Готовый перевод Meg Cabot "The Bride Wore Size 12" / Мэг Кэбот "Невеста носит 12 размер": 15 глава

Все взгляды устремлены на Лизу, которая бежит в дамскую комнату.

— С ней все в порядке? — обеспокоенно спрашивает Глория, помощница президента Эллингтона. — Может, мне пойти за ней?

— Нет, с ней все в порядке, — говорю я. — Она уже выздоравливает.

Теперь все взгляды прикованы к куче сэндвичей, в которые энергично вгрызалась Лиза.

— Не думаю, что она еще заразная, — быстро добавляю я.

— Что ж, неплохо, — говорит Билл, намазывая круассан ростбифом и медово-горчичной пастой. — Очень вкусно.

— Думаю, мы можем обойтись без нее, — снова раздраженно говорит Маффи. — Хизер, не знаешь, у кого из ваших сотрудников есть причины быть недовольным принцем, страной Калифа или колледжем?

— Нет, — говорю я, твердо решив не упоминать Сару. — Принц Рашид, похоже, популярен и любим. Люди буквально выстраиваются в очередь, чтобы попасть в кампус и оказаться рядом с ним. Не для того, чтобы убить его, а чтобы повеселиться с ним. Честно говоря, его вечеринки становятся проблемой. Лиза сегодня собиралась отправить ему дисциплинарное письмо, потому что...

— С вашего позволения, — быстро перебивает доктор Джессап. — Она не согласовала это со мной. То, что мальчику нравится проводить время в компании, не повод его наказывать.

— Черт, — говорит Билл, облизывая пальцы. — Если бы мы тратили все свое время на то, чтобы писать дисциплинарные письма каждому любителю вечеринок в этой школе, у нас бы и на вечеринки времени не осталось!

Все мужчины, кроме специального агента Ланкастера, смеются над уморительной шуткой Билла.

— На самом деле мы сняли на камеру, как первокурсники заходят в комнату принца, где подают алкоголь, — говорю я, когда они перестают смеяться, и бросаю взгляд на специального агента Ланкастера. — Полагаю, вы об этом знаете, верно?

Специальный агент Ланкастер качает головой, но не отрицает.
- Бюро не комментирует поведение тех, кого мы защищаем. Мы лишь обеспечиваем их безопасность.

Я сужаю глаза, глядя на него, за такой уклончивый ответ, и продолжаю:
- Что ж, предоставление алкоголя студентам, не достигшим возраста, с которого разрешено употребление спиртных напитков, является нарушением студенческого кодекса поведения для проживающих в кампусе старше 21 года. Именно этим и занимается принц Рашид. Я понимаю, что на его родине законы, касающиеся употребления алкоголя, могут быть более мягкими, но здесь, в США...

Впервые в жизни я слышу, как смеется специальный агент Ланкастер. Это саркастический смех, больше похожий на "Ха!" насмешливый. Но это все равно смех, и он привлекает всеобщее внимание, в том числе и мое.

— Прошу прощения, — говорит агент, и на его лице снова появляется непроницаемая маска профессионализма. — Я лишь хотел сказать, что на родине принца употребление любого алкоголя запрещено, а за его хранение полагается тюремное заключение и пятьдесят ударов плетью.

— Черт возьми! — восклицает Билл, чуть не подавившись восьмым сэндвичем. Я не считаю, но он умял весь яичный салат и лосося, которые я люблю больше всего. — Люди до сих пор используют плеть?

- Наказание за добрачный секс в Калифе, — как бы невзначай замечает специальный агент Ланкастер, — смертная казнь через обезглавливание, так что порка — довольно мягкое наказание по сравнению с этим.

— О боже, — мурлычет Маффи, глядя на специального агента Ланкастер из-под ресниц. — Какой ужас.

Я достаточно хорошо знаю Маффи, чтобы понять, что ей нравится то, что она видит. Маффи недавно рассталась с моим бывшим парнем, профессором Тэдом, с которым у нее были длительные отношения — ну, длительные для нее — из-за того, что он оказался слишком ярым веганом на ее вкус.

Похоже, что специальный агент Госдепартамента США, хорошо осведомленный о нарушениях прав человека в стране Калифа, может оказаться для Маффи... более аппетитным.

— Разве не в Фишер-Холле живет та девушка? — спрашивает один из мужчин, имени которого я не расслышал. — Та, что встречалась с парнем, который был главой КА?

Мое веселье по поводу флирта Маффи со специальным агентом Ланкастером быстро сходит на нет, когда я понимаю, что они говорят о Саре.

— КА? — Президент Аллингтон выглядит озадаченным.

- Коллектива аспирантов, — говорит Чарли, парень с папкой. Он достает из портфеля небольшой ноутбук и открывает его. — Помните, в прошлом году они ныли из-за повышения зарплаты и льгот или еще какой-то ерунды.

Я никогда раньше не был на совещании в президентском кабинете, но теперь, когда я здесь, мне не верится, что такое вообще возможно. Я постоянно слышу, что в бюджете нет денег на то, что нам нужно, — например, на камеры видеонаблюдения в библиотеке на втором этаже или на ручки, — но на брускетки денег хватает.

А потом люди сидят и едят их, поливая грязью таких замечательных сотрудников, как Сара, которая так усердно работает на благо школы. Она не ныла, когда в прошлом году объявила забастовку. Она надеялась улучшить условия для многих таких же трудолюбивых сотрудников, как она сама.

— Кажется, я знаю, о ком вы говорите, — говорю я, — и…

- КА планирует присоединиться к факультету в предстоящем голосовании по вотуму недоверия президенту, — продолжает Чарли, как будто я ничего не говорила.

- Эй, — обиженно говорит президент Аллингтон. — Почему факультет мне не доверяет?

— Мы тебе уже объясняли, Фил, — устало говорит Маффи. — Они немного обиделись из-за денег, которые ты взял у отца принца Рашида... и, возможно, у некоторых других спонсоров, у которых не самая безупречная репутация.

- Какая разница, откуда берутся деньги, если мы тратим их на благие дела? - возмущается президент. - А что еще мне остается делать? У этой школы нет благотворительного фонда, как у "Лиги Плюща". Мы должны брать все, что можем. Если это означает, что нужно принимать в школу тупых богатых детей, у которых есть родители, способные оплатить их обучение, и тех, кто может сделать дополнительные пожертвования, что ж, тогда, клянусь Богом, я собираюсь это сделать. Я пытаюсь просвещать здесь молодежь!

— Мы понимаем, Фил, — успокаивающим тоном говорит Маффи. — Но нельзя винить преподавателей, не говоря уже о студентах, за то, что они возмущаются, когда узнают, что их новые блестящие аудитории были оплачены деньгами, пожертвованными убийцами, женоненавистниками и антисемитами.

— А ну-ка, постойте, — кричит бизнесмен в желтом галстуке, чуть не расплескав кофе, пока ставил его на стол. — Мы так не делаем.

— Разве нет? — мило спрашивает Маффи. — Ты помнишь, что творили студенты в восьмидесятые, когда узнали, что их университеты инвестируют в Южную Африку?

Доктор Джессап послушно поднимает руку, как будто мы в классе, но Маффи его не вызывает.

- Они разбивали маленькие палаточные лагеря у административных зданий, требуя отказа от инвестиций и прекращения апартеида, — продолжает она. — Я была совсем маленькой, когда это происходило, но даже я помню, что зрелище было не из приятных.

- Но мы не инвестируем в Калиф», — раздраженно говорит Желтый галстук

— Разве нет? — спрашиваю я. — Наследник престола живет в одном из наших общежитий. Мы получили от его отца полмиллиарда долларов. Я понимаю, что этого может быть достаточно, чтобы разозлить некоторых людей.

— Как ту девушку из КА, — говорит Чарли. — Как ее звали?

— Я не это имела в виду, — поспешно говорю я. — Сара — ассистентка нашего офиса, выпускница колледжа, и хотя она не в восторге от Калифа, я могу лично поручиться, что это не она сливает информацию. По крайней мере, я на это надеюсь. — Сара любит Нью-Йоркский колледж так же сильно, как Фишер-холл и его обитателей. Она готова на все, чтобы защитить их. Именно она сегодня утром обратила наше внимание на статью в The Express о принце Рашиде.

- Это не значит, что она его не писала, — с горькой усмешкой говорит Желтый галстук. — Если она показала его тебе, то, скорее всего, это она и есть. Утечки информации никогда не терпится продемонстрировать свои труды.

Я сверлю его взглядом. По-моему, это классический пример того, как начинаются войны: какой-нибудь болтун, сидящий в башне из слоновой кости высоко над простолюдинами, начинает разглагольствовать о том, в чем ни черта не смыслит.

— Нет, — говорит Маффи, вступаясь за меня (и Сару). — Хизер права. Я знаю Сару. Может, она и не согласна с политикой школы, но она не стала бы подвергать опасности своих учеников.

— Но мы знаем, что утечка происходит где-то в вашем корпусе! — кричит Чарли. — Кто еще это может быть? Я думал, на этой неделе заселялись только первокурсники и студенты, переведшиеся из других вузов. Кому из них есть дело до того, откуда мы получаем пожертвования? Они до сих пор радуются, что их вообще приняли.

В чем-то он прав.

— Возможно, это кто-то из персонала, — признаю я. — Кто-то, кроме Сары. В этом году у нас много новых ассистентов, и некоторые из них не проявили должной осмотрительности. Например, все они были на вечеринке у принца Рашида. Одна из них потом умерла, а остальные даже не признались нам, что были там или видели ее. Мы засекли их на видеомониторах. Лиза собирается отправить их на испытательный срок, чтобы проучить.

Несколько секунд все молчат, переваривая услышанное. Затем Билл говорит:
- Ну и черт с ним. Не будем назначать испытательный срок. Почему бы их не уволить?

Чарли с щелчком закрывает портфель.
— Я согласен.

— Ущерб уже нанесен, — задумчиво произносит Маффи, — но если утечка произошла по вине одного из них, увольнение решит проблему. Они уже однажды нарушили трудовой договор и доказали, что им нельзя доверять.

— Согласен. — Желтый Галстук снова поднимает свою кофейную чашку, явно пребывая в приподнятом настроении. — Но прежде чем они съедут, мы должны убедиться, что они подпишут соглашение о неразглашении и не будут обсуждать то, что видели в здании, иначе их исключат.

Парень в синем галстуке начинает делать пометки в своем смартфоне.
- Я попрошу юридический отдел что-нибудь подготовить. К пяти часам все должно быть готово и отправлено в их почтовые ящики. Таким образом, — добавляет он с дьявольской ухмылкой, — когда их родители начнут звонить нам в офис и жаловаться, что им приходится платить за проживание и питание, мы все уже будем дома.

— Мне нравится, — говорит президент, довольно потирая руки. — Глория, как насчет печенья? Оно восхитительно пахнет.

Глория сияет и направляется к нему.
— Свежеиспеченные, как ты любишь, Фил.

— Постойте, — говорю я. Сердце бешено колотится в груди. — Я сказала, что, возможно, утечка в одном из них. Вы не можете выгнать их всех из здания... тем более без предупреждения!

— Мы только что это сделали, — пожимает плечами Чарли.

Я испытываю прилив эмоций... в основном это беспокойство за Фишер-холл. Что будет со зданием, если мы уволим девять сотрудников из студентов, а потом за неделю до начала занятий будем искать им замену и обучать новых сотрудников?

Это будет кошмар... почти такой же кошмарный, как смерть ассистента от естественных причин.

Я знала, что увиденное на записи с камеры наблюдения повлечет за собой последствия, но мне и в голову не приходило, что одним из них станет это.

— Постойте-ка, — доктор Джессап явно чувствует себя неловко. — Я не хочу показаться плохим парнем, и я согласен, что эти ассистенты провинились и должны понести наказание. Но они все-таки студенты. Мы не можем выгнать их на улицу. Им обещали проживание и питание в течение учебного года.

- Они облажались, Стэн, — говорит Билл, жуя печенье. — Когда облажаешься, все становится по-настоящему.

- Мы даже не знаем наверняка, кто из них виновен, — говорю я, хватаясь за соломинку. — Мы не можем наказать всех за то, что сделал один из них.

— Серьезно? — Парень в синем галстуке нажимает кнопку «Отправить» на своем телефоне и улыбается мне. — Мне кажется, они все вкусили запретный плод, отправившись на вечеринку к принцу. Теперь им придется за это расплачиваться, как Адаму и Еве.

Лиза торопливо возвращается в комнату, раскрасневшаяся, но уже гораздо лучше себя чувствующая, и садится на свое место.

— Мне так жаль, — весело говорит она. — Что я пропустила?

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/88469/594228

Переводчики: Missti