Готовый перевод Marie Sinclair - Two wrongs make mister right / Мари Синклер - Ювелирная точность случая, Свидание не по адресу, Огранка чувств, Два минуса дают плюс: CHAPTER 4

ГЛАВА 4

ДМИТРИЙ

Два дня спустя Дмитрий всё ещё не имел ни малейшего представления о том, с кем он ужинал, и это его злило. Аналисса ничем не могла помочь, так как он не был её сотрудником, хотя она и предложила ему скидку на следующий заказ. Дмитрий не был уверен, что воспользуется предложением. Её веселье по поводу его затруднительного положения раздражало.

Тем не менее он терпеть не мог появляться на приёмах без спутника — кого-то молодого, красивого, безупречно одетого и, разумеется, демонстрирующего самые роскошные творения Дмитрия. Количество украшений, проданных благодаря этой стратегии, было ошеломляющим.

Хотя Морган и не был ослепительно красив, как большинство парней, которых нанимал Дмитрий, в нём было что-то такое, чему — даже спустя дни — Дмитрий не мог дать названия, но определённо чувствовал: это отзывалось покалыванием в коже, напряжением в паху и простым, но неоспоримым фактом: Дмитрий не мог перестать о нём думать. Отчасти это было ненасытное любопытство: как они умудрились оказаться за одним столом? Шансы на то, что двое мужчин придут в один и тот же ресторан, не зная, с кем встречаются, и обоих продинамят, должны быть астрономическими. Но по большей части всё упиралось в желание снова увидеть Моргана, потому что Дмитрий почувствовал связь, влечение, которого не испытывал уже очень давно.

Дмитрий пробовал искать в сети агентов по недвижимости по имени Морган, но поиски не принесли плодов. Он знал только имя, что сильно осложняло задачу: либо Морган занимал настолько низкую ступень в иерархии крупного агентства, что его не вносили в списки на сайте, либо он не использовал своё настоящее имя для работы — во всяком случае, поиск ничего не выдавал. Существовала вероятность, что он и Дмитрию назвался чужим именем, но это казалось сомнительным. Будь он одним из парней Аналиссы, это было бы ожидаемо, но Морган-то считал, что он на настоящем свидании — причём весьма многообещающем, — так что давать фальшивое имя не имело смысла.

В общем, всё это сводило с ума, и ему было бы гораздо лучше просто забыть о Моргане и жить дальше.

Но.

Мало того что он не мог двигаться дальше, встреча с Морганом зажгла внутри него искру. Их разговор, их химия, тот поцелуй… даже если бы дело было только в поцелуе, Дмитрий хотел бы снова найти Моргана и узнать, есть ли у этой связи продолжение. Но физическое влечение было лишь началом. С того самого ужина творческая энергия Дмитрия била ключом. Он почти заполнил целый блокнот эскизами новых украшений, и все они подпитывались мыслью о том, как они будут смотреться на Моргане. Кольца, браслеты, броши, ожерелья, серьги: целая новая линия, вдохновлённая человеком, которого он знал меньше двух часов и которого, возможно, больше никогда не увидит.

Дизайн отражал это состояние. Вещи были эфемерными, невероятно лёгкими и хрупкими на вид — казалось, они могут рассыпаться от малейшего прикосновения. Но всё это было иллюзией, скрывающей прочность и цельность каждого изделия. Дмитрий чувствовал, что эта коллекция станет шедевром. Ему безумно хотелось подогреть интерес к её выходу, показав несколько прототипов на ближайших приёмах — особенно если их наденет именно Морган.

Стук во входную дверь вырвал Дмитрия из творческого забытья, и он тут же взглянул на часы на стене домашней студии. Был час дня. Как раз когда он начал гадать, кто мог его прервать, он услышал, как открылась входная дверь.

— Есть кто? Дими?

Ну конечно. По понедельникам в час у них с ассистентом была плановая встреча. Дмитрий закрыл блокнот и с опаской глянул в зеркало на двери студии. Он был в джинсах и объёмном сером свитере — удобная домашняя одежда для работы, не предназначенная для чужих глаз. Но делать было нечего, Броди уже в доме. Проклиная себя за то, что выдал помощнику ключи, Дмитрий спустился вниз.

— Ты в порядке, Дими? — Спросил Броди, едва увидев его.

— Всё нормально. Занят новыми эскизами, вот и всё.

Глаза Броди засияли под идеально ухоженными дугами бровей.
— Потрясающе, — сказал он, чуть не подпрыгивая на месте. — Когда покажешь?

В обычные дни Дмитрий терпел своего ассистента, потому что Броди лучше всех справлялся с его графиком, вёл аккаунты в соцсетях и управлял шоурумом. Этот парень обладал исключительным талантом организатора, знал всех — от распорядителей вечеринок и стилистов до выгульщиков собак и чистильщиков бассейнов — и оставался практически невозмутимым даже перед лицом гнева Дмитрия.

— Я всё ещё играю с образами, но, думаю, это станет началом целой линейки, — сказал Дмитрий, жестом приглашая Броди пройти в гостиную.

Дом Дмитрия представлял собой красиво и бережно отреставрированный особняк в стиле «крафтсман» в Беркли-Хиллз: много тёмного дерева, инкрустированный паркет, встроенные шкафы и кухня — мечта любого шеф-повара. Дом был наполнен произведениями искусства, которые Дмитрий собирал годами, часто обменивая свои работы на картины или скульптуры, пока не создал атмосферу, о которой всегда мечтал. Но лучше всего было то, что в доме и районе царили тишина и покой. Хотя у Дмитрия был шоурум на Юнион-сквер, а также мастерская и литейный цех в Окленде, где команда умелых мастеров воплощала его идеи в жизнь, большую часть творческого времени он проводил в своей студии на втором этаже.

— Знаешь, мы могли бы запустить тизер-кампанию в соцсетях, — предложил Броди, усаживаясь на диван и доставая компьютер из сумки-мессенджера. — Не показывать сами изделия, а намекать на них через отражения или показывать реакцию людей. Привлечь инфлюенсеров, сделать их частью кампании. Может, закрутить какую-то сюжетную линию, которая завершится грандиозным показом, когда коллекция будет готова. Или… — Броди практически подпрыгнул на диванных подушках. — Мы могли бы сделать что-то в стиле «Властелина колец»: ковка новых украшений, люди, попадающие под их чары.

Дмитрий улыбнулся, обдумывая предложения. Хотя энтузиазм Броди иногда утомлял, Дмитрий ценил его креативность и готовность озвучивать любые мысли, приходящие в голову.

— Кофе хочешь? — Cпросил Дмитрий. Броди уже начал печатать, клавиши защёлкали под его быстрыми пальцами.

— Да, пожалуйста, — ответил он, не поднимая глаз.

Посмеиваясь, Дмитрий ушёл на кухню и вернулся через несколько минут с двумя кружками, одной с сахаром и сливками, второй с чёрным кофе. Он поставил «испорченный» напиток на подставку рядом с компьютером Броди и устроился в своём любимом кресле — шезлонге Beaumont от Джонатана Адлера из золотистого плюшевого бархата. Попивая кофе, он ждал, пока Броди закончит печатать. Мысли об эскизах роились в голове, и Дмитрию не терпелось вернуться в студию, так как начала оформляться новая идея.

Поскольку Броди всё ещё был поглощён компьютером, Дмитрий встал, сходил в студию и вернулся с альбомом. Открыв чистую страницу, он набросал несколько быстрых линий, обозначающих мужской силуэт. Разумеется, это был Морган — все его новые идеи рождались на чистом холсте шеи Моргана, его запястий, пальцев, лацкана пиджака, который был на нём за ужином…

— А это кто?

Броди навис над спинкой кресла Дмитрия. Тот так увлёкся набросками, что не заметил, как ассистент подошёл, и теперь было слишком поздно. Броди ни за что не позволил бы просто закрыть альбом. И точно: Броди уже щёлкал пальцами, требуя отдать его.

— И почему я продолжаю тебе платить? — Спросил Дмитрий, со смиренным вздохом передавая альбом.

— Потому что я великолепен в своём деле, и никто другой не сможет удерживать твою ворчливую задницу в узде так, как я. По крайней мере, именно это ты сказал мне, когда выписывал бонус в прошлом году.

Броди сверкнул правой рукой, демонстрируя кольцо с бриллиантом и сапфиром, которое было частью того самого бонуса (вместе с чеком на приличную сумму). И всё же…

— Я почти уверен, что никогда не признавал свою задницу ворчливой, — заметил Дмитрий, наблюдая, как Броди устроился на диване и начал перелистывать страницы.

— Я перефразировал. А теперь помолчи, пока я смотрю на эти потрясающие эскизы.

Следующие несколько минут в комнате стояла тишина, прерываемая лишь шелестом страниц, редкими вдохами Броди и его почти постоянным одобрительным гудением. Хотя Дмитрий не любил показывать эскизы на стадии черновых набросков, он должен был признать: искреннее восхищение Броди льстило ему.

За пять лет работы Броди проявил поразительное чутьё на то, какие вещи будут хорошо продаваться в магазинах, и почти безошибочно подбирал уникальные изделия для конкретных клиентов. За исключением того кольца, что носил сам Броди — в тот раз Дмитрий заподозрил, что ассистент специально рекомендовал его придержать в надежде, что оно не продастся и достанется ему. Впрочем, это и так входило в планы Дмитрия. Но зачем портить Броди удовольствие правдой?

— Это невероятно, Дими, — сказал Броди, отрываясь от альбома. — Но кто этот мужчина?

Броди развернул блокнот, показывая первый набросок Моргана. Дмитрий начал рисовать его просто потому, что не мог выкинуть из головы, но стоило взять карандаш, как идеи украшений для Моргана потекли рекой. Но тот самый первый рисунок — там был только Морган, на первом плане и без всяких ювелирных излишеств.

— Дими?

— Кое-кто, с кем я познакомился в пятницу вечером. — Дмитрий нахмурился, надеясь, что Броди поймёт намёк.

— А-а. Новый мальчик от Аналиссы?

— Нет. — Резкий ответ Дмитрия сопровождался тем, что он резко встал и начал мерить комнату шагами. Он покачал головой. — Он должен был им быть, но… — Он пожал плечами, собираясь объяснить, но замолчал: вся ситуация была нелепой и бесила его.

В глазах Броди заплясали искорки веселья.
— Дмитрий Новиков! Ты с кем-то познакомился! — Броди хлопнул в ладоши и рассмеялся. — Рассказывай всё, умоляю.

— Рассказывать нечего, — проворчал Дмитрий.

— Au contraire (Напротив, франц. - прим .перев.). — Броди перелистнул страницу и развернул её к Дмитрию, который издал стон смущения. На эскизе был Морган с обнажённым торсом — плод воображения Дмитрия, — но этот образ идеально подходил к элегантному ожерелью, подчёркивающему изысканные ключицы, которые Дмитрий лишь мельком видел в расстёгнутом вороте рубашки. — Вещдок номер один. Тут явно есть о чём рассказать. Так что выкладывай все карты, mon ami.

— Можем мы просто обсудить мой график?

Броди положил альбом на кофейный столик и откинулся назад, скрестив руки на груди.
— Нет. Этот человек явно что-то для тебя значит, а такого не случалось уже очень давно. Кто он?

— Я не знаю. — Дмитрий перестал ходить и повернулся к Броди. — Я пришёл в ресторан. За столом сидел мужчина, один, явно кого-то ждал. Он поднял глаза, когда я вошёл, кивнул мне, и я решил, что это тот новый мальчик, которого Аналисса прислала на встречу.

— И?

— И мы отлично поладили. Он был обаятельным, вовлечённым, весёлым, умным…

— И красавчиком.

— И красавчиком, да. Всё вместе. В конце вечера я… — Дмитрий запнулся.

— Ты что? — Броди подался вперёд, его глаза комично расширились. — Да ладно. Неужели?

— Это был всего лишь поцелуй.

Секунду Броди молча смотрел на него в шоке, а затем указал на новые эскизы.
— В этом поцелуе не было ничего от «всего лишь», если таков результат. Но в чём проблема? Он ведь тебе не отказал?

— Нет. Думаю, нет. — Дмитрий снова начал мерить комнату шагами. — Я не знаю. Я думал, он от Аналиссы, поэтому не взял его контактов. А когда позвонил ей, она сказала, что парень, который должен был со мной встретиться, отменил всё в последнюю минуту. И тут я понял, что понятия не имею, как его найти. У меня есть только имя и тот факт, что он занимается недвижимостью.

— Это ерунда, — сказал Броди, придвигая к себе компьютер. — Информации мало, но этого должно хватить…

— Не хватило. Я искал. Не могу его найти.

— Ты — это не я. — Броди хрустнул костяшками пальцев. — А теперь рассказывай всё, что знаешь об этом таинственном незнакомце, и дай мне взяться за дело.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/88506/594868

Переводчики: Aida_Winter