mandarinka2387: комментарии

окей))

Мое имя – Джульетта Сомервиль. Я не отношусь ни к числу счастливых, ни к числу несчастных, ни к числу обреченных на смерть на Ничьей земле. Я отношусь к числу наблюдателей в окруженном городе. В месте, где все совершенно. На первый взгляд.

Промышленность находится на границе с Ничьей землей и за тем, чтобы ее ядовитые газы не развевались над Новым Оксфордом, внимательно следят. Дети промышленников являются почти такими же святыми для них, как и они сами, поэтому они их оберегают. В первую очередь особенных детей. По этой причине есть мы – созерцатели.

Рабочие знают, что все могло бы быть и хуже, по этой причине они смирно сдерживают себя. Мирятся со всем, даже с ядовитым индустриальным паром, который день за днем на них наступает.

Жилые башни Хайворта можно увидеть из цента – здания-коробки из бетона, почти безоконные, ибо в драгоценном стекле из единственного лондонского стекольного завода нуждается фешенебельный квартал с магазинами.

Работники составляют ту часть лондонцев, которой повстречалось невезение. Большинство из них живут в Хайворте, поселении, улицы которого на столько узкие, что там едва можно дышать. Оно не принадлежит к радужной части части Лондона.

Также счастливы и их дети. Они ходят в школу-интернат в ту часть города, где раньше был Оксфорд, называемую сейчас Новым Оксфордом, и получают в какой-то момент их жизни концерны отцов. Все урегулировано согласно порядку наследования. Ни один промышленник не будет когда-либо бедным – и ни один работник когда-либо богатым.

Счастливчиками являются фабриканты, они населяют зеленый центр города. Там они находятся в своих виллах с их габаритными садами, встречаются, чтобы поиграть в крикет и заполняют торговые центры.

Сам Лондон – радужный город, который полон великолепных зданий, парков и маленьких озерных районов. Там проживает двенадцать миллионов людей и каждый из них, отдельно взятый, повстречал на своем пути или удачу, или невезение.

Тот, кто имеет курицу, считается счастливым. Тому, у кого есть корова, следует быть осторожным, а кто владеет еще большим количеством животных, должен быть обеспокоен их жизнью. Территория перед воротами Лондона, которую голод и бедность превратили в пустыню, носит название Ничьей земли.

Там, где когда-то находились Манчестер и Ливерпуль, теперь господствует пустошь. Моря превратились в болота, а реки – в засохшие речные русла. Лесов там больше нет, лишь все еще встречаются редкие деревья, жалкие и не плодоносные, неиспользуемые пашни и постройки, которые находятся под угрозой обвала, как карточные домики.

Того Лондона, каким его знали когда-то деды наших дедов, больше нет. С годами город заглотил в себя все, что было вокруг него. Он дотянулся своими длинными паучиными лапами до Оксфорда и Дувра и захватил каждый крупный город, каждый пригород, каждый лес и каждое пастбище.

У них идеальная жизнь. До того момента, как Джульетта и Сай однажды встречают друг друга. Это первый том трилогии о Ничьей земле. Второй том выходит из печати летом 2014.

Они не принадлежат ни к числу счастливцев, ни к числу несчастных, и даже ни к числу обреченных на смерть в Ничьей земле. Они созерцатели. Их единственная задача состоит в том, чтобы каждый мог сохранить свою жизнь и в том, чтобы оградить его от обреченных на смерть и в то же время отключить каждую людскую эмоцию.

Той Англии, какой её некогда знали деды наших дедов, больше нет. Остался лишь один единственный город, окруженный со всех сторон стенами, отделяющими его от того, что находится снаружи него. От Ничьей земли. Город дает приют богачу, которому повстречалась удача, бедному, у которого больше ничего не осталось и тому, кто останется навечно молодым, как Джульетта и Сай.