Готовый перевод Ро́зуэлл - город пришельцев Книга 1 / Melinda Metz - Roswell High up_by_Hildegunst 1 - The Outsider: Глава 4

"Давай же, Макс, - думал Майкл. Вытащи меня отсюда".

Прямо на этой мысли он услышал гудок джипа Макса. Да! Он ни секунды больше не мог оставаться в этом доме. Майкл направился к парадной двери, схватив на ходу куртку.

- Постой, - закричал мистер Хьюз, когда Майкл проходил мимо кухни. - Задний двор зарос, как джунгли. Я хочу чтобы ты выкосил траву прежде, чем куда-нибудь уйдешь.

- Через пол часа уже стемнеет, - возразил Майкл.

Мистер Хьюз ухмыльнулся. Майкл ненавидел эту его ухмылку.
- Значит стоит поторопиться, так ведь?

Майкл не хотел скандала. Оно того не стоило. Он старался чтобы его голос звучал спокойно.
- Есть ли какая-нибудь причина, по которой ты не мог сказать мне, что нужно было скосить траву сегодня утром или в обед, или хотя бы час назад? Макс уже ждет меня.

- Ладно, пусть просто подождет.Зайдешь и дашь мне знать, когда закончишь. Я хочу увидеть то, что ты сделал прежде, чем ты куда-либо уйдешь.

Майкл ненавидел, когда мистер Хьюз мелочно демонстрировал ему свою власть. Хьюзу не было никакого дела до заднего дворика. Этот старый зеленый грузовик стоял, преграждая путь, в его дальнем углу еще до того, как Майкл переехал сюда. Он был полностью разбит и покрылся травой, но его это не беспокоило . Хьюза заботило лишь то, как показать свою власть над Майклом.

"Менее, чем через год мне будет 18", - подумал Майкл. Тогда я смогу уйти отсюда. Никаких больше приемных семей. Никаких приемных родителей. В моей семье больше не будет нескончаемой вереницы чужих людей.

- Хорошо. Пойду косить газон на заднем дворе, - пробормотал Майкл. Он вышел из парадной двери и тихонько прикрыл ее за собой. Затем подбежал к джипу Макса, чтобы предупредить его о том, что придется подождать...

Но дойдя до джипа, он передумал. Забудь про Хьюз. Забудь про этих идиотов из службы соцобеспечения, которые внушали ему, что раз он находится под опекой в чужом доме, то о нем позаботятся. Он просто не мог вынести этого сегодня вечером. Он терпеть не мог, когда Хьюз осматривая его работу на заднем дворике, находил десятки мелочей, которые Майкл или вовсе забыл сделать, или сделал не так.

Он сел в джип.
- Трогай, - приказал Майкл.

Макс не стал задавать вопросов. Он просто вырулил на улицу и поехал на юг мимо ухоженных домов и аккуратных дворов.

Где только не приходилось жить Майклу: от района полуразвалившейся бывшей военной базы... до историческим кварталов с их большими домами и деревьями. Жизнь там было здорово. На самом деле его заботил не хороший дом, а возможность жить поближе к Максу и Изабель.

- Куда? - спросил Макс, когда они выехали за город, перед ними на многие мили растянулась ровная пустыня.

- Хочу посмотреть на ту пересохшую речку, которую мы видели возвращаясь на прошлой неделе. - Майкл достал из кармана потрепанную карту. Вытащил из бардачка карандаш и начал закрашивать на карте область, которую он планировал исследовать сегодня. Она находилась в 90 км от Ро́зуэлла и в 25 км от места крушения.

Макс посмотрел а него.
- Еще пару лет исследований, и ты разрисуешь половину штата Нью Мексико.

- Не совсем, - ответил Майкл. В течение нескольких лет они побывали уже во многих местах. Но Майкл этого было не достаточно. Ему хотелось искать постоянно, целыми днями, а не раз в неделю.

- Это имело бы смысл, если бы мы хоть что-нибудь нашли. Может быть мы слишком далеко от места крушения? - сказал Макс.

- Возможно мы слишком далеко, чтобы найти какие-либо обломки. Но я по-прежнему думаю, что корабль спрятан где-то в пустыне. Не более чем в нескольких часах езды от места крушения, - ответил Майкл. - Они не хотели рисковать. Поэтому и не привлекали слишком много людей, чтобы в дальнейшем не возникало лишних вопросов.

Макс уклончиво хмыкнул. Майкл знал, что Макс сомневался в том, что им когда-нибудь удастся найти корабль. И Изабель говорит им, что они дураки, раз до сих пор продолжают поиски. Она давно отказалась от них. Но Майкл не собирался сдаваться. И Макс каждую неделю будет выезжать с ним в пустыню до тех пор, пока это нужно Майклу. Майкл мог рассчитывать на поддержку Макса. Всегда мог, и всегда будет.

Майкл включил радио. Он не хотел продолжать разговор, впрочем, как и Макс, который, наверное, думал о Лиз.

Майкл не знал о том, что она сказала Максу, когда они остались наедине в его комнате. Но ощущение было таким, как будто она раздавила его. После ее отъезда Макс сказал Майклу и Изабель о том, что Лиз будет держать их секрет в тайне. Он пообещал им, что они будут в безопасности. Но голос Макса не был счастливым, не было в нем спокойствия, он звучал так, будто Макса ударили кулаком в живот.

Лиз не сумела вынести правды. В этом Майкл был уверен. Она скорее всего отнеслась к Максу как к уроду. "Мы просто не такие как они, - думал Майкл. - Мы никогда не будем чувствовать себя здесь нормальными". Именно поэтому он и искал выход из этого положения. Он хотел вернуться обратно на свою планету туда, где его настоящий дом, планету, которая приняла бы его таким какой он есть. Вполне возможно, что там у него есть родные.

Майкл смотрел на то, как солнце опускалось все ниже и ниже, окрашивая небо в розовые и оранжевые цвета. Постепенно цвета начали расплываться, небо потемнело, и появились первые звезды.

"Если б только ночь длилась вечно!" Ночью он чувствовал, что его родная планета ближе, где-то совсем рядом, за звездами. Ночью он был уверен, что сможет найти свой корабль и найти дорогу домой.

А днем... днем часто все казалось безнадежным, что планеты нет и ему никогда не вернуться домой.

- Мы подъезжаем к ручью, - сказал Макс. - Дальше поедем на машине или пешком?

- Пройдемся. - Майклу было нужно успокоиться. Он считал, что после долгой прогулки он сможет вернуться к Хьюзу, не испытывая желания заехать ему кулаком в лицо.

Макс припарковал джип. Майкл выпрыгнул и оказался прямо между ручьем и машиной. Он слышал, как Макса следовал за ним.

Когда Майкл достиг дна, то огляделся вокруг, осматривая склон и дно ручья. Он не знал, что именно он ищет, что-то, чего здесь не должно было быть.

Ночью Майкл видел четче - это еще одна причина, по которой он предпочитал ночь. Иногда в темноте он видел даже лучше, чем днем, что существенно облегчало их еженедельные ночные поиски. Преимущество заключалось еще и в том, что ночь прятала их от любопытных глаз.

- Я иду на юг. Ты пойдешь на север? - спросил Макс.

Майкл кивнул и пошел. "Мы должны найти что-нибудь сегодня, - думал он. - Мы ищем уже так давно". Прошел почти год с тех пор, как Макс нашел полосы из тонкого гибкого металла, и они сразу поняли, что это останки корабля их родителей. Должны были ими быть. Это было что-то необычное, чего они никогда не видели. Если их согнуть, они сразу же принимали свою первоначальную форму. Их было нельзя было сломать. Майкл пытался разрезать их садовыми ножницами. Однажды он даже воспользовался паяльной лампой, но металл, если, конечно, это был металл, всегда возвращался к своей первоначальной форме целым и даже без царапин.

Размышления Майкла прервал звук приближающегося стада овец. Он остановился и прислушался. Кто там? Кто так напугал овец?

Овцы снова затихли. Теперь Майкл слышал лишь собственное дыхание и едва различимые царапающие звуки когтей голубой ящерицы, удирающей по скале. "Ничего страшного", - решил он.

Он достал пластиковую бутылку из рюкзака и отпил виноградной содовой, смешанной с острым соусом. Он знал, что большинство людей не смогло бы это пить, но его вкусовые рецепторы работали немного иначе, и он мог пить этот напиток весь день. Он пошел вперед.

Когда он был ребенком, то всякий раз, когда они выходили в пустыню, он был уверен, что они найдут корабль. Он думал что отправится в полет домой вместе с Изабель и Майклом. Он был уверен в том, что будет точно знать, как управлять кораблем.

Потом, когда он стал на пару лет старше, он увидел по телевизору тот старый фильм с Суперменом. Там была сцена, где герой нашел кристалл с голограммой его умершего отца, и смог поговорить с ним.

Долгое время Майкл надеялся найти что-нибудь похожее на этот кристалл. Что-то, что покажет ему хотя бы лицо отца.

Но он вырос. И он не нашел ничего, что могло бы объяснить ему, кто же он на самом деле. Теперь Майклу хватило бы любого намека или подсказки. Чего-нибудь, что привело бы его к следующей зацепке, что дало бы ему надежду.

Он шел дальше и дальше, изучая каждый камешек и каждую щель. Он не нашел даже обертки от жвачки, когда услышал пронзительный свист Макса. Это был сигнал о том, что пора возвращаться.

Макс уже был за рулем, когда Майкл поднялся на вершину ручья. Майкл не спросил его, смог ли он что-нибудь найти. Он уже знал ответ.

- Забрось меня в пещеру на обратном пути, хорошо? - попросил Майкл залезая в джип. - Наверное, я там переночую.

Макс кивнул и направил джип к городу. Пещера находилась в 30 км от Розуэлла и была гораздо ближе к городу, чем само место крушения.

Майкл провел в ней больше времени, чем у любых приемных родителей. Это было особенное место. Первое место, которое он увидел после инкубационного периода. Тогда он выглядел лет на семь... по-крайней мере выглядел как обычный семилетний ребенок, хотя должно быть провел в инкубаторе по крайней мере лет 40.

Он хотел навсегда остаться в пещере. Пустыня за ней казалась ему слишком большой и яркой. Он чувствовал себя в большей безопасности при тусклом свете в окружении твердых стен из известняка.

Много дней Майкл провел ютясь в закрытой оболочке, ощущая рядом Макса и Изабель. Но он не знал этого там... когда прижимал себя к местечку потеплее. Затем он расслышал шорохи, которые составили ему компанию.

Наконец жажда и голод погнали его в пустыню. Работник на местном ранчо застал его, пьющим воду в том в месте, где обычно поили овец. Мужчина отвез его в город, и там его поместили в сиротский приют. Оттуда он отправился к своей первой приемной семье.

Он выучил английский язык всего за неделю. Гораздо быстрее, чем математику. Люди из соцобеспечения определили, что его развитие соответствует уровню пятого класса, когда отдали его в начальную школу Розуэлла. Они никак не могли понять, почему он не помнил своих родителей или откуда он родом.

Майкл до сих пор помнит день, когда Макс принес кусок аметиста чтобы показать его в классе. Он сказал, что ему нравится этот камень, потому что он того же цвета, что и аура их учителя, мистера Толлифсона. Все дети вокруг рассмеялись. Мистер Толлифсон похвалил Макса за хорошее воображение.

И Майкл ощутил невероятную радость, понимая, что он больше не одинок. Кто-то еще мог видеть то же, что и он.

- Мистер Кадди не будет счастлив от того, что Хьюз начнет ему жаловаться на то, что ты опять гулял всю ночь, - прокомментировал Макс, пока они ехали по пустынной дороге.

- Мистер Кадди никогда не бывает счастливым, - ответил Майкл. Ему, как социальному работнику, придется этим заниматься. И если мистер Хьюз поднимет слишком большой скандал, то возможно мистеру Кадди придется искать для Майкла уже одиннадцатый дом. Как социальному работнику, ему приходилось заниматься и этим тоже.

- Ты можешь поехать ко мне домой, - предложил Макс. - Мои родители не будут против.

- Нет, я хочу побыть в одиночестве, - ответил Майкл.

Он бы, конечно, не возражал бы против того, чтобы остаться на ночь у Эвансов. Но он бы не хотел оказаться там за утренним завтраком. Миссис Эванс была всегда такой веселой. Она будет задавать миллион вопросов о школе и прочей чепухе. А мистер Эванс будет читать комиксы вслух этими тупыми голосами. Для Майкла было слишком много семейного.

Иногда Майкл спрашивал себя, как бы сложилась его судьба, если бы там, на ранчо, его нашли Эвансы. Если бы он просто оказался в другом месте и в другое время, у него была бы такая же жизнь как у Макса и Изабель. Он бы рос с любящими его родителями. Не стоит больше об этом думать, решил он. Это бессмысленно.

- Уверен, что не хочешь вернуться со мной? - снова спросил Макс. - Мама наверное сделает блины с голубикой, а еще у нас есть та самая коричневая горчица, с которую ты так любишь.

Майкл покачал головой. Он привык к тому, что он один. Он неплохо справлялся. Нет смысла привыкать к тому, чего потом можно лишиться.

Изабель выдвинула верхний ящик комода и осмотрела его содержимое. Ее косметика была аккуратно разложена по частоте употребления, по марке и по цвету. "Может стоит составить различные комбинации румян, теней, лака для ногтей и помады, - подумала она, - Тогда, я смогу сразу же достать подходящий набор и..."

Нет, слишком запутано. Изабель осторожно закрыла ящик.

Ей нужно перестать накручивать себя из-за этой ситуации с Лиз Ортечо. Если она не сможет с собой справиться, то ей не останется только расставить обувь по высоте и ширине каблука, а затем вышивать названия дней недели на своих трусиках.

"Итак, вот, что я сделаю, - решила Изабель. - Если будет хотя бы один намек на то, что Лиз собирается открыть свой жирный рот, то я проникну в ее сознание и сведу ее с ума. И она спокойно сможет закончить свою жизнь в психушке, бормоча о пришельцах. Там никто не обратит на нее внимания. - Изабель растянулась на своей кровати и улыбнулась. - Бедная Лиз. Я уже сейчас ее вижу. Возможно, ей придется испытать на себе шоковую терапию".

Теперь, когда она эта маленькая проблема была решена, пора заняться действительно важными вопросами. Что же надеть выпускной бал. Изабель планировала быть королевой бала и хотела выглядеть соответственно. Она и так выглядела неплохо, но сейчас хотела выглядеть просто сногсшибательно.

Изабель схватила с ночного столика журнал и принялась его листать. Ну конечно, она не станет надевать все эти розовые шуршащие вещи, подумала она. И девушка эта выглядела так, как будто ходила по магазинам сразу после слишком большой дозы прозака. В таком счастливом состоянии, она уж точно не была привлекательной.

И, конечно, не эту красную тряпку, которую прицепили к бюстгальтеру. Нет, нет, нет.
- Кто-нибудь позвоните по номеру 1-800 и спросите Рикки, - пробормотала она. - У меня есть кандидат на шоу "Моя лучшая подруга на выпускном балу, одетая, как вульгарная размалеванная кукла".

Она бросила журнал мод на пол и достала журнал о кино. Она внимательно изучала фотографию британской киноактрисы, которая надела на какую-то премьеру голубое, струящееся платье, цвета льда. Просто. Сексуально. Ну вылитая Изабель.

Она завтра пройдется по магазинам. И нужно поговорить с отцом по поводу его кредитной карточки. В последний раз она говорила с ним об этом несколько месяцев назад. А выпускной бал - это достаточно важное событие в жизни девушки. Он ведь должен это понимать. Изабель посмотрела на часы... 2 часа ночи. Она уже проспала два часа, как раз столько, сколько ей было нужно, и оставалось еще много-много времени, чтобы походить по комнате прежде, чем ей нужно будет собираться в школу. Она потянулась за пультом, но передумала. Поздно вечером телевизор надоедал. Она уже видела каждый рекламный ролик наверно раз сто. Если бы людям не нужно было столько спать, то ночью могло быть много интересного.

Она могла пойти и посмотреть, что делает Макс или позвонить Майклу. Но они скорее всего спорят о Лиз, а Изабель была не в том настроении, чтобы выслушивать все это.

Изабель снова посмотрела на часы. Все парни в Розуэлле сейчас спят. Она могла бы гарантировать некоторым из них весьма приятные сны и, тем самым, обеспечить себе еще несколько голосов необходимых ей, чтобы стать королевой бала. Не то, чтобы у Изабель были какие-нибудь серьезные сомнения по поводу своего избрания, нет, Изабель просто не была еще выпускницей, а это обычно требуется для королевы бала. Кроме того, ей просто необходимо было что-то сделать.

Она закрыла глаза и стала дышать медленно и ровно. Годы практики позволили ей без труда проникнуть в мир между бодрствованием и сном, туда, где сны выглядели как мерцающие сферы.

Ей никогда не надоедало смотреть за тем, как эти мечты, словно огромные мыльные пузыри, кружились вокруг нее. Каждый пузырь имел свой чистейший звук. И Изабель провела много часов изучая "звуки пузырей" у тех людей, которых она знала.

"Кого мне выбрать сегодня? Ммм... Думаю, что сегодня это будет Алекс Мэйнс", - решила она. Она стала вслушиваться в звуки в поисках звучания сна Алекса. Этот звук был настолько гармоничным и насыщенным, что ей показалось что она могла его попробовать на вкус. Да, то, что нужно.

Изабель вытянула руки и начала напевать, призывая шар к себе. Он завертелся в ее руках. Вглядываясь в него, она чувствовала себя цыганкой с хрустальным шаром. Внутри шара она увидела миниатюрную копию одного из коридоров школы. Алексу снилась школа. Как забавно?

Она запела громче и шар начал увеличиваться. Когда он стал достаточно большим, она шагнула внутрь сквозь оболочку мыльного пузыря, которая была даже мягче ее кожи.

"У Алекса должно быть хорошая зрительная память", - подумала она. Его иллюзорная версия школы была на удивление точной. Она засмеялась, когда он пробежал мимо по коридору.

- Не может быть, чтобы сегодня было последнее занятие по математике, - закричал Алекс. - Сейчас только октябрь и я еще ничего не учил.

- Последнее занятие не сегодня, - спокойно ответила Изабель.

Алекс повернулся к ней лицом. Его рыжие волосы были всклокочены так, как будто он нервно теребил их пальцами.
- Ты уверена? Потому что я только что видел мистера О'Брайена и он сказал, что тестирование уже началось. Он сказал, что будет снимать по 10 очков за каждую секунду опоздания.

- Он просто дразнил тебя. Единственное куда ты опаздываешь, так это на выпускной бал. - Изабель взяла Алекса за руку и повела в гимнастический зал. Он не задавал ей вопросов. Ей нравилась легкость, с которой она убеждала людей во сне.

Изабель толкнула большие двери. Лучи прожекторов ударили по ней и Алексу, показав короны на их головах.

- Ты веришь, мы победили? - спросила Изабель. - Нас избрали королем и королевой бала! Думаю, нам нужно станцевать этот танец вместе.

- Правда? Ты и я? - Алекс прищурился от света прожекторов.

- Ты и я, - сказала Изабель, обнимая Алекса за шею и положив голову ему на плечо. "Прекрасно, - подумала она. - Подходящего роста и от него хорошо пахнет".

Изабель обычно предпочитала мускулистых парней с рельефными мышцами живота и мощными ногами. Но худощавое тело Алекса было... ммммм.

"Ты здесь на работе, не ради веселья", - напомнила она себе. Она подняла голову и посмотрела на него снизу вверх, что на универсальном языке значило "поцелуй меня".

Взгляд Алекса медленно переместился к ее губам. Он прижал ее ближе. Она почувствовала его теплое дыхание на щеках, а потом...

Она сама прервала это видение. Ее губы сложились в довольной улыбке. "Еще один голос за меня", - подумала она. Ей нравилось играть с их желаниями.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9051/27896

Переводчики: poluks, IamCrazy, DmiyriyM