Готовый перевод The Leprechaun who wished he wasn’t / Лепрекон, который не хотел быть лепреконом: Two Wishes

Глава первая

Два желания

Лоренсу уже надоело быть лепреконом.

Ему надоело сидеть под скучной старой радугой, охранять прогнивший старый горшок с золотом и шить бесконечные башмаки.

Он хотел быть человеком.

К тому же, он хотел найти Лучшего Друга. Но вряд ли кто захочет стать лучшим другом лепрекона. Ведь лепреконы только и делают, что обманывают людей, злобно смеются, крадут вещи и не подпускают людей к своему золоту.

Если он хотел найти Лучшего Друга, Лоренс должен был ИЗМЕНИТЬ СВОЙ ХАРАКТЕР. Но сначала надо было стать большим. Поэтому в то летнее утро он стоял на солнышке и делал упражнения на растяжку. Регулярные упражнения точно бы сделали его ростом с мальчика. И он усердно практиковал английский.

Остальные лепреконы посмеивались над ним.
— Да ты так пополам сломаешься, - ворчали они, - тут тебе и конец придет. Лепреконам не положено быть большими. Что плохого в том, чтобы быть лепреконом?

— Это слишком банально, - объяснил Лоренс. - Не круто это. Ведь самые продвинутые существа на земле - человеки.

Другие лепреконы были не согласны.

— Тогда назовите хоть одного продвинутого лепрекона, - сказал Лоренс. Но другие лепреконы не смогли.

Лоренс измерял свой рост отметками на стебле ромашки. Рост он измерял в сантиметрах - это было более обнадеживающим, чем измерять свой рост дюймами.

В тот момент он смирно стоял возле ромашки, задерживая дыхание и сосредотачиваясь на том, чтобы вырасти на сантиметр. Но вдруг поле накрыла огромная тень…

Лоренс задрожал от холода. Он недоумевал - куда же делось солнце? Что случилось?

Он высунулся из-под ромашки, поднял глаза вверх, к небу, и увидел пару огромных серых глаз с длинными каштановыми ресницами и чьи-то пухлые розовые щеки.

Ой! Его заметили.

А все лепреконы боятся, что их заметят люди. Людям от лепреконов только и надо, чтобы те дали им горшок золота.

— Доброе утро… - Лоренс с надеждой усмехнулся обладательнице глаз.

— И что же в нем доброго?

— Я и не говорил, что оно доброе, - сказал Лоренс. - Я пожелал тебе доброго утра. А это разные вещи.

— Хм… - грустно сказала толстая девочка и опустилась на землю так тяжело, что ромашка аж задрожала. - Все-таки, - продолжила она, - лепреконы не говорят «Доброе утро». Они говорят «С началом утречка!»

— Глупости какие! - это была любимая фраза Лоренса. - Ты начиталась глупых книжек о лепреконах. Кто тебе сказал, что я лепрекон?

— А если ты не лепрекон, то ты явно странное-непонятно-какое-существо.

— Но я не лепрекон, - твердо сказал Лоренс. - Я человек. Вроде тебя.

— Как тебе будет угодно. А как тебя зовут? Меня - Фиба.

— Фиба! - сказал Лоренс. - Фиба… Что за имя?

— Нельзя грубо говорить об именах людей, - строго сказала Фиба. - А как тебя зовут?

— Лоренс.

Вообще-то, Лоренса звали Ларри, но он думал, что это звучит слишком по-лепреконски, и он стал звать себя Лоренсом. В этом было что-то человеческое.

— Ха! Вот и доказательства! - сказала Фиба.

— Доказательства чего?

— Того, что ты лепрекон. Всех лепреконов зовут Лоренс.

— Вообще-то, нет. Их чаще называют Ларри.

— Невелика разница. Лоренс - это полный вариант Ларри.

— Что?

— По крайней мере, - задумчиво продолжила Фиба, - Ларри - это краткая версия имени Лоренс. Сколько тебе лет? Мне одиннадцать.

— Мне тоже, - сказал Лоренс. - Одиннадцать сотен… то есть, тысяча сто лет скоро исполнится.

— Да ты большой лгун!

Большой! Она назвала его большим! Лоренс аж раздулся от важности.
— Правда? - с наслаждением спросил он.

— Да, конечно. Ты точно наврал, потому что никто не может прожить тысячу сто лет. Если… если… если только это не лепрекон!

— Но мне еще не тысяча сто. Мне в следующем месяце столько будет. Мне всего лишь тысяча девяносто девять лет.

— И одиннадцать месяцев, - добавила Фиба. - Невелика разница. Ты слишком стар для того, чтобы быть человеком.

— Ладно, ладно. Возможно, я все-таки лепрекон, - признал Лоренс. - Но это не значит, что у меня есть горшочек золота.

Фиба вытянула пухлые ноги.
— Так они все говорят. Но я все равно не хочу твой мерзкий старый горшочек с золотом.

С материнским молоком Лоренс впитал мысль о том, что люди всегда ищут горшочек золота. Но теперь он встретил человеческую девочку, которая не хотела взять его золото!

— Лучше бы ты исполнил три моих желания, - продолжала Фиба. - Даже одно подойдет. Ты не знаком с феями, которые исполняют желания?

Лоренс помотал головой.
— Нет, не знаком.

— Точно? Я думала, что если есть лепреконы, то есть и феи, которые исполняют желания.

— Нет! - твердо сказал Лоренс. - По крайней мере, я таких не знаю.

— Это правда ужасно, - сердито сказала Фиба. - А ты умеешь колдовать?

— Немного, - осторожно ответил Лоренс.

— Что ты можешь делать?

— Я умею исчезать, - похвастался Лоренс.

— В этом немного пользы, да?

— Думаю, что немного, - грустно ответил Лоренс.

— А еще что-то умеешь?

— Нет, - тихим голосом ответил Лоренс. - Извини. Из-за тебя я кажусь себе бесполезным.

— Да, ты немного бесполезен. Жалко, что ты не можешь исполнить мое желание. У тебя есть желание?

— Конечно, есть. Хочу больше не быть лепреконом. Хочется мне быть выше. Ростом с человека.

— Разве плохо быть лепреконом?

— Да. Просто ужасно. Но каково же твое желание? - спросил Лоренс.

— Обещаешь, - начала Фиба, - никому не рассказывать?

— Будь я проклят, если тебя выдам!

— Что ж… - доверительно сказала Фиба. - Хочу похудеть!

— Похудеть! - воскликнул Лоренс. - Похудеть! С чего это ты захотела похудеть?
Желания глупее он никогда не слышал.

— В школе все стройнее меня, - сказала Фиба.

— Наверное, - сказал Лоренс. - Но кому до этого дело? Кто хочет быть, как все?

— Ты вот хочешь, - сказала Фиба. - Но дело в другом. Моя старшая сестра хочет, чтобы я была у нее этим летом на свадьбе подружкой невесты, а я выгляжу так нелепо в платьях с оборками! Я похожа… похожа на бегемота в балетной пачке!

Лоренс захихикал, а затем начал посмеиваться.

А затем он расхохотался утробным смехом, после чего стал кататься по земле, а по его морщинистым старым щекам заструились слезы.

— Беге… меге… бегемот в ба… бале… балетной пачке! - проревел он.

В конце концов он присел и взял платок.

Платок был красный, в крупный белый горошек. Лоренс хорошенько высморкался.

— Глянь на свой платочек! - воскликнула Фиба. Теперь настал её черед хихикать. - Прямо сказочный носовой платочек. Очень лепреконский платок!

Лоренс мрачно оглядел свой носовой платок.
— Теперь видишь, почему я говорю, что не хочу быть лепреконом, - сказал он. - Люди думают, что я смешной. Или… не верят в меня.

— А кто в тебя не верит?

— Ты знаешь… Люди. Современные дети интересуются только озоновым слоем и компьютерными играми. Лепреконы для них слишком старомодны. А взрослые уже давно перестали в лепреконов верить. Нет ничего забавного в том, чтобы быть лепреконом, если ты не можешь мешать людям. А мешать им нельзя, если они в тебя не верят. На себя посмотри… Тебе даже не интересен мой горшочек с золотом!

— Но ты сказал, что у тебя нет горшочка с золотом, - сказала Фиба.

— Нет. Но если бы он у меня и был, ты бы его не захотела. Нет ничего смешного в том, чтобы давать людям горшочек с золотом, если они его не хотят.

— Мы с тобой друг другу под стать, так ведь? - улыбнулась Фиба. - Ты хочешь стать большим, а я хочу стать маленькой.

И тут Фибу позвал на обед брат. На обед были ее любимые бутерброды с тунцом, а на десерт - карамельный пудинг с кремом. Как же тут опоздать?

— Посмотри… - прошептала она. - Ты хочешь всю жизнь под ромашкой просидеть… или лучше ты со мной пойдешь?

— Да не горячись так, - сказала она. - Я никому ни словечка, мамой клянусь!

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/87006/571499

Переводчики: Arianllyn65