Готовый перевод The Eightfold path (Worm/WH40k-Dark Heresy) / Восьмеричный путь: Море Звёзд (II)

Море Звёзд (II)

* * *

Она вышла на свет. Звезды проносились мимо нее, и все казалось знакомым. Как она сюда попала? Что она делала? Был ли это еще один сон?

Тейлор путешествовала, как будто используя какой-то фантастический прыжковый двигатель. Но ощущения скорости или движения не было. Движения были слишком резкими, и она то и дело поворачивалась на месте, петляя среди огней. У неё возникло ощущение, что она видит их, их звезды, их миры. Но ведь не могут же все они быть обитаемыми? И кто же они?

Ее тело находилось за стеклянной стеной, оно присутствовало но не могло шевелиться. Ощущалось, но не реагировало. Одна из звезд внезапно набухла и выросла, и даже если по обрывочным воспоминаниям можно было догадаться, чего ожидать, приближение все равно было стремительным и внезапным, когда вокруг звезды возник мир.

Мир был тошнотворно красно-серым, с желтыми облаками. Она провалилась сквозь них и увидела чудовище. Это был не город, и у него не было улиц. Самые высокие башни возвышались над ядовитыми облаками, но в целом это было яйцо. Сооружение из металла и бетона. Нет, не бетон, а что-то другое, что могло бы удержать такое массивное здание. Не успела она подумать об этом, как ее потянуло сквозь бесконечные стены, за которыми мелькали невиданные страдания.

Крошечные, переполненные квартиры, переполненные подземные проспекты, освещенные потускневшими, изношенными фонарями. Бесконечный поток человечества, сгорбленного и изуродованного, сгорбленного под тяжестью окружающего мира или искалеченного в результате несчастных случаев на огромных заводах, которые случались даже тогда, когда она мчалась по ним.

Повсюду был одинаковый псевдокамень и сталь, и ни единого шепота зелени. Это был бункер размером с мегаполис.

Проскользнув сквозь последний потолок, она увидела свою цель - блочное здание, соединяющее пол и крышу на перекрестке, нарисованное весами правосудия и железным кулаком. Она скользнула внутрь и спустилась вниз, в комнату, заставленную орудиями пыток, за спиной холодные, горящие праведной яростью глаза.

* * *

Еретик продолжал выть. Это ей наскучило. Это было не какое-то захолустье, Экскруциатор, возможно, и наводил на объект ужас, причинял душевные муки и дискомфорт, но никакого реального вреда не причинял. Обычные пытки были для дилетантов, поэтому Вила наблюдала за работой своего старшего. Ей предстояло многому научиться, и любая зацепка, которую они раскопают, могла привести к гнезду предателей.

Они все начинали говорить, рано или поздно.

* * *

Они собрали несколько местных хулиганов с 34-го уровня. Это был не более чем едва обученный сброд, но это был сброд, понимающий цену дезертирства перед лицом врага. Когда первая волна отбила огонь противника и выявила свои позиции, Вила двинулась со второй волной. Пока многие выкрикивали молитвы и кричали, она не теряла головы и намечала цели, обрабатывала их, уворачиваясь от наступающего огня.

Ее дробовик был не самым лучшим на такой дистанции, но, оказавшись внутри, он докажет свою состоятельность. Когда первая волна впитала огонь, а третья засыпала вражеские укрепления взрывчаткой, они пересекли открытую площадку и ворвались внутрь. Их встретила обычная ересь: обнаженные тела, непристойное "искусство" - все как обычно. Её маска засекла в воздухе опасныё уровень наркотиков, но ей удавалось их отфильтровать, по крайней мере, на данный момент.

Они отбросили скудно одетых культистов и устремились в главный зал. Там проходил ритуал. У культистов всегда был ритуал. Более полутора десятков молодых девушек были изуродованы, на их лицах, грудях, руках и ногах были вырезаны плачущие красные улыбки. Они расположились тремя полумесяцами вокруг главного помоста, на котором кричала беременная женщина, пытаясь освободиться от оков, пока главная цель опускала жертвенный кинжал, возвышая голос в еретической песне.

Закончилось тем, что её ментор снес ему мозги до того как он успел опустить кинжал.

Но когда лидер упал, Вила увидела, как из-за возвышения на помосте появилась она. Она тоже была беременна. Нечестивый свет, от которого болели глаза, наполнил комнату, когда ее падающее тело ударилось о землю, а в голове звучали смех и хихиканье. В зале появились чудовищные существа. Её маска была бесполезна - сладкие, манящие ароматы пытались соблазнить её, а появляющиеся фигуры обещали бесконечный экстаз.

Вила не была сильно верующей женщиной. Она просто знала правду о мире. Мир - это кровь, слезы и бесконечный труд. Что такая жизнь, такой мир могут дать ей? Они лгали. Первый же невероятно красивый мужчина, который попытался ее обнять? Она всадила свой дробовик в его улыбающийся рот и снесла ему голову.

Они были быстрыми. У неё был модифицированный дробовик.

Передёрнув затвор, она разрядила оружие в человеческие силуэты. Бросила его, забросала гранатами, как дождем, и нырнула в укрытие. Взрывная волна попала ей в спину, но броня, по большей части, выдержала.

Когда она поднялась, то обнаружила, что из более чем дюжины мужчин и женщин, вошедших вместе с ней, она была единственной, кто не впал в ступор при появлении этих тварей. Единственной, кто действовал и осталась жива. В лихородке боя она потеряла всех своих товарищей, оставшихсяв зоне взрыва.

Поэтому, конечно, Вила оказалась в камере в штаб квартире ожидая допроса. Это была цена, которую она понимала. Если бы они не разобрались с гнездом, порча только распространилась бы, убивая и обрекая на гибель еще больше невинных людей. Если это будет стоить ей жизни, это будет цена, которую стоит заплатить. Многие уже заплатили, проявив слабость.

Последовавшее за этим предложение о найме было не из тех, от которых отказываются. Но она заплатила свою цену.

Семья ее сестры, перебралась из средних уровней в верхний Улей. Не совсем дворянство, но если она могла продвинуться на своей позиции, отсылая троны, кто знает, как высоко они могли бы подняться? Правда, верная служба в Империуме вознаграждалась, если только она могла ориентироваться в его политике. Может быть, когда-нибудь она сможет навестить своих сестер, племянников и племянниц или отправить их в настоящую школу.

При этом работа не менялась, менялся лишь ее масштаб. Хотя, если бы ей сказали, что ее первое задание будет в феодальном захолустье и ей придется встраиваться, она бы попросила... ну, хоть что-нибудь.

- По крайней мере, вы могли бы дать мне хоть что-то для защиты, кроме как пойти туда и избить их дубинкой!

* * *

Они дали. Как оказалось, из лука можно убить так же легко, как и пулей. Ну, не так легко, но, по крайней мере, у неё была возможность стрелять. Только бы этот проклятый дождь прекратился, и она смогла бы им воспользоваться!

- Даже дождь выключить не могут, что за захолустье, - пробормотала она, пробираясь по грязи на встречу с их связным. Но она шла туда, где была нужна, и если ксеносы-контрабандисты решили торговать своим нелегальным товаром в джунглях, что ж, она пойдёт в джунгли. Жалобы на это ничего не изменят.

*

Пока они шли, Тэйлор вынырнула из своих мыслей и медленно проснулась в собственной спальне. В е голове царил беспорядок: оба сна перепутались, наполовину запомнились, наполовину исчезли.

В то время как краски потускнели, крики и подробности пыток остались. Более чем достаточно, чтобы наполнить ее ужасом. Последний гвоздь, доказательство того, что это был не просто сон, был в ней.

Теперь в ее сердце покоилась другая Карта, в то время как Джудикка снова находилась в рамке с остальными. Однако её Карта была яркой, она казалась собранной, готовой к действию, отчего другие Карты казались тусклыми и спящими.

Но она могла лишь откладывать встречу со слоном в комнате. Ее воспоминания были не так уж плохи. Джудикка. Серебряное Убежище. Живые Буквы. Леди-инквизитор Хэберт и хор из тринадцати миллионов душ.

Это было слишком много, чтобы справиться со всем сразу. Ей нужно было... нужно было разложить всё по полочкам. Продолжать разлаживать, пока это не превратится в тысячу, миллион маленьких шагов, по крайней мере, первый из которых может быть контролируемым. Она не должна была разбираться со всем этим сегодня, это будет долгий, извилистый путь, который... он...

// "Опасное это дело, Фродо, выходить за порог. Ты выходишь на дорогу, и если не будешь держаться на ногах, неизвестно, куда тебя может занести".

В ее голове зазвучал голос. Он просто был там, воспоминанием, эхом. Сказка на ночь, прочитанная при свете ламп. Было больно думать, вспоминать. Но когда на нее обрушилась тяжесть возможной ответственности, он был рядом, ждал ее.

Passed down, from her Mom to her, in a not so silly story. How did it go?

// "Нам остается только решить, что делать с тем временем, которое нам отпущено".

Тейлор не выбирала этого. Ни эту силу, ни это бремя. Но и никто из швейцарцев или жителей Кюсю не выбирал. И е мама тоже. Это просто было так. Она получила её, она принадлежала ей. Этот дар, это проклятие, эта сила. Она подумала, не является ли все это выдумкой, иллюзией, созданной ее силой, но это было похоже на приятную, удобную ложь, которую кто-то может сказать ей, чтобы отвлечься, но не на правду.

Были ли они настоящими? Были ли они там? По какой-то причине они выбрали её. Она не представляла, как жить в условиях такой ответственности. Да и не хотела пытаться. Это было слишком. Внезапно стать каким-то религиозным главой стольких людей? Она даже не представляла, как начать. Но... она попытается. Пусть ее проклянут за глупость, но она попробует.

Сколько раз она проклинала обладавших силой за, за их промахи и бездействие? Она не могла поступить так же. Не могла игнорировать, отрицать. Она должна была попытаться.

Родители научили её быть выше этого.

Но желание и готовность не означали, что она не видела этого, что ей не рассказывали об этом во второй раз. В ее снах были жуткие вещи, и хоть они уже забывались, но сад трупов, все еще слишком четко вырисовывался в ее сознании.

Хотя ее решимость была непоколебима, правда заключалась в том, что она не была готова. Не готова была бороться с тем, что хотело устроить такие извращенные, ужасные сцены, или могло появиться из воздуха, словно вызванное такой чрезмерной и бессмысленной резней.

Тейлор задрожала и ее резерв света тоже задрожал. Она потянулась к нему, уже настолько привыкнув к этому чувству и движению, что почти не обращала на него внимания, и толкнула.

И в спешке, спасаясь от нарастающего ужаса, как-то неловко скрутила паутину - она была ещё хрупкой, ещё новой, из только что выбранной Карты. Что-то, где-то в нитях пыталось вырваться наружу, пока она принимала свою форму, как будто её толчек оставил какое-то отверстие, через которое что-то внутри светлых и темных нитей вырывалось наружу.

Тэйлор внезапно стала бороться за свою жизнь. Она была коварна, многогранна, отвлекала, сплеталась и...

...у Тэйлор не было времени ни блевать, ни трястись - не в бою. Вес сотни полей сражений обрушиля на неё и сама смерт дохнула в затылок.

Оно было коварным, многогранным. Оно отвлекало и плело... иллюзии... и создавая эти иллюзии рассчитывало на то, что страх и ужас отвлекут её. Оно было еще крошечным и почти слепым, только начинало выходить наружу и пыталось использовать иллюзии тех же убитых женщин, чтобы обмануть и отвлечь ее, пока оно убегала.

Тейлор надавила на этот неестественный поток в том месте, где он зарождался, и заставила его вернуться назад, запечатав отверстие. Существо, его присутствие исчезло, как будто его и не было, только несколько оборванных нитей растворились в дыму, всасываемом оседающими светящимися линиями.

Они выжгли его, но часть оставалась, сгоревшая слизь, состоящая из лжи, которая заставляла ее чувствовать себя грязной изнутри. И все же в этом очищенном дыме была сила, не похожая ни на какую другую. С такой она еще не сталкивалась. Сила Ведьмы.

Тэйлор кашляла, пытаясь исторгнуть слизь, но она была внутри нее. Она застряла, и паутина уже распространяла ее повсюду. По мере распространения отвратительная природа слизи исчезала, но она все равно слегка портила все вокруг, пока наконец-то не растворилась.

По итогу у нее как будто появилась новая мышца. Только вот в голове. Тэйлор ждала, напряженная, готовая отреагировать на любую новую угрозу или опасность, но прошло больше минуты, а ничего не происходило. Мышца была её. Она могла сжимать его, тянуть с ее помощью, хотя и перестала, как только убедилась, что она под её контролем, и всё это не очередной трюк.

Постепенно, её дыхание выровнялось.

- Тэйлор? - Позвал снизу её отец, звучал он обеспокоенно.

Она уже открыла рот, чтобы сказать ему, что с ней все в порядке, как вдруг перед глазами вновь встали образы убитых женщин.

Её ужин заляпал пол. Кровь и кишки встали у нее перед глазами. Она не могла от них оторваться. Их искаженные болью лица, навсегда застывшие в смерти, и еще хуже - момент лихорадочной радости той женщины, которая это сделала, улыбаясь как сумасшедшая за мгновение до того, как ей разнесло голову.

Тэйлор не знала в какой момент она стала издавать этот болезненный вопль, вырвавшийся из ее уст, но когда дверь распахнулась, отец обнаружил ее склонившейся над собственной рвотой. Она держалась, стараясь не упасть в неё.

Он помог ей дойти до ванной, её живот сжимало болезненными спазмами. В коридоре её снова затошнило, и ещё раз, когда она добралась до раковины. Тэйлор еще несколько раз вздрагивалла, не в силах оторвать взгляд, каждый раз, когда она моргала, ужасы возникали вновь, подстерегая ее в темноте

Она задержалась в ванной. Даже когда она вышла её потряхивало.

- Кошмары, папа, просто кошмары. - Сказала она ему. И они были. Что-то она видела во сен, а что-то на яву. Она не думала, то он это поймёт и не захотела делится этим.

Она уже чувствовала себя дерьмово. Сегодня должен был быть хороший день. Но она позволила ему приготовить ей чай и уложить её на диван, пока он занимался делами. Дрожь все еще то появлялась, то исчезала, было трудно работать или сосредоточиться. Но хоть это заняло некоторое время, она постепенно прошли, и её исчезновение, по крайней мере, избавило её от тяжелого беспокойства.

Это ничего не дало для устранения чувства вины, которое он скрывал, но она не могла помочь с этим. Было слишком поздно что-то исправлять. Все уже произошло.

- Я в порядке, пап. Видишь? - Она подна руку и подержала её так, показав что она не дрожит.

Может быть, это и потребовало бы много времени, и бремя, лежащее на ней, только возросло, но никто этого не выбирал. Просто так получилось, и только от нее зависело, насколько разумно она потратит свое время.

Бегство ничего не решит. Но она тоже устала быть жертвой. Взгляд остановился на рядах книжных полок. Ее мысли блуждали по бумагам, одежде и воспоминаниям.

Это было поистине ужасное утро. Но, несмотря на то, что оно вызвало у нее тошноту и замедлило её, оно было утром. А она уже не была прежней, не была. Если мир собирался нагадить на нее, то пора было хотя бы купить зонтик, а не пытаться терпеть.

Она улыбнулась ему, доставая улыбку откуда-то из глубины своей души.

- Если система отстой, то наша работа изменить её, верно, папа?

Его ответная улыка была олезненной, но он улыбнулся.

- Верно. Это верно.

Он кашлянул охрипшим горлом. Отец хотел спросить, как у нее дела, чем он может помочь. Но он этого не сделал, и она была благодарна ему за это. У нее было столько уверенности, сколько она могла дать.

- Ну и как, по-вашему, продвигается расследование? - Это был вопрос и предложение одновременно. В воскресенье у него был выходной. Возможно, у него были свои идеи, как помочь, но если он был ей нужен, по крайней мере, на сегодня, ее отец был здесь.

- Ну, меня не тащат в участок за то, чего я не делала, так что все идет лучше, чем в Винслоу.

И пока ее отец морщился е губы искривила легчайшая улыбка. Это была мелочь, но правда. Может, ее стандарты и были зминимальными, но пока что ПРТ им не соответствовала.

Кто знал, может быть, они удивят её? Если нет, то она беречь себя и использует свою силу, пока не получится.

* * *

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/86292/563466

Переводчики: Camrad_RIP