Готовый перевод Just Before the Black / Перед Тьмой: I sit in the driver''s seat

Я сижу за рулем старого ДеВилля моего деда. Прохладный вечер выходного дня. Я и Джо. Мы просто сидим.

Мы расположились перед входом в специализированный магазин при общественном поле для гольфа города Пало-Альто. Это желтовато-коричневое здание с белым цоколем, где мы с Джо работаем в течение дня.

Мы сидим здесь потому, что здесь темно и вокруг не светится ни одного огня. Причин для остановки не было, если не считать вечера, который все еще длится, того, что мы пьяны и не хотим тащиться домой, и этого места, которое ничуть не хуже любого другого, пригодного для того, чтобы сидеть в полумраке, позволяя жизни замедлять свой бег.

Мое окно слегка приоткрыто, и ветерок ласкает мой лоб, словно холодный шепот.

Частенько я задумываюсь о том, чтобы выехать за пределы автомобильной эстакады, протаранив бетонное ограждение старой синей дедовой развалюхой: возведенная преграда рассыпается подо мной и синей машиной деда. Грандиозный момент рвущегося металла, сильные рывки и дребезжание, а после – избавление. Ласковое, медленное проникновение волны света сквозь ветровое стекло, перед тьмой. Вот, что скрывает один быстрый поворот руля. Пронзительный крик и дальнейшее ускользание.

Джо и я сидим, уставившись на стену. Тени окрашивают скучное здание в свои цвета.

Джо курит. Его окно полностью опущено, и он выдыхает дым в черную зияющию пустоту.

Поскольку Джо круглый болван, круг тем для общения с ним весьма ограничен. Понятия не имею, что он думает о себе или о смысле своего существования. Наверное, некоторым людям просто некому указать их место в жизни, поэтому они становятся пустым местом. В былые же времена, родившись с предрешенной судьбой, ты до самой смерти обрабатывал землю или чистил королевские сортиры.

Скорее всего у них не было туалетов. Просто высовывали зад, и справляли нужду в канаву. Но кому-то приходилось это убирать.

"Если бы ты жил в старые времена, кем бы ты был?" - спрашиваю я Джо.

Джо должен обмозговать это. Он большой, и жир с его живота растекается по сиденью, будто наполненный жидкостью пластиковый пакет, слоями опоясывающий его.

"В какие именно времена?" - спрашивает он, и низкий звук из глубины его горла напоминает хрюканье борова.

"Например, Короля Артура, с рыцарями и лошадьми".

Толстяк размышляет. Я могу слышать это - покрытые ржавчиной изношенные шестеренки, растрескиваясь и скрипя, медленно приходят в движение, могу даже ощущать запах этого – запах желтого дыма исходящего от его головы.

"Я был бы королем", - отвечает он.

"Ты не можешь быть королем - говорю я. - Никто не может быть королем. Это все равно, что выиграть в лотерею".

"Если бы я жил в те времена, я бы был королем. И перетрахал всех девственниц в королевстве".

"Ты не можешь быть королем, придурок. Ты даже не можешь быть герцогом. И то, что ты сейчас говоришь, лишний раз подтверждает, что в тебе нет ни капли королевской крови. Ты деревенщина".

"Когда путешественник во времени попадает в прошлое - он становятся другом короля, или королем".

"Потому что все это сказки. Когда люди рассказывают сказки - они всегда про короля, это все вздор Аристотеля. Но это не по-настоящему".

"Путешествия во времени тоже не по-настоящему".

"Королей очень мало. И ты бы точно не был одним из них".

"Да пошел ты".

"Сам пошел, Джо, ты идиот".

"Это ты - идиот".

"Я знаю", - говорю я. Я действительно идиот. Я дружу со слизняком, и остальные мои друзья свиньи и волки. Я никогда не знакомлюсь с хорошими людьми, лишь с одним дерьмом.

"Если бы ты был королем, я бы убил себя", - говорю я.

Джо обсасывает сигарету. Она похожа на колышек для гольфа, зажатая в его жирной лапе.

Он смотрит на меня, и синеватый дым витает между его зубов, как будто туман на кладбище.

"Тогда тебе лучше умереть, мать твою, потому что я король этой округи".

Гнилые зубы его улыбки похожи на искореженную, наползающую одна на другую черепицу и, наблюдая этот не сочетаемый дует желто-серых зубов и десен цвета помоев, я думаю: "Почему бы тебе не поставить скобки и не отчистить всю эту дрянь". Но мои мысли не слишком долго задерживаются на таких деталях, поскольку я кое-что замышляю, или, по крайней мере, готовлюсь кое-что сделать, или уже делаю...

И я даже не успеваю понять, что происходит, не успеваю насладиться изменившимся лицом Джо, которое вдруг становится похожим на удивленное, обрюзгшее лицо ребенка, закрывающего глаза, чтобы спрятаться от того, что мы несемся прямо в стену, окрашенную расплывчатыми тенями. Всего одну секунду я могу видеть и слышать Джо, всего одну секунду, пока пронзительный звук не прерывает ее, и в это мгновение, я и голос Джо оказываемся в чернеющей пустоте, где существует только грохот, рвущийся подобно ожившим децибелам. Потом все исчезает, изгнанное невозможным металлическим звуком, и происходящее кажется мне ожившими мечтами, где треск искореженного металла, удар, и холодная тупая боль заполняет мою голову, и этот неожиданный удар, словно возвращает меня во времена детства, когда я получал по носу мячом, или головой, или своим собственным коленом, и на этом сюрпризы не заканчиваются.

Я все еще здесь и визг шин подтверждает, что моя нога, все еще давит на педаль газа автомобиля, который уперся в стену и не двигается с места. Я рассматриваю Джо и вижу кровь, которая струится из ссадины на его лбу и изо рта, и мне кажется, что это следствие удара головой, пока я не замечаю дыру, чернеющую на месте одного из его зубов, и сам он похож на адскую смесь хоккеиста-тыквы-героя мультфильма и идиота одновременно. И он говорит:

"Какого черта ты сделал это, Мануэль?"

Я смеюсь как ненормальный. Смех вылетает из меня как попкорн, настолько глупо он выглядит, к тому же, мое имя даже близко не похоже на Мануэль. Это имя его брата, его настолько же глупого старшего брата.

Джо тупо таращится на меня, весь перепачканный кровью, которая хаотично размазана по его рубашке точно кетчуп, так беспорядочно, что и представить нельзя.

Но именно я нарисовал эти узоры, потому что въехал в стену на машине деда.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9310/28501

Переводчики: mjb, sienn