Alex_Winter: переводы
Joe Foss. Flying Marine / Пилот морской пехоты
→Big Bill Freeman had a piece of bad luck—he ground looped while landing behind me in a mean cross wind. Blown off the runway, he somehow got past a row of parked planes, nicked some oil barrels with one wing, and wound up against a rock pile.
0 Большому Биллу Фриману не повезло – он завалился на крыло, когда садился за мной при сильном боковом ветре. Снесённый ветром со взлётной полосы, он чудом миновал ряд стоящих самолётов, зацепил крылом бочки с горючим и врезался в груду камней.
→We flew our new planes to a field and worked over them like fanatics to see that every last thing was just right.
0 Мы сели на аэродром и хорошенько поработали над нашими самолетами, чтоб всё работало, как часы.
→Later there was another accident unconnected with us. A scout bomber dove into the water, and the plane sank. [26] The gunner climbed out and was saved, but the pilot drowned.
0 Позже произошёл другой инцидент, не связанный с нами. Разведчик-бомбардировщик упал в воду и утонул. Стрелок вылез и был спасён, а пилот утонул.
→On the twenty-ninth we embarked on a converted carrier to be catapulted off. It was the first time any of us had been catapulted, yet there was only one accident. The hooking gadget broke when it was the turn of Lieutenant Robert F. Simpson of Chicago. His plane skidded overboard. You've seen pictures of such an accident—the pilot climbed out of his cockpit onto the wing, then took to his Mae West when the plane sank. Well, it was the pictures of this incident you saw. A photographer was on hand alert enough to catch the whole thing. A crash boat, which always stands by when planes are catapulted, picked Bob up.
0 Двадцать девятого числа мы перебрались на переоборудованный авианосец, с палубы которого должны были взлетать с катапульты. Мы впервые участвовали в таком катапультировании, но случился только один инцидент. Когда очередь дошла до лейтенанта Роберта Симпсона из Чикаго, сломался крюк. Его самолёт опрокинулся за борт. Вы наверное видели фото подобных происшествий – пилот вылезает из кабины на крыло и надевает спасательный жилет Мэй Уэст[*Мэй Уэст – Популярная в то время актриса, обладательница пышных форм. Спасжилеты были пухлыми и за сходство в формах за ними закрепилось это имя.] когда самолёт тонет. Фотограф всегда наготове, чтобы всё заснять. Спасательная шлюпка, которую тоже всегда спускают на воду при катапультировании, подобрала Боба.
→We sent out working parties to set up our camp three miles out. We named it Camp Geiger, after Major General Roy S. Geiger, the Marine air commander. I pulled the stitches out of my knee and went to the dentist to get a cavity filled. We spent a lot of time playing They Satisfy, a sudden-death form of poker. We heard our boys at Guadalcanal had shot down thirteen Jap planes in a single day. The rest of the time we just stood by to stand by.
0 Мы выслали рабочие группы, чтоб поставить наш лагерь в трёх милях. Мы назвали его лагерь Гейгер, в честь генерал-майора Роя Гейгера, коммандера авиации морской пехоты. Мне сняли швы с колена и я сходил к дантисту поставить пломбу. Много времени мы проводили за покером. Говорили, что наши ребята сбили тринадцать японских самолётов за один день на Гуадалканале. Всё остальное время мы просто ждали.
→By this time all the boys had a good hunch where they were going. We transferred aboard one of the President liners, and our baggage was cut to one suitcase and a bedding roll. It hurt to leave the rest of our things behind, but at least this was a general warning that we'd see action soon.
0 К тому времени все ребята уже догадались куда их направят. Нас перевели на борт одного из президентских лайнеров, а багаж ограничили одним чемоданом и скаткой постельных принадлежностей. Жаль было оставлять остальные вещи, но, по крайней мере, это было признаком того, что вскоре мы вступим в бой
→[25] Rumors came to us. Things were going badly—very badly —in the Solomons. Lieutenant "Red Dog" Kendrick, San Francisco, a dashing redhead I had met in the aircraft training group at San Diego, was having good luck shooting down planes. He was killed later.
0 До нас доходили слухи. Дела шли плохо – очень плохо – на Соломоновых островах. Лейтенанту "Красному Псу" Кендрику из Сан Франциско, лихому рыжему парню, которого я встречал в тренировочной группе пилотов в Сан-Диего, повезло сбить несколько вражеских самолётов. Позже он погиб.
→[***]Then, on the twenty-second, we steamed into the harbor and stayed aboard waiting orders.
0 И вот, 22 числа, мы прибыли в гавань и остались на борту, ожидая приказа.
→The water is bluer than blue out here, bluer than anything you can imagine, a beautiful blue becoming grayish black near the horizon. The ocean is boring in its nothingness by day, but a mysteriously frightening wonder at night with its shroud of speckled darkness overhead, and the moon showing through. It's comforting to lean over the rail in the silent rippling darkness and look unseeingly into the beyond, but your thoughts soon start drifting back across the sea, and then you must return indoors where there is light and gaiety and laughter. . . .
1 Вода тут синее синего, синей чем всё, что ты можешь представить, а у горизонта чудесная синева становится серовато-чёрной. Днём океан скучен своей пустотой, но ночью, когда над головой растягивается звёздное покрывало тьмы, сквозь которую светит луна, он становится таинственным и пугающим. Лучше всего в это время перегнуться через перила в тихую струящуюся темноту и невидяще уставиться в бездну; но своими мыслями ты вскоре станешь возвращаться за море, а потом тебе захочется обратно в кубрики, где свет, веселье и смех..."
→[***] Journey's end tomorrow, and it has certainly been a wonderful trip, in contrast to our fondest expectations. I got quite a kick out of standing near the bow of the ship and looking through binoculars at the waves breaking against the sides. It's just like looking through a kaleidoscope; you shake it and it forms a new pattern, only here the pattern keeps changing endlessly.
0 "Конец путешествия завтра; это было по-настоящему замечательное плавание, превзошедшее наши самые лучшие ожидания. Я несказанно впечатлен, разглядывая с носа корабля в бинокль как волны разбиваются о борта. Всё равно что смотреть в калейдоскоп – ты его встряхиваешь и получается новый узор; только тут узоры меняются бесконечно.
→Everyone was in good spirits as we approached our destination. Many of the boys were writing letters home for mailing the next day. Months afterward I saw the letter Casey Brandon wrote to his parents, Mr. and Mrs. Herman T. Brandon. None of us could have expressed it better.
0 Когда мы приблизились к пункту назначения, все были в хорошем расположении духа. Многие парни писали письма домой, чтоб отправить их на следующий день. Месяцы спустя я прочёл письмо Кейси Брэндона родителям, мистеру и миссис Херман Брэндон. Никто из нас не написал бы лучше.
→We lost a day crossing the International Date Line. "Doc" Peterson did a carving job on me one day, spending thirty-five minutes removing a ganglion growth from my knee cap. The thing dated back to the time I spun in at Pensacola. The weather was cloudy and—believe it or not—cold. We had boat and fire drills and once sighted a big convoy.
0 Мы потеряли день перейдя линию перемены дат. "Док" Петерсон однажды поработал надо мной с ножом, тридцать пять минут вырезая кисту у меня из колена. Это у меня было ещё со времён Пенсаколы. Погода стояла облачная и, верите или нет, холодная. У нас прошли корабельные и пожарные учения, а однажды мы заметили большой конвой.
→I happened to be officer of the day, with Haberman as my assistant, and it was a job to keep discipline among all those boys wanting to go ashore. Haberman carried out my orders to the nth degree—he even stopped a colonel who was trying to go ashore.
0 В тот день я дежурил, а Хаберман помогал мне. Моей обязанностью было поддерживать дисциплину среди тех, кто хотел сойти на берег. Хаберман распространял мои приказы на энный уровень — он даже остановил полковника, который пытался сойти.
→[19] Things moved fast after that. On the ninth I was married, at Lajolla, California, to June Shakstad of Sioux Falls. We had known each other ever since high school days. On the eleventh I was promoted to captain, and by the thirtieth we were on our way to the Southwest Pacific somewhere.
0 После этого всё быстро закрутилось. На девятый месяц я женился, в Лайоле, штат Калифорния, на Джун Шэкстад из Сиу Фоллз. Мы знали друг друга ещё со школы. На одиннадцатый месяц меня повысили до капитана, а на тридцатый мы были на пути куда-то на Юго-Запад Тихого Океана.
→I went back to the reconnaissance squadron. One day the colonel called up and asked, "How'd you like to get in a fighter squadron?" "I'll be right up," I said. On August 1 I went in as executive officer of VMF 121 at Camp Kearney, California.
0 Я вернулся в разведывательную эскадрилью. Однажды меня вызвал полковник и спросил "Хочешь в истребительную эскадрилью?" Я ответил "Конечно". 11 августа в звании заместителя командира эскадрильи VMF-121 я прибыл в Кэмп Кирни, штат Калифорния.
→For six weeks there was little flying. I wanted to fight, and reconnaissance planes have no guns on them. When I kept yelling, a major said, "You're too damned ancient, Foss. Do you realize you're twenty-seven years old?" But finally they sent me to an aircraft carrier training group, where I got in a hundred hours and left with a good recommendation.
0 Шесть недель было мало полётов. Я хотел сражаться, а на разведывательных самолётах нет пулемётов. Когда я начинал ворчать, майор говорил "Ты ж чертовски древний, Фосс. Ты понимаешь, что тебе двадцать семь лет?" Но в конце-концов меня отправили в авианосную тренировочную группу, где я налетал сотню часов и получил хорошие рекомендации.
→On January 1,1942,1 was relieved of duty as an instructor and sent to photography school for four months at Pensacola. After that, and a promotion to first lieutenant, I was ordered to San Diego, California, and put into a reconnaissance squadron.
0 1 января 1942 года меня освободили от обязанностей инструктора и направили на четыре месяца в фотошколу в Пенсаколе. После этого и повышения в звании до первого лейтенанта, меня направили в Сан Диего, штат Калифорния, и назначили в разведывательную эскадрилию.
→The nine months that followed were long and distressing. I was put in a primary squadron as instructor. Once when I gave a student a cut gun we went into a spin, almost hit another plane, and dove into the ground. Both of us were covered with black and blue marks. That taught me to stay wide awake. But it wasn't till much later that I realized an instructor learns much more than he is able to teach.
0 Следующие девять месяцев были долгими и тревожными. Меня назначили инструктором в эскадрилье первоначальной подготовки. Однажды, когда я дал студенту сбросить газ, мы вошли в штопор, чуть не врезались в другой самолёт и спланировали на землю. Оба были покрыты разноцветными синяками. Это научило меня не терять бдительность. Но это произошло не раньше, чем я понял, что инструктор учится гораздо большему, чем сам может научить.
→After a month's furlough spent at home I hitchhiked to the naval air station at Pensacola, Florida, making the trip in three days on $6.87. After seven months of training, I was commissioned a Marine second lieutenant March 15, 1941, and got my wings March 29.
0 После месячного отпуска, проведённого дома, я поехал автостопом на авиабазу флота в Пенсаколе, штат Флорида, истратив при этом за три дня 6 долларов 87 центов. Спустя семь месяцев тренировок, 15 марта 1941 года, я стал вторым лейтенантом морской пехоты, а 29 марта получил крылышки.
→In June, after graduation from the University School of Business Administration, I reported at Wold-Chamberlain Field at Minneapolis for preliminary training. It didn't seem necessary to tell them about the hundred hours of flying time I already had. They might have thought I was a wise guy, anyway. The training took us to the stage where we [18] could solo in a light plane and ended with about twelve hours of actual flying.
0 В июне, после окончания Университетской школы делового администрирования, я проходил предварительную подготовку на аэродроме Уолд-Чемберлен в Миннеаполисе. Необязательно было говорить им о сотне часов лётного времени, которые у меня уже были. Но в любом случае они могли подумать, что я был смышленый парень. Тренер привёл нас на площадку, где нам разрешалось летать в одиночку на лёгком самолёте. Наш налёт к концу курса составлял примерно двенадцать часов реального времени.
Резюме
- Пол:
- мужчина
- Родной язык:
- русский
- С нами:
- с 22 сентября 2013 г. (4774 дня) по приглашению tamika
- Деятельность:
-
1378 версий перевода
с общим рейтингом 199
56 комментариев
Карма: 2 (оценок: 2)