Готовый перевод Jane Davitt, Alexa Snow - The Broken Triangle (Square Peg 2) / Джейн Дэвитт, Алекса Сноу - Найти себя (Сломанный треугольник ( Я думаю, название относится к бильярду)) (Бар Квадратный Колышек 2): Chapter Fourteen

Постучать в дверь Райли было непросто. Не само действие, а осознание того, что как только его костяшки коснутся дерева, ему придётся довести дело до конца. Женщина, которую он проводил в здание, чтобы избежать звонка, задержалась в коридоре, бросив на него подозрительный взгляд типа «У меня есть 911 на быстром наборе», поэтому он улыбнулся ей и громко и отчётливо постучал в дверь.

Райли нахмурился еще до того, как увидел, кто его побеспокоил. Поскольку его не предупредил звонок, он, вероятно, ожидал увидеть соседа с фруктовым пирогом и праздничным приветствием или что-то столь же раздражающее.

— Да?

— Большинство людей начинают с «Привет».

Райли подавил отрыжку и прислонился к дверному косяку, как будто это была кровать. От него пахло так, будто он выпил.
— Большинство людей могут укусить меня за грёбаную задницу.

— Ну, я думаю, где-то в мире солнце уже зашло за рею. — Патрик без проблем протиснулся мимо Райли и направился на кухню, беспечно игнорируя испуганные протесты Райли. Он потратил три доллара на проезд на автобусе, чтобы добраться сюда. Это не должно быть впустую. — Кофе для тебя — ОМГ, у тебя есть «Ямайский Блю Маунтин»? Я ненавижу тебя. Кофе для нас обоих.

— Я не хочу никакого кофе. — Угрюмо, но не враждебно. На самом деле Райли выглядел озадаченным больше всего на свете.

— И я не хочу вести этот разговор с тобой пьяным, но я работаю сверхурочно. Кофе тебя не отрезвит, но он помешает тебе выпить что-нибудь ещё, а мне нужно выпить, чтобы согреться. Я только что прошел два квартала по снегу. У вас здесь ужасное автобусное сообщение, ты знаешь об этом?

— У людей, которые здесь живут, есть машины.

— Даже у уборщиц и дворников? Повезло им.

— Послушай, я не хочу показаться грубым, но почему ты здесь? — Райли стоял в дверях кухни, как будто стоять в дверях было его новым хобби.

— Бродить по улицам нашего прекрасного города начинало надоедать, поэтому я решил вернуться сюда снова, посмотреть, как выглядит это место, когда не забито симпатичными молодыми людьми, и убедиться, что ты никого не напоил против их воли.

— Это был не я, — тихо сказал Райли, и Патрик вздохнул.

— Я знаю. Извини. Это было нечестно. — Он прислонился к столешнице и сунул правую руку в карман пальто. — Вин сегодня сделал татуировку.

Лицо Райли было бесстрастным. Патрик задумался, показал бы он что-нибудь, если бы на его кухне стоял кто-то другой, например, друг или бойфренд.
— Ясно. И откуда ты знаешь? Дай угадаю. Он написал тебе, как только все закончилось. — Но, очевидно, выражение лица Патрика было не так сложно прочитать. — Оу. Ты был там.

— Он хотел, чтобы ты был там, — сказал Патрик, а потом чуть не пнул себя. Он был здесь не для того, чтобы разозлить Райли; он был здесь, чтобы наладить отношения между ними. — Я пошел составить ему компанию.

— Я удивлен, что он прошел через это. — Райли внимательно наблюдал за ним, и Патрик определенно был мышью, а не котом.

— Потому что ты этого не хотел? — Патрик покачал головой и попытался вложить любовь, которую он испытывал к Вину, в то, что он говорил. — Послушай, он без ума от тебя, но ты должен дать ему немного пространства. Он всё еще сам по себе.

— И он принимает неправильные решения. Каким бы я был парнем, если бы сидел сложа руки и позволял ему это? Если бы он кололся, или подливал водку в свои кукурузные хлопья, или планировал вступить в секту, а я пытался его остановить, мы бы начали этот разговор? Нет, мы чертовски уверены, что этого не произойдет, потому что ты был бы там со мной.

Образ Райли в его команде, готового на все, приводил в замешательство. За его спиной дорогая кофеварка варила половину кофейника с тихим бульканьем и шипением, наполняя воздух ароматом. Патрик надеялся, что ему удастся выпить чашечку. Он продрог до костей, и даже пребывание в обжигающе тёплом лофте не помогло ему оттаять.

— Да, я бы был с тобой. Но это не одно и то же. Татуировка — это боди-арт. Он идет к кому-то надёжному, он знает о рисках и принимает их, и ему нравится результат.

— А ты? — Райли спросил в упор. — У тебя нет татуировок, и, насколько я знаю, единственный пирсинг у тебя в ухе.

Патрик потрогал гвоздик в мочке уха. — Да, ну, разные образы. И когда я вижу кого-то, одетого в дешёвый, дрянной дизайн или с лицом, полным металла, меня это мало волнует, но Вин, ну, для него это работает. Ты должен же видеть, как сексуально он выглядит.

— Они будут выглядеть так же сексуально, когда ему исполнится шестьдесят?

— Боже, нам еще до тридцати бы дожить. Как будто шестьдесят вообще существуют! Всё дело в настоящем, и я говорю тебе, отступись от этого, или ты потеряешь его. Он милый парень, но ты не можешь давить на него. Ты думаешь, никто никогда не пытался склонить его к сексу? Они пытались. Я пытался. Ничего не добился, и его гормоны, должно быть, кричали ему, чтобы он сдался, но он этого не сделал.

— Потому что он ждал меня. — Райли провёл руками по волосам, как будто пытался разогнать туман от выпитого днем. — Я подумал, что это романтично, когда он сказал мне. Теперь мне кажется, что это слишком много для меня. Я — причина, по которой он это сделал, но я никогда не просил его об этом! Я никогда не знал, что он...

— Существовал? — Закончил Патрик.

— Нет. Я всегда знал, и я восхищался им за то, что он знал, кто он такой, и не боялся этого, но больше похоже на то, как вы восхищаетесь персонажем книги.

— Что ж, у меня есть для тебя новости, — медленно произнес Патрик. — Он реальный человек. Ты не можешь относиться к нему как к какой-то сказочной кукле, которую ты можешь нарядить. Ты не можешь снять с него рубашку или татуировки, чтобы посмотреть, так ли он тебе нравится. Он любит тебя, поэтому пытается понять, как с этим смириться, но он не должен этого делать, и я не думаю, что в долгосрочной перспективе он это сделает. Рано или поздно ты надавишь на него слишком сильно, и он уйдёт. Это то, чего ты хочешь?

— Я бы подумал, что это то, чего ты хочешь. — Райли был прямолинеен. Патрик мог это оценить.

— Я хочу, чтобы он был счастлив. Он любит тебя. Не облажайся, это всё, что я хочу сказать. — Патрик беспомощно пожал плечами. — Он мой лучший друг, и я не хочу, чтобы ему причиняли боль. Мне бы это понравилось, и я думаю, ему бы понравилось, если бы мы с тобой смогли найти способ быть, ээ...

— Друзьями? — В голосе Райли звучало сомнение.

— Наверное, нет, — согласился Патрик. — Вежливыми? Нам не обязательно заплетать друг другу косички или что-то в этом роде, но, скорее всего, мы будем время от времени бывать на одних и тех же вечеринках. Было бы неплохо, если бы мы могли перекинуться парой слов, не бросая друг в друга кинжалы.

Райли изучал его, в кои-то веки в его глазах не было того смутного отвращения, которое, казалось, появлялось в них всегда, когда он смотрел на Патрика.
— Хорошо, — сказал он. — Так что, я думаю, вежливым поступком было бы сказать тебе, что кружки в шкафу позади тебя, и я пью чистый чёрный.

— Вежливость означает просить меня прислуживать тебе?

Райли закатил глаза, жест естественный, непринужденный, появилась улыбка.
— Убери свою плаксивую задницу с дороги и дай мне это сделать. Как тебе это?

— Намного лучше, — сказал ему Патрик. Он посмотрел на часы. Время выпить чашечку кофе, прежде чем отправиться в зимнюю страну чудес, которая в городе выражается в ледяных ветрах, дующих по длинным прямым улицам и тротуарам, либо блестящим ото льда, либо по щиколотку в слякоти.

Однако поездка на автобусе до бара дала ему время придумать несколько идей, которые он мог бы преподнести Бену. Он гордился той, где он мог отдавать часть своих вечерних чаевых Бену, чтобы тот вносил их на счет, к которому Патрик не сможет легко получить доступ, потому что карта у Бена, а пароль не подобрать. Это означало доверять Бену свои деньги, но это не было проблемой. Патрик обслуживал как-то вечером, когда Бен обсчитал клиента за большую порцию напитков. Клиент этого не заметил, но Бен стоял там, нахмурившись, погружённый в свои мысли, не замечая никого вокруг, пока пересчитывал сумму.

Вин не мог удержаться от смеха, когда Патрик разыграл испуганную реакцию Бена, обнаружившего, что он обсчитал человека на двадцать шесть центов. Сбитому с толку клиенту вернули деньги, Бен рассыпался в извинениях, и да, если и был кто-то, кто отнесся бы к заботе о деньгах Патрика как к священному долгу, то это был Бен.

Бен был за стойкой, когда он туда добрался.
— За полчаса до моей смены, как и обещал, — сказал ему Патрик, и Бен кивнул.

— Я буду в офисе через минуту, — сказал он. — Бумаги в папке на столе. Ознакомься с ними, пока ждёшь меня.

Папку было достаточно легко найти. Жаль, что Патрик не мог сказать того же о своей способности переводить документы внутри, которые, по его мнению, с таким же успехом могли быть какой-то научной формулой. Он ненавидел науку.

— К этому прилагаются справочники? — спросил он, когда Бен присоединился к нему.

— Они тебе не понадобятся. Они более репрезентативны, чем что-либо другое. Первая страница — это твои доходы, вторая — как ты тратишь свои деньги, третья — предполагаемый бюджет, а четвёртая — сколько денег ты накопишь за шесть месяцев, если сможешь придерживаться плана.

Патрик перевернул последнюю страницу, поскольку это звучало как хорошая новость.
—Ух ты. Серьёзно?

— Серьёзно, если ты сможешь придерживаться плана, — повторил Бен. — Что является намёком на то, что сейчас самое подходящее время взглянуть на план.

Патрик издал свой лучший жалобный стон, но Бен поднял брови так, что он почувствовал себя семилетним, и сел, ожидая, когда он начнет читать.

Это имело смысл, пока он читал, впитывая каждый пункт. На самом деле, в этом было столько смысла, что Патрик не был уверен, почему ничего из этого не приходило ему в голову раньше. Он сказал это, и Бен пожал плечами.

— Всегда легче решить чужие проблемы. Я не вовлечён в это эмоционально, как ты, и я не вижу цифры сквозь пелену паники. — Выражение лица Бена смягчилось. — Я бы хотел, чтобы ты попросил меня о помощи до того, как дошло до этого. Я не против. На самом деле, хотя твоя ситуация далеко не так сложна, как кажется, мне понравилось работать над ней. Мне нравится быть здесь, помогать Шейну превращать бар в действующее предприятие, но иногда я скучаю по своей старой работе.

Эта сторона дела раньше не приходила Патрику в голову. Бухгалтерская карьера Бена казалась сущим адом из пыльных бумаг и длинных строк цифр для подведения итогов. Он представлял офис как тихое серое пространство, где гусиные перья царапают пергамент. Ну, во всяком случае, версию для двадцать первого века.

Прочистив горло, он изложил свой план по экономии части наличных. Он задавался вопросом, будет ли Бен возражать против этой идеи как слишком сложной, но Бен кивнул.
— Хороший план. Мы создадим способ, чтобы деньги поступали непосредственно на новый сберегательный счёт в том же банке, которым я пользуюсь, с наилучшей процентной ставкой, которую мы можем получить, что в наши дни не так уж и много. Однако с юридической точки зрения это может привести к путанице, если ты не сможешь получить к нему доступ. Считай это проверкой силы воли. Просто забудь о существовании аккаунта.

— Я собираюсь занять себя чем-нибудь, — пообещал Патрик. — Чтобы не было времени тратить деньги, и ещё меньше — думать. — Если он собирается стать новым, лучшим Патриком, то он не может валять дурака. Никаких мечтаний о том, каким был бы Вин в постели, никаких фантазий о их первом страстном поцелуе, никакого планирования идеального романтического свидания. Чёрт возьми, у него все равно не будет денег на свидание, и он надеялся, что Вин поймет, что перемирие, о котором он договорился между им и Райли, было единственным рождественским подарком, который он мог себе позволить в этом году.

— Так держать, — сказал Бен. Он поколебался, затем спросил: — Как идут дела?

— Ты имеешь в виду мою неразделённую любовь? — Проявление чувства юмора по отношению к ситуации показалось правильным решением. — О, ну, ты знаешь. Безответная. Это своего рода определение.

— Ты что-нибудь сказал?

— Ты шутишь? То, что вы с Шейном знаете об этом, уже само по себе плохо. Ты можешь представить, какой была бы моя жизнь, если бы Вин узнал? Выброси эту мысль из головы.

— Потому что у него есть парень. — сказал Бен, казалось, он не совсем уверен, что это путь, по которому ему следует идти.

Патрик решил, что это отличный путь, если смотреть на него сквозь розовые очки.
— Я знаю, верно? Я не могу даже подумать о том, чтобы что-то ляпнуть сейчас. Это было бы похоже на то, что я делаю это, чтобы разлучить их.

— Ты мог бы сделать это только в том случае, если бы были видны трещины. — Бен взглянул на любимую кофейную кружку Шейна, официальный сувенир футбольного клуба «Эвертон», доставленный из Англии. Шейн всегда оставлял её примерно с дюймом кофе на дне. Теперь она была опасно близко к краю стола. Бен убрал её в безопасное место, слабый румянец выступил на его лице, как будто он дотронулся до Шейна. — Дюжина мужчин могли бы сказать мне, что любят меня, и это не имело бы значения, потому что то, что у меня есть с Шейном, прочно.

— В глазах людей это всё равно будет так выглядеть.

— Тебя это не волнует. Тебя волнует, как это будет выглядеть в глазах Вина.

— Да, — сказал Патрик через мгновение. — И это расстроило бы его, поэтому я хочу позволить им делать свое дело, и если оно треснет, если оно разобьётся, — он указал на кружку Шейна, — Я знаю, что сделал все возможное, чтобы спасти это.

Выражение лица Бена стало настороженным — не лучший комплимент в мире, но Патрик не принял это близко к сердцу. В конце концов, у него не было репутации тактичного и дипломатичного человека.
— Что ты сделал? — Спросил Бен.

— Я сходил повидаться с Райли. Сказал ему, что если он огорчит Вина из-за его новой татуировки, он потеряет его. Я мог бы остаться в стороне и дождаться бума, но мне показалось, что это неправильно.

— И чем всё закончилось? — Патрик мог сказать, что Бен старался говорить нейтрально.

— Нормально. Мы поговорили. Он угостил меня кофе. Он как бы начал понимать мою точку зрения, или по крайней мере, притворился. Я не так уж хорошо его знаю. — Патрик снова посмотрел на бумаги, которые держал в руках, затем положил их на край стола. — Ты не обязан отвечать на это, если это слишком странно, но Вин говорил с тобой о нём?

— Было бы странно делиться этим, если бы он говорил, но нет, этого не было, — сказал Бен. — По крайней мере, ничего такого, чего бы ты не слышал.

Патрику не хотелось это говорить, но ему нужно было поделиться этой идеей с кем-то еще, и не похоже, что это мог быть Вин.
— Я думаю, Райли в некотором роде контролирующий человек.

— Но не абьюзер? — Бен напрягся, ожидая ответа.

— Нет, — поспешил заверить его Патрик. — Ничего подобного. Если бы это было так, я бы здесь с тобой не разговаривал. Я бы вызвал полицию.

— Контроль может означать разные вещи для разных людей.

Бен подбирал слова, и Патрик подавил стон, когда понял почему. Срань. Как он мог сказать Бену, что он знал, что то, что было у Бена и Шейна, было совершенно другим, не сказав Бену, что он знал, что было у них с Шейном?

— Я понимаю это. Честно. У меня есть друзья, которые, эм, принимают это и работают с этим, если ты понимаешь, что я имею в виду. — Бен издал ни к чему не обязывающий звук, который Патрик принял за согласие. — Это не так. Это больше похоже на то, что он хочет сделать Вина другим. Более, ох, я не знаю, социально приемлемым. Таким образом, чтобы он вписывался в круг богатых приятелей Райли. Потому что прямо сейчас Вин не вписывается. Я видел их на вечеринке, которую он устроил, и все они — это сплошные дизайнерские бренды и спортивные автомобили. Некоторые из них хорошие люди, но они тратят на стрижку больше, чем мы с Вином зарабатываем за неделю.

— Если это твоя идея попросить прибавку, забудь об этом.

— Ты знаешь, что это не так. Я хочу сказать, что Вин не может угнаться за ними. Чёрт возьми, в тех местах, где они тусуются, покупка выпивки оставит его без гроша. И Райли наверняка захочет поехать куда-нибудь в отпуск. Вин будет его игрушечным мальчиком или что-то в этом роде, за всё куплено и уплачено? Ему это не понравится. Но по-другому он не сможет себе этого позволить.

Бен откинулся на спинку стула.
— Тогда, похоже, тебе не о чем беспокоиться.

— Что? — Это шокировало Патрика. Бен вообще ничего не понял. — Я не хочу, чтобы ему причинили боль. Вот о чём я беспокоюсь! Ты думаешь, я хочу его, и мне всё равно, как я его получу? — Когда до Патрика дошло, что он сказал, он понял, что это значило. И это чертовски напугало его. — Я хочу, чтобы он был счастлив.

Он говорил это и раньше, но с каждым разом правда становилась всё глубже.

— Я это вижу. — Бен поджал губы, выглядя задумчивым. — Твоя смена вот-вот начнется. Тебе лучше выйти и приняться за работу.

— Верно. Спасибо. — Патрик встал, всё ещё более чем ошеломлённый, и взял бумаги, которые дал ему Бен, скатав их, чтобы сунуть в карман пальто. Он просмотрит их позже. — И спасибо за это. Я ценю твою помощь.

— Почему-то мне кажется, что тебе не так уж много понадобится, — сказал Бен. — Но всегда пожалуйста.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/86840/569268

Переводчики: Aida_Winter