Готовый перевод Suzanne Collins - Mockingjay / Сьюзен Коллинз - Сойка-пересмешница: 5

Другая сила, с которой нужно бороться.

Ещё один игрок, решивший сделать меня частью его игры, хотя, что бы я ни задумывала, всё идёт не по плану.

Сначала были учредители Игр, сделавшие меня их звездой, а потом задумавшиеся о том, как уничтожить последствия нашей проделки с ягодами.

Затем президент Сноу, пытающийся предотвратить восстание, после чего каждый мой шаг всё больше разжигает пламя восстания.

Затем - повстанцы, поднявшие меня с помощью металлического когтя с арены, которые всеми силами хотят заставить меня стать их Сойкой-Пересмешницей, а им приходится мирится с тем, что я, возможно, и не хочу крылья.

Теперь же Коин, с ее драгоценным ядерным оружием и хорошо отрегулированной машиной управления дистриктом 13, считает, что труднее привести в порядок Сойку-Пересмешницу, чем поймать ещё одну.

Но именно она первая поняла, что я готова бороться за себя и мне не стоит доверять.

Она первая объявила, что я - угроза

Я опускаю пальцы в толстый слой пузырьков пены в моей ванной.

Отмывание меня - это ещё только подготовительная ступень к приготовлению моего нового образа

Сперва подготовительная команда должна привести в порядок мои повреждённые кислотой волосы, обгорелую кожу и ужасные шрамы, а затем - повредить, обжечь, покрыть шрамами мою кожу в более привлекательном виде.

- Переделайте ее до основания, - первое, что сказала Фальвия этим утром.

- Мы будем работать над этим.

Быть основой, оказывается, это то, на что был бы похож человек, ступивший из кровати, выглядящий безупречным, но естественным.

Это значит, что мои ногти идеальной формы, но не накрашены.

Мои волосы мягкие и блестящие, но не в причёске.

Моя кожа нежная и чистая, но без грамма косметики.

Воском удалят все лишние волосы с моего тела и тёмные круги под глазами станут менее заметны, но не будет никаких привллекающих внимание аксессуаров.

Я думаю Цинна проинструктировал их когда я приехала в Капитолий, как трибут

Этот образ отличался от того, который был у меня, когда я была трибутом.

Как повстанец, я думала, что буду более похожа на себя настоящую.

Но, похоже, что у повстанцев тоже есть определённые телевизионные стандарты.

После того, как моя кожа очищена, я поворачиваюсь к Октавии с полотенцем.

Она так отличается от женщины, которую я знала в Капитолии - лишённая яркой одежды, тяжеловесного макияжа, красителей, ювелирных изделий и безделушек, которыми она украшала волосы.

Я помню, как однажды она пришла с ярко-розовой косой, усеянной разноцветными мигающими огоньками в форме мышей.

Она сказала мне, что у нее есть несколько мышей дома, в качестве домашних животных.

Эта история оттолкнула меня, т к у нас принято считать мышей паразитами, если они не приготовлены.

Но, возможно, Октавии они нравятся потому, что они малеyькие, мягкие и пищащие

Как и она.

Поскольку она поприветствовала меня сухо, я постаралась познакомиться с Октавией Дистрикта 13.

Ее настоящие волосы оказались темно-рыжими.

Ее лицо вполне обычное, но с бесспорной мягкостью.

Она моложе, чем я думала.

Возможно, ей слегка за двадцать.

Лишенные трехдюймовых декоративных ногтей, ее пальцы казались короткими, и они никак не могли перестать дрожать.

Я хотела сказать ей, что все в порядке, и я прослежу за тем, чтобы Коин не причинила ей больше вреда.

Но разноцветные синяки, "укращающие" ее зеленую кожу, только доказывали, как я беспомощна.

Флавиус тоже появился без его фиолетовой помады и яркой одежды.

Хотя ему удалось получить обратно его оранжевые колечки.

Вения оказалась той, кто изменился меньше всех.

Её голубые волосы гладко уложены, а не торчат, словно иголки, и можно заметить серые корни.

Тем не менее, татуировки были всегда ее самой яркой характеристикой, и сейчас они такие же золотые и шокирующие, как всегда.

Она подходит и берёт полотенце из рук Октавии

- Китнисс не обидит нас, - говорит она тихо, но уверенно, обращаясь к Октавии.

- Китнисс даже не знала, что мы тут

И теперь все будет намного лучше.

Октавия кивает, но не смеет смотреть мне в глаза.

Будет не просто сделать из меня "Мисс Естественность", даже если разработают кучу продуктов, инструментов и с помощью привезённых Плутархом средств из Капитолия.

Моя подготовительная команда справляется достаточно хорошо, до того момента, пока не приступают к выведению пятна на моей руке, оставшегося после того, как Джоанна достала следящий аппарат.

Ни одна из бригад врачей не сосредотачивалась на виде шрама когда
они исправляли зияющее отверстие.

Теперь у меня бугорчатый, зубчатый шрам размером с яблоко.

Обычно мои рукава скрывают его, но, по дизайну Цинны, рукава костюма Сойки-Пересмешницы заканчиваются как раз над локтями.

Это вызвало такое беспокойство, что Фальвия и Плутарх были вызваны, чтобы обсудить это.

Я клянусь, вид шрама вызвал у Фальвии рвотный рефлекс.

Для тех, кто работает с устроителями Игр, она черезчур чувствительна.

Но я догадываюсь, что она привыкла видеть неприятные вещи только на экране.

- Все знают, что у меня здесь шрам, - тихо говорю я.

- То, что я знаю и, что вижу - две разные вещи, - говорит Фальвия.

- Это выглядит отталкивающе.

Плутарх и я подумаем об этом за ланчем.

- Это будет прекрасно, - говорит Плутарх, пренебрежительно взмахивая рукой.

- Может повязка на руке или что-то вроде того.

Разозлённая, я одеваюсь, чтобы пойти в столовую

Моя подготовительная команда ютится у двери.

- Они приносят вашу еду сюда? - спрашиваю я

- Нет, - сказала Вения.

- Мы собираемся идти в столовую.

Я вздохнула про себя, представляя, как я вхожу в столовую в сопровождении этой троицы.

Всё равно люди постоянно пялятся на меня.

Всё будет как обычно.

- Я покажу вам где это, - говорю я.

- Пойдёмте.

Тайные взгляды и тихое бормотание, которое я обычно вызываю ничто по сравнению с реакцией, вызванной моей странно выглядящей подготовительной командой.

Открытые рты, тыканье пальцев, восклицания.

- Просто игнорируйте их, - сказала я своей команде.

С удрученными взглядами и машинальными движениями они проследовали за мной через очередь, принимая миски с сероватой рыбой, тушеным мясом и стаканами с водой.

Мы садимся за моим столом рядом с группой из Шлака

Они гораздо более сдержаны, чем люди из 13, может быть они просто смущены.

Ливи, который был моим соседом ещё в 12 дистрикте, настороженно приветствует подготовительную команду и мать Гейла Хейзел, которая должна была знать о их заключении, держа ложку с рагу.

- Не беспокойся, - сказала она.

- На вкус это лучше, чем на вид.

Но Посси - пятилетняя сестра Гейла помогает разрядить обстановку лучше всех.

Она проходит мимо скамеек к Октавии и касается её кожи указательным пальцем.

- Ты зелёная.

Ты нездорова?
- Это модная штука, Посси

Как помада, - говорю я.

- Это считалось красивым, - вскрикивает Октавия, и я вижу, что из её глаз вот-вот польются слёзы.

Посси, как ни в чём не бывало говорит тоном, не терпящим возражений: "Я думаю ты будешь прекрасно выглядеть с любым цветом кожи".

Крошечное подобие улыбки появляется на лице Октавии

- Спасибо.

- Если ты действительно хочешь впечатлить Посси, тебе следует выкраситься в ярко розовый, - сказал Гейл, ставя свой поднос рядом с моим.

- Это ее любимый цвет.

Посси хихикает и пододвигается обратно к матери.

Гейл кивнул на тарелку Флавия.

- Я бы не стал ждать, пока это остынет.

От этого консистенция не улучшится.

Все принялись за еду.

Тушёное мясо не плохое на вкус, но липкое, из-за чего его трудно проглотить.

Похоже что каждый кусочек нужно сглотнуть трижды, прежде чем он и вправду пойдет вниз.

Гейл, который обычно не любит разговаривать во время еды, делает усилие, чтобы поддержать разговор, спрашивая о создании нового облика.

Я знаю, это его попытка исправить ситуацию.

Мы спорили прошлой ночью после того, как он предположил, что я не предоставила Коин другого выбора, кроме как огласить мою идею о безопасности победителей, как одну из её собственных.

- Китнисс, она управляет этим дистриктом.

Она не может делать этого, ведь выглядит, будто выполняет твои прихоти.

- Ты хочешь сказать, что она не может выдержать какое бы то нибыло инакомыслие, даже если это справедливо, - возразила я.

- Я имею ввиду, что ты ставишь её в невыгодное положение.

Заставляя её предоставлять иммунитет Питу и другим, когда мы даже не понимаем, какой силы урон они нам причинили, - сказал Гейл.

- По-твоему, я должна забыть про свою программу и оставить остальных трибутов на произвол судьбы? НЕ так уж важно! Потому что мы всё равно именно это и делаем! - В этот момент я захлопнула дверь комнаты прямо перед носом Гейла.

Я не садилась с ним за завтраком, и когда Плутарх послал его на тренировку, я не сказала ни слова.

Я знаю, что он лишь высказывает свои опасения, но мне правда нужно, чтобы он, а не Коин был на моей стороне.

Как он может этого не понимать?
После обеда мы с Гейлом должны спуститься в зал Спец Защиты, чтобы увидится с Битти.

Пока мы едем на лифте Гейл говорит: "Ты всё ещё зла на меня."

- А ты не жалеешь об этом, - отвечаю я.

- Я всё ещё уверен в своих словах.

Ты хочешь, чтобы я соврал? - спрашивает он.

- Нет, я хочу, чтобы ты ещё подумал и принял правильное решение, - говорю я ему.

Но это лишь заставило его смеяться.

Я не должна зацикливаться на этом.

Нет смысла в том, что навязывать Гейлу свои мысли.

Это, если честно, и есть причина, из-за которой я ему доверяю.

Этаж Спец Защиты расположен почти так же глубоко, как и темница, где мы нашли мою подготовительную команду.

Это целый улей комнат, полный компьютеров, лабораторий, исследовального оборудования и испытательных рядов.

Когда мы спросили о Бити, мы были направлены через лабиринт, пока не нашли огромное зеркально-стекольное окно.

Внутри располагалась первая красивая вещь, которую я встречала в 13 Дистрикте: копия луга, заполненного настоящими деревьями и цветущими растениями, и в изобилии пархающими коллибри.

Битти сидел неподвижно в инвалидном кресле посреди луга, наблюдая за нежно-зелёной птичкой, зависшей в воздухе и пьющей нектар из большого цветка апельсинового дерева.

Он проследил взглядом за уносящейся птичкой, и затем увидел нас.

Он дружески махнул нам, приглашая присоединиться к нему внутри.

Воздух прохладный и свежий, не влажный и душный, как я предполагала.

Со всех слышен гул крошечных крыльев, который в наших лесах дома, я обычно принимала за насекомых.

Я задавалась вопросом, какой счастливый случай позволил построить здесь такое приятное место.

Битти был всё ещё бледен, выздоравливая, но за стёклами смешных очков, его глаза светились волнением.

- Разве они не великолепны? Тринадцатый на протяжении многих лет изучал здесь их аэродинамику.

Их возможность в полёте перемещаться вперёд и назад, и способность развивать скорость до 60-ти миль в час.

Если бы я только мог спроектировать тебе такие же крылья, как эти, Китнисс!
- Сомневаюсь, что я смогла бы ими управлять, Бити, - засмеялась я.

-Секунду назад здесь, и раз - и уже в другом месте.

Могла бы ты сбить колибри стрелой? - спросил он.

- Я никогда не пробовала.

С них не много мяса, - ответила я.

- Нет.

Ты не из тех, кто может убить для развлечения, - сказал он.

Всё же, держу пари, что попасть в них трудно.

- Возможно, их можно заманить в ловушку, - сказал Гейл.

Его лицо приобрело то задумчивое выражение, когда он работал над чем-то.

Нужно взять сеть с мелкими отверстиями.

Оградить область, оставив несколько квадратных футов.

Как приманку, положить внутрь цветок с нектаром.

Пока они будут кормиться, закрыть сеть.

Они испугаются шума и попробуют улететь, но лишь натолкнуться на сеть с другой стороны.

- И это сработает? - спросил Бити.

- Я не знаю.

- Это просто идея, - сказал Гейл.

Они могут и не попасться в нее.

- Могут.

Но вы играете на их инстинкте, заставляющем их бежать от опасности.

Если вы будете думать как ваша жертва...

это будет тем, что поможет понять её слабые места, - сказал Бити.

Я вспомнила кое-что, о чём совсем не хотелось думать.

Готовясь к Подавлению, я видела одну плёнку, где Бити, который был ещё мальчиком, соединил два провода, и электричеством убило группу детей, которые на него охотились.

Подёргивающиеся в конвульсиях, с застывшими гротескными выражениями.

Битти, которого тот случай в одно мгновение привел к победе в тех далёких Голодных Играх, смотрел, как другие умирают.

Это не его вина.

Только самооборона.

Мы все действовали только в целях самообороны.

Внезапно мне захотелось покинуть комнату с коллибри, пока кто-нибудь не начал устанавливать ловушки.

- Бити, Плутарх сказал, у тебя есть кое-что для меня.

- Правильно

Есть.

Твой новый лук.

Он нажимает на пульт управления на подлокотнике кресла и выезжает из комнаты.

Пока мы следуем за ним по корридорам отдела Спец Защиты, он объясняет нам про кресло.

- Теперь я уже могу немного ходить.

Просто на колёсах быстрее передвигаться, чем на ногах.

Поэтому мне легче передвигаться так.

Как дела у Финника?
- Он...

У него проблемы с концентрацией, - отвечаю я.

Я не хочу говорить, что у него затянувшееся размягчение мозгов.

- Проблемы с концентрацией, да? - Бити мрачно улыбается

- Если бы вы знали, что Финник пережил за последние несколько лет, вы бы поняли, что это замечательно, что он ещё не съехал с катушек!

Скажите ему, что я работаю над его новым трезубцем, хорошо? Чтобы немного отвлечь, порадовать его.

Я думаю, что отвлечься - это последнее, чего хочет Финник, но я обещаю передать сообщение.

Четыре солдата охраняют вход в зал Спец Защиты.

Проверка графика, напечатанного на нашем предплечье это лишь предварительный шаг.

У нас также проверяют отпечатки пальцев, сетчатку глаза, ДНК сканирование, и мы должны пройти через специальные металлодетекторы.

Бити также вынужден оставить свое инвалидное кресло, но также они снабдили его новым, так как мы уже прошли через проверку.

Я нахожу всё это немного странным, потому что не могу представить кого-либо в Дистрикте 13, представляющим угрозу правительству, против чего понадобились бы такие меры охраны.

Или же эти меры предосторожности вызваны новым притокои эмигрантов?
Около дверей оружейного склада мы столкнулись со вторым этапом идентификации личности, как буд-то моя ДНК могла имениться, пока я шла 20 ярдов вниз - наконец нам позволили войти в оружейную.

Я должна заметить, что при виде арсенала у меня захватило дух.

Ряд за рядом с огнестрельным оружием, пусковыми установками, взрывчатками и бронированными машинами.

- Конечно, воздушно-десантная дивизия располагается отдельно, - рассказывает Бити.

- Конечно,- говорю я, как если бы это было само собой разумеющимся.

Я не знаю, где могут найти место обычные лук и стрелы среди этого высокотехнологичного оборудования, но далее мы прошли к стене со смертоносным оружием для стрельбы.

Я научилась обращаться с большим количеством оружия во время обучения в Капитолии, но ни одно из них не было преднозначено для военного боя.

Мой интерес сосредоточился на смертельного вида луке , перегруженного различными приспособлениями и технические новинками, я была почти уверена, что даже не смогу поднять его, не говоря уже, чтобы выстрелить из него.

- Гейл, возможно вы бы хотели испытать несколько из них,- говорит Бити.

- Серьезно? - спросил Гейл.

- Вам будет выдаваться оружие для боя в конечном счете.

Но если вы появитесь в команде Китнисс, то один из них будет выглядеть очень эффектно.

Я думаю, вы хотели бы найти именно тот, который бы пришелся вам по душе, - говорит Бити.

- Да, хотелось бы.

Рука Гейла обхватывает лук, который привлек мое внимание минуту назад, и он прикладывает его к плечу.

Делает визуальный круг по комнате, заглядывая в прицел.

- Это не кажется справедливым по отношению к оленям,- говорю я.

- Не использовала бы его на оленях, не так ли ? - отвечает он.

- Я скоро вернусь, - говорит Бити.

Он набирает код на панели, и открывается небольшая дверь.

Я смотрю, до тех пор, пока он не исчез и дверь за ним не закрылась.

- Это было бы слишком легко для тебя? Использовать его на людях? - спрашиваю я.

- Я не говорил этого.

Гейл направляет лук в мою сторону.

- Но если у меня было оружие, которое, возможно, остановило бы то, что происходило в Двенадцатом.

если бы я имел оружие, которое бы смогло помочь не забрать тебя на арену.

Я использовал бы его.

- Я тоже,- признаюсь я.

Но я не знаю, что рассказать ему о тех чувствах, которые испытываешь после убийства человека.

О том, как они никогда больше не оставляют тебя.

Бити вернулся обратно с длинным черным прямоугольным чемоданом, которым был неудобно вставлен между скамеечкой для ног и его плечом.

Он остановился и посмотрел на меня.

- Для тебя.

Я положила его на пол и отодвинула задвижку с одной стороны.

Крышка на петлях беззвучно откидывается.

Внутри чемодана, устеленного темно-бордовым бархатом, лежал ошеломляющий черный лук.

-Ах, - шепчу я в восхищении.

Я поднимаю его осторожо вверх, чтобы восхититься изящным балансом, элегантным дизайном, и изгибом, что напоминает крылья птицы простирающиеся в полете.

Есть кое-что еще.

Я все еще должна держаться, чтобы убедиться, что я это не выдумываю.

Нет, лук в моих руках настоящий.

Я прижимаю его к щеке и чувствую тихий гул, пробегающий по моему лицу.

- Что он умеет делать? - я спрашиваю.

- Говорить 'привет',- объясняет Бити с улыбкой.

- Он слышит твой голос.

- Он распознает мой голос? - спросила я.

- Только твой голос, - сказал он мне.

Видишь, они хотели, чтобы я проектировал лук, только основываясь на внешнем виде.

Как часть твоего костюма, понимаешь? Но я думаю, какая это расточительность.

Я имею ввиду, что если он понадобится тебе когда-то? Как модная принадлежность? По-этому, внешний вид я оставил простым, а внутри позволил разыграться моему воображению.

Так или иначе, лучшее объяснение на практике.

Хотите испытать их?
Мы хотим.

Ряд мишеней только что был приготовлен для нас.

Стрелы, которые Бити спроектировал для нас, не менее удивительные, чем лук.

Я могу стрелять с расстояния свыше 100 ярдов.

Разнообразие "режимов" выстрелов - прицельные, зажигательные, взрывчатые - превращают лук в многоцелевое оружие.

Каждый режим выделен цветной меткой.

Я могу в любой момент с помощью голоса изменить режим лука, но понятия не имею зачем.

Чтобы отключить особые свойства лука достаточно сказать ему "Спокойной ночи"

И они не активируются до того момента, пока мой голос не разбудит лук.

Вернувшись к подготовительной команде, оставив Гейла и Битти, я пребываю в хорошем настроении.

Я терпеливо жду, пока меня красят и приводят в порядок мой костюм, который теперь состоит ещё и из кровавой повязки на руке, где у меня шрам, это должно показать, что я участвовала в последних боевых действиях.

Вения прикрепляет брошь с Сойкой - Пересмешницей над моим сердцем.

Я беру свой лук с колчаном со стрелами, который изготовил Бити, зная, что мне не разрешат ходить с заряженым луком по дистрикту.

Затем мы выходим на площадку, где я должна часами стоять и ждать, пока они доведут до совершенства мой макияж, свет и количество дыма.

В конце концов, толпа невидимых людей из мистической застеклённой комнаты становится всё меньше.

Фальвия и Плутарх проводят больше времени обучая меня, чем корректируя мой внешний вид.

Наконец, на съемочной площадке все стихло.

Следующие 5 минут я просто рассматриваю всё вокруг.

Затем Плутарх произносит: "Я думаю это то, что надо."

Я была подозвана к монитору.

Они прокрутили последние несколько минут записи на пленке, наблюдая за женщиной на экране.

Она выглядела более высокой и внушительной, по отношению ко мне.

Ее лицо измазаное, но сексуальное..

Изгиб ее черных бровей высокомерен.

По клубящемуся от нее дыму, можно предположить, что только что загасился или только собирается вспыхнуть огонь на ее одежде.

Она мне не знакома.

Финник, который просто бродил вокруг в течение последних нескольких часов, подходит ко мне и говорит с долей, характерного для него ранее, юмора: "Они одновременно захотят убить тебя, поцеловать и быть тобой."

Все так взволнованы, потрясены и довольны своей работой.

Сейчас уже почти время обеда, но они настаивают на том, чтобы мы продолжали.

Завтра мы сосредоточимся на выступлениях и интервью и моём участии в боях мятежников.

Сегодня же они хотели отработать только слоган и короткий промо-ролик, чтобы показать Коин

"Люди Панема, мы боремся, мы осмелились, мы утолим нашу жажду справедливости!" - это главная идея.

Кстати говоря, они представляют всё так, будто они потратили месяцы, а возможно и годы на эту работу и по-настоящему гордятся.

Слоган кажется мне трудно произносимым

И жёстким.

Я не могу представить, чтобы человек говорил так в повседневной жизни. Я произношу этот слоган с капитолийским акцентом и смеюсь.

Как Гейл, когда он пародировал Эффи Бряк: "Может удача повернётся в вашу сторону". НО прямо напротив меня Фальвия описывает сцену боя: Я только что была в бою и мои братья по оружию лежат вокруг меня мёртвые и чтобы поднять боевой дух оставшихся в живых, я должна повернуться к камере и прокричать слоган! Меня подталкивают на площадку, и дымовые машины начинают работать.

Кто-то просит тишины, камеры начинают работать и я слышу : "Мотор!". Я держу лук над головой и яро, со всей накопившейся злобой кричу: "Люди Панема, мы боремся, мы осмелились, мы утолим нашу жажду справедливости!"
На площадке воцаряется мёртвая тишина.

Время идёт.

Идет.

Наконец, раздаётся какой-то утробный треск и смех Хеймитча заполняет студию.

Он сдерживает себя ровно на столько, чтобы сказать: "А, что друзья мои, вот как умирает революция."

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/10368/33367

Переводчики: rulezzzliza, Christy, WildOrchid, Lommi

zarink, tata12, Svetyska, Lura

13lily1