Готовый перевод Flames of the Dark Crystal / Огни Тёмного Кристалла: Глава 7

Спустившись по веревочной лестнице на пыльную землю, Найя бросилась в ущелье вдаль от центрального лагеря, крепко скрестив руки на груди и прислушиваясь к эху своих шагов по стенам пустого, казалось бы, каньона.

Он не было пустым. Не совсем. Она заметила бегающих мохнатых ящериц, гоняющихся за жуками на завтрак. Птицы летали над головой. Между камнями росли кустарники и мхи, а изредка встречались деревья с гладкой корой, вьющиеся вверх с кружевными золотыми листьями. Она даже видела, как урЛии вышел из одной из пещер, широко зевнув, с пером и книгой в руке. Долина камней была полна жизни, но даже при этом Найя чувствовала себя одинокой.

Найя наблюдала, как медленное движение солнц отбрасывает тени на пыльные стены долины. Ее мать рассказала ей, что, когда ее бабушка была в возрасте Найи, крайне редко можно было увидеть все три солнца на небе одновременно. Когда это происходило, то третье солнце совсем ненадолго поднималось прямо над горизонтом. Но теперь, много трайнов спустя, Найя могла ясно видеть все три солнца, даже на дне каньона с крутыми стенами по обе стороны. Она заметила это в первые дни своего выхода из болота, но ничего об этом не подумала. Не остановилась, чтобы подумать, что означала надпись в хижине урВа, когда Кайлан прочитал ее вслух.

«Когда одним лучом светят три солнца...», — говорилось в письме. Тогда это было бессмыслицей, написанной странным, рассеянным философом, жившим в хижине посреди Темного леса.

- Или когда тройного солнца луч, — пробормотала про себя Найя, вспомнив, как это называл урСу. Тройное солнце. Когда три солнца стали одним. Именно свет тройного солнца привел урСкеков.

Свет сверкнул. Бегущий по гладким стенам долины, по бесконечным потокам хрустальных нитей. Они были почти невидимы и сливались с остальным пыльным камнем, пока их не освещал солнечный свет. Найя потянулась, чтобы прикоснуться к тонким кристаллическим прожилкам, но нитевидный минерал был настолько нежным, что она едва могла его почувствовать, а тем более услышать его песню.

Кристальные вены были тем, что соединяло Тра с её сердцем, точно так же, как вены в теле Найи текли, наполненные её кровью, входя и выходя из сердца в бесконечном цикле. Найя прикоснулась к камню, желая, чтобы вены сейчас заговорили с ней. Чистые и белые, но не тронутые потемнением, исходящим из Кристалла, словно болезнь.

— Слышишь что-нибудь?

Амри пробирался по камням. Найя не возражала, когда он встал рядом с ней, положив свою руку туда, где только что была её. Розовые подушечки пальцев мягко прижались к камню.

- Нет, - сказала она. - Я... Нет.

- Я попробовал это, когда мы только приплыли сюда. Пока Гурджин лечил тебя, мы не были уверены, что ты справишься... но я тогда ничего не слышал. С тех пор не пробовал.

- Мне жаль, что я беспокоила тебя.

Он пожал плечами. Амри не смотрел ей в глаза, хотя раньше, когда они были на корабле скекСа, он все ухмылялся и подмигивал, даже когда они оказались в ловушке на корабле-гиганте и уносили ноги от скексисов. Это не был обмен воспоминаниями, но было близко к этому — как будто они начали узнавать друг друга. Как будто Найя могла заглянуть в него, заглянуть внутрь Амри, и предлагала ему то же самое, когда он смотрел на нее.

Но теперь, когда Найя смотрела, она не могла видеть Амри так глубоко. Что изменилось? Может быть, новости о Домраке или теперь откровение о том, что их планы победить скексисов разбились вдребезги? В любом случае, Найя не винила гроттана за отстраненность. Во всяком случае, не сейчас.

- Все в порядке, — сказал он. - Это...

Амри прищурился, глядя на стену, сосредоточившись на размышлениях. Он присел, изящно согнув ноги и спину, скользя руками по каменной поверхности. Это напомнило Найе, как исцеляла ее мать: отслеживала линии живого тела, ощущала его форму и энергию. Он откинул волосы назад и прижал открытое ухо к камню, закрыв глаза. Затем развернулся и снова выпрямился, высокий и стройный.

- Мне кажется, я что-то слышу. Сюда.

Этот путь вел их дальше от центра долины, где дорога сужалась до узкого прохода, ширины которого едва хватало, чтобы Найя и Амри могли идти друг за другом.

Амри остановился перед клиновидным отверстием, где кристаллические прожилки, вдоль которых они следовали, переплелись, стекаясь вместе, образуя большие ленты блестящего шероховатого минерала. Переплетенные, запутанные вены исчезали в туннеле.

- Я слышу, как сеть кристаллов внутри становится сильнее. По всей долине должны быть места, где это происходит, — сказал Амри, когда они остановились перед входом в пещеру и рассматривали ее чернильную тьму. Найя кивнула.

- Пойдем, — сказала она.

Почти сразу путь погрузился во тьму. Когда они вошли глубже, глаза Амри расширились, поглощая тени. В темноте он стал практически другим гельфлингом; робость и прищур растаяли, обнажив уверенность, граничащую с дерзостью. Найя знала, что сейчас он был тем, кем он был на самом деле, оживая, как распускающийся ночью цветок.

Когда он вел ее между зазубренных сталагмитов и под висящими сталактитами, Найе казалось, будто она ползет между клыками другого огромного зверя.

- Я сожалею о том, что произошло в Гроте, — сказала она. Если это его беспокоило, возможно, теперь, когда они остались одни, он бы рассказал об этом. Найя хотела, чтобы он это сделал. Она желала утешить его.

Но все, что он сказал, было:
- Я тоже.

Когда стало так темно, что ей с таким же успехом можно было закрыть глаза, снова появился свет. На этот раз более мягкий свет, исходивший изнутри. Найя сморгнула тени и сосредоточилась, когда они приблизились, а затем испустила долгий вздох благоговения.

Погребенные в глубине туннеля, сходились сотни крошечных кристаллических жилок, сплетаясь в головокружительный водоворот белого, синего и золотого. Там, где они сходились, из стены выступала огромная гроздь кристаллов, пронзая тени своим светом. Это было самое большое кристаллическое скопление, которое Найя когда-либо видела, не считая самого Кристалла, — почти такого же размера, как ее две сложенные вместе руки, заостренные и блестящие, как сосульки, сияющие на карнизах Ха'рара.

- Это прекрасно, — выдохнула она. Ей хотелось прикоснуться к нему, почувствовать чистый, нежный свет, который становился то тусклее, то ярче, пульсировал, как дыхание живого существа. Они прижались ближе, позволяя свету кристалла сиять на их лицах. Даже Амри сидел рядом, не дрогнув. Этот свет был не из тех, что напрягали или ранили его чувствительные глаза гроттана.

Радость от находки кристалла угасла, когда Найя заметила изменение цвета на одном из шпилей этого скопления. Она скривила губы и вздохнула с сожалением, когда увидела фиолетовый оттенок, пробежавший по одной из самых крошечных граней. Оно было настолько маленьким, что выглядело, как крошечный синяк. Что-то, что могло бы со временем исцелиться и превратиться в ничто, став лишь пятном на поверхности камня. Но Найя знала лучше.

— Даже здесь, — сказала она. - Где-то, где такое прекрасное и сокрытое. Даже здесь распространяется потемнение Кристалла.

- Я не думаю, что где-то безопасно, — тихо сказал Амри, пока они смотрели на фиолетовую метку. - Безопасно не будет нигде, пока мы не исцелим сам Кристалл.

- И мы едва знаем, как это сделать, — добавила Найя. Она вздохнула и потянула себя за локоны, очень сильно желая исцелить Кристалл так же, как она исцеляла порезы, синяки и даже сломанные кости. Или, по крайней мере, так, как она могла раньше.

Найя посмотрела вниз, подняв руки ладонями вверх и расставив пальцы, и сосредоточилась, как учила ее мать, когда она была очень юной. Свет был тусклым и слабым, но все еще присутствовал. Как крошечный уголек в угасающем слое углей или последний кусочек мха, светящийся на рассвете. Этот свет ни в какое сравнение не шёл с сияющими лучами света, исходившими в прошлом.

Это действительно была правда. Гурджин поглотил ее силы. Не все, но достаточно, чтобы Найя больше не была уверена, на что она способна. В сфере исцеления или чего-то еще.

— Найя, что?... - Когда Амри увидел тусклый синий свет, исходящий от ее рук, он изменил свой вопрос: - Ты собираешься попытаться исцелить это? Я не знаю, хорошая ли это идея...

Синий свет в ее руках пульсировал вместе с сердцебиением, в такт сиянию Кристалла. Она и Кристалл — гельфлинг и Тра. Они были связаны, мать и дитя. Не то что монстры, пришедшие из другого мира и все испортившие.

- Они пришли сюда и солгали нам. Сказали, что они будут защищать Кристалл, а сделали наоборот. Они сломали его и потеряли осколок. Это даже не их земля — кто они такие, чтобы разбивать сердце нашего мира, а потом называть нас предателями и повстанцами?

Амри положил прохладную руку ей на плечо. Мягко, но твердо.

- Я знаю, но...

- Несмотря на то, что они были могущественными и пугающими, — продолжала она, — я всегда думала, что их можно остановить. Я всегда думала, что если мы будем достаточно сильны, если мы зажжем достаточно костров сопротивления, если мы объединим гельфлингов. Если бы мы сделали все, что сказали нам Огра и Тра, мы смогли бы их остановить. Но теперь я знаю, что мы не можем. Мы не можем убить скексисов, потому что мы не можем убить мистиков. Мы не можем их остановить. Я не могу их остановить.

– Но Кристалл такой большой, Найя, намного больше тебя. Он дарует исцеление. Если ты попытаешься исцелить его, ты можешь отказаться от слишком многого…

- Я попытаюсь ещё. Даже если Гурджин забрал большую часть моей силы, чтобы исцелить меня, у меня еще осталось немного. Достаточно, чтобы что-то сделать.

— Найя, подожди… - Он схватил ее за запястье, но она протиснулась мимо него, направив руку, полную исцеляющего света, на хрустальный шпиль фиолетового цвета. - Нет!

Он бросился на нее, но было слишком поздно. Энергия пронеслась сквозь их тела, словно молния, высасывая дыхание из легких.

Когда она пришла в себя, она лежала прислоненной к стене пещеры, Амри лежал рядом с ней. Их отбросило через крошечную пещеру дугой света, исходившей из кристальной вены.

— Амри, — позвала Найя. Она потрясла его за плечо.

- Что случилось? — пробормотал он, протягивая руку, чтобы коснуться царапины на своей щеке.

- Не двигайся. Ты ранен.

Рана. Из-за того, что она пыталась сделать. Свет в ее руке померк, когда чувство вины вытекло из ее желудка. Найя пожелала, чтобы он вернулся. Желала этого и в то же время надеялась, что Амри не заметит тупую панику, охватившую ее грудь. Синий свет замерцал, и она выругалась себе под нос. Если она не могла даже исцелить Амри, то как она могла подумать, что сможет исцелить Кристалл?

- Это не работает, — прошептала она.

— Найя, все в порядке, — успокоил он ее. - Я получил свою долю синяков и царапин от пещерных камней.

Он коснулся ее запястья, осторожно отталкивая ее руку. Она помогла ему сесть, и они вместе посмотрели на испорченное кристаллическое скопление, единственное, что освещало крошечную пещеру. Амри прижал руку к щеке, хотя кровотечение уже замедлилось. У Найи заболел живот. Она не смогла залечить даже крошечную царапину — им повезло, что все не сложилось ещё хуже.

- Мне очень жаль, — снова сказала Найя.

Он потянулся к ней, желая уйти, но не желая идти без нее.

- Давай просто уйдем отсюда, — сказал Амри.

Она согласилась, взяв его за руку. Они вдвоем оставили позади скопление медленно темнеющего кристалла, похороненного глубоко в стене пещеры, словно дурной сон.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/86615/567631

Переводчики: Elatosa