KamikRa: комментарии

Стражники Эгея схватили веревки. Канаты натянулись. Лошади напряглись. Очень медленно они тащили гигантскую скалу, пока она не закрыла яму.
– Там, – сказал Эгей. – Если наш ребенок будет мальчиком, дождись, когда он достигнет совершеннолетия, а затем расскажи ему, что я оставил
ему несколько подарков под этой скалой. Если он сможет их извлечь, то он достоин того, чтобы быть моим сыном. Затем он должен отправиться в Афины.
Эфра нахмурилась.
– Ты хочешь, чтобы я рассказала ему об этом? А где будешь ты?
– Моя дорогая, ты ведь знаешь про эти странные сны, которые мне снились? Они становятся все хуже. Если ты приедешь со мной в Афины, я уверен, что мои враги убьют тебя. Они никогда не позволят тебе родить моего наследника. Даже если ребенок родится, он никогда не будет в безопасности в Афинах. Лучше всего будет, если я вернусь домой один и сохраню
наш брак в секрете. Таким образом, мои враги будут думать, что я не в состоянии иметь сына. Они будут довольствоваться ожиданием моей смерти. Однажды, когда мой сын станет достаточно взрослым, чтобы защитить себя, он может прийти в Афины и занять свое законное место в качестве наследного принца!

У одного из своих слуг он взял полированную деревянную коробку для обуви. Он открыл ее для Эфры, и внутри была ... угадали. Обувь.
Эфра присвистнула.
– Хорошие сандалии.
– О, да. Кожаные подошвы. Качественные ремни. Арочная крепь. Эту обувь можно носить всю жизнь.
Эгей бросил обувную коробку в яму.Теперь вы можете задаться вопросом: что такого особенного в паре обуви? Но в те времена хорошая обувь была находкой. Вы не могли бы просто прогуляться до обувного и купить парочку Адидас . Если бы вы хотели быть героем, проходящим через логова монстров, гнезда гадюк и поля сражений, вы бы не захотели ходить босиком. Вы наверняка не захотели бы скользить по свежей и запекшейся крови в паре дешевых шлепанцев. Хорошая обувь могла сохранить вам жизнь так же, как и хороший меч.

Она рассказала мужу о своем романе с Посейдоном. Эгей принял эти новости лучше, чем можно было бы ожидать. Боги всегда влюблялись в смертных принцесс. Он не мог винить Эфру за то, что она была сбита с ног бессмертным парнем со сверхъестественной внешностью и безграничной силой. И он не мог проклинать Посейдона, не получив удар цунами или не будучи поглощенным землетрясением.
– Ладно, я понимаю, – сказал Эгей. – Но если родится мальчик, я буду на него претендовать как на своего сына, согласна?
– А что, если это будет девочка? – спросила Эфра.
Эгей вздохнул.
– Давай надеяться на лучшее. Будет круто, если родится мальчик! Я сделаю несколько приготовлений.
– Приготовлений?
– Увидишь.

На следующий день Эгей привел Эфру на холм за городом. На вершине стоял валун размером с гараж на две машины. Дюжина людей короля обвязали валун веревками и запрягли в них лошадей.
– Вау, – сказала Эфра. – Ты собираешься сдвинуть этот булыжник?
– Да, дело вот в чём. – Эгей подошел к неглубокой яме рядом с валуном. Он вынул свой меч. – На эфесе этого меча королевский герб Афин, видишь?
– Сова и оливковая ветвь?
– Да. А на набалдашнике мои инициалы. Это превосходный клинок – Небесная бронза и все такое. – Он кинул меч в яму. – Еще я закопаю их.