Готовый перевод Chloe Neill - SOME GIRLS BITE - A Chicagoland Vampires Series. / Хлоя Нейл - НЕКОТОРЫЕ ДЕВУШКИ КУСАЮТСЯ - Чикагские Вампиры.: Глава 7

Во имя чего?

– Яйца, – как оказалось, это означает жирный вкусный завтрак. После того, как я приняла душ и оделась в свою уличную одежду, мы с Мэллори последовали за Катчером и Джеффом в поистрепавшийся, крошечный, алюминиевый вагон-ресторан, расположенный в тени метрополитена коммерческого района. Электрическая синяя неоновая вывеска «Молли» мерцала в одном из круглых окон.

Оказавшись внутри, мы расположились в кабинке и изучили рассматривать меню исключительно для завтрака. После того как официантка одетая в клетчатую униформу приняла у нас заказ – яйца, колбаса и прожаренные тосты – мы погрузились в тишину, которую омрачали только пристальные, ревностные взгляды которыми обменивались Мэллори и Катчер.

Когда несколько минут спустя нам принесли полные тарелки с нашим завтраком, я накинулась на колбасу. Я мгновенно засунула три куска в рот и искоса посмотрела на Мэллори, которая передала мне четвертый.

Катчер усмехнулся.
– Ты жаждешь белка.

– Как и приключений, – вставил Джефф, усмехнувшись своей хищной улыбкой. И это заставило меня задуматься.

Я грызла край своего тоста.
– Джефф, в какое животное ты изменяешься?

Они обменялись осторожным взглядам с Катчером, я догадалась, что я сделала еще одну сверхъестественную оплошность. Я все твердила себе, что мне нужна книга-путеводитель. Черт – уж лучше написать ее, раз на то пошло.

– Я снова спросила что-то не то? – Спросила я, снова кусая колбасу, общественность явно не разделяла моего аппетита.

- Спрашивать о чьем-то животном, в которое он обращается эквивалентно тому, чтобы ты взяла линейку и попросила бы парня вытащить член, чтобы измерить его, - сказал Катчер.

И кусок застрял у меня в горле. Я задыхалась, пришлось проглотить полстакана моего апельсинового сока, чтобы отдышаться.
- Все нормально, - сказала я, отмахиваясь от Мэллори. - Я в порядке. - Я робко улыбнулась Джеффу. – Извини.

Он улыбнулся мне.
- О, я не обиделся. Я могу показать тебе. Я думаю, что ты будешь довольна.

Я подняла руку.
- Нет.

Джефф абсолютно невозмутимый, пожал плечами и набил полный рот яиц.

Катчер отхлебнул свой кофе, затем макнул уголок тоста в остатки клейкого яичного желтка в своей тарелке.
- У тебя есть легкий способ исправить свое невежество, ты знаешь.

— Какой же? — спросила я, отодвигая тарелку.
Я проглотила пять ломтиков колбасы — три своих и еще два, одолженные у подруги, — три яйца и четыре тоста и едва утолила голод. Но две тысячи калорий вкупе с жирами, углеводами и белком были моим пределом для одного приема пищи. Попозже я устрою себе еще один завтрак, после открытия «Джордано» или до закрытия супермаркета. Хот-дог и жареная картошка — звучит совсем неплохо.

— Читай «Канон», — ответил Катчер, прервав мои гастрономические мечтания. — Это лучший источник информации о сверхъестественном мире, включающий все то, что ты уже должна бы знать о вампирах. Не зря же они оставили тебе этот экземпляр.

Я побарабанила пальцами по столу — прогнала видение огромного бургера с голубым сыром — и поморщилась.
— Да, конечно, но я так занята в последнее время — выслушиваю угрозы, дерусь со своим мастером, а теперь еще и тренируюсь.

- У тебя наконец есть повод купить этот «Блекберри», - заметила Мэллори, потягивая свой апельсиновый сок из пластиковый стакан с ромбовидным тиснёным узором Я сердито посмотрела на нее, затем перевела взгляд на Катчера и моргнула ресницами.
- Итак, что же это за история с Мэллори?

Мэллори зарычала. Катчер проигнорировал ее.
— Теперь, когда она была идентифицирована, Орден свяжется с ней. Она получит свое обучение, ей будет назначен наставник — не я, — пояснил он, посмотрев на нее, — и ей будет предложено принести клятву, что она никогда не использует магию для сил зла — он приложил руку к сердцу — только во имя добра.

- Это то, что ты сделал? - Спросила я его. - Использовал магию для зла, а не добра?"

- Нет, - все, что он сказал, бросая свою салфетку на тарелку.

- Почему сейчас? - Спросила Мэллори. - Если я настолько сильна, почему интерес ко мне появился только сейчас? Почему меня не идентифицировали раньше?

- Половая зрелость, - сказала Катчер, расслабленно откидываясь назад в кабинке. - Ты только что вступила в свои силы.

Я фыркнула от смеха.
- А ты думала, что странные волосы на теле и прыщи, были концом этого.

Мэллори пихнула меня локтем в живот.
- Какими силами? Это не так, как если бы я там, размахивала волшебной палочки или что-нибудь в этом роде.

- Власть колдуна не работает так. Мы не колдуем заклинаниями – никаких чар, никаких рецептов, никаких котлов. Мы не должны взывать к ней или просить ее. Мы не вытягиваем ее через палочки или комбинацию слов и компонентов. Мы вытаскиваем ее через наш организм, просто силой собственное желание. – Катчер согнул большой палец в мою сторону. – Она хищник, генетически измененный человек, ограниченная магией. Ее магия случайна; вампы замечают ее больше, чем люди, имеют большее понимание, чем людей, но не могут управлять ей. Мы сосуд магии. Мы держим ее. Управляем ей. Защищаем ее.

Глядя на озадаченное лицо Мэллори, Катчер сказал:
– Послушай, разве за последнее время не было такого, чтобы ты чего-то захотела, а потом получила? Чего-нибудь непредвиденного?

Мэллори нахмурилась и задумчиво отправила в рот последний кусочек колбасы, провожаемый, как я заметила, алчным взглядом Джеффа.

– Ничего не могу придумать. – Она посмотрела на меня. – Что-нибудь чего я захотела и получила?

И тут до меня дошло:
– Твоя работа, – ответила я. – Ты сказала Алеку, что хочешь у него работать ¬– на следующий день, ты получила работу.

Мэллори побледнела, и повернулся к Катчеру.
- Правильно ли это? – На ее лице отразилась печаль, возможно, беспокойство по поводу возможности того, что она получила работу в «Мак-Гетрик» не из-за ее квалификации или творческого потенциала, а потому, что она заставила это произойти, результат некоторой сверхъестественной силы, которой она могла бы щелкнуть, как выключателем.

– Возможно, – сказал Катчер. – Что еще?

Мы нахмурился, рассмотрел.
- Хелен, - сказала Мэллори. - Я хотела, чтобы она вышла из дома - Злобно. Я открыла дверь и сказала ей, чтобы она вышла, и пуф, она на уже крыльце. - Она смотрела на Катчер. - Я думала, что если приглашение вампира отменить, то его высосет?

Катчер покачал головой, выражение его лица излучало безмолвную озабоченность. Они бы хорошо подошли друг другу, решила я. Ее энергия, экспрессивность, импульсивность, творческий потенциал, против его умной задницы.

- Они уходят в соответствии с правилом, по парадигме. Не магией. Это было твоих рук дело.

Мэллори кивнула и положила колбасу на тарелку.

– Ты можешь попробовать, если хочешь. Прямо сейчас, пока я здесь.- Голос Катчера был мягкий и задумчивый. Мэллори уставилась на стол, облизывая губы. Наконец, после долгого молчания, она подняла голову.

– Что мне делать?

Катчер кивнул.
- Пойдем, - сказал он, засовывая руку в карман джинсов. Он вытащил избитый черный кожаный бумажник, затем вынул наличные деньги из него и положил их на стол. После того, как он наклонился вперед, чтобы засунуть бумажник обратно, он встал со своего места в кабинке и протянул Мэллори руку. Она сделала паузу и посмотрела на него, но позволила ему помочь ей встать и выйти. Они направились к двери.

Джефф допил свой апельсиновый сок, потом поставил пустой стакан на стол и мы вышли следом за ними.

Снаружи дождь, наконец, закончился. Катчер по-прежнему вел Мэллори за руку, за ресторан. Мы с Джеффом обменялись взглядами, но поспешили за ним.

Катчер провел ее приблизительно один многоквартирный дом, пока они с Мэллори не остановились под веткой метрополитена, он повернул ее так, чтобы они стояли друг против друга. Джефф остановился в пяти ярдах от них и потянул меня за руку, чтобы остановить меня.

- Достаточно близко, - прошептал он. - Дай им пространство.

- Дай мне свои руки, - слышала я, что Катчер сказал ей, - и смотри мне в глаза.

Она колебалась, но протянула руки, ладонями вверх.

- Ты канал, - сказал он. - Проводник энергии, власти. - Он протянул свои руки над ее ладонями вниз, оставляя немного пространства между ними.

На мгновение были слышны только звуки города. Движение города. Разговор ниже по улице. Глухой стук басовой партии хип-хопа. Капающая вода с железнодорожной колеи над нами.

- Подожди, - прошептал Джефф. - Наблюдай за их руками.

Это произошло одновременно, грохот поезда наверху и свечение, которое начало собираться в пространстве между их протянутыми пальцами.

Глаза Мэллори расширились, а потом Катчер сказал что-то и поднял глаза. Они смотрели друг на друга, Катчер что-то ей рассказывал, чего я не слышала сквозь звуки сливного колодца и грохота метрополитена.

Свечение возросло, превратившись в сферу, золотой шар света между ними.

Цепь завершила проход, и настала внезапная тишина, как в вакууме звука.

- Я это чувствую, - сказала Мэллори, она уставилась на свои руки и свет между ними.

- Что ты чувствуешь? – Спросил Катчер.

Она подняла на него глаза, их лица освещались светом.

Химия, подумала я, мои губы изгибались в улыбке со смесь радости и удивления на ее лице.

- Магия, - прошептал Джефф рядом со мной.

- Все, - ответила Мэллори.

- Закройте глаза, - сказал Катчер. - Вдохните это.

Она неохотно кивнула. Ее веки опустились, а потом она улыбнулась. Шар рос, охватывая их руки, тела, пока он не превратился в желтый пузырь света, охватив их целиком. Воздух наэлектризовался, ветер магии развевал мои челку и свободно висящие волосы Джеффа.

И затем с хлопком, все исчезло, ровный желтый туман рассеивается в воздухе вокруг них.

Мэллори и Катчер, по-прежнему с вытянутыми руками смотрели друг на друга.

- Совсем неплохо.- Он оторвал от нее глаза.

— Мелл, можно подумать, у тебя когда-нибудь было лучше.

Я радостно ухмыльнулась. Это по-прежнему моя подруга, несмотря на всю ее магию. Уверена, теперь с ней все будет в порядке.

Они расцепили свои руки и вернулись к нам.

- Итак, что же, черт возьми, это, собственно говоря?

Катчер едва взглянул на меня:
— Самые необходимые основы, вампир. Но тебе это сейчас совершенно ни к чему.

Магическая демонстрация закончилась, мы отправились обратно к блоку, на котором мы оставили наши автомобили, мой коренастый Вольво, хипстерский седан Ловца, и старый хэтчбек Джеффа.

- Какие Планы? Спросил Катчер.

Джефф усмехнулся.
- В пятницу вечером, я пойду рано работать, и я хочу поговорить с этой милой малышкой из Буффало. Она блондинка и соблазнительная во всех нужных местах, поэтому я должен вернуться домой и выйти в Интернет. - Он толкнул Катчера локтем. - Да, К.Б.?

- Я говорил тебе, не называй меня так.

— Ну, знаешь, у каждого из нас свои слабости. Сам понимаешь.

Катчер пристально смотрел на Джеффа.
- Я не знаю, Джефф. Я действительно, не знаю. - Но когда Джефф начал объяснять, Катчер поднял руку. – И меня это не интересует. – Он смотрел на Мэллори и меня. - Планы?

Мы покачали друг другу головами.

- Есть клуб на Северной Стороне, который выглядит круто. - Катчер вытащил листок из кармана. Он был похож на тот, который остался у меня под дворником, когда моя машина была припаркована у Кадоган, реклама «Ред». - Это не слишком далеко от спортзала.

Я указала на нее.
- Я тоже получила один из таких. Они должны быть завернули город в бумагу.

Катчер пожал плечами, сложил листок и сунул ее обратно в карман.
- Никто не хочет танцевать?

- О, Господи, - пробормотала Мэллори.

— Потанцевать? — переспросила я. — Мне надо переодеться, и я могу потанцевать.
Я в любой момент могла танцевать. Ноги меня никогда не подводили.

Мэллори задумчиво натянула языком щеку и с притворным раздражением посмотрела на Катчера:
— Прекрасно, Гэндальф. Ты решил окончательно ее вымотать, а мне ее надо будет как-то прокормить. Ты не хочешь мне помочь?

Катчер ей улыбнулся, и, хотя улыбка была предназначена не мне, она оказалась достаточно жаркой, чтобы и у меня загорелись щеки.
— Я Катчер, а не Гэндальф, ладно?

После удара она кивнула и румянец выступил на ее щеках.

Мэллори, немного подумав, кивнула, и на ее щеках вспыхнули алые пятна.
Я бы на ее месте, наверное, потупила бы взгляд.

– Я позволю вам двоим иметь дело с ним, – сказал Джефф, и открыл двери своего хэтчбека. – Получайте удовольствие от танцев. А если вам надоест, позже, – он выгнул свои брови, – позвони мне. – Он подмигнул, а затем сел в машину и уехал.

- На днях, я собираюсь поцеловать его только ради интереса, - сказала я Мэллори, когда мы шли к Вольво.

— Надо было сделать это прямо сейчас. Ему хватило бы радости на весь уик-энд.

Я обошла вокруг машины и открыла дверь.
- Но его симпатичная блондинка пропустила бы это. Так не должно быть.

Мэллори кивнула.
- Верно. Ты такая щедрая.

Я скользнула на водительское место, открыла вторую дверцу и стала ждать, пока Мэллори о чем-то договорится с Катчером. Вероятно, они решили какую-то проблему, и раскрасневшаяся Мэллори наконец села в машину. Я уже хотела спросить, о чем шла речь, но передумала, заметив непроизвольное прикосновение пальцев к губам. Подавив смешок, я завела двигатель и свернула в сторону дома.

Катчер на своей машине проехал с нами до Уикер-парка. Пока мы выбирали наряды, он устроился на диване перед телевизором. Мы обе вышли из своих комнат в стильных джинсах, в туфлях на высоких каблуках и пикантных, подходящих для клубной вечеринки топах. На мне был черный топик с белыми крапинками и короткими рукавчиками, купленный при распродаже коллекции. Мэллори выбрала топ без рукавов, но с высоким воротом и длинным серебристым галстуком.

— Отличная блузка, — заметила она, дотрагиваясь до рукава, когда мы спускались вниз. — Похоже, ты решила сменить стиль.

На этой неделе я уже достаточно наслушалась замечаний по поводу манеры одеваться, что, в общем-то, и не удивительно для девушки, которая задумывается лишь о сочетании цветов, когда надевает одну маечку поверх другой. Я не слишком следила за модой, к большому разочарованию матери. И Мэллори... И Этана.

Но я все равно поблагодарила подругу и тотчас отыгралась, наблюдая, как по пути в гостиную ее тонкие пальчики бессознательно поправляют распущенные по плечам волосы.

— Я уверена, твоя прическа ему нравится, — поддела я подругу, потом взяла ключи и вместе с кошельком положила в маленькую сумочку на длинном ремне.
Мэллори в ответ показала мне язык. Мы окликнули Катчера — он с виноватым видом выключил «Канал чрезвычайных происшествий» — и вышли из дому.

Клуб располагался в отдельно стоящем трехэтажном кирпичном здании, в котором, судя по внешнему виду, могли помещаться художественные студии. На такую мысль наводили три ряда высоких полукруглых окон с затейливыми барельефами наверху. Оставив машину на боковой улочке, мы подошли ко входу и услышали тяжелое уханье басов, проникавшее сквозь стены. У двери стояла небольшая очередь, но охранник — выбритый наголо, в черной футболке и камуфляжных штанах — замахал нам своим блокнотом.

— Нас нет в списке, — предупредил его Катчер.

- Имена? - Как бы то ни было спросил он, его голос был твердый и глубокий.

Вышибала сосредоточенно нахмурился и стал листать свой блокнот. Но затем поднял взгляд к небу и кивнул. Как я догадалась, он прислушивался к распоряжениям, передаваемым в маленький наушник. Наконец охранник отступил в сторону и жестом пригласил нас пройти.

Очень странно, но кто мы такие, чтобы спорить с охраной?

Мы вошли в зал под мощный басовый грохот, от которого у меня внутри все завибрировало. Но, несмотря на слишком громкую музыку, здесь было приятно находиться: интерьер шикарный, элегантный. Напитки подавали в огромном баре с зеркальной задней стенкой, расположенном вдоль передней стены, а вдоль боковых стен, под обрамленными портьерами зеркалами, тянулись обитые красной кожей скамьи и стояли низкие столики. Миниатюрные лампы на столах отражались в бесчисленных зеркалах и придавали заведению облик европейского кафе. Сбоку от бара вверх уходила кованая винтовая лестница, а у задней стены виднелась небольшая, до отказа заполненная танцевальная площадка. И клиентура клуба была под стать интерьеру — шикарно одетые пары сидели на скамьях вдоль боковых стен и болтали, потягивая мартини и коктейли. Почти все посетители обладали весьма привлекательной внешностью, и я сразу отметила множество сумочек от Луи Виттона, туфли от Маноло Бланик, тщательно уложенные прически и костюмы от лучших портных.

Некоторые из них, я знала, были вампирами. Я не понимала, откуда я это знала — хотя тот факт, что все они, к тому же, необычно привлекательные, было верной наводкой. У них только была необычная энергия, необычный смысл о ней. И здесь они, потягивали напитки за десять долларов, флиртовали, и двигались под музыку как люди.

Катчер взял у нас заказ на напитки - водка с тоником для Мэл, джином и тоником для меня - в то время когда мы направились последнему свободному зеркальному столику. Мы проскользнули к стене, оставляя место с края для Катчера.

- Великолепное место, - Мэллори кричала через шум, рассматривая помещение. - Я не могу поверить, что мы не были здесь раньше.

Я кивнула, глядя на двигающихся людей на танцполе, забирая напитки у Катчера которые он передал нам, когда вернулся. Одна песня закончилась, и мгновенно началась другая, вступительный ритм «Истерии» группы Мьюз разнеся по клубу. В нетерпении потанцевать, я сделала быстрый глоток своего напитка и схватила Мэллори за руку, таща ее на танцпол. Мы двигались сквозь толпу, найдя свободное пространство в давке дизайнерски одетых тел, и начали танцевать. Мы перемещались, двигались, покачивая бедрами и руками, и позволяли музыке накрыть нас, поглотить, выкинуть все заботы из головы в такт бушующего синтезатора. Мы остались на танцполе эту песню и еще, и еще, и еще одну, прежде чем начали прокладывать путь обратно через тела на наши места, чтобы отдохнуть и попить. (И мы оставили Катчера, охранять наши кошельки, поэтому мы чувствовали себя немного обязанными, чтобы вернуться назад.)

Мэллори скользнула на стул рядом с ним, наполняя его информацией о ее сказочным танцем, его глаза светились весельем, поскольку она разговаривала с жизненным воодушевлением, убирая свои волосы за уши, поскольку она говорила. Я потягивала свой коктейль и выпила воду, которая ждала нас.

Внезапно, песня закончилась, и клуб стал тихим, как раз когда стробоскопы сверкали вокруг нас. Дымка тумана потекла вокруг наших ног, прелюдия к зловеще звучащей атмосфере «Рамалама» Роши́н Мёрфи, которая начала разливаться по помещению. Люди на танцполе клуба, которые остановились дрожа между песнями, ожидая сигнала чтобы снова начать двигаться, радостно кричали, и опять начали толкаться под музыку.

Мы отдыхали в течение нескольких минут, болтая ни о чем конкретно, когда Катчер забрал напиток из рук Мэллори и поставил на стол, и повел ее на танцпол. Когда она обернулась на меня, шок излучало ее лицо, что он имел наглость ожидать, что она последует за ним беспрекословно, я подмигнула ей.

Я катала лед в своем стакане с джином с тоником, наблюдая, как Мэллори краснеет, когда Катчер качнулся к ней, когда голос рядом со мной, вдруг спросил:
- Хорошая песня, не правда ли?

Подняв голову, я с удивлением увидела рядом на скамье улыбающегося молодого человека; его рука уже лежала у меня за плечами на спинке скамьи. Темно-каштановые, слегка вьющиеся волосы были коротко подстрижены и красиво оттеняли высокие скулы, подбородок с ямочкой и щеки, покрытые короткой двухдневной щетиной.

Но больше всего мое внимание привлекало не его лицо целиком, а глаза. Его взгляд учащал пульс. Глаза казались совсем темными и словно прятались под длинными густыми ресницами. Он смотрел на меня из-под этих ресниц, слегка маскирующих огоньки соблазна. Ресницы медленно поднялись, затем опустились и снова приподнялись.

Мистер Сексуальные Глазки был одет в черный кожаный пиджак — элегантный покрой, стоячий воротник, превосходное качество — и черную рубашку, тесно облегавшую его стройный торс. На запястье поблескивали часы на широком плетеном кожаном ремне. Все вместе создавало облик мятежного, опасного горожанина, очень подходивший для вампира. А он определенно был вампиром.

— Песня отличная, — ответила я, закончив осмотр и кивнув в сторону танцплощадки. — И гостям очень нравится.

— Это очевидно, — кивнул он. — Но ты не танцуешь.

- Я взяла передышку. Я была там почти час, - сказала я ему, почти крича, чтобы он мог слышать меня сквозь звуки пульсирующей музыки.

- О? Любишь танцевать, не так ли?

— Это мое основное занятие. — Я махнула рукой, едва прислушавшись к своим словам. — Нет, я не это хотела сказать. Просто я очень люблю танцевать.

Он засмеялся и поставил на столик бутылку с пивом.
— Не хотел лишать тебя возможности посомневаться, — сказал он и окинул меня открытым взглядом.
Его глаза оказались не карими, как я сначала подумала, а темно-синими с крошечными золотистыми крапинками.

И вдруг в голове возникла неожиданная мысль: когда он наконец меня поцелует, глаза вспыхнут, станут еще глубже и по краям радужки засверкают серебром

Стоп. Когда он меня наконец поцелует? Господи помилуй, откуда это взялось? Я прищурилась, стараясь догадаться, как ему это удалось.

Я прищурилась и пристально посмотрела на него, чувствуя, что это обман.
- Ты пытаешься меня очаровать?

- Почему ты спрашиваешь? - Выражение его лица было невинным. Слишком невинным, но в любом случае уголок моего рта дернулся.

— Потому что мне не интересно знать, как меняют цвет твои глаза во время поцелуя.

Он широко усмехнулся:
— Так, значит, ты размышляла о моих губах?

Я возмущенно закатила глаза, а он расхохотался, поднял бутылку с пивом и сделал глоток.
— Знаешь, ты наносишь раны моему эго.

Я одобрительным взглядом окинула его фигуру, по крайней мере ту часть, что возвышалась над столом.
— Я в этом сомневаюсь, — возразила я и для вдохновения глотнула еще немного коктейля.
Брошенный на зал взгляд подтвердил мои подозрения в том, что немало женщин — и несколько мужчин — имели повышенный интерес к сидящему рядом со мной парню. Принимая к сведению столь неприкрытое внимание — и мой талант попадать в неловкие положения, — следовало предположить, что передо мной вампирская знаменитость, которую положено знать. Опасаясь попасть впросак, я не стала задавать прямых вопросов, а решила постепенно довести дело до знакомства.
— Ты часто здесь бываешь?

Он облизнул губы и на мгновение отвел взгляд, и опять посмотрел на меня, дико ухмылялся, как будто он знал, особый секрет.
- Я здесь довольно часто. Я не помню, чтобы я видел тебя раньше.

- Это мой первый раз, - призналась я. Я кивнула головой в сторону Мэллори и Катчера, которые качались на краю толпы, их тела прижимались к друг другу ниже пояса, руки друг у друга на бедрах. Быстрая работа, подумала я, улыбаясь Мэллори, когда она попалась на глаза.

- Я здесь с друзьями, - сказала я ему.

- Ты новичок - недавно созданная, я имею в виду.

- Четыре дня. А ты?

- Это невежливо спрашивать кого-нибудь о его возрасте.

Я рассмеялась.
- Ты только что сделал это!

- Да, но это мое место. - Этим объяснило таинственной улыбкой, но так как я ничего не знала о клубе, это не объяснило мне о том, кем он был.

- Я могу предложить тебе выпить?

Я подняла наполовину полный коктейль в руке. – У меня все хорошо. Но все же, спасибо.

Он кивнул и отпил своего пива.
- Как ты находишь вампирдом?

- Если бы это был дом, - ответила я после серьезного рассмотрения, - я назову это недвижимостью, нуждающаяся в ремонте.

Он фыркнул, а затем закрыл нос тыльной стороной ладони, скользнув на меня удивленным взглядом. Это заставило меня улыбнуться, что даже симпатичные мальчики вампиры могут шмыгнуть носом пива.
- Хорошо сказано.

Я улыбнулась ему.
- Стараемся. А как ты находишь вампирдом?

Он скрестил руки, прижав бутылку к груди, и бросил на меня оценивающий взгляд.
— Здесь дают неплохие чаевые.

— А что еще? Я уверена, у тебя имеются и другие интересы.

Он прикинулся расстроенным:
— Я стараюсь показать себя с наилучшей стороны.

— Тогда страшно представить, что может оказаться на другой стороне.

Он опустил руку на мое плечо и придвинулся ближе, отчего кожу начало покалывать, словно искорками. Свободной рукой он обвел пространство перед нами:
— Представь пустыню, в которой нет ничего, кроме астрологических координат и сомнительных стишков. Вот до чего ты собираешься меня довести.

Я с шутливым сожалением приложила руку к сердцу:
— Мне очень жаль это слышать, но еще больше жаль тех женщин, которым ты это говоришь.

- Ты убиваешь меня.

- Ох, не возлагай ответственность за это на меня, - сказала я смеясь. - Это факт, который нужно доработать.

- О, я обвиняю тебя, - сказал он мрачно. - Я собираюсь умереть одиноким человеком…

- Ты бессмертен.

— Я обречен на бесконечно долгое одиночество, — поправился он, слегка опустив плечи, — потому что ты слишком критично отнеслась к моим усилиям.

Я похлопала его по руке, ощутив под одеждой твердые мускулы, и отметила, что щеки у меня вспыхнули.
— Послушай, ты настоящий красавчик. — И это еще слабо сказано. — Тебе не требуется никаких усилий. Здесь наверняка найдется тоскующая женщина, которая только и ждет, когда ты к ней подойдешь.

Он вонзил воображаемый кинжал себе в грудь.— Красавчик? Это поцелуй смерти! И ты думаешь, что я не заслуживаю никого другого, кроме тоскующей женщины?Он испустил вздох разочарования, но эффект был смазан насмешливым подергиванием губ. Поставив бутылку на стол, он поднялся. Я решила, что смогла отпугнуть его, но вдруг увидела протянутую руку. Я вопросительно подняла бровь

- Так как ты меня ранила, я полагаю, что ты должна мне танец.

Его тон исключал всякие обсуждения, сомнения и колебания. Интересно, все мужчины-вампиры так устроены, что не допускают даже возможности осуждения своих действий? Это претит их властности? А может, дело в его положении? Судя по тому, что я слышала о занятости одного из мастеров, это не мог быть Скотт Грей, глава Дома, носящего его имя. Но кем бы ни был этот вампир, в нем чувствовалась та же концентрация воли, как и у Этана. Он явно занимал высокое положение, к какому бы из Домов ни принадлежал.

А я всего-навсего скромный новичок. Скромный и одинокий новичок. Поэтому я встала и приняла его руку.

— Отлично, — кивнул он, блеснув глазами.
Он переплел свои пальцы с моими и повел к танцевальному пятачку, что дало мне возможность продолжить оценку. Парень оказался на пару дюймов выше меня, вероятно ровно шести футов ростом. Нижняя часть его тела ни в чем не уступала верхней — темные вытертые джинсы прекрасно обрисовывали длинные ноги, касаясь черных ботинок, а широкий кожаный ремень удерживал брюки на стройных бедрах. Но больше всего мне понравились ягодицы, разумеется. Этот парень мог стать ходячей рекламой «Дизеля».

Отыскав для нас свободное пространство, он положил мои руки себе на шею, сам облапил мои бедра и начал двигаться в ритме с музыкой. Он не пытался делать сложных танцевальных движений — ни поворотов, ни наклонов, никаких демонстраций мастерства. Но он прижимался бедрами ко мне при каждом такте, и с лица не сходила легкая усмешка. Немного погодя он провел по губам языком и наклонился. Я решила, что он хочет меня поцеловать, и слегка отклонилась, но вместо этого он заговорил, едва не касаясь губами уха:— Спасибо, что не отказалась со мной потанцевать. Иначе мне пришлось бы тайком убегать из собственного клуба.

— Я думаю, твое эго вряд ли бы пострадало. В конце концов, ты же большой и сильный вампир.

Он коротко рассмеялся:
— Мне кажется, что «Вампирдом» почему-то не произвел на тебя особого впечатления, так что я не был уверен, что он станет мне хорошей рекомендацией.

— Это справедливо, — согласилась я. — Но у тебя действительно отличные... ботинки.

Он недоуменно моргнул и уставился на свои ноги:
— Они просто стояли в моем гардеробе.

Я фыркнула и подергала его за рукав пиджака:
— Сознайся, что на самом деле ты целую неделю выбирал свой наряд.

Он весело рассмеялся, запрокинув голову:
— Сознаюсь. Я действительно очень внимателен к своему внешнему виду. — При этом он потрепал рукавчик моей блузки. — Зато посмотри, что мне это принесло.

Я не нашлась с ответом, поэтому просто улыбнулась его комплименту. Он тоже улыбнулся, снова положил руки мне на бедра, а я обняла его мускулистые плечи, и мы продолжили танец. Потом музыка сменилась, стала жестче и ритмичнее, а мы все танцевали молча, сосредоточенно вместе с остальными посетителями клуба.

Вскоре я поняла, что вибрацию в моих костях вызывает не только громкая музыка; его совершенное тело само по себе излучало осязаемые волны силы. Он был не просто вампиром, а весьма могущественным вампиром.

Музыка вновь изменилась, и он наклонился вперед. "Что если я попрошу твой номер телефона?

Я усмехнулась глядя в него.
– Разве тебе не хочется сначала узнать мое имя?

Он задумчиво кивнул.
- Это вероятно важная информация.

- Мерит, - сказал я ему. – А ты?

Он отреагировал совсем не так, как я могла бы ожидать. Веселье словно рукой сняло, и он застыл на месте. Его руки отпустили мои бедра, а я бессознательно отдернула свои руки от его плеч.

- Морган. Наварра. Второй. Из какого ты Дома?

Это объясняет, вибрации его силы. У меня было плохое предчувствие на счет его реакции на мой ответ, но я все равно предложила для эксперимента:
- Кадоган?

Сначала он молчал, а потом спросил:
- Как ты сюда попала?

Я уставилась на него.
- Что?

— Как ты сюда попала? Это мой клуб. Как ты прошла?
В его глазах сверкнула сталь, и я поняла, что конфетно-букетный период закончился, не начавшись. А потом вспомнились слова Катчера о том, что на вампиров Кадогана косо смотрят из-за их привычки пить кровь непосредственно из людей.

Я всматривалась в его лицо, пытаясь определить, не в этом ли причина его гнева — в непонятной мне дискриминации среди вампиров.
— Ты шутишь?

Он схватил меня за руку и дернул меня через танцующих и от танцпола. Когда мы вышли с танцпола, он заставил меня остановиться и посмотрел на меня.
- Я спросил, как ты вошла сюда.

- Я вошла через парадную дверь точно так же как все остальные. Ты просто скажи мне, что случилось?

Не успел он ответить, как появились четверо охранников, а вместе с ними Селина Дезалньер, самая известная в Чикаго вампирша. При близком рассмотрении она оказалась такой же красивой, какой выглядела на экране телевизора. Эта женщина словно сошла со страниц комикса — стройная фигурка с длинными ножками, осиной талией и пышным бюстом. Длинные волнистые черные волосы прекрасно оттеняли яркие голубые глаза и фарфоровую кожу. Одежда прикрывала лишь незначительную ее часть — короткое облегающее атласное платье цвета шампанского, с замысловатыми складками на лифе. Наряд дополняли туфельки на высоченных каблуках.

На меня она взглянула с нескрываемым презрением:
— Кто это?
Ее тягучий медоточивый голос подействовал даже на меня, несмотря на то что я никогда не испытывала склонности к однополой любви. На мгновение меня охватило непреодолимое желание броситься к ее ногам и вымаливать прощение, подползти ближе, чтобы коснуться рукой ее кожи, которая, как я знала, будет нежной, как шелк. Хоть и с запозданием, я распознала очередную попытку вампира Наварры меня очаровать и собралась с силами. Мэллори и Катчер тоже уже подошли и встали рядом, и их присутствие ободрило меня и укрепило мое сопротивление. Селина широко раскрыла глаза, и я поняла, что неудача ее очень удивила.

- Мерит, - решительно заявил Морган, ябеда. - Кадоган.

- Кто-нибудь, пожалуйста, объясните мне, в чем проблема? - Я не получил ответа на вопрос. Вместо этого, Селина посмотрела на меня, посмотрела поверх меня, удивительно выгибая изящную бровь. Она требовательно повторила имя Моргана, скрытая команда.

- Ты должна уйти, - сказал Морган. – Наш клуб посещают люди, и мы не позволяем вампам Кадогана бывать в нем.

Я с удивлением уставилась на него. Чего они ожидали? Что я стану бросаться на танцующих?
— Послушайте, парень у входа пропустил меня и моих друзей, — попыталась я их образумить, а не поддаваться слепым предубеждениям. — Мы никому не причинили вреда — мы просто танцевали. И совсем не собирались беспокоить людей.

Я посмотрела на Моргана в поиске поддержки, но он только отвернулся. Этот маленький акт отказа, отречения, уколол меня. Разочарование начало меняться на гнев, и кровь моя начала обжигать. Я шагнула вперед, но рука на моем локте остановила меня.

- Ссора не стоит этого, - прошептал Катчер. - Не для этого. - Он осторожно потянул меня в сторону двери. - Пошли отсюда.

Селина вновь посмотрела на меня, и на какое-то мгновение мы остались в зале наедине. Не знаю, какими силами она обладала, — я точно никогда не ощущала такого раньше, — но ее взгляд как будто стал оплетать меня мягкими щупальцами. В мгновение ока они проникли в меня и стали ощупывать изнутри. Сначала я не могла понять, чего она добивается, — в ее действиях не чувствовалось физической угрозы, но она вела себя агрессивно. Я не думаю, чтобы она могла меня ударить, она просто пыталась проскользнуть в меня, отыскать слабые места, измерить мою силу. Она оценивала меня прямо здесь, в присутствии своего помощника и охранников, в присутствии Катчера и Мэллори. Она испытывала меня, давила, ожидая крика, шага назад, любого признака уступки своему натиску.

Я понимала, что недостаточно сильна, чтобы возвести стену, но и сдаваться не собиралась. Не хотелось просить ее прекратить попытки или признавать себя побежденной. И даже если бы у меня были силы, я не знала, как бороться против такого натиска, поэтому сочла, что единственный выход — ничего не предпринимать. Я выбросила из головы все мысли. Если прекратить сопротивление, не возводить барьеров, ее щупальца ничего не смогут обнаружить. Но легче сказать, чем сделать, — даже дышать было трудно, настолько сгустился воздух от концентрированной энергии.

Но мне удалось сохранить свои мысли ясными, я уставилась в ее голубые глаза, и ухмыльнулась ей.

Ее глаза сверкали серебром.

Для вампира это все равно что моргнуть.

- Селина.

Голос Моргана разрушил чары. Я заметила, как рассеялось ее внимание, как расслабилось тело, и магия вокруг нас испарилась. Она сделала глубокий вдох и перевела взгляд на Моргана, снова надев маску бесстрастного равнодушия:
— Милый, ты решил позабавиться с игрушкой Этана.

Я чуть не зарычала, и чуть не прыгнула вперед, чтобы добраться до нее (хотя Бог его знает, что бы я сделала), но пальцы Катчера, по-прежнему державшего меня за руку, напряглись.

- Мерит, - мягко сказала Катчер, - не обращай внимания.

- Воспользуйся советом, маленькая игрушка, - сказала мне Селина.

Я была в бешенстве, но именно этого она и добивалась. Нельзя показывать свою злость, нельзя спорить. Нет, сейчас лучше изобразить примерного вампира. Прикинуться спокойной и невозмутимой девочкой. Новичком, который еще помнит, что значит быть человеком.

Я пристально смотрела на Селину, и скопировала движение, которое я увидела, как делал Этан: с деловым видом, я засунула руки в карманы своих джинсов, и заговорила немного более глубоким, более дымным голосом.
- Не игрушка, Селина. Но будь уверена — я точно знаю, кто я. - Мысль о том, что я подражала Итану, пришла ко мне в голову гораздо позже.

- Хорошая девочка, - шептал Катчер, и дернул меня за руку, уводя меня. Я уходила с тем, что немного гордости у меня все еще оставалось в запасе, и сумела не оглянуться на темноволосого парня, который продал меня своему Мастеру.

Я сохраняла спокойствие, пока мы не отошли от клуба на целый квартал. Тогда Катчер, вероятно считавший, что мы уже на безопасном расстоянии, заговорил:
— Ладно. Теперь можешь расслабиться.

Я так и сделала.
— Не могу поверить, чтобы люди могли себя так вести! Господи, у нас ведь уже двадцать первый век! Как же можно терпеть такую дискриминацию? И что за эксперименты ставила надо мной Селина? — Я обернулась к Катчеру, едва помня себя от злости, и схватила его за руку. — Ты почувствовал это? Что она делала?

— Надо быть полным идиотом, чтобы такое не почувствовать, — вставила Мэллори. — Эта женщина та еще штучка!

— Ты вроде говорил, что вампиры не обладают магией? — спросила я Катчера. — Тогда что это было?

Катчер покачал головой:
— Вампиры не могут создавать магию. Не могут управлять ею. Не могут ее изменять и придавать желаемые очертания. Но вампирская генетика позволяет чувствовать магию. Ощущать ее присутствие. А вампиры делают то, что удается им лучше всего, — манипулируют.
Он снова вытащил из кармана листок с рекламой.

- Они заманили нас, - поняла я. - Они определили наши автомобили и подбросили нам рекламные листовки.

Катчер кивнул и еще раз посмотрел на листовку и засунул ее обратно.
- Она хотела посмотреть.

- На меня?

- Я не знаю, - сказал он, глядя на Мэллори. - Может быть. Может, нет.

— И еще этот глазастый соблазнитель, — вспомнила я. — Не могу поверить, что попалась на его удочку. А я еще пошла с ним танцевать! Как ты думаешь, все это было подстроено?

Катчер вздохнул, сцепил руки над головой, и смотрел на «Ред».
- Я не знаю, Мерит. Ты думаешь, что он был в сговоре?

Он казался искренним. Настоящим. Но кто мог знать?
- Я не знаю, - решила я. - Но знаешь, какова мораль этой истории?

Мы добрались до Вольво, я остановился в процесс разблокировки двери, пытаясь привлечь их внимание. Когда они оба посмотрели на меня, я предложила:
- Никогда не доверять вампиру. Никогда.

Я уже собиралась сесть на переднее сиденье, когда я заметила, что Хаммер, остановился перед моим автомобилем, с номерным знаком, сделанным по заказу владельца «НВРРЕ». Злобно усмехаясь, я бросилась к нему и пнула одну из негабаритных шин. Когда сигнал тревоги автомобиля начал дико щебетать, я забралась в свой автомобиль, завела его, и ударила на педаль газа.

Это не навредило Хаммеру, но хорошо очистило душу.

Когда мы были на пути к дому, и в квартале от клуба, я встретилась взглядом с Катчером в зеркале заднего вида.

- Вся эта драма из-за нашего способа питаться?

— Отчасти, — ответил Катчер. — Их реклама заманила нас в клуб и дала им возможность тебя оценить, а обычай пить кровь дал повод нас выставить. Это обычный для Селины способ оценивать обстановку и привлекать людей.

— Завлекать в свою паутину, — пробормотала Мэллори, и я кивнула.
Конечно, бессмысленно сожалеть, что я «родилась» не в том Доме, но, так или иначе, придется выживать в мире вампиров. Всего четыре дня после превращения — и уже добрая половина населения Чикаго меня ненавидит за принадлежность к Дому Кадогана. Таковы человеческие предрассудки.

Катчер растянулся на заднем сиденье.
- Если тебе это поможет чувствовать себя лучше, то они оба получат тех, кто к ним приходит.

Я постучала пальцами по рулевому колесу, поскольку я вела автомобиль, а затем встретилась с ним взглядом еще раз. - Что точно это значит?

Он пожал плечами и отвел глаза, стал смотреть в окно. Очевидно, он тоже был экстрасенсом, наш бывший колдун четвертого класса.

- Катч, ты знал, что должно произойти? Ты знал, что это бар Наварра?

Катч? Я посмотрела на Мэллори, удивительно, что они уже достигли прозвищ. Видимо я пропустила некоторое серьезное соединение на танцполе. Но выражение ее лица ничего не показало.

— Да, Кэтч, — повторила я, — это твоих рук дело?

- Я хотел проверить это в клубе, - сказал он. - Я знал, что это клуб Наварры, но это не пришло мне в голову, что мы были наживкой. Я, конечно, не хотел, чтобы нас вышвырнули, стать актерами в моралите Селины, хотя, пожалуй, это не должно удивлять меня. Вампиры, - сказал он с усталым вздохом, - это чертовски утомительно.

Мы с Мэллори обменялись взглядами, и она стала накручивать на палец голубой локон.
— Да, до-огой, — заговорила она, имитируя актрису За-За Габор. — Вампи-иы так утомительны.

Я проглотила смешок и благополучно довезла всех домой.

Я чистила зубы в замызганной пижаме - бледно-зеленая футболка экс-бойфренда с надписью Я ЗОМБИ и пара потертых боксеров — когда Мэллори, все еще в ее одежде, в которой ходила в клуб, ворвалась в ванную комнату на наверху и захлопнула дверь. Я прервала свое занятие и вопросительно посмотрела на нее.

- Так, я должна порвать с Марком.

Я усмехнулась.
- Это, возможно, хорошая мысль, - согласилась я и продолжила чистить зубы. Мэллори встала рядом со мной перед умывальником и посмотрела мне в глаза через зеркало. встретил мой взгляд в зеркало.

- Я серьезно.

- Я знаю. Но ты говорила о разрыве с Марком до встречи с Катчером. - Я закончила чистить зубы, плеснула немного воды в рот, и выплюнула. Слава Богу, для друзей, которые были достаточно близки, чтобы наблюдать, как ты чистишь зубы, не будет шокировать.

- Я знаю. Он не подходит мне. Но уже действительно поздно, и мне нужно спать, и я чувствую себя очень странно, зная о том, что «я получила свою работу, потому что хотела этого». А тут еще Катчер.

Она замолчала, наверное, размышляя, и тишину прервал шум снизу от телевидения, который разносился через дом. Рассказчик описывал тяжелое положение разбитой женщины, которая преодолела превратности судьбы, рак и страшную нищету, чтобы начать новую жизнь со своими детьми.

Я вытерла рот полотенцем и посмотрела на нее.
- И то, что он опять внизу смотрит канал «Лайфтайм».

Она почесала голову.
- Он находит это вдохновляющем?

Я оперлась бедром на умывальник.
- Ты должна пойти на это.

- Я просто не знаю. Как снег на голову свалилось это, я не понимаю. Работа, я уверена в ней. Твои клыки, с этим все нормально. Но этот парень. У него есть багаж, и магия, и я не знаю….

Я обняла ее, понимая, что это была не только из-за Катчера, но и из-за признания ее нового образа жизни. Из-за того, что ее интерес к оккультизму, к магии, стал чем-то намного более личным.

- Независимо от того, что ты сделаешь, - сказала я ей, - я буду здесь.

Мэллори фыркала, отступила и осторожно смахнула слезы, которые скопились ниже ее синих глаз.
- Да, но ты бессмертна. У тебя есть время.

— Какая ты глупая корова!
Я вышла из ванной и выключила свет, оставив Мэллори в темноте.

— Эй, а кто сегодня вечером набросился на колбасу, не опасаясь набрать вес?

Я рассмеялась и пошла в свою спальню.
— Желаю тебе хорошенько повеселиться с твоим Ромео! — крикнула я напоследок и закрыла за собой дверь.
До рассвета оставалась еще пара часов, и я, забравшись под одеяло, включила лампу рядом с кроватью и взяла книжку волшебных сказок. Я еще не понимала, что в новой жизни незачем читать сказки. Ведь теперь я в них живу.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/9563/29402

Переводчики: Ugroza, Despaired