Готовый перевод 114 / 1477: 1

В ночь перед тем, как семья Джулии должна была получить результаты биопсии нервов, ей приснилось, что они втроём подошли к таможенному контролю в аэропорту Сиднея, уставшие, но счастливые после долгого перелёта домой в конце отпуска за границей. Пока Патрик и Зои позировали перед камерами, предъявляли паспорта и проходили через турникет, Джулия стояла в стороне и лихорадочно проверяла и перепроверяла свои карманы, пока наконец не поняла, что оставила свой паспорт, а также телефон и кошелёк в номере отеля за шестнадцать тысяч километров отсюда

— Всё в порядке! - заверил её Патрик.
— Просто иди за нами! Мы за тебя поручимся!

Джулия посмотрела на сотрудника иммиграционной службы, стоявшего у ворот.
— Вы можете пройти, если хотите, но вы не будете помнить, кто вы. Как только вы войдёте без необходимых документов, вашей семье придётся восполнить пробелы в вашей памяти.

— Поторопись, мам! - взмолилась Зои, а Патрик улыбнулся и жестом пригласил Джулию присоединиться к ним. Другие путешественники нетерпеливо толкались вокруг неё, пока она стояла, застыв на месте, и загораживала проход.

На следующий день они пришли в клинику пораньше, чтобы не тратить время на ожидание в приёмной. Зои вставила наушники и закрыла глаза, но Джулия смирилась со своими взрослыми обязанностями и сидела молча, время от времени обмениваясь с Патриком взглядами, полными поддержки. Через сорок минут после назначенного времени он наклонился и торжественно прошептал: «Лучше заплачу за парковку ещё час».

— Хорошая идея, — так же тихо ответила Джулия, хотя и не была уверена, что кто-то из присутствующих в комнате был бы против того, чтобы их ход мыслей был прерван.

— Думаю, я могу сделать это прямо здесь, через приложение. Он достал телефон и приступил. Джулия почувствовала укол зависти: казалось, это займёт столько же времени, сколько игра в «Антиграммы», и будет так же хорошо отвлекать.

- Вы все рады услышать это вместе? - спросила психолог Мередит, когда они заняли свои места в её кабинете.
- Потому что, если кто-то передумал, он может отказаться от прослушивания результатов или от того, чтобы делиться ими с членами семьи.

Каждый из них подтвердил первоначальное решение.

-Хорошо.
Мередит сверилась с компьютером.
- Патрик, у вас положительный результат на латентный вирус герпеса человека типа 10, без текущей активности. Джулия, у вас положительный результат на латентный вирус герпеса человека типа 10, без текущей активности. Зои, у вас положительный результат на латентный вирус герпеса человека типа 10, без текущей активности.

Джулия протянула руку и сжала ладонь Зои.
-Я в порядке, — настаивала Зои.

Патрик казался таким же флегматичным, и Джулия пыталась сохранять видимость спокойного принятия. Учитывая, что почти каждый двенадцатый человек на планете получал положительный результат теста, она вряд ли могла сетовать на результат, словно семья стала жертвой какого-то редкого и жестокого удара судьбы.

Тем не менее, она надеялась на лучший результат, чем три случая из трёх.
- Заразились где-то в одном месте? — спросила она.

— Нет, у вас у всех немного разные штаммы, - ответила Мередит.
— Так что, скорее всего, вы все заразились в разное время, в раннем детстве. Но ни у кого из вас нет признаков активации вируса, так что это отличная новость.

Патрик спросил Мередит об эффективности различных препаратов, предназначенных для предотвращения активации, и она подтвердила, что ни один из них пока не показал многообещающих результатов.

—Лучшая стратегия, по-видимому, свести к минимуму стресс, - добавила Мередит, и все понимали, что это до смешного расплывчато и абсурдно непрактично. После того как вирус герпеса человека 10-го типа спокойно жил в организмах миллионов людей на протяжении четырёх десятилетий, вызывая настолько лёгкие симптомы, что его выделили в отдельный патоген только полтора года назад, теперь он реагировал на какой-то неизвестный триггер и проявлялся в случаях, распространённых по всему миру. Но двенадцатую часть населения не собирались отправлять на курорты, чтобы они дремали в гамаках, пока остальные оплачивают счета.

— Итак... при прочих равных условиях, - настаивал Патрик,
— какова вероятность развития энцефалита?

— Около 10 процентов в год, - ответила Мередит

Джулия была уверена, что Патрик уже знал это, как и ответ на следующий вопрос, но он решил не озвучивать его. Если бы вирус начал размножаться, а ваш мозг распух и вы попали бы в реанимацию, вероятность того, что вы умрёте или у вас будет обширная ретроградная амнезия, была бы примерно 50 на 50.

Зои нарушила молчание.
— Какой дневник лучше всего завести?

Мередит
— Как будет удобнее. Некоторые люди добивались хороших результатов, используя рукописные тетради, а некоторые видео.

— Или в равной степени плохо? - спросила Зои.

- Не существует какого-то одного средства, которое гарантировало бы успех, — признала Мередит.
— Исследования пока что очень ограничены, но я подозреваю, что всё зависит от того, насколько правдоподобной кажется сама история. Если вы сможете убедительно показать, как вписываетесь в этот мир, то вам будет проще продолжить с того места, на котором вы остановились.

— Для кого убедительные? - спросила Джулия. Она вообще не собиралась ничего говорить, но ей показалось справедливым поинтересоваться, как адаптировать свои мемуары для аудитории, недоступной для пробного чтения.

- Если что-то кажется вам привлекательным сейчас, то, скорее всего, таким же оно будет казаться и после потери памяти, - ответила Мередит.
- Существует очень мало доказательств того, что личность меняется, даже на довольно тонком уровне. Большинство людей по-прежнему положительно реагируют на те же книги, фильмы и музыку, которые раньше были их любимыми.

Таким образом, если вы пережили энцефалит, вы не стали случайным незнакомцем с изменённой психикой; вы забыли конкретные события, произошедшие в вашей жизни, но другие следы, которые они оставили в вас, сохранились. Джулия подумала, что это должно её немного утешить, хотя, возможно, не столько ради человека с амнезией, сколько ради тех, кому приходится с ним жить. Если бы она думала, что может проснуться бессердечной и жестокой по отношению к дочери, она бы предпочла вообще не просыпаться.

Когда они отъезжали от клиники, Зои попросила, чтобы её высадили у школы. «Ещё нет половины одиннадцатого, — сказала она. — Я не хочу пропустить весь день».

«Разве ты не хочешь поговорить о результатах?» — спросила её Джулия. — «Нам нужно начать строить планы».

«В ближайшие пять часов ничего не произойдёт», — усмехнулась Зои.

— Ты же знаешь, что тебе не нужно никому об этом рассказывать, - подчеркнула Джулия.
— Ты заражена, но не опасна; их не касается твой статус.
— Я знаю. Но у половины моих друзей тоже HHV-10; никто не будет из-за этого паниковать.

— Хорошо. Решать тебе.
Они подвезли её к воротам.

Освободившись от необходимости притворяться перед дочерью, Патрик повеселел.
— Десять процентов в год - это всё равно довольно небольшой риск,
решил он, когда они отправились домой.

— Десять процентов
— это только для одного человека,
возразила Джулия.
— Вероятность того, что хотя бы у одного из нас случится обострение, ближе к тридцати процентам.

— Это не очень хорошо, - признал он.

- С другой стороны, они вкладывают триллионы в испытания лекарств, — сказала она. — Не похоже, что мы будем сталкиваться с такими же трудностями всю оставшуюся жизнь.

- Нет.

Они оба освободили свои рабочие графики, чтобы быть готовыми к любому исходу, хотя Джулия втайне представляла, как они проведут этот день, празднуя отсрочку: будут играть в настольные игры, смотреть фильмы, заказывать пиццу. Но даже в самом худшем сценарии, который она себе представляла, ей нужно было успокоить Зои. Когда они вдвоём сидели в гостиной, Джулия чувствовала себя странно потерянной.

«Нам стоит записаться на какие-нибудь из этих клинических испытаний, — предложил Патрик. — Это даст нам шанс поскорее забыть об этом».

«Испытания на безопасность или клинические испытания?» — ответила Джулия. — Интересно, на каком этапе больше всего желающих?

— Ладно. Так что ещё можно сделать? — Патрик криво усмехнулся. — Избегать стресса? Я начинаю думать, что было бы меньше стресса, если бы мы не знали о своём статусе.

Джулия искала, за что можно было бы поблагодарить судьбу. «По крайней мере, мы оформили страховку жизни до того, как всё это случилось». Человеку с недавно диагностированным заболеванием было бы сложно оформить новый полис из-за огромных штрафов и исключений.

У Патрика было более циничное мнение. «Ты правда думаешь, что правительство выручит страховые компании, когда Ten начнёт выжимать из них все соки?»

«Они должны это сделать, — настаивала она. — Это было не просто предвыборное обещание. Если они его не выполнят, люди решат, что им не на что надеяться».

Может быть, — уступил он. — Но тогда, если мозговая лихорадка нас не убьёт, нам нужно будет убедиться, что мы готовы и к этому. Хотя я не думаю, что смогу вести дневник, не говоря уже о том, чтобы записать всю историю своей жизни. Если я потеряю память, просто покажи мне наши совместные фотографии... а потом расскажи мне всё, что хочешь, о прошлом, и я подыграю тебе.

Джулия не знала, насколько серьёзно к этому относиться. «То есть ты вообще не собираешься ничего делать? Перекладываешь всю ответственность на нас?»

— Нет!
Он потянулся и взял её за руку.
— Прости. Мне просто кажется самонадеянным тратить всё своё время на болтовню о себе. Но ты права, бездействие будет для тебя ещё тяжелее.

Джулии стало любопытно.
— Тебе действительно всё равно, что ты забудешь?

— Я не хочу забывать тебя и Зои,- он настаивал.

— Конечно, - нетерпеливо ответила она,
— но если бы ты был одинок и только что узнал, что у тебя есть HHV-10, ты бы действительно сказал:
— Да пошло оно всё, мне всё равно»?

— Не знаю, - признался Патрик.
— После того как мне промыли мозги, я всё ещё пытаюсь понять, чего хочу от жизни. Это немного похоже на переезд в новый город и начало новой жизни. Я имею в виду, что сейчас мне нравится моя работа, и я продолжаю её делать, хотя отчасти это, наверное, просто привычка и довольно скромная выгода от стажа. Но если бы я забыл всё, что делал в прошлом, захотел бы я найти в кармане записку, в которой говорится:
— Ты пятнадцать лет проработал социальным работником, так что, скорее всего, это всё, на что ты годишься до выхода на пенсию?

— Но разве это не будет тебя мучить? Ты ведь ничего не будешь знать?

— Не зная, что именно? С кем я встречалась в старших классах? На что были похожи все собеседования, на которые я ходила? Какие дурацкие прозвища были у друзей моего брата, когда мне было десять?

Джулия
— Это уже пугает.

Патрик закатил глаза.
— Это ты попросила меня сделать вид, что я с тобой никогда не встречался. Теперь я действительно собираюсь сделать целый альбом вырезок, полный сердечек, украшенных блёстками, и витиеватых воспоминаний о каждом дне, проведённом вместе. А когда Зои родится, к каждой её фотографии будут прилагаться трёхстраничные комментарии.

Джулия решила, что заслужила сарказм. Ей следовало просто промолчать и позволить ему в течение следующих нескольких дней обдумывать свои истинные планы, вместо того чтобы вмешиваться и обвинять его в апатии спустя час после того, как они узнали шокирующую новость.

— Хватит обо мне, — решил Патрик. — А что насчёт тебя? Ты собираешься нанять бота, который превратит твои записи в календаре в какой-нибудь прустовский дверной ограничитель который ты будешь читать до семидесяти лет? Или запустишь подкаст под названием «Джулия Конфиденшл», в котором будут участвовать знаменитости, а также все твои старые школьные друзья и коллеги?

Джулия рассмеялась.

— Что?

— Позвольте мне сначала проверить, правда ли это.
Она достала телефон и попросила ассистента провести поиск, убедившись, что он ограничен медицинской литературой, а не случайными утверждениями из интернета.

— Так и есть, - сказала она.
— Люди с амнезией, вызванной вирусом герпеса человека 10-го типа, лучше узнают общественных деятелей, чем членов своей семьи и друзей. Общественных деятелей и вымышленных персонажей.

Патрик задумался.
— Ну и что с того, что общественный деятель твой друг?

«Полагаю, ты их всё ещё узнаёшь, но ты забываешь, что они одолжили у тебя газонокосилку». Джулия была рада, что они оказались здесь и шутят, вместо того чтобы всерьёз готовиться. Это нужно было сделать, но сейчас было не время.

— Хочешь сыграть в скрэббл и заказать пиццу на обед? - предложила она.

Патрик сказал:
— Безусловно.

* * *

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/88357/592810

Переводчики: hoeo