Готовый перевод CHILDREN OF RUIN / Дети руин: PAST 1: JUST ANOTHER GENESIS

БУДУЩЕЕ: ГДЕ СОБИРАЮТСЯ ДВОЕ ИЛИ ТРОЕ

ЭПИЛОГ

Пожалуйста, переверните, чтобы получить отрывок из ДВЕРЕЙ РАЯ.

Прелюдия: Эдиакарский период

ЧАСТЬ 1: В КРОЛИЧЬЮ НОРУ

1.

Интерлюдия: Странники к Полу. БЛАГОДАРНОСТИ

Я обратился к нескольким знающим головам, чтобы составить эту статью, и в

в частности, я хочу поблагодарить мою команду специальных научных консультантов, а именно:

Мэйгин Ронин, Питер Коффи, Филип Ходдер, Натан Янг, Ричард Дж. Клегг

Брайан Уайт, Кэтрин Инскип, Эндрю Блейн, Стюарт Хотстон, Уинчел Чанг

и особенно Майклу Чайковски за дополнительную помощь в планетарной механике.

и великолепно вдохновляющий Ник Брэдбир, гуру дизайна космических кораблей

экстраординарный. Я также хотел бы поблагодарить Питера Годфри-Смита за его книгу «Другое».

Minds, который оказался неоценимым помощником в исследованиях.

Помимо этой элитной команды ученых, моя благодарность, как всегда, выражается Саймону.

Кавана, агент агентов, Белле Пэган и всем остальным в Пан

Макмиллан, которые действовали при развитии этой книги в том же общем ключе

нановирус ускорил эволюцию различных тварей, о которых я пишу. я

также не смог бы издать эту книгу (или почти что угодно) без

постоянной поддержки моей многострадальной жены, доктора Анны-Марии Чайковски. Если вы можете заглянуть в семена времени,

И скажите, какое зерно вырастет, а какое нет.

Уильям Шекспир, «Макбет» ПРОШЛОЕ 1

ПРОСТО ЕЩЕ ОДНО БЫТИЕ.

Многие истории начинаются с пробуждения. Дисра Сенкови спал десятилетиями.

Что-то вроде целой жизни прошло дома, пока он дремал, часть

жизни прошла вокруг его беспамятства, промежуток жизни сжался по

градиенту относительности, сжатый его близостью к скорости света. Для него, между тем,

не было времени, ничего, кроме забвения холодной камеры сна. Они знали как

строить их в те времена.

Сенкови сам выбрал способ своего пробуждения. Некоторые из его коллег - те, которых он

считал менее изобретательными, — позволяли себе получать важную информацию

о миссии, новости из дома, данные о состоянии корабля, чтобы они могли восстать

от холодного сна с головой полной данных, готовыми занять свои места.

Нелепо, учитывая ту работу которую им предстояло делать

десятилетиями. Сенкови никогда не был особо впечатлен большинством своих коллег.

Вместо этого, как ни парадоксально, он разбудил себя сном.

Он висел в воде теплого, чистого Кораллового моря, которого не было в таком девственном

состоянии задолго до его рождения. Солнце просвечивало сквозь воду, как

смущение из сапфиров. Ниже него располагалась его лучшая предполагаемая реконструкция

исчезнувшего Большого Барьерного рифа, красные, пурпурные, фиолетовые цвета вокруг.

И зеленый цвет, насколько только хватало глаз, как в инопланетном городе. Жизнь кружилась вокруг

коралловый мегаполис в буйстве движения, плавания, струения, дрейфа, ползания. Он

он осторожно повернулся, окидывая благосклонным и богоподобным взглядом свое творение, в полусне

полуяви, ощущая только радость оттого что он создал это и не чувствуя

чувствуя боли оттого что оригинал уже давно погиб.

Наконец, один из его особых друзей подал сигнал о своем присутствии, высунув свое податливое

тело из расщелины в скалах и осторожно приблизившись к нему.

Глаза, похожие и не похожие на его собственные, смотрели на него с той эрзац-мудростью, которой природа

наделяет только сов. Оно, а определение пола осьминога было не легкой

задачей, чтобы выполнить ее на таком расстоянии, вытянуло к нему руку, Адам - к его божественности, и он позволил своей руке медленно двигаться навстречу, чтобы принять это прикосновение.

Это был хороший сон. Он сам запрограммировал его, создав сложную последовательность

ментальной стимуляции, которая использовала его конкретные воспоминания и перемешала их в

нечто полувероятное. Это все еще было похоже на сон, нереально, но это было то,

к чему он стремился, так что, да, это было хорошо. Ему также пришлось взломать корабельные компьютеры с немалой

долей изобретательности, просто, чтобы сделать это возможным, учитывая что встречи с морской фауной не были

представлены в меню возможных вариантов пробуждения. Намного сложнее было не

вставить эту нейрологическую последовательность в базу данных корабля, но убрать за собой

все следы этого вставки. К тому времени он уже довольно часто входил и выходил из систем миссии,

Но никто этого не замечал. Сенкови пришел к выводу что

что Инициатива Терраформ на родине была очень, очень слабой по части цифровой безопасности,

и, пожав плечами, продолжил заниматься своими личными делами.

Что, в конце концов, могло случиться плохого?

Среди его путешествий в виртуальной архитектуре протоколов миссии,

Дисра Сенкови также встретился лицом к лицу с Дисрой Сенкови, или, по крайней мере.

или, по крайней мере, с профилем экипажа и оценочной записью этого имени. Хотя высокая техническая

грамотность была присуща всем членам экипажа, ему было интересно посмотреть на результаты

оценки его самого. Для такой многодесятилетней миссии было два основных полюса,

и они тянули в разные стороны. Один касался того

насколько хорошо член экипажа справится с работой в изоляции в течение длительных периодов времени, и как

он может перенести отрыв от всего человечества и

движения человеческой истории. С этим он справился. Другой оnносился к работе в тесном

и замкнутом пространстве рядом с другими людьми, от которых просто невозможно убежать,

и он с ужасом осознавал, насколько близко он подошел к отказу только на этом поприще.

Сенкови считал себя приветливым, общительным человеком. С девятилетнего возраста

он работал над созданием псевдоразумов с которыми можно было бы разговаривать

и разве не он - как никто другой среди членов экипажа - окружил себя

домашними питомцами? Что может быть лучшим свидетельством теплой и любящей человеческой природы?

У него было девятнадцать аквариумов, в трех из которых можно было нырять.

Many
of the aquatic denizens were like close personal friends to him. Как может

кто-то считать его антисоциальным, не говоря уже о том, чтобы делать все эти несправедливые и обидные

замечания?

Он, конечно, kerfdbk. Они имели в виду друзей-людей, а это

никогда не было его сильной стороной. Тем не менее, у него их было несколько, и он хорошо работал среди людей

которые были ориентированы на достижение общей цели. А что касается

отдыха и развлечений, то если он и не был душой и жизнью вечеринки, то, по крайней мере, не наступал никому на пятки. И, по его скромному мнению, не было на свете человека

который бы любил шутить больше, чем он; просто никто другой не

находил его смешным.

В любом случае, его общей социальной неотесанности было достаточно, чтобы, в сочетании с его

неоспоримой компетентностью, взять его в команду, а затем какая-то комбинация

оценок и компьютерных подпрограмм подняла его на должность главы

команды терраформирования, на одну ступень ниже общего командования, потому что если у вас в команде есть слегка

ненормальный гений, то, вероятно, лучше позволить ему быть командиром, чем гребцом. Таков

был реальный комментарий психолога, рекомендовавшего повышение,

и Сенкови, попав в это досье, очень дорожил этим предполагаемым

комплиментом.

Но сейчас он был нужен им бодрствующим. В этом нереальном океане он напрягся, но прикосновение

щупальца так и не достигло его пальца, а все его питомцы были давно мертвы и

исчезли на Земле, удаленной более чем на тридцать световых лет.

Дисра Сенкови открыл глаза, осознавая, что его блаженная улыбка перешла из

из сна и все еще была на лице. Он чувствовал себя посвежевшим и готовым начать свой

день. Быстрый опрос систем корабля убедил его в том, что они прибыли, их

их долгое холодное путешествие завершено, замедление прекратилось. Он сел, потянулся, больше для

вида чем по необходимости, но он привык делать всякое

потому что люди делают всякое, в угоду чувствам своих близких. В отсеке гибернации он был

не один, но и не окружен суетой

проснувшегося экипажа. Но у его представления всё же была аудитория, Юсуф Балтиэль,

Начальник всего.

Босс", - признал Сенкови. Отсутствие контекста для Балтиэля, наблюдавшего за его пробуждением,

было обескураживающим. Сенкови нравилось разбираться в причинах и следствиях и

и обычно он был достаточно умён, чтобы избегать сюрпризов. Он снова послал запрос к кораблю и

и нашел массу данных, заблокированных для доступа, заблокированных не только от него, но вообще ото всех

кроме самого Балтиэля. Это не хорошо.

— Мне нужно второе мнение, — сказал ему Балтиэль.

— Дай угадаю, планеты там нет? Это была шутка с самыми первыми

экзозондами - иногда данные говорили, что существует планета земного типа, но

индикаторы были просто кучей других факторов, сговорившихся, чтобы создать такое впечатление.

Конечно, здесь действительно был запущен зонд, который разгонялся намного быстрее, чем может выдержать пилотируемый корабль, и проверил, что на самом деле терраформируемая планета

существует и зонд доложил об этом на корабль. Они ведь не отправят пилотируемую миссию просто так,

по прихоти, не так ли? Сенкови очень не хотелось разворачиваться

и возвращаться домой.

— Есть планета. Только сейчас Сенкови заметил любопытное напряжение Балтиеля,

человека, который обычно полностью владел собой. Он практически вибрировал,

как натянутая струна. 'Есть планета, - повторил он. 'Но есть проблема. Я

пока держу ее в тайне, но она слишком велика, чтобы я мог ее решить. Мне нужно, чтобы ты

увидел

Из-за эмбарго, которое Сенкови считал ребячеством, им пришлось идти в

Общее командование, чтобы увидеть то, что так взволновало Балтиеля.

Все остальные по-прежнему мирно лежали на льду. Кому же

тогда должна была помешать вся эта маскировка и кинжалы? Он продолжал забрасывать

систему запросами, чтобы выяснить, что он может и не может знать, потому что компьютер

не мог сказать ему, что было запрещено, пока он не задел нерв, и не зажал его

Вообще-то ходьба из одного места в другое была, согласно книге Сенкови,

чем-то, что в будущем должно было отсутствовать как явление в принципе. А его ноги между тем испытывали

трудности с создаваемой вращением гравитацией так что вихляя коленями на своем пути вокруг спящего экипажа

он едва поспевал за быстрой походкой Балтиэля. Он с тревогой

обнаружил, что Балтиэль блокирует передачу данных домой,

несмотря на то, что любой срочный крик о помощи, который может издать Сенкови, дойдет до дома только через тридцать лет

Вряд ли ему удастся задержать убийцу Балтиэля на такой срок,

если вообще удастся.

— Просто скажите мне, босс, — жаловался он мужчине в спину.

Балтиэль остановился и обернулся. На его лице было какое-то рвение, которое

заставило Сенкови вздрогнуть. Он нашел Бога, была его мгновенная мысль, что было очень

нехорошо, особенно учитывая последние новости из дома. Пока он шел,

он лениво просматривал обновления — все они устарели на десятилетия,

но похоже, что недавно Земля пережила целый ряд неприятностей,

антинаучный терроризм и все такое прочее. Ты рад, что ты в космосе, чувак.

«Мне нужно, чтобы ты увидел». Это была не просто тайна ради тайны. Балтиэль собрался

чтобы сообщить откровение, и не смог. Еще сотня резиновых шагов, и они достигли Главного Командовандного Пункта, где на

больших экранах отображались солнечные и планетарные данные и визуальное представление

системы назначения, которой они наконец достигли, известной как Tess 834

в честь давного-давно находящегося на околоземной орбите спутника, который первым открыл её на небосводе.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/85751/552888

Переводчики: dfkz