Готовый перевод The Desert Prince / Принц пустыни: Глава 57 - Флейтист

Резонансные метки Дамаджах пульсируют в такт моей флейте, наполняя воздух музыкой. Мича дает голосу отдохнуть, пока она ведет нас сквозь обширный Нижний город так уверенно, как она делала это в скрытых проходах и закоулках Шарик Хора. От неё исходит запах целеустремленности. Сосредоточенности.

Ярости.

Все пропитаны этим запахом. Мича и Селена злятся на Олив, Рожвах на Арика.

Может быть, со мной что-то не так, но я не понимаю, почему. Я умею злиться только на себя.

Да, Олив поступила глупо, отправившись сражаться с мозговым демоном в одиночку, но перед выбором убежать одной или взять своих друзей с собой на вероятную смерть, хотел бы я, чтобы у меня были ядра, сделать то же самое.

Это то, что сделал папа, когда он оставил нас позади и коснулся Недр.

Я мог бы оставить Селену в ту первую ночь на дороге. Ночь, я должен был. Без неё я смог бы догнать Маджахов, прежде чем они увезли Олив куда-то на том корабле. Может быть, я не смог бы сразиться с ними, но, полагаю, я бы мог прокрасться и найти способ открыть замки на Олив и Миче. С часом форы даже кости дама’тинг не помогли бы нас поймать, прежде чем мы вернулись бы в Лощину.

Создатель, даже если бы нас поймали, демонам нужны были я и Олив. Селена, Рожвaх и Арик могли бы быть в безопасности за метками прямо сейчас, если бы я обладал хотя бы половиной мужества моего отца.

Но я был напуган и не хотел идти один, и теперь мы все умрем.

Какой смысл злиться на Олив и Арика, когда я должен злиться на себя?

Это чувство проникает в мою музыку, как это часто бывает. Здесь нет достойной добычи, говорит моя флейта всем подземникам, которые могли бы услышать их, осторожно перенаправляя их внимание в другое место моим чувством неполноценности.

в скором времени я начинаю ощущать великую метку демонов. Её сила настолько велика, что свет на горизонте, похож на наступающий рассвет. Даже другие не могут этого не заметить.

– Как это могло вырасти внутри города незамеченным? – Спросила Рожвах.

– У Маджахов нехватает метчиков, чтобы поддерживать весь нижний город, – сказала Мича. – Легче отгородить его и использовать Священный Подземный город. Там достаточно места.

– Да, – согласилась Селена. – Но это не объясняет почему шарумы этого не замечали.

На это Миче не отвечает, но в её запахе чувствуется беспокойство, и она ускоряет шаг.

Я не слишком хороший метчик, но я видел, как магия кружится в символах сколько знаю себя. Сила будет течь к его центру, и, как паук в паутине, именно там демон устроит свое гнездо.

У нас есть священно хора оружие и щиты, но у нас с Селеной также есть плащи-невидимки. У Рожвах и Мичи нет такой защиты. Папа бы отдал свой плащ одной из них, но плащ и нож это все, что у меня осталось от мамы, и у меня не хватает мужества отказаться от них, особенно здесь.

Мича, кажется, приходит к такому же выводу, когда мы ступаем на великую метку демонов, начиная подпевать моей флейте. Рожвах сражу же делает то же самое, и втроем мы придаём силе песни новые высоты.

Наше трио играло вместе всего немного, но уже сейчас Мича и Рожвах переплетают свои голоса как сестры с многолетней практикой. Обе более опытны, чем я, но они позволяют мне быть лидером, вероятно, потому что считают, что я не смогу поспевать за ними.

Сила в нашей песне превосходит все, что я мог бы создать в одиночку, создавая ореол звука, делающий нас невидимыми для подземников и выталкивая их с нашего пути, как вода, обтекающая камень в ручье.

Плащи, музыка и хора щиты оказывают кумулятивный эффект, но демоны повсюду. Их достаточно, чтобы держать нас всех в напряжении. Одни патрулируют туннели открыто, а другие прячутся за углами, за сталагмитами или в трещинах в камне над нашими головами. Дважды я замечаю скрытые карманы в скальных массивах, спрятанные так, как это делают шарумы в Лабиринте. Даже у меня не получается разглядеть или расслышать скопления песчаных демонов внутри.

Но я чувствую их запах. Ощущаю их в воздухе.

Я вдыхаю, зная, что это скроет мой запах, но я ничего не могу сделать для других. Демоны тоже нас чувствуют. Я вижу, как они вдыхают воздух, исследуя его своими мордами, напрасно пытаясь определить источник.

Но запахов недостаточно, чтобы побудить демонов к действию. Мы проходим без происшествий, продолжая петлять и спускаясь все глубже и глубже в великую метку.

Я добавляю резкую ноту к своей флейте, и все резко останавливаются. По туннелю перед нами тянутся толстые нити прозрачного, липкого шелка. Они невидимы в меточном видении и скрыты от естественного спектра здесь во тьме.

Мама любила рассказывать истории о папе, сидя у костра ночью, и одной из самых захватывающих была когда он шагнул прямо в паутину пещерного демона.

Мне не требуется много света, чтобы видеть. Тусклого сияния меток более чем достаточно, чтобы я заметил нити. У папы были способности, которые мне могут только сниться, поэтому ему, вероятно, и не приходило в голову использовать скользкую форму. Нет необходимости прибегать к трусливому трюку, когда он мог просто напитать свои метки магией и сжечь паутину до тла.

Но в своем скользком состоянии я прохожу сквозь липкий шелк легко, как через бисерный занавес, осторожно отодвигая несколько нитей, чтобы другие могли проскользнуть. Сверху я слышу, как передвигаются пещерные демоны, но поскольку ничто не прилипает к нитям и нет резких движений, они не нападают.

Не успели мы пройти этот последний барьер, как я улавливаю запах, которого опасался с самого начала.

Кровь.

(Разрыв)
Фигура выходит из тени большого сталагмита. Остальные напрягаются, но я знаю, кто это, даже прежде чем он начнет двигаться.

Впервые вижу, возможно, впервые в его жизни, Арика завернутого в разноцветный плащ своего отца, с поднятым капюшоном. Я вижу, как вдоль его скрытых меток проходит магия, скрывая его так же, как это делает для меня плащ мамы.

Арик покрыт потом, ихором и кровью, но мало того, что кровь кажется его собственная. Он потерял хора оружие, но нашел другое, все еще липкое от крови воина Маджахов, которому оно когда-то принадлежало.

Рожвах бросается к своему брату, обнимая его, не пропуская ни одной ноты своей песни. Ее глаза блестят от слез.

– Что произошло? – Спросила Селена, пока остальные из нас поддерживают музыкальный щит.

– Это была засада, – сказал Арик. – Они знали, что мы идем. Ожидали этого. Когда бой превратился в хаос, люди потеряли шлемы и мозговик забрал их.

– Забрал? – Спросила Селена. – Что ты имеешь в виду под «Забрал»?

– Они стали рабами Алагая Ка и обратились против нас, прошипел Арик, – Мы не были готовы сражаться протиа братьев по копью. Этого хватило чтобы быстро закончить бой.

– Ночь, – прошептала Селена. Все мы слышали рассказы о мозговых демонах, захватывающих разум, но одно дело слушать об этом истории, а другое пережить это. Я думаю, не пора ли нам убегать.

– Где Олив? – Требовательно спросила Селена.

Арик ведет нас по узкий тропинке. – Нам ничего не оставалось, кроме как бежать, и алагаи загнали нас сюда. – Туннель выходит в огромный зал. Путь идет по узкому выступу, вдоль высокой скалы. Впереди часть выступа обрушилась.

– Здесь Олив упала, – сказал Арик. После этих слов Селена прикладывает руку ко рту, и я пропускаю следующие несколько нот, пытаясь снова нащупать ритм.

Олив не может быть мертва. Мы не могли проделать такой путь, чтобы потерять ее из-за того, что я был наивен и позволил ей спуститься сюда без нас?

Мы все смотрим вниз, всматриваясь в темноту. Это долгий путь вниз. Даже с меточным видением мы не можем разглядеть дно.

– Не было способа пойти за ней. – Сказал Арик холодным тоном, но я чувствую в нем стыд. Действительно, склон слишком крут для того, чтобы воин в доспехах мог спуститься без соответствующего оборудования. Я мог бы это сделать, но пришлось бы оставить других. Безопасный спуск займет время, но лишь Создатель знает, что ждет там внизу.

– Что случилось с остальными? – Спросила Селена. – Почему ты был один?

– Их забрали, – произнес Арик. – Иравен был рабом демона с самого начала. Возможно, еще до того, как он вообще привел нас сюда. Он обратился против нас, вырывая шлемы у сильнейших бойцов и запирая нас на этом краю. Вскоре половина людей потеряла свои шлемы, а остальных столкнули за край. Я... – Он глотает, глубоко вдыхая, чтобы успокоиться. – Я убил своих братьев по копью.

Селена протягивает руку, сжимая его плечо. – Это не твоя вина, Арик.

Арик кивает, но в его глазах все равно стоят слезы. – Когда меня не заметили, я спрятался в плащ отца, и демон, глядя через их глаза, не смог меня увидеть. – Он указывает дальше вниз по туннелю. – После того как они перестали искать меня, Иравен повел остальных вниз.

Рожвах прекращает петь. – Ты всегда плохо отзывался о нашем отце, но здесь, на дороге к бездне Най, его дух защитил тебя, когда силы дедушки не смогла.

Я слышу это, прежде чем замечаю. Легкий ветерок дует по пещере, задевая лицо Арика и выходя наружу через дыру в в его капюшоне. Я иду вокруг него, как бы снова поглядывая за край, но мельком смотрю на заднюю сторону его капюшона. Большая вышитая метка от мозговых демонов отсутствует.

Рожвах продолжает свою песню, но теперь я прекращаю играть, убирая свои флейту в сумку. Рожвах и Мича оборачиваются ко мне с удивлением, когда я выхожу из нашего трио. – Прятаться на тебя не похоже.

– Даже я не настолько глуп, чтобы сражаться с целым ульем в одиночку, – ответил Арик.

Слова звучат вполне логичны, но есть в них что-то неправильное. Я помню ночь, когда Арик сражался в пустыне. Безумная ярость, поглотившее его, ослепила его чувство самосохранения.

Красные кудри скрывают его лоб, но я видел, как он тщательно их укладывал и закреплял под турбаном, чтобы не было ни малейшего шанса, что они распутаются, когда он выдавал себя за даль'шарума.

Приглядевшись, я вижу по форме его капюшона, что он без шлема. Мой взгляд возвращается к найденному Ариком копью и щиту. Без капюшона, шлема или хора оружия...

– Что на самом деле произошло с Олив? – требую я.

В глазах Арика что-то меняется. – Ты увидишь её достаточно скоро.

Арик бросается к моей голове, пытаясь сбить мой капюшон и шлем. Каким бы быстрым он не был, я быстрее и был готов к нападению. Я становлюсь скользким, быстро отступая в сторону. Промахнувшись рукой, он пытается сбить меня с ног.

В моем скользком состоянии вторую атаку так же легко избежать, как и первую, но затем Арик быстро выхватывает копье и бросает его наперерез. Я отступаю, чтобы избежать его, и мои ноги ступают в пустоту. Я пытаюсь ухватиться за древко копья, но мои руки все еще в скользкой форме. Я становлюсь твердым, и Арик использует хватку, чтобы протянуть меня и стащить мой шлем, прежде чем столкнуть меня с обрыва.

– Дарин! – Крикнула Селена, бросая свое копье, чтобы протянуть мне руку. Арик пытается воспользоваться неразберихой, но я не вижу, что происходит дальше, ударяясь об твердый камень, падая вниз и набирая скорость при каждом отскоке.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/85362/555430

Переводчики: lukumich