Готовый перевод Didicosm // G. Egan (2023) / Дидикосм // Г.Иган (2023): 1

1

-Смотри.
Отец Шарлотты скомандовал ей, показывая на небо, рукой показывая на каждое пятнышко света.

Он вытащил ее из постели и вел машину больше часа, наконец остановившись рядом с пустырем вдали от центра города. Она могла видеть Млечный путь, простирающийся от горизонта до горизонта, и в любое другое время она, возможно, восхитилась бы этим зрелищем. Шарлотта все еще не понимала, зачем они здесь. Ее мать была больна; они не должны были оставлять ее одну.

-Я знаю, как выглядят звезды, я хочу домой.

-Но ты должна понять, - заявил ее отец.
- Звезды, которые мы видим,всего лишь капля в океане. За горизонтом больше звезд, больше галактик. Дальше и дальше повсюду. Миры без конца.
Покачиваясь, он поднял лицо к зениту.

- Не уверена,- возразила Шарлотта.

-Бесконечность миров, - настаивал ее отец.
-В некоторых из них должна быть семья, такая же, как у нас.
Он опустил глаза, даже при свете звезд она могла видеть, как его глаза смотрят сквозь нее.
- Но некоторые из них будут не совсем такими, как наши. Должны же быть миры, где твоя мать вообще не больна.

-Мне все равно, - повторила Шарлотта, разозлившись еще больше, чем когда-либо. Ее настоящая мать в ее настоящем доме на самом деле была больна, и они никогда не должны были оставлять ее.

-Но ты принимаешь это? спросил ее отец.
- Тебе нужно это принять. Где-то она живет лучшей жизнью, рядом с ней такие же люди, как мы.

- Я хочу домой,- умоляла Шарлотта.

- Не раньше, чем ты поймешь, что я говорю тебе правду,- отвечал отец

Шарлотта хотела возразить, что он начинает пугать ее, но побоялась, что обвинение только усугубит ситуацию. Оставит ли он ее на обочине дороги и уедет, если она не скажет того, что он хотел услышать? До этого момента это было бы немыслимо, но он больше не был самим собой.

-Я верю,- как можно спокойнее сказала Шарлотта.
-Ты бы не сказал этого, если бы это было неправдой.

-Спасибо!
Он просиял и присел на корточки, чтобы обнять ее. Затем он повел ее обратно к машине.

-Ты будешь сильной, не так ли? - спросил он, пристегивая ремень безопасности на груди.

-Да, - ответила Шарлотта.
Сильная в чем? Именно она столкнулась с состоянием своей матери. Но все, что сейчас имело значение, это сделать его счастливым.

По дороге домой ее отец почти не говорил, но не мог перестать улыбаться. Шарлотта была уверена, что никогда раньше не вставала в такой час, но всякий раз, когда ее веки начинали опускаться, она чувствовала протест из глубины своего тела, такой резкий и настойчивый, как будто она перестала дышать, и снова впадала в полную силу. снова бодрствование.

Вернувшись домой, она выпила стакан воды, затем отец уложил ее в постель. Когда он выключил свет и вышел из комнаты, она посмотрела время на своих часах. Сколько времени ему потребуется, чтобы заснуть? Она услышала, как в туалете спустили воду, послышались шаги, скрип дверей. Через некоторое время щель под ее дверью полностью потемнела, что означало, что ни в одной из близлежащих комнат не горел свет.

Шарлотта решила подождать двадцать минут, экономно нажимая кнопку подсветки на своих часах, потому что знала, как быстро может разрядиться батарейка. Каждый раз, проверяя, не лучше ли закрыть глаза и уснуть, надеясь, что утром все снова будет нормально. Но когда ее часы наконец показали без десяти три, и она была на грани того, чтобы отказаться от своего плана, она представила, как ее отец смотрит на нее сверху вниз под открытым небом, и поняла, что у нее нет выбора.

Она выбралась из постели и пересекла комнату, неся в руках подушку и одеяло. Она умоляла родителей подарить ей телефон на восьмой день рождения, но они посмеялись над этой идеей и отказались даже в девять или десять лет. Она повернула ручку двери своей спальни и открыла ее ровно настолько, чтобы можно было протиснуться в коридор, прихватив с собой постельное белье. Дом был погружен в темноту, но ее глаза обрисовывали пространство перед ней серыми плитами, пропитанными странной детализацией, которая смещалась и текла с каждым ее шагом.

Когда она вошла в гостиную, то совсем не увидела маленького столика, на котором стоял телефон, но она знала, где он находится, и направилась к нему, ориентируясь среди больших массивов дивана и кресел. По телевизору всякий раз, когда люди пытались ходить тихо, полы скрипели, но она знала, что под ковром бетон, а ее босые ноги ступали бесшумно; настоящая опасность была бы, если бы она что-нибудь опрокинула.

Убедившись, что она близко к столу, Шарлотта медленно протянула свободную руку. Ее пальцы коснулись только воздуха; она отстранилась, слегка повернулась и попробовала снова. Когда ее ладонь коснулась чего-то шершавого, но податливого, она чуть не запаниковала от неожиданности, но потом вспомнила о вазе с цветами, доставшейся ей от бабушки, которую отец оставил на столе накануне.

Она убрала руку и опустила ее, пока она не коснулась стола. Она оставила ее там на некоторое время, пока очертания предметов перед ней медленно выплывали из серости, открывая белую телефонную трубку, лежащую в подставке для зарядки.

Когда она подняла телефонную трубку, загорелось маленькое окошко дисплея и клавиатура. Она легла на пол и соорудила палатку из своего одеяла, затем накрыла голову подушкой, чтобы еще больше приглушить звук. Она подумывала позвонить по номеру экстренной помощи, но не могла поверить, что незнакомый человек поймет, почему она решила, что ей нужна помощь. Ее бабушка поняла бы, но у нее был плохой слух; даже при личной встрече Шарлотте иногда было трудно изъясняться внятно. А у бабушки не было собственной машины.

Она прокрутила список контактов вниз и нашла контакт своего дяди Нейта. Он всегда помогал ее родителям с работой по дому. Но что, если он разозлился на нее за то, что она позвонила так поздно? Что, если он подумает, что она устраивает какую-то шутку?

Телефон погас. Шарлотта встряхнула его; ничего не произошло. Она вслепую нажала клавишу; телефон снова загорелся, в окошке высветилась цифра 3. Она удалила ее, затем нажала клавиши вверх и вниз, чтобы убедиться, что Нейт по-прежнему выбран. Затем она нажала клавишу с зеленым значком трубки и услышала шквал гудков набираемого номера.

После шести гудков кто-то раздраженно буркнул: - Да?

- Дядя Нейт?

Последовало молчание, затем он ответил:
- Шарлотта?
В его голосе звучало скорее недоверие, чем раздражение. Но затем его голос резко изменился.
- Что-то не так?

Шарлотта поправила подушку, чтобы быть уверенной, что ее никто не услышит, и рассказала о поездке, в которую ее заставил отправиться отец. Нейт позволил ей говорить без перерыва, задав только один вопрос в конце.
-Твоя мама еще не встала, когда ты вернулась домой?

-Нет.
Шарлотта не хотела говорить ему, что боится заходить в комнату родителей, чтобы попытаться разбудить ее, но он, казалось, понимал, что она не может этого сделать.

Нейт сказал:
- Я собираюсь приехать прямо сейчас и поговорить с твоими родителями, просто чтобы убедиться, что все в порядке.
Он помолчал немного, затем признался:
-Я не знаю, стоит ли тебе вернуться в постель или пойти и подождать у соседей.

Шарлотта сказала:
-Я вернусь в постель.
Она ни на секунду не поверила, что ее отец планировал причинить ей вред, но была уверена, что его странное поведение станет еще более странным, если он поймает ее, когда она тайком выходит из дома.

- Хорошо. Я скоро приеду. Хорошо?

-Да.

Шарлотта отняла телефон от уха; снова стало темно. Она лежала неподвижно, прислушиваясь, представляя, как ее отец стоит возле палатки, готовый отчитать ее за предательство. Но когда она откинула одеяло, там никого не было. Она медленно встала, убедившись, что хорошо видит подставку, прежде чем попытаться положить трубку на место.

В своей комнате она расстелила одеяло на кровати, но не смогла заставить себя забраться под него и притвориться спящей. Если отец застанет ее сидящей в темноте, ей просто придется придумать какой-нибудь предлог. Может быть, она могла бы сказать ему, что думала о звездах.

По мере того как ее глаза все больше привыкали к темноте, комната приобретала странную четкость. Она привыкла к тому, что большинство деталей терялось в тени, если она выглядывала из своей кровати, и к тому, что все мгновенно оказывалось на своих местах, если она включала свет, но, хотя прошли годы с тех пор, как она хотя бы наполовину верила, что ее знакомые вещи могут перемещаться по комнате. они появлялись сами по себе ночью или принимали странные новые формы, когда она не могла их толком разглядеть, она чувствовала себя документалистом со специальной камерой, наконец-то запечатлевшим их истинное ночное поведение, и реальный вид впечатлил ее не меньше, чем любая воображаемая альтернатива. Дело было не в том, что она не могла догадаться, что увидит; дело было в том, что она вообще могла это видеть.

Шарлотте показалось, что она услышала, как на улице подъехала машина, но ее окно выходило на задний двор, поэтому у нее не было возможности быть уверенной. Стук в дверь не оставлял сомнений; она напряженно ждала, когда ее отец, топая, выйдет в коридор.

Но он этого не сделал. Свет не загорелся, двери не открылись. Нейт стучал твердо и настойчиво, но так, чтобы не было похоже, что он пытается выломать дверь. Шарлотта знала, что лекарства, которые принимала ее мать, вызывали у нее сонливость даже днем, и ночью она могла легко проспать это. Труднее поверить, что ее отец мог сделать то же самое.

Она включила свет в своей спальне, затем вышла и направилась к двери, ее отец вряд ли мог винить ее за то, что она откликнулась, когда он так долго игнорировал звук. Когда она открыла входную дверь, Нейт смущенно улыбнулся ей.

-С тобой все в порядке?

- Да, - ответила Шарлотта.
- Я не знаю, почему папа не встал.

Нейт последовал за ней в гостиную.
-Ты останешься здесь, - сказал он.
-Я не хочу, чтобы ты волновалась. Твой отец был в сильном стрессе, и то, что он сделал, было довольно странным, но если я смогу поговорить с ним, держу пари, он поймет, почему это тебя напугало, и он придет, извинится и крепко обнимет тебя.

-Окей.

Он сжал ее плечо и направился по коридору. “Филлип?” - услышала она его зов. Он постучал в дверь комнаты ее родителей. “Бет? Это просто Нейт. Я знаю, что сейчас середина ночи, но Шарлотта волновалась, поэтому позвонила мне.”

Шарлотта не услышала никакого ответа.

Нейт объявил почти в шутку:
-Не пугайтесь, ребята, но я вхожу.

Она услышала, как открылась дверь спальни, затем мгновение спустя она смогла сказать, что включили свет. В доме стояла тишина; если ее отец и упрекал Нейта за вторжение, то делал это шепотом, чтобы не разбудить ее мать. Затем она услышала, как Нейт тихо сказал
-“Скорую, пожалуйста.

Шарлотта побежала по коридору в комнату. Нейт стоял у кровати; он повернулся и попытался преградить ей путь, но как только она проскользнула мимо него, он не сделал попытки выгнать ее. Она уже увидела все, что можно было увидеть.

Оба ее родителя лежали в постели в позах, ничем не отличающихся от тех, в которых она увидела ранним воскресным утром. Ее мать хмурилась и щурила глаза, как будто свет причинял ей боль даже во сне, но лицо ее отца было бесстрастным.

Нейт все еще разговаривал с оператором по своему телефону; он приложил пальцы сбоку к горлу ее отца.

-Нет, - сказал он.
-Я ничего не чувствую.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/86374/563342

Переводчики: hoeo