Готовый перевод Suzanne Collins - Mockingjay / Сьюзен Коллинз - Сойка-пересмешница: 21

Не проходит и часа, а Пит уже 2 раза обращается с просьбой о смерти.

"Не будь смешным," говорит Джексон.

"Я только что убил члена нашей команды!" кричит Пит.

"Ты оттолкнул его от себя.

Ты не мог знать, что он натянет сеть именно в этом месте," говорит Финник, пытаясь его успокоить.

"Кого это заботит? Он мертв, не так ли?" Слезы начинают бежать по лицу Пита.

"Я не знал.

Я никогда не видел себя таким раньше.

Китнисс права.

Я монстр.

Я выродок.

Меня одного Сноу превратил в оружие!"
"Это не твоя вина Пит," сказал Финник.

"Ты не можешь взять меня с собой.

Это только вопрос времени, прежде чем я убью еще кого-нибудь.

Пит осмотрел наши противоречивые лица.

"Возможно вы думаете, что лучше будет просто оставить меня где-нибудь.

Позволив мне рискнуть.

Но это тоже самое, что просто вручить меня Капитолию.

Ты думаешь, сделаешь мне одолжение, отсылая меня назад к Сноу?"
Пит.

Опять в руках Сноу.

Замученный до такой степени, что от него прежнего больше ничего не останется.

По какой-то причине я вспоминаю последнюю строку "Виселицы".

Та, где человек хочет, чтобы его возлюбленная лучше умерла, чем встретилась лицом к лицу со злом, что ждет ее в мире.

Ты придешь к дереву,
Оденешь ожерелье из веревки, рядом со мной?

Странные вещи случаются порой,
И это будет не так странно,
Если в полночь у виселицы мы встретимся с тобой.

"Я убью тебя прежде чем это случится," сказал Гейл.

"Я обещаю.

"
Пит колеблется, как будто рассматривает надежность такого предложения, а затем мотает головой.

"Так не пойдет.

Что, если вас не будет рядом, чтобы сделать это? Мне нужна одна из тех ядовитых таблеток, которые есть у каждого из вас.

Морник.

Есть одна таблетка, что осталась в нашем лагере, в специальном отделении рукава моего костюма Сойки-пересмешницы.

Но есть еще одна - в нагрудном кармане моей униформы.

Интересно, почему онине снабдили ей Пита..

Возможно, Коин думала, что он может воспользоваться ей прежде, чем у него появится возможность убить меня.

Неясно, что имел ввиду Пит - он покончил бы с собой сейчас, освободив нас от необходимости убить его, или только если бы он снова попал в плен в Капитолии.

Исходя из того состояния, в котором он сейчас находится, я думаю, это произойдет скорее рано, чем поздно.

Определенно, нам всем станет легче.

Не придется стрелять в него.

Это все упростило бы.

Я не знаю, в чем причина - в капсулах, страхе или смерти Боггса, - но у меня такое чувство, будто я снова на арене.

Словно на самом деле я никогда ее не покидала.

Я снова борюсь не только за свою жизнь, но и за жизнь Пита.

Как удовлетворительно, как интересно это будет для Сноу, заставить меня его убить.

Чтобы смерть Пита была на моей совести до конца моей жизни, сколько бы мне не осталось.

- Не в тебе дело,- сказала я.

"У нас миссия.

И ты нам для нее необходим."

Я смотрю на остальных членов команды.

"Давайте найдем немного еды здесь?"
Помимо аптечки и камер, у нас только наши униформы и наше оружие.

Половина из нас остается, чтобы охранять Пита или бдительно следить для радиовещанием Сноу, в то время как другие отправились за едой.

Мессала оказывается самым ценным, потому что он жил в точной копии этой квартиры и знает, где люди, наиболее вероятно, могли спрятать еду.

Например в нише, скрытой за зеркальными панелями в спальне, или за решеткой вентиляции в прихожей.

Так что, несмотря на то, что кухонные шкафы оказались пусты, мы находим более тридцати консервированных продуктов и несколько коробок с печеньем.

Избыток всего этого вызывает отвращение у солдат, выросших в Тринадцатом

"Разве это законно?" говорит Лиг 1.

"С другой стороны, в Капитолии вы покажитесь идиотом, если не сделаете этого" - говорит Мессалл.

"Даже до Двадцатипятилетия Подавления, люди начали запасаться редкими продуктами".

"В то время как другие обходились без них" - говорит Лиг 1.

"Верно" - говорил Мессалл.

"Вот как это работает здесь."

"К счастью, у нас есть обед" - говорит Гейл.

"Каждый берет по банке".

Некоторые из нашей компании кажется отказываются сделать это, но это - лучший метод чем другой.

Я реально не в настроении распределять все это на одиннадцать равных частей, учитывая возраст, вес тела и физические нагрузки.

Я кручусь вокруг кучки банок, собираясь остановиться на супе из трески, когда Пит приходит мне на помощь.

"Вот."

Я беру не зная чего ожидать

На ярлыке написано "Тушеный барашек".

Я сжимаю губы вспоминая о дожде, капающем через камни, о своих слабых попытках флирта, и аромате моего любимого блюда из Капитолия в холодном воздухе.

Значит небольшая часть этих воспоминаний так же могла остаться в его голове.

Как счастливы, как голодны, как близки мы были тогда, когда та корзина для пикника прибыла к нашей пещере.

"Спасибо."

Я трещу открытой крышкой

"Здесь даже есть чернослив."

Я срываю крышку и использую ее, как замену ложки, и кладу кусочек себе в рот.

Теперь это место на вкус такое-же как арена

Мы передаем по кругу коробку с причудливым печеньем с кремом, когда пиканье начинается снова.

Герб Панема освещает экран и остается там,пока играет гимн.

А затем они начинают показывать изображения мертвых. То же самое они делали с трибутами на арене.

Они начинают с четырех лиц нашей съемочной команды, далее следуют Боггс, Гейл, Финник, Пит и я.

За исключением Боггса, они не беспокоятся о солдатах из 13,потому что они понятия не имеют, кто они или потому что они знают, что ничего не будут значить для аудитории.

Потом на экране появляется человек, сидящий за своим столом, с флагом за его спиной и белой розой мерцающей в лацкане пиджака.

Мне приходит в голову, что в этот раз над ним сильно поработали, потому что его губы кажутся более опухшими, чем обычно.

И его подготовительной команде явно следует накладывать на него меньше румян.

Сноу поздравляет Миротворцев с мастерски выполненной работой, чтит их за избавление страны от угрозой под названием Сойка-пересмешница.

С моей смертью, он предрекает прекращение войны, так как деморализованным мятежникам больше не за кем идти.

И кем я была в действительности? Бедной непостоянной девочкой с небольшим талантом стрелка.

Не великий мыслитель, не тайный лидер восстания, просто лицо выхваченное из толпы потому что я поймала национальное внимание с моими выходками на Играх.

Но необходимый, очень необходимый, потому что нет настоящего лидера среди мятежников.

Где-то в Районе 13, Бити переключает выключатель, потому что теперь это не президент Сноу, а президент Коин смотрит на нас.

Она представляется Панему, как глава восстания, и затем
произносит хвалебную речь обо мне.

Похвалы девочке, которая пережила Шлак и голодные Игры, превратившю страну
рабов в армию борцов за свободу

"Живая или мертвая, Китнисс Эвердин останется лицом этого восстания.

Если Вы когда-либо дрогните в своем решении, подумайте о Сойке-пересмешнице, и в ней Вы найдете силы, чтобы избавиться от угнетателей Панема."

"Я даже не представляла, сколько я для неё значила," говорю я, что вызывает смех у Гейла и вопросительные взгляды от других.

Появляется значительно отредактированное фото со мной, выглядевшей красиво и жестоко с букетом огня, пылающим за мной.

Никаких слов

Никаких лозунгов

мое лицо - это все в чем они нуждаются сейчас

Битти возвращает управление к Сноу

У меня такое ощущение, что президент думал что чрезвычайный канал был непроницаем, и кто-то в конечном итоге умрёт сегодня вечером, поскольку он был взломан

"Завтра утром, когда мы вытащим тело Китнисс Эвердин из пепла, мы точно увидим кто такая Сойка-пересмешница.

Мертвая девочка, которая никого не могла спасти, даже саму себя. "

Герб, гимн и тишина.

"За исключением того, что Вы не найдете ее," говорит Финник пустому экрану, высказывая, то что мы все, вероятно, думаем.

Льготный период будет коротким.

Как только они прорвутся сквозь пепел и обнаружат отсутствие одиннадцати тел,они узнаю,что мы сбежали.

"по крайней мере у нас есть преимущество перед ними " говорю я.

Внезапно я так устала.

Все, что я хочу, это лечь на соседнем зеленом шикарном диване и заснуть.

Обернуть себя в стеганное одеяло из кроличьего меха и гусиного пуха.

Вместо этого я вытащила Холо и настояла, чтобы Джексон обучила меня основным командам, которые являются ключевыми, например, вход в координаты самого близкого пересечения сетки карты, для того, стобы я в будущем могла пользоваться ею самостоятельно.

По мере того, как Холо проецирует наше ближайшее окружение, я чувствую, что мое сердце все больше опускается.

Должно быть мы заметно приблизились к цели, потому что количество капусл увеличилось.

Как мы можем продвигаться в самое сердце этих мигающих лампочек? Мы не можем.

И если мы не можем,мы пойманы в ловушку,как птицы в сетку.

Я решила, что будет лучше не показывать своей осведомленности, пока я нахожусь с этими людьми.

Особенно, когда мои глаза блуждают в поисках того зеленого дивана.

Поэтому я говорю: "Есть идеи?"
"Почему бы нам не начать с оценки наших возможностей?" - предлагает Финник.

"Через улицы пройти нельзя.

"
"Равно как и по крышам," - говорит Лиг 1.

"У нас все еще есть шанс вернуться тем путем, которым мы пришли сюда" -говорит Хом.

"Но это будет означать провал операции."

Меня начинает мучить чувство вины, поскольку это я создала эту миссию.

Это никогда не было вашей миссией

Вам просто не повезло оказаться со мной.

"Ну это спорный вопрос"

"Теперь мы с тобой" говорит Джексон

"Итак, мы не можем остаться в помещении.

Мы не можем двигаться вверх

Мы не можем двигаться в сторону

Я думаю, остается только один вариант."

"Подземный," говорит Гейл.

Подземный.

Который я ненавижу.

Как шахты и туннели и 13.

Подземный,где я боюсь умирать,что глупо, потому что даже , если я умру на поверхности,следующее, что они сделают, это похоронят меня под землей, так или иначе.

На Холо отображается подземелье, как и капсулы на улицах.

Я вижу что туннели в подземелье расположены беспорядочно, в отличие от прямых линий улиц.

Все же капсулы выглядят менее многочисленными.

Двумя дверьми ниже вертикальная труба соединяет ряд квартир с туннелями.

Чтобы достигнуть трубы квартиры, мы будем вынуждены пролезть через шахту обслуживания,проходящую через все здание.

Мы можем войти в шахту через туалет на вернем этаже.

"Хорошо.

Давайте все уберем, чтобы казалось, будто мы никогда здесь не были,- говорю я.

Мы убираем все признаки нашего пребывания здесь.

Пустые консервные банки отправляются в мусорное ведро, а одну оставляем себе про запас, встряхиваем диванные подушки, перепачканные кровью, стираем следы геля с плитки.

Здесь нет установленного замка на парадной двери, но мы запираем вторую задвижку, которая будет по крайней мере
препятствовать двери распахиваться при контакте.

В конечном итоге, остается только борьба с Питом.

Он сидит на синем диване, отказываясь сдвинуться с места.

"Я не пойду.

Я или раскрою ваше место положение или причиню еще кому-нибудь боль.

"Люди Сноу найдут тебя," говорит Финник.

"Тогда оставьте мне таблетку.

Я приму ее, если буду вынужден," говорит Пит.

- Это не вариант

Пошли," говорит Джексон.

- Или что вы сделаете? Будете стрелять в меня?- спрашивает Пит.

мы вырубим тебя и потащим с собой, говорит Хом

"Это замедлит нас и подвергнет опасности."

"Прекратите быть благородными!Мне все равно умру ли я!"- он поворачивается ко мне,теперь умоляя.

"Китнисс, пожалуйста.

"Разве ты не видишь, я не хочу участвовать в этом?"
Проблема в том, что я вижу

Почему я не могу просто позволить ему уйти? Подсунуть ему таблетку, нажать спусковой механизм? Это - потому что я слишком забочусь о Пите или о победе Сноу? Я превратила его в часть в моих персональных Игр?
Это презренно, но я не уверена что выше этого.

Если это правда, то самым лучшим вариантом было бы убить Пита здесь и сейчас.

Но что бы там ни было, мои действия мотивированы отнюдь не добротой.

"Мы напрасно теряем время.

Ты идешь добровольно, или мы вырубаем тебя?"
Пит прячет лицо в руках на несколько мгновений, затем поднимается, чтобы присоединиться к нам.

"Может освободим его руки?" спрашивает Лиг 1.

"Нет!" рычит ей Пит, притягивая наручники близко к телу.

"Нет", я отзываюсь эхом.

"Но я хочу ключ.

"Джексон передает мне его без возражений.

я прячу его в карман своих штанов, где он ударяется о жемчужину.

Когда Хомс открывает маленькую металлическую дверь в шахту обслуживания, мы сталкиваемся с другой проблемой.

"Панцири насекомых" никак не смогут пройти через настолько узкий проход.

Кастор и Поллукс снимают их и отсоединяют задние части камер, предназначенные для чрезвычайных случаев.

Каждая размером с обувную коробку, и скорее всего работает также хорошо.

Мессалл не может придумать нормальное место, чтобы спрятать громоздкие "панцири", по-этому, в конце концов мы сваливаем их в туалете.

Оставляя столь незначительный след преследователям,расстраивает меня, но что ещё мы можем сделать?
Даже следую по одиночке,придерживая наше снаряжение и наружные механизмы, проход тесно облегает.

Мы обходить наш путь, пропуская первую квартиру, и врываемся во вторую.

В этой квартире,в одной из спален есть дверь, отмеченная,как служебная, вместо ванной.

Позади двери комната с входом в тоннель.

Мессала нахмурившись глядят на широкое круглое покрытие, на мгновение возвращаясь к его собственному суетливому миру.

"Вот почему никто не хочет центральный блок.

Всякий раз рабочие приходят и уходят и нет второй ванны.

Но арендная плата значительно дешевле."

Потом он замечает удивленное выражение Финника и добавляет,"Не имеет значения"

Крышка трубы легко открылась.

Широкая лестница с резиновой колеёй на ступенях,позволяет быстро и легко спуститься во внутрь "кишечника" города.

Мы собираемся у основания лестницы, и ждем пока наши глазаприспособяться к тусклым полосам огней, вдыхая смесь химикатов, плесени, и сточных вод.

Поллукс, бледный и потный, наклоняется и опирается на запястье Кастора.

Как будто он упадет, если не будет держаться за кого-то.

"Мой брат работал здесь до того, как стал Безгласым," -говорит Кастор.

Конечно.

Конечно. Кого еще они послали бы, чтобы поддерживать эти сырые, зловонные проходы, наполненные капсулами?
- Потребовалось пять лет, чтобы купить ему выход на поверхность.

Не видел солнца ни разу.

При лучших условиях, в день с меньшим количеством ужасов и большим количеством отдыха, кто-то, конечно, знал бы, что сказать.

Вместо этого все мы долго молчим, пытаясь придумать ответ.

Наконец Пит повернулся к Поллуксу.

"Хорошо, тогда Вы только что стали нашим самым ценным активом."

Кастор смеется и Поллукс улыбается.

Мы на полпути к первому туннелю, когда я понимаю, что было самым замечательным в обмене.

Пит похож на прежнего себя, на того, кто всегда знал, что сказать, даже когда никто не мог найти нужные слова.

Ироничный,ободряющий,немного забавный, но не за чей-либо счет.

Я оглядываюсь на него,как он тащится одиноко под охраной,Гейла и Джексона,его глаза опущены в землю,его плечи сгорбленные вперед.

Такой подавленный.

Но на мгновение, он действительно был здесь.

Пит правильно сказал.

Поллукс,оказывается, стоит десять Холо.

Здесь простая сеть широких туннелей ,что
непосредственно соответствует главному плану улиц выше, лежа в основе главных авеню и взаимных улиц.

Это называется Трансфер, так как маленькие грузовики используют их для доставки товаров по городу.

В течении дня, многие капсулы дезактивированы, но ночью это минное поле.

Однако, сотни дополнительных проходов,служебных шахт и канализационных труб формируют многоуровневый лабиринт.

Поллукс знает детали, которые могли бы привести к бедствию для вновь прибывших,как,например,какие ответвления могут требовать газовые маски или иметь провода под напряжением или крыс размером с бобра.

Он подготавливает нас к потоку воды, периодически преодолевающему коллекторы; ожидает время, когда Безгласые будут меняться сменами; ведет нас во влажные, темные трубы, избегая почти тихого прохода грузовых поездов.

Наиболее важно, что он осведомлен о камерах.

За исключением Трансфера, их не так много в этом влажном и туманном месте.

Но мы держимся подальше от этих путей.

Под руководством Поллукса мы достигаем лучшее время- замечательное время,если сравнивать с временем нашего наземного путешествия.

После, приблизительно, 6 часов, усталость берет вверх.

Сейчас три часа утра, таким образом я считаю, что у нас есть ещё пару часом, прежде чем наши тела обнаружат пропавшими,они перероют щебень целых блоков квартиры в месте, где мы пытались сбежать через шахту, и охота начнется.

Когда я предлагаю отдохнуть, никто не возражает.

Поллукс находит маленькую,теплую комнату,жужжащую с машиной, заполненной рычагами и дисками.

Он держит поднятыми вверх свои пальцы,указывая,что мы должны уйти через четыре часа.

Джексон составляет график охраны,и,так как я не в первой смене,я втискиваю себя в ограниченное пространство между Гейлом и Лиг 1,и засыпаю.

Кажется, что прошло всего несколько минут, когда Джексон встряхивает меня, пробуждая и объявляя, что теперь моя смена.

Сейчас шесть часов, через час мы должны будем продолжить путь.

Джексон говорит мне съесть консервированные продукты и наблюдать за Поллуксом, который настаивал на том, чтобы быть на часах всю ночь.

"Он не может уснуть здесь, внизу"

Я тянусь в сторону относительно настороженно, ем консервы картофеля и соевого тушеного мяса, и сижу напротив стены, стоящей перед дверью.

Поллукс выглядит совершенно бодрствующим.

Он ,возможно, всю ночь переживал те пять лет своего заключения.

Я достаю Холо, и умело ввожу наши координаты, и просматриваю туннели.

Как и ожидалось, чем ближе мы продвигаемся к центру Капитолия, тем больше капсул встречаем на своем пути.

В течение некоторого времени,Поллукс и я щелкаем вокруг на Холи,рассматривая где и какие ловушки лежат.

Когда моя голова начинает кружиться, я передаю его ему и прислоняюсь к стене.

Я смотрю на спящих солдат, команду и друзей, и задаюсь вопросом, как много из нас еще раз увидит солнце.

Когда мои глаза опускаются на Пита,чья голова покоится срава от моей ноги, Я вижу,что он проснулся.

Хотелось бы мне знать, что творится в его голове, и суметь распутать тот клубок беспорядочной лжи.

Тогда я решаюсь на то, что смогу выполнить.

"Ты поел?" спрашиваю я.

Он покачал головой.

Я открываю банку с супом из цыпленка с рисом и вручаю ему, держа крышку на случай, если он захочет поранить себя.

Он садится прямо и опрокидывает банку с супом в рот, даже не потрудившись пережевать еду.

Дно банки отражает свет и я вспоминаю что-то, что крутилось у меня в голове со вчерашнего дня.

"Пит, когда тебя спросили о том, что случилось с Дариусом и Лавинией, и Боггс сказал тебе, что это правда, ты ответил, что так и думал.

Потому что в этом не было ничего светлого.

Что ты имел в виду?"
"О,

Я точно не знаю как это объяснить." говорит он мне.

В начале это был лишь полный беспорядок.

Теперь я могу разобрать некоторые вещи.

Я думаю, что появляется образец.

Воспоминания, которые мне внушили с помощью яда, какие-то другие.

Они либо слишком яркие и насыщенные, либо неустойчивые.

Ты помнишь на что это походило, когда нас покусали ядовитые осы?"
"Деревья разрушались.

Там были гигантские разноцветные бабочки.

Я тонул в оранжевых пузырях.

Я думал об этом.

"Блестящие оранжевые пузыри.

"
"Правильно.

Но воспоминания о Дариусе или Лавинии были другими.

Я думаю, тогда они еще не давали мне яд,- говорит он.

"Что ж, это ведь хорошо, правда?" спросила я.

"Если ты можешь различить два, значит ты модешь определить, что правда, а что ложь.

- Да.

Да, и если бы у меня выросли крылья, я бы смог летать.

Только у людей не могут вырасти крылья" говорит он

"Это правда или нет?"
"Правда", - говорю я.

"Но людям не нужны крылья, чтобы выжить."

"Сойке-пересмешнеце нужны."

Он заканчивает суп и возвращает мне чашку.

В люминесцентной лампе круги под его глазами похожи на синяки.

Еще есть время

Ты должен поспать

Податливый, он откидывается назад, но смотрит на стрелку на одном из циферблатов, которая двигается туда - сюда.

Медленно, словно он раненое животное, моя рука протягивается и убирает волну волос с его лба.

Он замерзает при моем прикосновении, но не отталкивает моей руки.

так что, я продолжаю мягко гладить его волосы.

Это - первый раз, когда я добровольно прикасаюсь к нему со времени последних игр.

"Ты до сих пор пытаешься защитить меня.

Это правда или нет," он прошептал.

"Правда," ответила я.

Кажется это требует больших объяснений.

"Поскольку это - то, что ты и я делаем.

Защищаем друг друга

"приблизительно через минуту, он засыпает.

незадолго до семи мы с Полуксом, идем к остальным и будим их.

слышны обычные зевки и вздохи, которые сопровождают пробуждение.

Но мои уши улавливают что-то еще.

Почти как шипение

. Возможно, это - только пар, который выпускают трубы, или отдаленный свист одного из поездов.

.

.

.

Я прошу остальных помолчать, чтобы лучше расслышать эти звуки.

Да, это шипение, но это не один звук.

Это многократные, повторяющиеся выдохи, образующие целые слова.

Одно единственное слово

Эхом распространяется по туннелям.

Одно слово.

Одно имя.

Повторяет снова и снова.

"Китнисс.

".

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/10368/33460

Переводчики: Bishagayka, MirOk, Searching, Valerik

Milochka, Christy, WindBride, Mini_Ann

zarink, Ariadna, tata12, Appl

alkata, andina, WildOrchid, janevolturi