Готовый перевод Annette Curtis Klause "Blood And Chocolate" / Аннетт Кертис Клаус "Кровь и Шоколад": Chapter 26

Питер Квинси внезапно остановился, когда увидел ее на пути.

-- Ты ищешь меня, Квинси?-- спросила Вивьен, пытаясь казаться обычной. Не было никаких признаков его обычной легкой улыбки, и она почувствовала укол сожаления, что он больше не улыбается ей.

-- Да. То есть, нет,-- сказал он.-- Я собирался положить эту записку под дверь.
Он поднял конверт в правой руке.

-- От Эйдена?-- Надежда трепетала в ней, как крылья птицы.

--Да. Бог знает почему.-- Его язвительный тон ранил ее.

Он сунул ей записку, и она схватила ее. Разорвала конверт и прочитала взахлеб. Это было приглашение на встречу с Эйденом этой ночью у скалы вниз по реке.
"Будь там в 2 ночи",-- писал он. Она должна была обрадоваться, но слова в конце:"Ради того, что у нас было, я надеюсь, что ты придешь".
"У нас было",-- с горечью подумала она.

-- Он может подтереть себе этим задницу,-- сказала она и сунула письмо в лицо Квинси.

Квинси схватил ее в самообороне, отшатнувшись на шаг, и она позлорадствовала над его неуклюжестью.
-- Знаешь, ты мне не нравилась с самого сначала,-- сказал он,-- но ты настоящая двуликая сука.
Он переложил письмо в карман мешковатых шорт и ушел назад по тротуару.

Вивиан вскрикнула в невеселом смехе. Он был слишком глуп, чтобы знать правдивость его слов.

На другой стороне улицы Астрид и Рейф теперь косо смотрели ей вслед с насмешкой. Она показала им средний палец перед входом в дом.

В своей комнате она размышляла над письмом. Что если он не хотел его звучания как последнего? Возможно, он действительно хотел помириться. Нет. Она уверена, Эйден хотел увидеть ее только чтобы повторить, что все кончено и потребовать держаться от Келли подальше. Будь она проклята, если встретит его униженная этим дерьмом. Но если это все, что он хотел сказать, зачем посылать Квинси с запиской? Зачем встречаться с ней в 2 часа ночи в безлюдном месте?

Потом она вспомнила, что Габриэль сказал о будущем если Эйден узнает кто она: "Я клянусь Луной, он попытается убить тебя". Она подумала:"Это невозможно. Эйден не способен на убийство. Или способен, если посчитает что обязан это сделать?"

"Я не хочу это выяснять",-- подумала она.

Но что, если она не пойдет на встречу? Будет ли он следить за ней? Обнаружит ли тайну стаи? Как быстро он убедит других в правде? Она знала что и другие могут поверить; она видела как сгорел ее последний дом.

"Я слабое звено",-- подумала она.--"Я опасна для моего народа. Я должна уйти."

Она могла убежать. Но куда? Идея одиночества остудила ее. Она подумала:"А если я продолжу убивать? Каждый раз убивая, рискую быть пойманной. И если меня поймают,то они смогут отследить и мою семью."

В одном она была уверена: она не выдержит позора суда своего народа. Она не может исключить себя из стаи.

Только один настоящий ответ,конечно-защитить ее семью, ее стаю.

Она обязана убить себя.

Дыхание, казалось, оставило ее тело на мгновение. Время остановилось. Это был ответ. Это было так отчетливо ясно, что больно словно ледяная вода, и оставило ее мозг холодным, онемевшим и разбуженным.

Но как оборотню убить себя?

"Серебряные пули",-- подумала она и фыркнула. Конечно, те всегда валялись по дому.

Она стояла у окна и вдыхала аромат ее последней ночи. "Это должно быть быстрым",-- думала она,--"она должна найти способ, что не оставит времени струсить -- это либо разорвет ее хребет, либо оставит слишком много повреждений, что она не сможет использовать перемену для исцеления".

Повешение как вариант, но вы должны сделать его правильно: сломав шею при падении; если же нет, то вы просто задохнетесь. удушение бесполезно и не смертельно. То же самое касается прыжков с высоток -- нет уверенности, что повреждений хватит для смети. Она могла положить голову на рельсы, возможно, но только товарняки идут ночью, а они едут так медленно что она наверняка струсит.

Наконец, совершенно, отказоустойчивое решение пришло к ней. Канистра с бензином для газонокосилки в гараже. В кухне были спички. Она подумала о загорающейся гостинице, и ее отце в ловушке. Пожар -- семейная традиция. Это казалось таким правильным.

Когда она спустилась вниз вспышка страха пронзила ее, но она задушила ее с уверенностью в долга. Она не погибла в огне, что забрал жизнь отца. А должна была. Это расставит все по своим местам.

На кухне она написала записку. Она хотела объяснить почему умирает, и зачем. Не хотела чтобы Эсме тщетно искала ее, с ложными надеждами. Чем быстрее Эсме примет смерть дочери, тем быстрее она сможет жить дальше своей жизнью. Этот новый любовник, казалось, может остаться. Это помогло бы.

Я убийца. Я не помню, как делаю это, но это должно быть я. Я не знаю, что зделало меня сумасшедшей. Это не твоя вина. Сейчас я убиваю себя ради твоей безопасности. Извини. Я люблю тебя.

Вивьен почувствовала веселость, когда писала "Я люблю тебя"-они никогда не говорили друг другу этого-но это был ее последний шанс. Она положила блокнот под любимую чашку Эсми.

Вивьен собрала бензин и спички и вышла через черный ход. Она шла через лес к реке механически, канистра стучала по бедру. Ветки хрустели, сверчки удирали от ее шагов, а ночные птицы случайно мягко вскрикивали. Шумы были хрусткими, но нереальными, как саундтрек фильма. Ей казалось, что незнакомец преследует ее через деревья в ее же теле.

Она последовала за рекой в направлении города. Она не хотела давать полиции ключ к разгадке, кто она и где жила. Она не останавливалась, пока не пришла в отрогу леса, которые рос далеко в пойменных лугах. Внутри было небольшое разрушенное здание, о одно время часть какой-то Станции санитарной комиссии.

Она забралась внутрь каменного остова и огляделась. Пивные банки и мусор валялись повсюду, и грязная красная бейсболка лежала смятая в углу. Воняло мочой. Она предположила, что люди будут держаться подальше от отсюда некоторое время после сегодняшней ночи. Небольшая мрачная улыбкой подернула ее губы. Может быть, они даже подумают, что это привидение.

"Покончим с этим",-- говорила она себе, и проигнорировала холодный укол страха от этих слов. Сначала она отпинала ногами все, что могла, в кучу в центе комнаты и пристроила спички вне пути, на блок кирпичей, чтоб не намочить их. Когда она попыталась открутить крышку бака, однако как она обнаружила, недостаточно сильно. "Это глупо, так глупо",-- думала она, нащупывая и сдавливая дрожащими пальцами крышку. Сжала зубы и заставила пальцы схватиться. Крышка поддалась с хрустом и едкий запах пронзил ночь.

Вивьен поднял канистру облить перед и задохнулась от внезапного холода. Вдыхаемые пары заставляли ее чихать опять и опять. Она хотела бросить бак на землю и сбежать, но заставила себя остаться. Когда ее глаза очистились она наклонила канистру на спину и высоко поднял ее моча волосы. Она вылила остаток бензина в мусор у ног.

"Боль не будет долгой",-- говорила она себе, ища спички, и отчаянно надеясь, что сказала правду. Она думала о похоронах викингов: пылающий драккар торжественно дрейфующий в море. Это чуток помогло.
-- Простите, все,-- прошептала она.-- Но вам будет лучше без меня.

Головка серы рассыпалась об бок коробки; спичка не зажглась.

-- Я не смогу этого сделать?-- заплакала она. Она отбросила спичку в сторону, и нащупала другую толстыми и бесполезными пальцами.

-Вивьен!

Она подняла голову и увидела мальчика и собаку, обходящих стену.

Не собаку. Облик вспенился, вытянулся и превратился в Виллема.
-- Дерьмо!-- Он зажал нос.

-- Вивиан,-- Ульф снова крикнул.-- Это была не ты.-- Его лицо было в разводах слез.

Она достаточно долго тупо смотрела на него, чтобы Виллем вырвал у нее спички.

Грэгори подошел к одной из нижних стен.

-Он идет?-спросил Уильям.

-Да,-сказал Грегори.

Затем появился Габриэль.

-- О, детка,-- мягко сказал Габриэль, вытирая промокшие волосы с ее лица.--Тебе нужна ванна.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9480/85593

Переводчики: nfdb574vkr, Angel_of_death