Kir_Rewald: комментарии

Поэтому вместо того, чтобы быть действительно разочарованным и чувствующим себя отвергнутым, хотя у них всё ещё могут быть такие чувства, они разочарованы в кубиках, которые бросили они сами, своим руками.

И они спокойно воспринимают такой отказ, потому что последнее слово за кубиками.

Проблемы, которые мешали моей группе социальной адаптации, — то, что они часто расстраивались и не были в состоянии выразить свои эмоции, но им приходилось справляться с этим, чтобы продолжать игру. Самое замечательное — они даже не знают, что работают над этим в реальной жизни, пока играют в игру.

Как только вы это увидите, вы поймёте, что всё, что вам нужно делать, — быть в игре на одной с ними волне, страхи и самокритика исчезнут. Взрослый должен уметь отпустить лишние мысли и стать чуточку «глупее». Речь идет о переключении своего мышления с уровня «чему-нибудь их научить» до уровня «играть в игру наравне с ними».

В начале

Когда я позволила себе перестать беспокоиться о том, что я чего-то не знаю, и быть чуть более гибкой в этом плане, — проблема исчезла.

Это создавало очередной эпизод в их всё удлиняющемся повествовании, но они также должны были помнить и о своей главной цели:

Когда это не сработало, ей пришлось решать проблему по-другому и узнать, как правильно завлекать птиц.

Когда им понадобилось создавать персонажей с использованием модифицированных листов, у нас появились Невидимая Белка и старый добрый тираннозавр по имени Рекс.

Я попыталась объяснить, что это будет означать, что его тираннозавр может каким-то образом сложить бумажный самолётик. А он сказал: «Нет! Тираннозавр не может сложить бумажный самолет». «Но его Ловкость действительно очень большая», – говорю я: «Так что, да, может.Ты должен суметь это представить».

Когда я попросила их бросить кубики, чтобы определить, какова Сила, Интеллект и Ловкость их персонажей, ребенок, у которого был тираннозавр, имеющий очень короткие передние лапы и не способный ими ничего сделать, выкинул неожиданно большое значение Ловкости.

Один из детей любит динозавров и знает много фактов о них. Но у него также очень линейное мышление, которое гласит: «Это то, что может сделать тираннозавр, и это всё, что может сделать тираннозавр, и больше ничего».

Когда им понадобилось создавать персонажей с использованием модифицированных листов, у нас появились невидимая белка и старый добрый тираннозавр по имени Рекс.

Я дала им некоторый запас слов, чтобы они знали, как обсуждать повествование и понимать, что с персонажем и какое у него настроение.

Двое второклашек , с которыми я работаю, имеют речевые расстройства и составили еще одну небольшую группу.

Положительный момент состоит в том, если Фея Странных Мыслей замечает, что кто-то остановился, успокоился и начал использовать слова для решения проблемы, то она может появиться в игре и сказать: «Чего хочет твой персонаж? Вы надеялись найти другое заклинание? Вы хотите, чтобы ваш велосипед для доставки пиццы ехал быстрее?».

Это помогло мне избавиться от роли учителя, постоянно делающего замечания, на которые они (вместо «они» лучше употребить «дети», потому что предложение сейчас выглядит несогласованным) слишком остро реагируют. Я говорю: «Я замечаю, что Фея Странных Мыслей входит в игру, и значение вашей силы неожиданно уменьшаются».

Я назвала её Феей Странных Мыслей. Если в реальной жизни кто-то из участников начинал как-то неожиданно себя вести, это поведение пересекалось с реальной жизнью, и фея могла что-то дать, или, наоборот, что-то забрать у персонажей.

Рассказывая таким детям про других людей, у которых возникают странные мысли, когда они что-то делают, мы не обвиняем их в этом.

Мне очень не нравится, как оно сформулировано. У предложения теряется логика. Кто делает? Кого не обвиняют? Непонятно, к кому это относится — к детям или тем самым людям со странными мыслями.

Прежде, чем мы начали использовать D&D, у нас была целая терминологическая система для разговоров о поведении. Одна из фраз, которые мы используем для описания деструктивного или отвлекающего поведения в группе, это: «Я просто увидел, как вы это делаете, и у меня возникли странные мысли».