Готовый перевод Anita Blake 19 - Bullet / Анита Блейк 19 - Пуля: 37

Боксерские груши висели в отдельной небольшой комнате рядом с главным спортзалом.

Арес и я забинтовали запястья и надели перчатки, а я к тому же защитила ноги накладками.

На каждого приходилось по тяжелой груше.

Они висели близко друг к другу, но все же на достаточном расстоянии. Мы не собирались боксировать грушу одними руками, ну, или я не собиралась. А если собираешься наносить по груше удары ногами, нужно больше места.

.

Арес посмеялся над моими накладками.

Я проигнорировала его насмешки и начала наносить удары по груше.

Я била кулаком так, как меня учили: отводила плечо, разворачивалась всем телом и, согнув запястье, пыталась не просто ударить по груше, а пробиться сквозь нее.

Всегда нужно мысленно направлять каждый свой последующий удар, бросок, любую применяемую силу на насколько дюймов глубже.

Цель должна находиться внутри, а не на поверхности.

Арес работал с грушей так же, как бегал: исключительно быстро, пытаясь заставить ее двигаться тяжелыми ударами.

Я начала медленнее, стараясь прочувствовать то, что делаю, била кулаками, руками, работая в более тесном контакте.

Я начала наносить удары ногами, как бы пытаясь пробиться сквозь грушу.

В прошлый раз, когда я работала с ней, Хэйвен боксировал рядом со мной.

Я задвинула эту мысль подальше, и начала бить по груше ногами, поочередно их меняя.

Ашер был роскошен.

Думаю, я чересчур раззадорила его.

Он заставил свою грушу двигаться еще сильнее, но моя тоже не висела на месте.

Его комбинации были быстрее, но в боксе главное - не быстрота, а длительность.

Весь мир вокруг сосредоточился для меня на груше, моих кулаках, моих ногах, моем теле, двигающемся в такт с грушей и наносящем по ней короткие удары коленом, которые используются в свободном стиле.

Пульс забился у меня в горле, по телу побежал пот.

Но этого было недостаточно.

Я начала возиться с накладками на ногах.

- Я выиграл, - произнес Арес торжествующим голосом.

“я не ухожу,” сказала я.

- Я просто хочу снять накладки с ног.

- Зачем? - спросил он.

- Затем, что мне это нужно, - ответила я.

Никки помог мне отцепить с ног щитки без единого слова или вопроса.

Без накладок каждый удар по груше сильнее отдавался в моей ноге.

Я прижала руки к телу и начала пинать грушу, сначала одной ногой, а затем другой, снова и снова.

Затем я стала делать это одной ногой, и била грушу до тех пор, пока она не стала раскачиваться из стороны в сторону, а моя нога не превратилась в один большой синяк, и только потом поменяла ногу.

После того как эндорфины схлынули, и ноги начали болеть, я стала боксировать руками в перчатках.

Я наносила удары кулаками, вбивала локти и другие части своего тела в проклятую грушу.

Я забыла об Аресе, о сделанной ставке, я забыла обо всем, кроме висящей передо мной груши и необходимости выбить из нее дерьмо.

Мир передо мной начал сереть, перед глазами заполыхали яркие вспышки.

Миазмы изнеможения съедали границы мира.

Я обхватила грушу обеими руками и оперлась на нее, чтобы не упасть.

Все, что я могла слышать - лишь стук крови, пульсирующей в моей голове.

Я заморгала, пытаясь сфокусироваться.

Я моргала, и сквозь яркие вспышки и серость увидела, что рядом со второй грушей никого нет.

Арес сидел возле стены.

Я победила.

Я позволила себе сползти вниз по груше и положить голову на колени.

Мир был все еще серым с белыми вспышками.

Мне нужна вода, или что с большим числом электролитов.

Или может быть мне надо было упасть в обморок.

Я наклонила голову к коленям, чтобы постараться избежать обморока.

Я почувствовала руку на своей спине и поняла что это Натаниэль, еще до того, как услышала его вопрос: - Ты в порядке?

- Да, - произнес мой голос, и это была почти правда. Я встала на четвереньки, все еще держа голову опущенной.

Натаниэль попытался взять меня за руку, и я молча посмотрела на него.

Он опустился на колени и сказал:
- Никто здесь не стал бы думать о тебе хуже, если бы я помог тебе встать.

- Я бы стала, - заметила я.

Он вздохнул, но больше не пытался мне помочь, пока я обдумывала, смогу ли подняться без посторонней помощи.

- Ты не будешь со мной сегодня драться.

Ты не в состоянии даже поднять руки, не то, что использовать нож.

Я медленно повернулась и увидела стоящего в дверном проеме Фредо.

Мне пришлось сосредоточиться, чтобы сфокусировать на нем взгляд, сквозь застилавшие мне глаза серость и белизну.

- В другой раз, - произнесла я.

Он улыбнулся.

- Идет.

- Я же говорил, negra gatita, - сказал Лисандро.

- Я понял, - отозвался Арес, - коты ведь едят крыс, а вы называете ее кошкой.

.

- Мы зовем ее нашей кошкой, - возразил Лисандро.

Я сползла по стене и оперлась на нее спиной, ожидая пока мое зрение прояснится и стараясь не сблевануть.

Люди с изящными прозвищами вроде negra gatita не блюют от истощения и обезвоживания, или, по крайней мере, хотя бы пытаются этого не делать.

.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9097/27813

Переводчики: inn140, kunal