Готовый перевод The Rest Falls Away, The Gardella Vampire Chronicles – Book 1 By Colleen Gleason / Колин Глисон - Вампирские хроники Гарделла, книга 1 - Остальное отпадает: Глава 5. В которой мисс Грэнтуорт находит неожиданного союзника

Глава пятая

В которой мисс Грэнтуорт находит неожиданного союзника

"Госпожа! Вас укусил вампир!", - Вербена вытаращила глаза в зеркало через плечо Виктории. Круглое лицо и безобразно вьющиеся рыже-русые волосы делали служанку похожей на только что проснувшегося ребенка.

Прежде, чем Виктория успела придумать ответ и уж тем более сообразить, что её служанка распознала укус, Вербена наклонилась, чтобы рассмотреть поближе. "Похоже, заживает очень хорошо", - сказала она, проницательно кивая. - "Вы приложили соленую святую воду, не так ли?"

"Вербена... как...", - Виктория пришла в себя. - "Ты ни капельки не шокирована".

"Нет, госпожа, а с чего бы? Вся эта суета вокруг крестов, колья валяются тут и там, этот крест у Вас в пупке... какая бы из меня была служанка, если бы я ни о чем не догадалась? Я ждала, когда Вы попросите меня найти способ спрятать чеснок в перчатки!"

"Пахло бы не очень приятно", - ответила медленно Виктория. Ей хотелось потрясти головой, чтобы прояснить ум. Только она не думала, что это поможет.

"И мне интересно, почему Вы не носите свою собственную соленую святую воду. И как Вы вообще умудрились получить укус? Я думала, Венаторов нельзя укусить".

"Откуда ты знаешь, что я Венатор?" Виктории надоело смотреть на служанку в зеркало, и она повернулась к ней.

Вербена ткнула пальцем ей в живот. "Конечно, ведь Вы носите знак, госпожа".

"Откуда ты вообще обо всем этом знаешь? О Вампирах и Венаторах?"

Вербена пожала плечами. "А кто о них не знает? В смысле, о вампирах. Большинство людей знает, только они предпочитают не верить в их существование. Пока их не укусят; тогда они верят - но к тому времени уже слишком поздно, в большинстве случаев. Всем известно о том, что им нужно воткнуть кол в сердце, и всем известно о крестах и святой воде. Я знаю, многие люди думают, что вампиры уродливые ужасные люди, расцарапывающие грудь, но они не такие. Я-то кое-что повидала в своей жизни, да. Мой дальний родственник, Барт, он много знает о вампирах, и он с детства рассказывает мне истории. И он часто их видит, в местах Сент-Джайлс. Он носит большое распятие, да. Держит его перед собой, когда идет по улице. Выглядит довольно смешно, но лучше быть в безопасности, чем выглядеть умным".

Если Вербене позволяли заговорить, она принималась за дело. С жадностью.

"Что ж, Вербена, должна признаться, очень хорошо, что тебе...ээ... так привычна эта мысль, так как мне от этого будет только легче. Потому что, естественно, леди Мелли вообще ничего не должна об этом знать".

Служанка кивнула. "Да, госпожа. Ваша мама в обморок упадет, а потом отошлет Вас навсегда в деревню. И что тогда с нами будет? В деревне нет вампиров, я-то знаю. И я уже обдумывала, как можно по-другому закалывать Ваши волосы, чтобы можно было спрятать в них кол, если понадобится, чтобы Вы могли легко достать его, когда нужно".

"И наверняка есть способ вплести в прическу два кола, ведь, я уверена, может так случиться, что Вы потеряете один, и что тогда Вы будете делать? К счастью у Вас такие густые волосы, что можно много чего с ними придумать. И пока этот укус не заживет... что ж, госпожа, это сложная задача, так как сейчас в моде открывать шею и грудь, но у меня есть некоторые идеи, и мы их воплотим. Я об этом позабочусь".

"В самом деле". Виктория снова повернулась к зеркалу. В конце концов, что она ещё могла сказать?

"Я могу понять её преданность тётке, но если Виктория продолжит исчезать в самые неподходящие моменты, она потеряет все шансы заполучить маркиза - или любой другой разумный брачный союз!" Леди Мелизэнд мерила шагами гостиную дома Грэнтуортов.

"Ну-ну, Мелли, не волнуйся по пустякам", - посоветовала Петронилла. - "Без сомнений, тот факт, что твой холл и гостиные наполнены цветами указывает на то, что Виктория заинтересовала несколько потенциальных кавалеров!"

"Да, но ни одного букета от маркиза Рокли! Он сегодня не зашел, и я опасаюсь, что уход Виктории с бала вчера вечером охладил его интерес".

Уинифред потянулась за имбирным печеньем, большое распятие ударилось о её грудь, когда она села обратно. "Ты сказала, твоя тётя больна?"

"Я не знаю, но она прислала за Викторией своего друга Максимилиана Песаро, утверждая, что больна. Я не желаю вмешиваться, так как у моей тёти огромное состояние, которое достанется нам... и... ну, она меня немного пугает... но более неподходящего момента вызывать Викторию быть просто и не могло!"

"Максимилиан Песаро? Не думаю, что знаю его", - отметила Уинни, с интересом разглядывая лимонную глазурь на блюде с шоколадным печеньем. Она никак не могла выбрать, боясь взять печенье с меньшим количеством глазури. "Кто он?"

"Это такой ужасно высокий мужчина, который прошествовал по залу сразу после ужина, словно он был на какой-то важной миссии. Темные волосы, смуглая кожа и такое выражение лица, от которого у меня просто сердце выскакивало из груди!" - ответила Петронилла, прижав руки к груди, словно пытаясь удержать сердце на месте. - "Он кажется страшно опасным. Как пират!"

"По крайней мере, ты не сказала, что он выглядит как вампир". Мелли села на свою любимую кушетку. "Он близкий друг моей тётушки, и он недавно приехал из Италии, может быть, полгода назад".

"Он может быть и вампиром!" - предположила Петронилла, и у неё заблестели глаза. - "Интересно, а вдруг, правда?! Кажется, твоя тётя ужасно много о них знает".

"Я теперь постоянно ношу чеснок, по совету свекрови сестры моего дворецкого", - призналась герцогиня. - "Я не желаю стать жертвой этих существ!"

"Герцогиня носит чеснок. Какая глупость!", - засмеялась Мелли. - "Уинни, вампиров не существует. И вообще, мой кузен лорд Джеллингтон сказал, что, по мнению сыщиков, на тех людей, убитых возле пристани, напала какая-то бешеная псина, и её когти оставили отметки, которые люди приняли за буквы Х. Как раз два дня назад такую застрелили, и с тех пор нападений больше не было".

"А как же люди, которые исчезли? Бересфорд-Геллингхэм и Телдфорд?"

Мелли резко поставила чашку. "И что же, по-твоему, с ними случилось, Уинни? Они превратились в вампиров? Это абсурд. Вероятно, Бересфорд-Геллингхэм, скрываясь от своих кредиторов, сбежал на материк, а Телдфорд достаточно глуп, чтобы поскользнуться и упасть в Темзу, и его больше никто никогда не увидит. То, что два или три человека не дают о себе знать, ещё не значит, что существуют вампиры!"

"Моя горничная рассказала о женщине, к которой в спальню проник вампир", - Петронилла вздохнула, поднеся дрожащую руку к горлу. - "Она сказала, что это было совсем не страшно... что он был очень нежный и... страстный".

"Нежный до тех пор, пока не высосал из неё всю кровь своими клыками!" - в шоке воскликнула Уинни. - "Нилли, я тебя уверяю, это вовсе не милый пикничок, когда это существо сосёт кровь из твоей груди!".

"Я бы согласилась, если бы верила в их существование. Теперь закроем эту нелепую тему. Скажите мне, что мне сделать, чтобы возродить интерес Рокли к Виктории", - сказала Мелли, забыв о своей привычке есть маленькими кусочками. Она запихала в рот имбирное печенье целиком.

"Рокли был так учтив вчера вечером, а как он предложил принести тебе лимонад, и сказал, что жажда будет мучить его весь вечер... в общем, я была уверена, что он хотел пригласить тебя на второй танец, Виктория. Не представляю, что могло произойти", - сказала леди Мелли, когда они тем вечером сели в карету.

"Я тоже не представляю, мама", - соврала Виктория.

"Если только та девчонка Гвендолин Старкассет не привлекла снова его внимание. Он танцевал с ней дважды на балу у леди Фиорины три недели назад", - леди Мелли прищурила глаза и поджала губу. - "Ты должна прикладывать больше усилий, чтобы привлечь его внимание, Виктория. Если ничего его не оттолкнуло, в чем я сомневаюсь, у тебя не должно возникнуть никаких проблем, и ты вновь завладеешь его вниманием. Он находит тебя очень привлекательной; он не спускал с тебя глаз, пока ты танцевала с этим жутким лордом Траскоттом, о котором я тебя предупреждала".

"Лорд Траскотт не такой и ужасный".

"Хм. У него нет ни денег, ни внешности Рокли. Я надеюсь, что на следующем мероприятии ты уделишь больше внимания маркизу. Возможно, тебе не следовало вчера уезжать с бала так рано".

Виктория согласно кивнула. Если уж её мать что-то задумала, то задумала. И очевидно, леди Мелли была полна решимости выдать дочь замуж за маркиза.

Честно говоря, Виктория была вынуждена признать, что это была приятная мысль. Она несколько раз танцевала с Рокли, разговаривала с ним на разных светских встречах, и она не находила в нем недостатков. Он был достаточно мил. Достаточно красив. Остроумный, добрый и очаровательный, прямо как тем летом много лет тому назад, когда она знала его, как беззаботного и смелого юношу - и уж точно не как маркиза! Они виделись каждый вечер на протяжении двух недель, а он так и не раскрыл свой секрет о том, что он не просто деревенский мальчик. Она казалось ему интересной и необычной, и он разыскивал её, основываясь на своих воспоминаниях. Это ведь что-то значило, или нет?

Или, возможно, его воспоминания о ней были настолько совершенны (хотя, она не была уверена, можно ли считать идеальной девушку, болтающую без умолку), что та, кем она была в реальности, став молодой особой, не сочеталась с тем, что он помнил. Возможно, она его разочаровала.

Он хотя бы не пытался заманить её в уединенный уголок сада и засунуть свой язык в её горло и руку в лиф, как это сделал виконт Уолигров на ужине в доме Тернер-Фордамсов двумя вечерами ранее. Виктория довольно ловко расправилась с похотливым мужчиной и его пухлыми губами. Он даже не понял,что произошло, когда она применила несколько приемов каларипаятту, которым её научил Критану. В сочетании с дополнительной силой, которую ей придал вис булла, её приёмы обороны отправили виконта на пол, с фингалом под глазом, сломанным носом и с растяжением связок голеностопа.

Возможно, в будущем он дважды подумает, прежде чем лапать невинную девушку.

"Нам придётся подыскать тебе новую служанку, Виктория", - совершенно в ином ключе продолжила леди Мелли. - "Эта девица - Вербена - слишком легкомысленно относится к работе. Посмотри на себя - твоя прическа уже растрепалась, а мы ещё даже не приехали к Стрэйтвэйтам!". Она наклонилась к Виктории и протянула руку к густому локону, ниспадающему на плечо Виктории.

"Мама, прошу тебя". Виктория быстро отодвинулась; хотя тем самым она забилась ещё глубже в угол сидения, которое она делила с леди Мелли, и ещё сильнее смяла шелковую юбку. - "Нет необходимости менять Вербену. Она нарочно меня так причесала, я хотела попробовать новый стиль. Возможно, мы начнем новую моду". Она улыбалась, даже когда поигрывала неугодной прядью волос, чтобы удостовериться, что она скрывает четыре отметины на шее.

"Хм". Леди Мелли откинулась на спинку сидения. "Не могу сказать, что лично мне нравится этот стиль, но можно точно сказать, что это оригинально. Если тебе нужно быть оригинальной с целью привлечь внимание Рокли, то так тому и быть. И я полагаю, что музыкальный вечер Стрэйтвэйтов - одно из лучших мест для дебюта в новом стиле, если таковое и есть".

Виктория не могла с этим поспорить. Лорд Ренальд и леди Глория Стрэйтвэйт были дальними родственниками леди Мелли, и каждый год они демонстрировали музыкальные таланты своих четырех дочерей в представлении с тщательно поставленной хореографией, чтобы показать их в лучшем виде. Старшая дочь в прошлом сезоне удачно вышла замуж, и очевидно Стрэйтвэйты хотели продолжить тенденцию.

Поскольку дочери Стрэйтвэйт были трижды одарены - талантом, деньгами и женскими формами - на музыкальном вечере присутствовало довольно много женихов из высшего общества.

Вскоре по прибытии в Стиммонс Холл, Виктория оказалась в бальном зале. Однако сегодня танцев не будет, хотя и будет музыка. Ряды стульев и диванчиков вдоль стен ясно указывали на то, что всё внимание должно быть сосредоточено на четырех сестрах Стрэйтвэйт.

Она не могла сдержаться и вытянула шею, посмотреть, вдруг Рокли решил приехать, но она нигде не видела его темноволосую голову. Она села на стул, чтобы почитать программку с изящным тиснёным заглавием, свернутую в трубочку и затянутую бледно-розовой лентой. Развернув её, она поняла, зачем. К тому времени, как человек садился и открывал программку, было уже слишком поздно придумывать причины, чтобы уйти.

В списке было десять пьес.

Десять.

Виктория подавила вздох. Она, как и все остальные, высоко ценила Моцарта и Баха, но высидеть десять разных пьесы - каждая в трёх частях - это уже слишком. Она украдкой бросила взгляд на других присутствующих, чтобы увидеть, есть ли ещё вокруг шокированные лица, но таковых не оказалось.

Ей придётся просто вытерпеть это.

Сначала Виктория слушала. Она действительно пыталась слушать. Она чопорно сидела рядом с матерью, потратив столько времени, сколько было возможно, раскладывая на коленях аккуратные складки своей легкой юбки. После этого она положила руки на колени, крепко сжимая пальцами свою сумочку. Она могла нащупать контур маленького стеклянного пузырька в небольшом мешочке, напомнивший ей о пронзительной боли в шее, когда Макс брызгал укус соленой святой водой. Вербена где-то достала маленькую бутылочку и наполнила её, чтобы у Виктории была своя собственная.

Злость на высокомерные высказывания Макса и на боль, которой он без предупреждения подверг её, отвлекла Викторию приблизительно на три части одного из квартетов Моцарта. И только когда она заметила, что с досады мнёт в руках уже не только сумочку, но и свою шелковую юбку, она поняла, что лучше подумать о чем-то не таком раздражающем, как Макс.

Может быть, сегодня здесь будет вампир, и у неё появится предлог выскользнуть из зала. Виктория задержала дыхание и сконцентрировалась на ощущениях в затылке.

Ни малейшей прохлады.

Или... возможно, очередной развратный джентльмен попытается воспользоваться одной из юных особ, и Виктория сможет преподать ему урок.

Она снова попыталась слушать. И ей удалось сосредоточить внимание на каждой из четырех сестер Стрэйтвэйт и на множестве инструментов, на которых они успели поиграть во время исполнения фортепианного концерта Баха. На протяжении всех трех частей ей удавалось слушать мелодию, улавливать смены темпа... и Виктория посчитала это большим достижением.

Но потом она посмотрела в программку и поняла, что музыкальный вечер не дошел ещё даже до середины.

А затылок так и оставался тёплым.

Печально вздохнув, она начала думать о Рокли.

Было очень приятно вспоминать, как они мягко скользили по танцполу, как его сильные руки держали её достаточно близко, но в пределах приличий. Достаточно близко, чтобы она почувствовала его тепло и ощутила запах его пиджака, слегка отдающий дымом. От взгляда его выразительных глаз ей захотелось закрыть свои собственные и окунуться в воспоминания.

Несомненно, она хотела его поцеловать. Она знала, что поцелуй маркиза будет совершенно не такой, как навязанный ей виконтом Уоллигровом. Может быть, молодой девушке и неприлично фантазировать о поцелуях, но, опять же, большинство молодых девушек не носят в прическе ясеневый кол и не ищут вампиров.

Также у них нет ни сил, ни способностей мгновенно опустить на колени взрослого мужчину.

Опьяняющая власть.

Единственная мысль, омрачавшая наслаждение от воспоминаний её танца с Рокли, это как он посмотрел на Макса.

А эта мысль вновь вернула её к размышлениям о главном убийце вампиров. Его высокомерие и острый язык действовали ей на нервы. А как он смотрел на неё при одном упоминании о бале или ужине, как будто быть Венатором и иметь социальную жизнь - взаимоисключающие вещи... Пальцы снова смяли юбку.

Она почувствовала сильный толчок локтем в бок и повернулась к матери, которая, нахмурившись, смотрела на руки Виктории. Она улыбнулась леди Мелли, выпустила из пальцев бедную юбку и ещё раз попыталась сосредоточиться на музыке.

Седьмая пьеса из десяти. Больше половины позади. Но... она внимательнее посмотрела на список. В каждом из трех последних произведений было не по три, а по четыре части.

Виктория на мгновение зажмурилась, посмотрела на список, ещё раз пересчитала и поняла, что не ошиблась.

Вампиры ведь, кажется, прокладывают себе путь через светские мероприятия; так почему же ни один не удосужился посетить музыкальный вечер Стрэйтвэйтов?

Вне всякого сомнения, музыка была прекрасна, и она очень изящно исполнялась. На музыкантов было приятно смотреть, каждый из них был одет в разные оттенки синего: ледяной, бледно-голубой, васильковый, сапфировый. Но было невозможно слушать трели фортепиано и пение скрипки, альта и виолончели так долго и не захотеть при этом встать и пройтись. Или заколоть вампира.

От досады она вновь посмотрела в программку, приготовившись к тому, что музыкальные сёстры сейчас начнут играть фортепианный концерт ре минор Моцарта, последнюю пьесу из списка.

И в этот момент Виктория затылком почувствовала дуновение ветерка. Прохлада. Она выпрямилась, от дремоты и скуки не осталось и следа. Наконец-то. Есть чем занять мысли!
Она попыталась незаметно осмотреться. И поняла, что прохлада исчезла. Она увидела, что это всего лишь легкий ветерок задувал в открытое окно, которое у кого-то хватило ума открыть.

Виктория замерла, в ожидании, глубоко и медленно дыша, чтобы сосредоточить всё внимание на своем затылочном барометре. Безусловно, она почувствовала какую-то прохладу. И это был не просто ветерок.

Но ничего не менялось.

Когда сестры Стрэйтвэйт наконец-то приступили к исполнению последней пьесы, Виктория почувствовала изменение за спиной - словно кто-то смотрел на неё. Волосы щекотали затылок, и от этого по руке побежала дрожь.

Это был не вампир, нет. Это было не то ощущение. Чувство не было неприятным. Это был...
Виктория уронила программку и, игнорируя недовольный взгляд матери, наклонилась поднять её, оборачиваясь назад.

Это был Рокли, он стоял у входа в зал, очевидно, он прибыл на музыкальный вечер с опозданием, с большим опозданием. Виктория не могла понять, раздражает ли её то, что ему не пришлось слушать всю программу, или она рада, что он здесь. Конечно же, нет никаких оснований полагать, что он пришел ради неё.

Виктория по-новому посмотрела на трех незамужних сестер Стрэйтвэйт. Он приехал соблазнить одну из них? Все они красавицы, хотя младшей всего шестнадцать, она слишком юна, чтобы дебютировать. И они богаты - гораздо богаче Виктории.

Теперь ей стало не только скучно, но и досадно.

Последняя часть концерта подошла к концу. Музыканты струнного квартета последний раз взмахнули смычками. Пианист отодвинул скамейку и присоединился к ним в идеально поставленном реверансе.

Все аплодировали стоя. Виктория предполагала, что это от облегчения, что концерт закончился. Но когда она встала, леди Мелли схватила её за руку и потянула обратно на стул.

"Рокли здесь", - прошептала она ей на ухо.

"Я знаю, мама".

"Он идет сюда, Виктория. Сиди. Я уверена, что он идет к нам".

А что если нет?

Тогда... "Леди Грэнтуорт", - услышала она приятный голос из-за спины. Голос был тёплый и знакомый, и от него по спине пошли приятные мурашки. - "Как Вы чудесно выглядите сегодня вечером. Надеюсь, Вам понравился концерт?"

И вдруг он уже оказался перед ней, в узком проходе между рядами стульев. Виктория не слышала, как мать ответила на его вопрос; она полагала, что ответ должен был отвлечь его внимание от матери и направить его на дочь. "Мисс Грэнтуорт", - сказал он с очаровательной улыбкой и поклоном. - "Я всё ещё ощущаю жажду со вчерашнего вечера. Не составите ли Вы мне компанию за лимонадом?"

Посмотрев на него со своего вельветового стула, Виктория почувствовала, как расплывается в улыбке облегчения и радости. Он смотрел на неё так, словно они старые друзья... или, может быть, даже больше, чем друзья. Она встала, когда он предложил ей руку и потянул за собой. Их перчатки соприкоснулись, но Виктория не сомневалась, что не из-за этого её рука вдруг стала теплее. "Я ужасно хочу пить", - ответила она, беря его под руку. Было очень удобно, словно там ей и место. - "Лимонад звучит заманчиво, лорд Рокли".

Разрешения выйти можно было и не спрашивать, так как леди Мелли практически оттолкнула их и отвернулась поговорить со знакомыми.

Виктория, чувствуя, как горит от смущения её лицо, взглянула на маркиза и тихо сказала: "Ни для кого не секрет, как моя мать относится к Вашей жажде. На самом деле, я даже боюсь, что она может отослать Вас в пустыню, лишь бы Вы не смогли её утолить".

"В самом деле. Я боялся, что она вытащит меня с моего места к Вам, если я сам не поспешу подойти".

Виктория наткнулась на его руку, когда он мягко потянул её за угол, следуя за другими людьми, выходящими из зала. Она посмотрела на него, лицо запылало от стыда. "О, боже... Я говорила в шутку, милорд! Моя мама и впрямь как зубастый бульдог. Я немедленно попрошу её прекратить..."

"Мисс Грэнтуорт, я просто пошутил. Мне доставляет огромное удовольствие, что мне не только посчастливилось видеть Вас два вечера подряд, но и, более того, мне удалось пробраться сквозь толпу и увести Вас, прежде чем это сделал кто-нибудь из Ваших других кавалеров".

Он говорил несерьёзно, но по мере того, как они шли по коридору в столовую, в его глазах читалось разное выражение. Из-под своих тяжелых век, с которыми любой другой человек казался бы ленивым и безразличным, Рокли смотрел на неё очень сосредоточенно, и она чувствовала слабость... почти такое же головокружение, как перед укусом вампира прошлой ночью.

С этой мыслью, Виктория быстро потянулась к локону, который свисал на плечо, чтобы убедиться, что он всё ещё на месте и прикрывает четыре красные отметины. Она распрямила локон нервными пальцами, а потом аккуратно отпустила, позволяя снова свернуться в маскирующую кудряшку.

И поняла, что он что-то спросил. И ожидал её ответа.

"Так много, что не можете сосчитать, мисс Грэнтуорт?". Его голос выровнялся, и даже сквозь возрастающий шум гостей вечера, она могла уловить его различные интонации. "Видимо, мне стоило сегодня воздержаться от визита к Таттерсаллам, и вместо этого побывать в доме Грэнтуортов".

"Моя мама и я любезно приняли бы Вас, если бы Вы решили сегодня уделить нам внимание".

"Я не сомневаюсь, что Ваша мама так и сделала бы... но боюсь, что вопрос здесь куда сложнее, мисс Грэнтуорт. Вы довольно прямо сказали, что не спешите вступить в брак, и несмотря на то, что это необычно и слегка обескураживает... я бы предпочел знать наверняка, насколько будет трудно джентльмену, пожелавшему отвести Вас к алтарю". Они остановились, и стояли возле группы людей, толпящейся вокруг столов с едой и напитками. Их окружало три десятка людей, но, несмотря на это, когда Виктория посмотрела на лорда Рокли, ей показалось, что они здесь одни.

Пока они шли, он крепко прижимал рукой её запястье к своему телу, но теперь он дал руке свободно соскользнуть, повернувшись к Виктории лицом и стоя спиной к залу, как бы защищая её, загораживая от толпы.

Виктория почувствовала, как откуда-то изнутри на лице появляется большая сияющая улыбка. "Лорд Рокли, я была бы особенно рада, если бы Вы заехали сегодня в дом Грэнтуорт".

Его лицо смягчилось. "Я рад это слышать, мисс Грэнтуорт". Он просунул её руку себе под локоть. "Пойдёмте искать обещанный мною лимонад?"

Пока они стояли в очереди за лимонадом, Рокли слегка подтолкнул её локтем, привлекая внимание. Она взглянула на него, и вдруг ей овладело чувство покоя. Вот он, добрый, красивый мужчина, заинтересованный в ней, как в потенциальной жене... и которого ей хотелось бы лучше узнать. Даже поцеловать. Мужчина, которого не просто одобрила бы, но и навязала бы ей мать. Мужчина, который помнил о ней более семи лет.

"Вы выглядели так, будто были очарованы музыкой", - сказал он с ласковой улыбкой. - "Должен признаться, мне было бы трудно просидеть так долго, слушая Моцарта и Баха".

"Ах", - Виктория улыбнулась ему в ответ. - "Значит, это и есть объяснение, милорд".

Он передал ей белую чашку с лимонадом. "Объяснение чего?" Взяв её под локоть, он аккуратно повел её в направлении пары стульев на другом конце залы.

"Того, что Вы медлили с приездом на знаменитый Музыкальный вечер Стрэйтвэйтов. Не сомневаюсь, три сестры на выданье подавлены из-за того, что Вы пропустили большую часть их представления".

"Может быть, но это не моя забота, мисс Грэнтуорт. Видите ли, у меня есть уважительная причина моего опоздания".

Виктория сделала глоток лимонада, приятно удивившись, что он, в меру охлажденный и кисловатый, очень освежает. Она взглянула на Рокли поверх своей чашки, и когда их глаза встретились, она почувствовала слабость в коленях. "По правде говоря, милорд, я даже завидую тому, что у Вас был предлог, ведь если бы у меня был таковой, я бы опоздала так же, как и Вы".

"Как обычно, мисс Грэнтуорт, я считаю Вашу откровенность необычной и забавной... но разве Вы не хотите узнать причину моего опоздания?"

Виктория на мгновение остановила на нём взгляд. У него была очень приятная улыбка, особенно когда уголки губ его были чуть приподняты. На Викторию нахлынули воспоминания, и она вспомнила, что он также улыбался ей на следующий день после их первой встречи, когда принёс ей незабудки в благодарность за то, что она помогла привести коня. Первый букет, подаренный ей мужчиной.

Виктория подумала, что у неё до сих пор должна быть розовая атласная ленточка, которой она перевязала цветы. Она улыбнулась Рокли, как от его вопроса, так и от воспоминаний. "Конечно, мне интересно знать причину Вашего опоздания, милорд, если Вы пожелаете мне рассказать".

"Причина, по которой я приехал почти на два часа позже, в том, что именно столько времени мне понадобилось, чтобы узнать, где сегодня будет некая юная леди".

Виктория почувствовала прилив тепла, наверняка, её светлая кожа раскраснелась. "В самом деле?"

"Да. Мисс Грэнтуорт, могу я заехать к Вам в четверг?"

"Я бы этого хотела".

По-видимому, молодой человек из прошлого был ничуть не разочарован в женщине, которой она стала.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/10336/35545

Переводчики: Trinity, SmallAshley