Готовый перевод Mary Hazelton Wade. Our Little Irish Cousin / Наша ирландская ровесница: Nora

Глава I

Нора

Лондондерри, Корк и Керри -

Придумай пока, как это написать без К!

— Ну как, сможешь? - с усмешкой сказала Нора.

— Смогу ли я? Да мне это проще простого, ведь загадку я знаю. В слове «это» нет буквы К! Не подловила ты меня, Нора!

Молли тоже засмеялась и девочки продолжили одевать своих тряпичных кукол.

Эти две ирландские девочки были очень дружны. Хотя у обеих не было ни шляп, ни туфелек, хотя обе были чумазыми и оборванными, они всегда были веселы.

У Норы были красивые голубые глаза и темно-рыжие волосы. Зубы ее белели, как жемчуг, а щеки были розовыми, как вечерняя заря.

— Она истинная дочь Эйре, - думала мама Норы, глядя на свою дочку. - Пусть Господь поможет ей вырасти настолько доброй, насколько она красива, - говорила она, крестясь.

А волосы Молли - подружки Норы - были черны, как ночь. Такие волосы встречаются и у многих других ирландцев. Ведь давным-давно, еще задолго до Рождества Христова, на западном побережье Ирландии поселились выходцы из Испании.

Они передали местным жителям свои черные волосы и карие глаза. Поэтому иногда у ирландцев бывают темные волосы и синие глаза или, напротив, светлые волосы и темные глаза.

— Нора, Нора, дорогая! Иди кормить свиней, - крикнула мать Норы. - Они так проголодались, что готовы и соломенную крышу съесть, если бы дотянулись.

Нора вскочила и, со всех ног побежав домой, взяла кашу для свиней из рук матери. Девочку мигом окружили старая свинья и десять поросят.

Когда поросята еще только родились, Нора любила держать их на руках. Но теперь они выросли, и девочка уже больше не могла их удержать.

— Хрю! Хрю! - хрюкала мама-свинья, что в переводе явно означало «вкусно, вкусно!». Когда она съела свою долю ужина, десять поросят тоже поели.

Затем Нора покормила кур, уток и свою любимую козочку.

— Я очень люблю ее. А еще больше - братиков, сестричек, маму и папу, - думала девочка.

— Какая она милая! И что бы мы делали без вкусного козьего молока! - сказала Нора, повернувшись к Молли, помогавшей ей кормить зверей.

— Это милое создание, - произнесла Молли, - но я больше люблю нашу корову. Может быть, дело в том, что она наша. Ладно, Нора, доброй ночи. Я должна пойти к себе домой.

Молли побежала по лужайке, а Нора вошла в дом.

Дом! Едва ли этому небольшому строению подходило столь великолепное название. Это был каменный домик с соломенной крышей, едва выше Нориного папы.

В доме было только одно окно - да и то маленькое. Дверь была разделена поперек на две половинки, и верхняя часть была широко открыта. Внутри дом был заполнен дымом…

В углу дома был камин, в котором медленно догорал сухой торф. Это было единственное топливо, которое могли позволить себе члены семьи Норы - поэтому неудивительно, что камин сильно дымил.

На родине Норы много торфяных болот. Если бы земля Ирландии могла говорить, то она бы рассказала удивительную историю. Вот такую:

«Много веков назад здесь стояли густые дубовые леса. Дубы эти были высокими и крепкими. Но сырой воздух и частые дожди заставили мох и другие растения вырастать на ветвях и стволах деревья. Мхи выпили последние соки из деревьев.

Деревья слабели, слабели… И наконец они совсем ослабли и упали на землю.

На месте дубов выросли елки, но и и с ними случилось то же самое - мхи высосали из них жизнь. Елки высохли и стали одними из многих упавших деревьев, покрывавших сырую землю.

Затем выросли другие растения - но их постигла та же участь.

Минули тысячи лет, и прекрасные леса, прежде покрывавшие землю, стали торфом».

Теперь торфяники настолько плотные, что ирландские бедняки вырезают из них огромные куски торфа.

Затем торф сушится на солнце и сжигается в камине. Огонь от горящего торфа не такой ясный и бездымный, как от угля, но торф более дешев.

— Потерпите еще несколько тысяч лет, - сказали бы нам торфяники, если бы они умели говорить, - и вместо торфа у вас будет уголь. Отец Время сам все сделает, без всякого труда с Вашей стороны.

Но ирландцы не могут ждать. Большинство жителей Ирландии бедны и радуются, если над головой у них есть крыша, а в доме достаточно еды.

Отец Норы арендует землю для своей маленькой фермы у помещика, который большую часть года живет в Англии. Ирландец построил на этой земле маленький домик для себя, своей жены и детей.

— На что мне на эту землю время тратить? - говаривал он. - Чем лучше я ее возделываю, тем больше мне за аренду платить.

Каждый год он сажал на этой земле картошку и капусту для себя, а также овес, репу и другие растения - для домашних птиц, свиней и козы. Он чинил соломенную крышу, когда она протекала, и старался быть счастливым. Ему, как и его семье, это удавалось.

Шли годы, а дом не менялся - он не становился лучше или хуже: разве только делался более облезлым.

Но дети росли быстро. Они были веселы и румяны и мало думали об убогом каменном домишке.

— Нас тут семеро, - сказала бы вам Нора, - а самый милый и самый лучший - малыш Пат.

В тот вечер, когда Нора вернулась домой к ужину, ее мать сняла с огня чайник, висевший над дымным пламенем на крюке, и налила всем чаю. Затем мама Норы поставила на стол миску с дымящимся картофелем и тарелку с черным хлебом.

— В самом деле, ужин неплохой, - думали голодные дети, и через несколько минут вся еда была уничтожена.

— Цып-цып… - приговаривала Нора, бросая крошки курице. Эта курица всегда сидела у ног девочки во время еды, а однажды, не дождавшись еды, взлетела на колени Норы.

Курица уже уселась на перекладине между ножками стула в тесном углу комнаты, а любимая коза Норы стояла возле девочки и жевала траву.

Маму это не волновало. Она была слишком занята - ведь ей надо было накормить картошкой и хлебом Майка, Джо, Нору и Кэти и покачать на коленях малыша Патси.

Но когда в дом залетели гуси, которым тоже захотелось поесть, это показалось ей чрезмерным.

— Ишь расшумелись! А ну прочь отсюда! - закричала занятая мать. - Майк, возьми метлу и выгони их! Джо, помогай брату!

Когда жадные гуси были изгнаны, семья вновь приступила к еде - и вскоре стол был опустошен.

Девочки убрали посуду, а мальчики принесли в дом торф и поставили его сушить у огня. Мама укачивала Патси, а папа покуривал трубку.

Когда работа была кончена, он сказал детям, что у него есть хорошая новость.

— Что это, что это? - дружно закричали они.

— Письмо от нашей Мэгги из Америки! Разве может быть новость лучше? - сказал отец. - Вот, послушайте!

«Дорогой отец! Милая моя матушка!
Как поживаете вы сами? А как дела у свиней, у моих братьев и сестер? Я нашла работу у доброй хозяйки. Работа у меня не трудная, и я быстро постигаю обычаи этой большой страны. Платят мне за труды два доллара с половиной в неделю. Если на ирландские деньги переводить, то это будет десять шиллингов. Мне хозяин деньги разменял на два фунта, и я могу вам их прислать. Ты, матушка, сможешь купить два фунта лучшего чая да новую красную шерстяную юбку. Ты, батюшка, получишь пару кожаных сапог, а дети пусть покупают, что захотят. Не забывайте о своей сестре Мэгги.

Да благословит вас всех Господь!

Ваша Мэгги О’Нил»

Когда отец дочитал письмо, все какое-то время молчали. Мать вытерла слезы, катящиеся по щеке, а отец прокашлялся.

Два фунта! Эти деньги казались семье огромными. Этого было достаточно для уплаты помещику за землю.

— Но свиньи живут хорошо, а если они и дальше жить будут, то не будет у нас беды, когда за землю придется платить, - сказал отец, когда все стали обсуждать произошедшее. - Свиней мы продадим, а выручки на плату за землю хватит. Все будет, как и говорила Мэгги. А теперь, дети, идите спать - пусть вам снятся все те замечательные вещи, которые они увидят в городе, когда на рынок поедут.

Так или иначе, все дети легли спать в маленькой комнате возле кухни, а Нора крепко уснула. И снился ей удивительный сон…

Снилось ей, что в ирландский кабриолет, который принадлежал отцу её подруги Молли, впрягли козла. Козел был большой и во сне он, вышагивая по улице и везя всю семью на рынок, выглядел очень красивым.

Ручная курица Норы разглядывала достопримечательности, усевшись на голове козла. За козлом бежала старая свинья, а маленькие поросята, подняв хвосты-колечки, изо всех сил пытались поспеть за матерью. Все смеялись и пели под звуки ирландской джиги, которую наигрывал на волынке отец Норы.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/85929/556013

Переводчики: Arianllyn65