Готовый перевод Heat Wave / В жару (Автор: Richard Castle): Глава 8

Выезжая с подземной стоянки Старр Поинт, Жара услышала низкий гул, похожий на рокот вертолета и опустила окно.

Три вертушки зависли на расстоянии четверти мили слева от нее, с противоположной стороны от здания Тайм-Уорнер.

Ниже всех распологался полицейский вертолет, остальные два принадлежали телевизионщикам.

"Срочно в номер!" пробормотала она вслух.

Покрутив радио, она вскоре была в курсе, что суматоха вызвана взрывом трубы и пар гейзером вырывается на поверхность; еще одно доказательство того что древняя инфраструктура Готэма не справляется с пеклом.

Почти неделя невыносимой жары и Манхэттен начал кипеть и вздыбливаться, как сырная пицца.

Проехать через Площадь Колумба было практически невозможно, поэтому она выбрала другой маршрут к участку, не доезжая до Площади, которая находилась у Центрального парка, повернула на Ист Драйв направившись на север.

До трех часов парк был закрыт для проезда машин и Никки наслаждалась отсутствием траффика, почти деревенским видом из окна и приятной прохладой кондиционера.

Заграждение блокировало выезд на 71 улицу, но стоявшая там коп узнала машину Никки, подвинула ограждение и пропустила ее.

Никки притормозила возле неё.

- Это кого же ты так достала, что тебя поставили сюда?
- Наверно это карма из прошлой жизни. - рассмеялась офицер.

Никки протянула ей бутылку запотевшей от холода воды из
своей машины.

"Всего хорошего, офицер" - сказала она и поехала дальше.

Жара становилась вязкой.

Не считая кучки душевнобольных бегунов и безумных велосипедистов, парк был оставлен в распоряжение птиц и белок.

Объезжая Метрополитен-музей, Никки притормозила, и, глядя на изогнутые витражи, улыбнулась, вспомнив любимую сцену из фильма, когда Гарри подсказывает Салли как отчитывать официанта за слишком острый паприкаш.

Молодая парочка, держась за руки, медленно брела через газон и детектив остановила машину, невольно любуясь ими. А они брели, не замечая ничего вокруг.

Когда порыв меланхолии отступил, она тронулась, медленно нажав на газ.

Пора было возвращаться к работе.

Рук буквально вскочил с ее кресла, когда Никки вернулась в участок.

Стало ясно, что он с нетерпением ждал ее и жаждал узнать, где она была, всем своим видом показывая, "Почему ты не взяла меня с собой?" Когда же она сообщила ему что проверяла одну версию у Ноа Пакстона, он еще больше надулся.

Знаешь, я ведь понимаю, что тебе не очень-то нравится, что я повсюду таскаюсь за тобой. Но мне хотелось бы верить, что я довольно полезная пара глаз и ушей на этих интервью.

Могу я сказать, что нахожусь в центре активного расследования убийства? Мне было нужно увидеться со свидетелем одной, чтобы он открылся мне без каких-либо лишних глаз и ушей, какими бы полезными они не были.

- Значит все-таки считаешь их полезными?
- Я считаю, что сейчас не время для самолюбования и обсуждения твоей незаменимости."

Она взглянула на него и вынуждена была признать, что он просто старается быть рядом, что делает его скоре милым, чем полезным.

Никки поняла, что улыбается.

"И да, иногда они полезны".

- Хорошо.

- Но не всегда, ясно?
- Все нормально, расслабься, сказал он

"Есть новости о Поченко", сказал Очоа, когда они с Рэйли вошли внутрь.

- Скажи мне что он на острове Рикерс и не может нанять адвоката, это будет хорошей новостью, - сказала она.

- Что у вас?
- Ну, ты уже сама сказала - ответил Очоа.

- Парень, подходящий под его описание, ограбил половину отдела первой помощи в аптечном супермаркете на Ист Виллидж сегодня.

- У нас еще есть видео с камеры наблюдения.

Рэйли вставил ДВД в свой компьютер.

"Можно ли там опознать Поченко?" - спросила она.

"Сама посмотри"

Видео из аптеки было нечетким и отрывистым, но он был там, огромный русский, заполняющий пакет мазями с алоэ, затем ныряющий через секцию первой помощи, чтобы взять себе бинты и шины для пальцев.

"Чувак плохо выглядит.

Напомни мне, никогда с тобой не драться", сказал Рэйли.

"И никогда не просить погладить мои рубашки," - добавил Очоа.

Они стали продолжать в том же духе.

Пока никто не придумал волшебную таблетку, чёрный юмор остается лучшим средством психологической адаптации для копов.

Иначе работа проглотит тебя заживо.

В другое время, Никки приняла бы участие в этой словесной пикировке, но раны еще не затянулись и она не могла шутить на эту тему.

Может быть, если бы она увидела скованного Поченко в фургоне на пути в тюрьму в Оссининге, где бы он провел остаток своих дней,тогда она перестала бы ощущать его смрадный запах и железную хватку на своем горле в ее собственном доме.

Может быть, тогда она могла бы смеяться.

"Ого, зацени палец, я думаю, я сейчас блевану" - сказал Очоа.

Рэйли добавил: "Теперь он может позабыть про стажировку игры на пианино в Джуллиарде"

Странно, что Рук не проявлял свое остроумие и был против обыкновения молчалив.

Никки решила выяснить, в чем дело и перехватила его взгляд. Он смотрел на нее так же как тогда, за покерным столом, но теперь в его взгляде было что-то еще.

Она отвела глаза, ей нужно было оставить эти мысли, как и тогда, когда он подарил ей репродукцию.

"Да, это определенно наш парень", сказала она и отправилась созерцать белую доску.

"И нужно ли говорить, что он все еще в городе?" - сказал Рук.

Она предпочла проигнорировать его.

Этот факт был очевиден и мучительно бесполезен.

Вместо этого она обратилась к Рэйли.

"Нашел что-нибудь на записи из Гилфорда?"
"Я пересматривал ее, пока у меня глаза не собрались в кучу.

Они не могли вернуться через лобби после того, как ушли.

Я также просмотрел записи с камер видеонаблюдения у служебного входа.

Ничего."

"Хорошо, мы хотя бы попытались".

"Просмотр этого видео из лобби - самое худшее, что я когда-либо делал" - сказал Рэйли.

"Как просмотр С-SPAN, только не так увлекательно".

"Тогда вот что, отправлю-ка я тебя развеяться.

Почему бы тебе и Очоа не заскочить в

офис доктора Ван Пелта и не проверить алиби Кимберли Старр? И бьюсь об заклад, она предупредила своего ненаглядного о нашей проверке..."
"Знаю - сказал Очоа, - опросить его секретаря, медсестер, сотрудников отеля, и тэдэ и тэпэ."

"Черт возьми, детектив - сказала Жара - похоже, ты знаешь, что делаешь".

Детектив Жара встала около белой доски и под заголовком "Видеонаблюдение за Гилфордом" написала две красные буквы: Н.Г.

.

Должно быть, при этом она неловко повернулась, и вчерашняя ночная драка напомнила о себе резкой щемящей болью.

Она расслабила плечи и медленно провела своей головой по кругу, чувствуя приятный дискомофорт, который говорил ей, что она еще жива.

Затем она на доске обвела маркером надпись "Любовница Мэтью", и вырвав журнал из рук Рука, спросила:

"Хочешь прокатиться?"

Они направились по Вестсайдскому шоссе в центр города, и было видно, что даже река страдает от жары.

Справа от них река Гудзон выглядела так, как-будто не могла больше двигаться, и вода, сдавшись жаре, была гладкой и сонной.

Область справа от Площади Колумба была все еще в беспорядке и без сомнения эта новость будет главной в пятичасовых новостях.

Пар перестал извергаться струей, но на его месте образовался кратер размером с Луну, который перекроет движение по 59-ой на многие дни.

По полицейскому радио они услышали один из отчетов нью-йоркской полиции нравов, о том, что те поймали человека за публичное мочеиспускание, который признался, что он пытался попасть под арест, чтобы провести ночь в кондиционированном помещении.

"Так что погода вызвала два извержения, которые потребовали вмешательства полиции" - сказал Рук, что заставило Жару засмеяться и почти почувствовать радость от его присутствия рядом.

Когда она договаривалась о встрече с бывшей любовницей Мэтью Старра, Морган Доннелли попросила встретиться с ней на работе, так как она проводит там большую часть своего времени.

Это подходило под тот образ, который Ноа Пакстон набросал для нее, когда Никки спросила его про Морган в их сегодняшнем разговоре.

Это был его способ рассказывать - как только он открылся, ручка Никки не останавливалась ни на секунду.

В дополнение к пояснению выбора офисных прозвищ, он назвал их роман "офисным слоном в конференц-зале", и в итоге обсуждения темы не сильно секретной любовницы Старра сказал: "Морган - это мозги, сиськи и энергичность.

Она была идеалом Мэтью Старра: работала как сумасшедшая, трахалась как ненормальная.

Иногда я представлял их в кровати с их смартфонами, шлющими друг другу смс "О да, продолжай так" во время процесса."

Поэтому когда Никки припарковала машину по адресу Принс Стрит в СоХо, который дала ей Донели, она дважды сверилась со своими записями, убеждаясь, что не ошиблась.

Это была пекарня, где делали кексы.

Ее больная шея запротестовала, когда она изогнулась, чтобы прочитать надпись над дверью.

"Огонь и Лед?"- сказала она.

Рук процитировал стихотворение: "Кто говорит, мир сгинет от огня,
Кто говорит, во льду."

Он открыл дверцу со своей стороны и раскаленный воздух наполнил машину.

"Сегодня точно от огня."

"Я до сих пор не могу в это поверить", сказала Морган Доннелли, когда садилась с ними за круглый стол в углу кафе.

Она расстегнула воротничок своего белоснежного костюма шеф-повара и подвинула к Жаре и Руку сахарницу из нержавейки для их американо со льдом.

Никки попыталась сопоставить сидящую перед ней женщину-пекаря, с энергичным маркетологом из описания Ноа Пакстона.

Тут скрывается какая-то история, и она ее узнает.

Уголки губ Доннелли опустились, и она сказала: "Вы слышите насчет таких вещей в новостях, но это всегда не тот, кого вы знаете".

Девушка вышла из-за стойки и поставила в центре стола тарелку с образцами мини-кексов.

Когда она отошла, Морган продолжила: "Я знаю, связь с женатым мужчиной не характеризует меня с лучшей стороны.

Может я и такая.

Но когда это происходило, то казалось таким правильным.

И посреди всей этой безумно напряженной работы была эта ошеломительная страсть, которая принадлежала только нам."

Она рукой смахнула навернувшуюся слезу.

Жара изучала ее, чтобы начать разговор.

Избыток раскаяния, как впрочем, и недостаток, были для Никки сигналом.

Конечно были и другие признаки, но именно этот был для нее базовым.

Никки ненавидела это слово, но пока что реакция Морган была уместной.

Но детективу нужно было больше, чем испытание ее самообладания.

Как бывшая девушка убитого, она подлежала проверке, и это означало получение ответов на два простых вопроса: "Был ли у нее мотив в виде мести, и получит ли она выгоду от смерти этого человека?". Жизнь могла бы быть куда проще, если бы Никки просто попросила ее отметить нужные ответы в анкете и выслать их по почте, но такие методы не работают, и сейчас задача Никки заставить эту женщину чувствовать себя неуютно.

"Где вы были, когда Мэтью Старр был убит? Скажем, между 12.30 и 14.30?

.

Жара начала давить на Морган, надеясь застать врасплох.

Морган подумала немного и ответила без каких-либо колебаний.

"Я могу точно сказать, где я была.

Я была с людьми из Трибека Фильм на дегустации.

Я выиграла контракт на поставку еды на одно из их афтерпати этой весной, и я запомнила это, так как дегустация прошла хорошо и я ехала обратно, чтобы это отпраздновать во второй половине дня, когда услышала про Мэтью.

Никки сделала запись в своем блокноте и продолжила.

"Были ли у вас какие-нибудь контакты

с мистером Старром после того как ваш роман завершился?"
"Контакты.

Вы имеете в виду, продолжали ли мы встречаться?"

"Это, либо любые другие контакты".

"Нет, однако я видела его однажды несколько месяцев назад.

Но он не видел меня и мы не разговаривали."

"Где это было?"
"В Блумингдейле.

Внизу, в буфете.

Я зашла выпить чая и он тоже там был."

"Почему вы не заговорили с ним?"
"Он был не один".

Никки сделала еще одну запись.

"Вы знаете ее?"
Морган улыбнулась проницательности Никки.

"Нет.

Я могла бы подойти поздороваться, но ее рука была на его бедре.

Они выглядели занятыми."

"Можете ее описать?"
"Блондинка, молоденькая, красивая.

Молоденькая."

Она подумала немного и добавила, "Ах, да, у нее был акцент.

Скандинавский.

Может быть датский или шведский, не знаю точно..."

Никки и Рук обменялись взглядами, и она могла почувствовать как он смотрит через ее плечо, пока она писала "Няня?" в своих заметках.

"Итак, больше никаких контактов у вас с ним не было?"
"Нет.

Когда все кончено, все кончено.

Но это было очень сильное чувство.

Она взглянула вниз на свое эспрессо и затем подняла глаза на Никки и сказала: "Черт, это было адски больно.

Но мы оба - взрослые люди.

Каждый пошел своей дорогой.

Жизнь продолжается...

.

.

.

.

.

Она не стала заканчивать фразу.

"Давайте вернемся к разрыву ваших отношений.

Должно быть вам было трудно в офисе.

Он уволил вас, когда все было кончено?"
"Я сама приняла решение об уходе.

Работать вместе было бы странным для нас, и я чертовски не хотела иметь дело со сплетнями"

"Но все же, у вас была там хорошая карьера".

"У меня была там большая любовь.

По крайней мере, я так сама себе говорила.

И когда все закончилось, карьера - это меньшее, о чем я заботилась."

"Я была бы чертовски зла", сказала детектив.

Иногда лучший способ задать вопрос это не задавать его.

"Травмированная и слабая - да,

но злая?" - Морган улыбнулась.

"Все закончилось к лучшему.

Отношения такого рода, вы понимаете, веселые и удобные, никуда не ведущие? Я осознавала, что я использовала эти отношения, чтобы оставаться вне всяких отношений, так же как я делала со своей работой.

Вы понимаете, о чем я?"
Никки поёрзала на своем стуле и ухитрилась выдать нейтральное "Ага".

"В лучшем случае это был заменитель нормальных отношений.

И я не становилась моложе."

Никки снова поёрзала на стуле, удивляясь, что только она одна чувствует себя некомфортно.

"Однако, Мэтью был добр ко мне.

Он предложил мне большую кучу денег."

Никки оторвалась от мыслей о себе и вернулась к допросу, сделав заметку проверить это, спросив Пакстона.

"Как много он дал вам?"
"Ничего.

Я не приняла их."

"Не похоже, чтобы он расстроился из-за этого" - сказал Рук.

"Но как вы не понимаете?" - возразила она.

"Ведь если бы я взяла, то выходит я встречалась с ним из-за денег.

А это было не так.

Дело ведь не только в том, что я лежала на спине с задранными ногами."

Рук настаивал.

"Тем не менее, никто бы не знал, что вы взяли деньги."

"Я бы знала", сказала она.

На этих двух словах детектив Жара закрыла свой блокнот.

Морковный кекс кричал на нее с тарелки и его надо было угомонить.

Никки очистила рифленую обертку кекса, и кивнула в сторону модной пекарни: "А это что? Не здесь я ожидала встретить печально известную MBA от Red Bull"

.

.

.

Морган рассмеялась.

"О, вы про эту Морган Доннелли.

Она где-то тут.

Появилась однажды ненадолго и перевернула мою жизнь вверх тормашками."

Она наклонилась над столом в сторону Никки.

"Завершение этого романа три года назад обернулось прозрением.

Прежде чем оно пришло, я получала подсказки, но игнорировала их.

Например, некоторыми ночам я оставалась там в моем большом угловом офисе на самом верху пентхауса на Старр Пойнт, один входящий звонок, два на удержании и дюжина е-майлов, ждущих ответа.

И я смотрела вниз на улицу и говорила себе "Посмотри на этих людей там внизу.

Они идут домой к кому-то.

Никки слизывала крем со своего кончика пальца и остановилась.

"Да ладно, деловая женщина на вершине карьеры, это должно быть очень лестно, верно?"
"Расставшись с Мэтью, все, о чем я могла думать - с чем я осталась? Все прошло мимо, пока я носила деловые костюмы и делала карьеру."

Понимаете, жизнь? Ну, вот тут и пришло озарение.

Однажды я смотрела "Доброе утро, Америка" и там был Эмерил, и он делал пироги, и это напомнило мне, как сильно я любила печь, когда я была ребенком.

И вот я, в своей пижаме и уггах, приближается мой тридцатник, без работы, без отношений, и сказать по правде, я не получала от них ничего, даже когда они были, в общем, думаю "Пора перезагрузиться".

Никки почувствовала, что ее сердцебиение усиливается.

Она глотнула своего Американо и спросила "Так вы просто взяли и прыгнули? Без страховки, без сожалений, и не оглядываясь назад?"
"А на что? Я решила следовать своему озарению.

Платой были долги под завязку, но это сработало.

Я начинала с малого.

.

.

черт, взгляните вокруг, я по-прежнему мала.

.

.

но мне это нравится.

Я даже обручена.

Она протянула свою руку, на которой не было кольца.

"Оно прекрасно" - сказал Рук.

Морган смутилась и слегка покраснела.

"Я никогда не надеваю его, когда готовлю, но это парень, который делал мой вэб-сайт. Мы с ним собираемся связать себя узами этой осенью.

Я думаю, никогда не знаешь, куда тебя приведет жизнь, да?"
Никки задумалась и, к сожалению, была вынуждена согласиться

Когда они направились в центр города, Рук балансировал огромной коробкой с двумя дюжинами кексов на своих коленях.

Жара осторожно притормозила на красный свет, чтобы его подарок для комнаты отдыха в участке не превратился в коробку с крошками.

"Итак, Офицер Рук - спросила она - я что-то не слышу, чтобы вы говорили мне бросить Морган Доннелли в тюрьму.

Что так?"
"О, ее стоит вычеркнуть из списка."

"Почему?"
"Слишком счастлива".

Никки кивнула.

"Согласна."

"Но...", сказал Рук, "...ты все еще собираешься проверить ее алиби и аннулировал ли Пакстон ее прощальный чек."

"Точно."

"И еще у нас есть неожиданный и загадочный визитер которого следует проверить - Нордическая Няня"

"А ты учишься".

"О, да, учусь многому.

Эти вопросы были очень откровенными."

Она смотрела на него, зная, что что-то сейчас произойдет.

"Особенно, когда ты перестала задавать вопросы по делу и перешла на личную жизнь."

.

.

.

"...Правда, что ли? Просто у нее есть интересная история и я хотела ее услышать."

"Ага.

Ты конечно не думала об этом сама".

Рук подождал, пока на ее щеках не появился румянц, и затем он просто уставился вперед через лобовое стекло с этой своей дурацкой усмешкой.

Все, что он сказал, было "Зеленый".

"Эй, чувак, это мечты, которые сбываются" - сказал Рэйли.

Рук, Рочо и еще несколько детективов и служащих столпились в комнате отдыха участка вокруг открытой коробке из "Огня и льда", которую Рук бережно сохранил во время поездки.

Ассортимент из кремовых пирожных, взбитых сливок и карамели был перемешан и превращен во что-то, что можно было бы мягко назвать как убийственная авария пирожных.

"Нет, это не то" - прозвучало от Очоа.

"Мужик обещал кексы, я не хочу мечты, я хочу кекс"

"Я говорю вам, они были в идеальном состоянии, когда покинули пекарню" - сказал Рук, но его добрый дар остался в одиночестве, комната опустела.

"Это из-за жары, она расплавила буквально все."

"Оставь их снаружи еще ненадолго.

И я вернусь с соломинкой" - сказал Очоа.

Он и Рэйли отправились в общую рабочую комнату.

Когда они подошли, детектив Жара заполняла доску новой информацией.

"Заполняемся" - сказал Рэйли.

На этом этапе расследования убийства всегда возникало такое смешанное чувство, когда удовлетворение от созерцания белой доски, заполненной данными, компенсируется тем прискорбным фактом, что НИЧЕГО из этих данных не приближает вас к разгадке.

Но все они знали, что это процесс, и каждый кусочек информации, размещаемый на доске - это шаг на пути к прояснению дела.

"Итак, - сказала Никки своей команде - алиби Морган Доннелли проверяем в Трайбек Фильм."

В комнату вошел Рук, поедая бесформенный кекс из бумажного стаканчика ложкой, и она добавила: "Ради ее кексов, надеюсь, что жара прекратится хотя бы к апрелю.

Рочо, вы видели пластического хирурга Кимберли Старр?"
"Да, и я подумываю о том, а не удалить ли мне кое-что уродливое, что беспокоит меня последние два года.

Рэйли сделал паузу и добавил: "Очоа".

"Видите, детектив Жара?" - сказал его партнер.

"Я вкалываю весь день, и вот что получаю взамен."

Потом Очоа обратился к своим заметкам.

"Алиби вдовы подтвердилось.

Она в последний момент записалась на "консультацию" и показалась там в час пятнадцать.

Это согласуется со временем ее ухода из кафе-мороженого на Амстердам авеню."

Жара сказала: "Через весь Ист-Сайд за пятнадцать минут? Должно быть, она очень спешила."

"Горы недостаточно велики" - сказал Рук (прим.пер. - название песни Марвина Гэя ).

"Так, - продолжала Никки - Миссис

Старр смогла рассказать нам правду о том, что она изменяла обоим, и своему мужу, и Барри Гэйблу с доктором

Бой-токсом.

Но это только ее местонахождение.

Проверьте, не звонила ли она или доктор Мирику или Поченко чтобы уже закончить с этим.

"Хорошо" - сказали Рочо в унисон и засмеялись.

"Видишь? Я не могу долго злиться на тебя" - сказал Очоа.

Этим вечером, когда темнота пыталась пробиться сквозь душный воздух возле участка на 82 Вест, Никки вышла, неся коробку Метрополитен музея с репродукцией Джона Сингера Сарджента внутри.

Рук стоял у обочины.

"Я заказал такси.

"Позволишь подвезти тебя?"
"Все хорошо, я в порядке.

И еще раз спасибо за это, ты не должен был этого делать."

Она направилась в сторону площади Колумба, ко входу в метро возле планетария.

"Но ты увидишь, я запомню это.

Хорошего вечера."

Она дошла до угла, Рук шел рядом.

"Ладно, если хочешь показать, насколько ты крута, пожалуйста, но позволь мне понести это".

"До свиданья мистер Рук ".

.

"Подожди."

Она остановилась, но не смогла скрыть своего нетерпения.

"Да ладно тебе, Поченко все еще на свободе.

Тебя должен кто-то проводить."

"Ты? А тебя кто будет защищать? Только не я."

"Господи, коп, который использует грамматику как оружие.

Я представлен тобой как беспомощный."

"Слушай, если у тебя есть какие-то сомнения, что я могу сама о себе позаботиться, то я с удовольствием проведу демонстрацию на тебе.

Это входит в твою страховку?"
"Хорошо, а что, если все это - лишь мои слабые потуги посмотреть на твою квартиру? Что ты на это скажешь?"
Никки посмотрела через улицу и снова на него.

Она улыбнулась и сказала: "Завтра я принесу тебе фотографии". Никки перешла улицу на зеленый, оставив его стоять на углу.

Через полчаса, Никки вышла из вагона метро линии R и поднялась на тротуар восточной Двадцать третьей. Она увидела, как окрестности погрузились во тьму, как будто на Манхэттен набросили полотенце, вызвав всеобщее затемнение.

Сначала установилась странная тишина, когда сотни кондиционеров, расположенных вверх и вниз по улице, прекратили работу.

Это было как будто город задержал дыхание.

Парк Авеню Саус освещалась рассеянным светом автомобильных фар.

Уличные огни погасли, и вскоре воздух наполнился сердитыми гудками нью-йоркских водителей соревнующихся за место на дороге.

Ее руки и плечи заныли, когда она свернула в свой квартал.

Чтобы открыть свою сумочку, Никки поставила репродукцию Сарджента на тротуар и осторожно прислонила ее к кованным воротам соседнего дома.

Чем дальше она уходила от улицы, тем темнее становилось.

Жара выловила в сумке свой мини-фонарик и настроила узкий лучик так, чтобы не оступиться на неровном тротуаре или не поскользнуться на собачьем дерьме.

Зловещая тишина стала уступать звукам голосов.

Они плыли в темноте сверху из раскрытых окон квартир, и она слышала одни и те же слова снова и снова из разных зданий: "отключение энергии", "фонарик" и "батарейки".

Она вздрогнула от близкого кашля, и высветила фонариком пожилого мужчину, выгуливающего своего мопса.

"Вы слепите меня этой чертовой штуковиной" - сказал он, миновав ее, и она перевела луч фонарика на землю.

"Будьте осторожны" - сказала она, но не получила ответа.

Никки взяла свою коробку в обе руки и пошла по направлению к своему дому с фонариком, зажатым между своей ладонью и картоном, освещая путь на несколько футов вперед.

Она была уже недалеко от своего дома, когда услышала, как скрипнул гравий под чьими-то ногами позади нее. Никки замерла.

Прислушалась.

Прислушалась сильнее.

Но не услышала никаких шагов.

Какой-то идиот проорал "Аууууу!" с крыши здания через дорогу и бросил несколько листов горящей бумаги, которые закружились в ярко-оранжевом вихре, пока не сгорели на полпути к тротуару.

Это был хороший намек, что пора убираться с улицы.

Напротив своих ступенек Никки снова поставила коробку на землю и начала искать ключи.

Сзади послышались быстрые шаги, и затем чья-то рука коснулась ее спины.

Она с разворота выполнила высокий круговой удар, который задел Рука, и к тому моменту, как она услышала его "Привет!", было уже слишком поздно делать что-либо кроме того как попытаться сохранить равновесие и надеяться, что он не ударится головой во время падения.

"Рук?", сказала она.

"Я здесь, внизу".

Никки направила фонарик в направлении голоса и высветила его, сидящего на клумбе. Спиной он опирался о ствол дерева, держась при этом за свою челюсть.

Она наклонилась к нему.

"Ты в порядке? Ты, черт возьми, что делаешь?"
"Я не мог тебя видеть, я просто врезался в тебя."

"Но что ты тут делаешь?"
"Я просто хотел убедиться..."
"... что ты полностью проигнорировал мои слова и все-таки пошел за мной."

"Всегда сообразительный детектив."

Он положил руку на ствол дерева, а другой оперся о тротуар.

"Ты наверно захочешь отвернуться.

Я собираюсь поднапрячься.

Не обращай внимания на стоны." Она не отвернулась, а подхватила его за руку, чтобы помочь ему подняться.

"Я сломала что-нибудь?" спросила она и посветила фонариком на его лицо.

Его скула покраснела и на ней была заметна ссадина от удара.

"Сделай так," сказала она и направив фонарик на свое лицо, показала несколько движений челюстью, открывая и закрывая рот.

Она направила на него свет, и он последовал её инструкциям.

"Как оно?"
"Гуманней было бы меня просто пристрелить.

Ведь у тебя найдется пуля для меня?"
"Ты в порядке.

Тебе повезло, я только задела тебя."

"Повезло тебе, я подписал отказ от судебных исков, когда начал путь неофициально примкнувшего."

Она улыбнулась в темноте.

"Я полагаю, повезло нам обоим."

Никки подумала, что он, должно быть, услышал улыбку в ее голосе, поскольку придвинулся ближе, и теперь их разделял только крошечный просвет.

Они стояли так, почти соприкасаясь, но чувствуя близость друг друга в темноте жаркой летней ночи.

Никки покачнулась, и слегка наклонилась в его сторону.

Она почувствовала, как ее грудь мягко коснулась его плеча.

И затем яркий луч света осветил их.

"Детектив Жара?", прозвучал голос из патрульной машины.

Она на шаг отступила от Рука и загородила глаза от света.

"Да, это я."

"У вас все в порядке?"
"Да, все хорошо. Он..."

.

.

.

она взглянула на Рука, который не оценил ее паузу, во время которой она пыталась определить его: "со мной".

Никки знала причину.

Как только они перестали светить ей в глаза, она представила совещание в офисе Капитана Монтроуза сразу после того, как она ушла, и вызов, который был отправлен.

Это было одно дело - поддразнивать друг друга и играть в игру "Я слишком крут, чтобы волноваться о ком-то", но участок был семьей, и если ты был один из них и тебе угрожали, ты мог поклясться на своем значке, что они прикроют твою спину.

Это жест был бы куда более уместен, если бы у нее не было Джеймсона Рука на руках.

"Спасибо, но вы знаете, в этом нет необходимости".

Правда."

"Не волнуйся, мы будем тут всю ночь

Хочешь, мы проводим тебя наверх?"
"Нет," сказала Никки немного настойчивей, чем собиралась.

И продолжила более мягко: "Спасибо.

У меня есть... - она посмотрела на Рука, который улыбался все то время, пока она говорила - ... фонарик."

Рук понизил голос.

"Прекрасно.

Думаю, я скажу Джеймсу Тейлору, что у меня есть для него новая песня.

'У тебя есть фонарик.'"

"О, не будь таким - Ты знаешь Джеймса Тейлора?!"
"Жара?"
"Да?"
"У тебя есть там какой-нибудь лед, в квартире?"
Никки задумалась на мгновенье, пока он потирал ушибленную челюсть.

Давай пойдем и посмотрим.

.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9236/28321

Переводчики: Thintonic, sl_ava, NataLiRED, volchik

boHyc, Trinity_, Edge, coffeeluck

gogo