Папа, я просто свечусь. Я не заканчиваю школу лучшим в своем классе.

— Я буду гордиться и этим тоже, – заверил я его.

— Короче, – губы Нико задрожали, будто он пытался не захихикать, – сейчас я позову пещерных бегунов. Сохраняйте спокойствие, хорошо?

— Почему они зовутся пещерными бегунами? – спросила Рэйчел.

Нико поднял руки, что означало: "Подождите" или "Сейчас вы это узнаете".

Он уставился в темноту и закричал.
— Троглодиты! Я Нико ди Анджело, сын Аида! Я вернулся с четырьмя спутниками!

Шарканье и щелчки заполнили пещеру, как будто голос Нико пробудил миллион летучих мышей. Вот только что мы были одни – а в следующее мгновение перед нами предстала армия троглодитов, словно материализовавшись из гиперпространства. С тревожной уверенностью я понял, что они прибежали сюда оттуда, где они были – в ярдах отсюда? в милях? – со скоростью, сравнимой со скоростью самого Гермеса.

Предупреждения Нико внезапно обрели для меня смысл. Эти существа были настолько быстрыми, что они могли бы убить нас прежде, чем мы сделаем вдох. Если бы у меня было оружие в руках и если бы я инстинктивно поднял его... Сейчас я был бы жирным пятном, ранее известным как Лестер, ранее известный как Аполлон.

Троглодиты выглядели более странными, чем группа из 1960-х, которая носила их имя. Они были маленькими гуманоидами, самый высокий из них был едва ростом с Мэг, с неопределенно лягушачьими чертами: широкие тонкие рты, продавленные носы и гигантские коричневые шары с тяжёлыми веками вместо глаз. Их кожа была всех оттенков, от обсидиана до мела. Темные заплетенные волосы украшали кусочки камня и мха. Их одежда включала разнообразные стили: от современных джинсов и футболок и деловых костюмов 1920-х годов до рубашек с оборками колониальной эпохи и шелковых жилетов.

Однако гвоздём программы были головные уборы трогов, у некоторых на головах их было по три или четыре: треуголки, котелки, гоночные кепки, цилиндры, каски, лыжные кепки и бейсболки.

Троги выглядели как группа шумных школьников, которых отпустили в магазин костюмов, велели примерить все, что захотят, а затем разрешили ползать в грязи в своих новых нарядах.

— Мы видим тебя, Нико ди Анджело, – сказал трог в костюме миниатюрного Джорджа Вашингтона.
Его речь перемежалась щелчками, визгом и рычанием, поэтому на самом деле она звучала как "КЛИК. Мы - грр - видим тебя - СКРИ - Нико - КЛИК - ди Анджело - грр".

Джордж Вашингтон одарил нас зубастой ухмылкой.
— Это те жертвы, которые ты обещал? Троги голодны!

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/79651/488932

Переводчики: sk_dl, Nadezhda_T, vrepedsa43