Готовый перевод Annette Curtis Klause "Blood And Chocolate" / Аннетт Кертис Клаус "Кровь и Шоколад": Chapter 30

Вивиан отошла от окна, боясь оторвать глаза от лица Габриэля.

Он оторвал остатки сетки одним жестким рывком.
-- Я никогда никому не рассказывал раньше, но я пришел, чтобы рассказать тебе.-- Он вошел в ее комнату.

-- Говори что хотел сказать,-- потребовала Вивиан, ее сердце бешено колотилось. Чем быстрее он расскажет, тем быстрее уйдет.

Габриэль огляделся задумчиво поглаживая нижнюю губу большим пальцем. Он сил на ее кровать. Пружины протестующе заскрипели, когда он оперся на подушки и вытянул ноги. Он слишком большой для ее комнаты; его оккупация ее кровати была слишком интимной. Вивиан подтянула полы халата ближе друг к другу.

-- Когда я впервые вышел в свет,-- сказал он,--то встретил танцовщицу в баре. Она была не в своей тарелке -- слишком образована и деликатна -- но у нее были трудные времена. Ей нужен кто-то был для защиты от слишком грубых посетителей. Я любил смотреть на ее танцы. Она была гибкой и красивой, но в ней было что-то хрупкое, наверное потому, что она не могла меняться. Просто наблюдение за ней заставляло меня чувствовать себя большим и сильным. Это заводило меня.

Вивиан опустилась в рабочее кресло. Эта история ее раздражала.

-- Я не смог удержаться подальше от бара,-- говорил Габриэль.-- Девушка стала моей одержимостью. Я сделал бы для нее все. Я удивился тому, как быстро покорил ее, потому что думал: она слишком хороша для меня. Мы стали любовниками, и я был самым счастливым, чем когда-либо. Она была нежна и увлечена, и я верил что удовлетворяю ее, но мне всегда чего-то не хватало. Это чувство мучило меня, но я не мог понять причины.

Вивиан вспомнила, как Эйден все еще целовал ее, когда она хотела его укусить.
-- Я не хочу слушать это,-- прервала она краснея.

Габриэль коротко не весело рассмеялся.
-- Несомненно не хочешь, но будешь.

Вивиан вздохнула и замолчала.

Габриэль продолжал.
-- Однако, я ее нашел, если я изменюсь самую малость во время занятий любовью, то получу больше удовольствия. Я думал, что возможно, чувствовал вину за не раскрытие правды кто я есть от любимой женщины, и эта перемена давала мне быть более честным с ней без фактического раскрытия. Но для меня сватало все труднее и трудней не меняться все время пока мы были в постели.

До сих пор, Габриэль смотрел прямо на Вивиан с торжественной напряженностью, но теперь его взгляд ушел в сторону, как будто смотрел в прошлое.

-- Потом, однажды ночью, я зашел слишком далеко и не смог вернуться.-- Мышцы на его рукавах сжались и вздулись от того, как он схватился за простыни. Голос стал резче.-- В разгаре поцелуя, она отстранилась от меня и закричала в ужасе. Это было невыносимо. Я бы понял ее страх, но логика отказала. Это был истинный я и она ненавидела меня. Мне было стыдно, что напугал ее, я был раздавлен и зол от ее отказом. Я сжал ее пока у меня еще были руки. "Это всего лишь я."--плакал.--"Я люблю тебя." Но мой рот потерял форму и еже не говорил.

-- Она кричала и назвал меня грязным животным. Ее слова разрывали мне душу. В комнате полыхала красным. Я ударил ее.

Габриэль закрыл глаза.
-- Одна из наших выдержала бы удар.

Вивиан смотрела на взлет и падение его груди, пока он боролся за контроль. Не понимая, что делает, она встала и подошла к нему.

Когда он отрыл глаза и посмотрел на нее, он казался гораздо моложе, чем прежде. "Ему всего-то 24",-- вспомнила Вивьен. Эта его уверенность в себе делала его гораздо старше.

-- Я не хотел убывать ее.-- сказал Габриэль. Его голос дрогнул.

Вивиан напомнила страх на лице Эйдена, и свое отчаяние. Она опустилась на кровать рядом с Габриэлем.
-- Я знаю, знаю.-- обняла его.

Если бы она не выбросилась из окна, то могла бы убить Эйдена.

Габриэль держал ее, положив голову на ее плечо.
-- Я сбежал с того города, и месяцы жил как бездомный. Мне было стыдно снова принять человеческую форму.

Они долго молчали, пока она гладила его по волосам. Наконец он вздохнул.
-- Спасибо тебе.

-- Ты бы мог предупредить меня,-- пробормотала она.

-- А ты бы послушалась?-- спросил он

--Нет.

Габриэль поцеловал ее в шею медленно и продуманно. Она отпрянула. Как он может выносить целовать ее, когда она такая?

Он, должно быть, догадался о ее мыслях.
-- Вивьен, ты прекрасна в любом виде.

Она покраснела.
-- Почему же мы привязываемся к кому-то их них?-- спросила она.

-- Много причин,-- рассеяно говорил он, с тоской глядя на ее губы.-- Они похожи на нас, по-крайней мере, мы иногда выглядим так, и когда мы одиноки --...

-- Но они не такие как мы,-- перебила Вивьен.

-- Они не обращаются,-- сказал Габриэль, переведя взгляд с ее губ на глаза.-- Но я не верю, что у них внутри не зверя. В некоторых он закопан так глубоко, что его не откопать; в других он шевелиться, и если человек не дает ему высказываться, то он искажается, гниет и проявляется дурным образом. Они не в состоянии меняться, но по-прежнему могут быть тварями в своих кошмарах. Благословение, что можем изгонять этих демонов. А иногда это наше проклятье.

-- Ты об этом много думал,-- сказала Вивьен. Она приняла все его действия, приказы, высокомерие.

Он взял ее за руку. На этот раз она не отстранилась.

-- Но они не могут любить нас,-- сказала она.-- Не тогда, когда знают кто мы. Что это за легенда? Оборотня может убить серебряной пулей тот, кто любит его. Думаю, Эйден не любил меня. Я не умерла.

Габриэль сжал ее руку.
-- Глупая девочка. Он не любил Рейфа, и Рейф ясен черт мертв. Его рука дрогнула когда он стрелял в тебя, и мы вовремя вытащили пулю до твоего отравления.

-- Да-а? А почему я затрясла?

Он притянул ее к себе и поймал в объятья.
-- Ты правда ведь не понимаешь?

-- Понимаю что? -- споила она, безуспешно пытаясь вырваться.

-- Это твой выбор,-- сказал Габриэль, уткнувшись носом ей в ухо.-- Ты делаешь это сама. Если захочешь, то сможешь измениться. Расслабься. Отпусти это.

-- Нет, я не могу,-- сказала она, паника дрожала в ее голосе.

-- Да, можешь,-- он хрипло настаивал.-- И я знаю как помочь тебе.
Его губы обрушились на нее.

Она удивилась интенсивности поцелуя. Он послал быструю молнию через нее, и он открыла рот без раздумий. Он тщательно пробовал ее на вкус, язык ласкал ее, требуя ее ответа, и ее руки запутались в его волосах, не давая ему останавливаться, ее нос заполнил его пряный темный запах.

Такого поцелуя она жаждала. И Эйден не мог его ей дать. Габриэль прикусил ее губу, а она вздохнула и снова накрыла его рот своим. он был мокрым и резким, сочным и пульсировал жизнью. Он был сладкой кровью после долгой охоты. И как она ошибалась целуя Эйдена для этого? Они были восхитительны и мягки как краткое утешение шоколадом, но их никогда не было достаточно.

Габриэль притянул всю ее, чтобы она легла на кровать рядом с ним. Его поцелуи опустили ее в забвении на матрац, пока ее руки исследовали его грудь, плечи и лицо.

-- Я хочу положить мое убийство к твоим ногам,-- сказал он, более простонав это, и крепко ухватился за ее волосы помечая ее шею.

Она извивалась под ним. Хотела укусить его, сорвать плоть с его спины, но самое страшное из этого всего: она не хотела, чтобы он остановился. Ее спина выгнулась, ее тело разрушалось, она выла. Габриэль отбросил себя. Она боролась со спутанными простынями и одеждой, барахталась, и упала с кровати на всех четырех.

Она издала вопль изумления, потом повернулась по кругу, пытаясь взглянуть на себя.

Габриэль сидел смеясь. Его волосы отросли космами, а зубы что он показывал были дикими. Он пах замечательно.

-- Вивьен,-- сказал он, со скрежетом в глубоком голосе.-- Когда мы любим кого-то мы хотим нашего любовника видеть другом и в коже и в мехе. Мы ничего не можем сделать, кроме как раскрыть себя в нашем гуманном выборе.

Вивьен дрожала. А если перемена только в одну сторону? Желчь страха поднялась с желудка. Она должна была доказать, что она действительно освободилась. Зажмурила глаза, снова перешла в человеческую форму -- и это было так легко, как дыхание. Она немного пошатнулась от избытка усилий.

-- Это только был вопрос времени,-- сказала она, не желая его правоты, но еще желая его.

Габриэль нежно улыбнулся.
-- Нет. Думаю ты только что доказала, что хочешь меня.

Он потянулся к ней и снова поцеловал, его когти прошлись вдоль ее спины, и ее ноги растеклись, на этот раз не от перемены облика.

-- Почему я?-- спросила она, держась за него.

-- Потому что ты заботишься.-- прошептал он.-- Ты так сильно заботишься о своем народе, что это разбивало твое сердце видеть развал стаи. Так сильно заботилась о матери, что рискнула своей жизнью ради нее. Ты заботилась достаточно, чтобы спасти тех, кто хотел твоей смерти. И потому, что вы идешь, как королева. И только потому, что у тебя красивый изгиб шеи.

Габриэль снял рубашку. Он бросил ее за собой.
-- Выйди со мной под звезды,-- сказал он.

если она уедет с ним теперь, ее мир измениться навсегда. Она будет связана обязательством всю жизнь, как и ее отец.

"Как мой отец",-- подумала она, затем поняла.--"это то что я обязана ему. Это то, что я сделаю для него."

--Не виляй еще хвостом , женщина-волк, -- сказала она скрывая свой страх и желание.-- Ты откусила слишком большого кролика, что не можешь прожевать его.

Она последовала за ним через окно, кровь пела в ее жилах.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9480/85598

Переводчики: nfdb574vkr