Готовый перевод Stories From The Clinic / Случаи из клинической практики: Hyman

ХАЙМАН

Хайман, еврейский мальчик, не был нашим пациентом, он лишь сопровождал свою мать. Она лечила глаза из-за мучивших её головных болей, но её состояние не было и вполовину настолько плохим как у её сына. Его бедные глаза болезненно пытались видеть сквозь толстые линзы очков, мальчику приходилось ужасно кривить лицо. Его голова двигалась постоянно во всех направлениях. Он был необычно радостным мальчиком и никогда не переживал, пока не попал в клинику. Когда он находился в кабинете, он стоял насколько возможно близко ко мне, слушая очень внимательно каждое моё слово и не пропуская ни одного моего движения. Однажды я обратилась к нему:

Молодой человек, я не возражаю, что ты пялишься на меня, но не думаю, что пациентам нравится, когда на них так смотрят. Если ты хочешь узнать как я помогаю людям, почему ты не позволишь помочь тебе и избавить тебя от очков?

"Мой учитель говорит, что я должен носить очки, потому что без них я не вижу доски", ответил он.

Позднее я сообщила его матери о своей уверенности в том что смогу вылечить глаза мальчика и избавить его от нервных колебаний головы. Кажется, она ничего не поняла и даже сомневалась в моей способности сделать хоть что-нибудь для мальчика. Врач сказал ей, что быть может мальчик когда-нибудь вырастет из своей болезни. Сам мальчик не верил в исцеление совершенно, но тем не менее сильно заинтересовался. Ему было очень любопытно что я стану делать и он очень хотел помочь мне развлечь себя.

Я проверила его зрение в очках и оказалось он видел всего лишь 10/50, остальная часть таблицы была затуманена. Я сняла с него очки и заметила, что он стал меньше напрягать глаза. В очках он выглядел отталкивающе и был сморщен как старик. Когда доктор Бейтс проверил его очки, он сказал, что не удивительно, что голова мальчика бесконтрольно колебалась. Очки были подобраны неправильно.

Я попросила мальчика опустить веки и закрыть глаза ладонями рук, чтобы свет не проходил к глазам. Затем я попросила его вспомнить какую-нибудь букву таблицы совершенно черной. Он решил, что я предложила ему поиграть и всё время подглядывал. Это сильно раздражало меня, но я не подавала виду. Вместо этого я сказала ему, что я мне очень нравятся маленькие мальчики и мне нравится помогать им. Он расправил плечи и сделал усилие успокоить голову, но у него не получилось. Наконец, мне удалось дать ему понять свою серьёзность, и, если он хочет вылечиться, ему нужно слушаться меня. Он стал серьёзен, и, пока я занималась сдругими пациентами, не отрывал уже ладоней от глаз и не подглядывал через пальцы. Прошло, по крайней мере, минут пятнадцать и они показались ему часами. Когда я смогла вернуться к нему, я обратилась очень мягко:

Теперь убери ладони от лица, посмотри на меня, и постарайся моргать чаще, чтобы не смореть пристально.

Он сделал это и его голова стала совершенно спокойна. Теперь я рассказала ему историю — сохраняя тот же мягкий тон — о мальчике, жившем когда-то в моёй деревне и укравшем несколько вкусных яблок с боьшой яблони одного фермера. Он съел слишком много яблок и скоро почувствовал себя нездоровым. Фермер поймал его и выпорол его — теперь у него болело и внутри и снаружи — он понял, что красть яблоки не очень весело. Я как могла растягивала эту историю, чтобы отвлечь мальчика от мыслей о себе и своих глазах. Эта история очень заняла его. Его глаза светились радостью пока он слушал меня, и его голова оставалась спокойной.

«Теперь сделай пальминг, а затем мы будем читать таблицу», — сказала я.

Когда он закончил во второй раз, его зрение улучшилось до 10/30. Безразличие его матери испарилось. Она не знала как выказать благодарность, но пообещала делать пальминг каждый день, вдоволь. На следующем приёме она сообщила, что колебание головы стало появляться реже. Ей было сказано перисматривать за мальчиком и выполнять пальминг как только колебания возобновятся. Это всегда помогало.

Хайман очень хотел справиться с болезнью до начала каникул и прилежно выполнял что ему говорили. Они с матерью занимались с таблицей каждый день, по часу за раз. Всё лето они посещали клинику регулярно, его мать избавилась от напряжения в глазах и головных болей. Хайман совершенно изменился, и когда осенью пошёл в школу уже избавился от колебаний головы, а зрение улучшилось до 10/10.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/8261/25467

Переводчики: safaynur, Tipo4ek