Готовый перевод StarCraft: The Dark Templar Saga #1 - Firstborn (Christie Golden) [completed] / StarCraft: Сага о Тёмных Тамплиерах #1 - Перворождённые (Кристи Голден) [завершен]: CHAPTER 2

Глава 2

Валериан Менгск, двадцать два года, прекрасный, блистательный, и, как он полагал, слегка надменный от осознания собственного превосходства, принял стойку "к бою". Голые ступни касались деревянного пола, высокое и гибкое тело было завернуто в традиционные боевые одежды кейкогаи и хакама. Он держал эфес четырехсотлетнего меча с уверенностью, полученной за годы практики. Оружие, элегантное, прекрасное и смертоносное, было продолжением его самого. Валериан уже давно не думал о нем, как о чем-то другом.

Свет свечей отражался от великолепного клинка. На заднем плане играла спокойная музыка, а в двух больших каминах потрескивала, сгорая, ароматная древесина. Стоя в так называемой стойке всадника, Валериан сохранял неподвижность с терпением хищника. Мышцы напряжены и готовы к действию, а кончик меча направлен в горло воображаемого противника.

Без единого лишнего вздоха он взорвался вихрем движений.

Валериан одну за другой сменял сложные, грациозные позы различных видов с быстротой и точностью. Блок, удар, поворот, выпад, нырок, перекат, прыжок, снова и снова лезвие со свистом рассекало воздух. Его дыхание участилось от напряжения, но оставалось таким же равномерным и устойчивым.

Заканчивая, он смахнул воображаемую кровь с клинка быстрым, почти высокомерным жестом, взмахнул им над головой и вложил его в ножны. Затем он снова стал неподвижен словно статуя, полностью контролируя дыхание, так, что ни один враг не ощутил бы слабость в момент вдоха. Пот мерцал у него на лбу, отражая свет камина так же, как мгновением раньше отражал его меч.

Он выполнил церемонный поклон, и на этом закончил.

Валериан вернул меч в стойку. Он повернулся к небольшому столу, заставленному старыми бутылками и бокалами, и сделал свой выбор. Портвейн был стар, и так же стар был и графин, содержавший коричневую жидкость, и небольшой бокал, в который он налил вино. И то, и другое подходило ему.

Он поднял бокал, рассмотрел, как отблески света пляшут в жидкости, вдохнул аромат и сделал глоток. Его отец любил рубиновые сорта портвейна, Валериан же предпочитал золотистые. Это был один из тех немногих способов, которые Валериан использовал, чтобы отделять себя, по крайней мере в собственном уме, от подавляющего влияния отца. Он предполагал, что в своей непокорности он не был одинок. Дети всех великих людей постоянно старались выйти из тени своих родителей. Некоторым это не удалось, и их имена стали лишь мусором, поглощенным историей точно так же, как их уникальность и одаренность бывали поглощены наследием родителей.

Валериан поклялся, что не разделит эту судьбу.

Он сделал еще один глоток. Сладкая как сироп жидкость покрыла язык и скользнула в горло. Затем он коснулся нескольких неярко светящихся клавиш на стене. Часть стенной панели сдвинулась вверх, и выкатилась гладкая черная платформа. Валериан сел в мягкое кожаное кресло и приготовился к просмотру.

Зыбкое трехмерное изображение появилось над платформой. Он видел это по меньшей мере сотню раз, и это очень грубое приближение. Он знал наизусть каждый отблеск света, каждый неловкий поворот, каждое резкое приближение. То что он видел сейчас - это вся задокументированная информация об инопланетном создании сумасшедшего, неизвестного происхождения.

Движущиеся изображения отражались на его лице. Он смотрел внимательно, вспоминая тот момент, когда увидел это впервые. Голоса людей, протоссов и зергов, кричащих в агонии и испускающих последний вздох - последнее, что интересовало его. Он смотрел лишь на артефакт, и пожирающий его изнутри голод не мог быть утолен этими несовершенными изображениями. Валериан был похож на изголодавшегося человека, увидевшего печенье и стакан воды. Это могло лишь обострить его голод.

Валериан всегда увлекался древними цивилизациями. Когда он был ребенком, он любил выходить наружу - два вооруженных солдата непременно сопровождали его - и рыться в грязи в поисках сокровищ. Каждый раз, наткнувшись на что-то странное, он тщательно извлекал это - до тех пор, пока его мать с удивлением не обнаружила, что стала владелицей целой коллекции камней необычной формы, окаменелых деревяшек и маленьких раковин.

Арктур, когда Валериан фактически видел "великого человека", что случалось ровно дважды до недавнего времени, принижал его и говорил его матери, что она воспитывала женоподобного книголюба и слабака. Взрослея Влериан получил возможность доказать, даже своему скептически настроенному отцу, что в то время как он дейстивтельно мог быть книжным, он не был ни женоподобным, ни слабаком. Начиная с восьми лет у Валериана появились тренеры по владению оружием, как древним так и современным. Он был мастером фехотваниям и восточных единоборств, а также легко и эффективно передвигался в полном боевом обмундировании с гаусс-винтовкой.

Культуры, соединившие войну с искусством, были его любимыми. Самое великой страстью Валериана стало древнее оружие. Он любил его за красоту, тщательность изготовления и старину. Арктур одобрил эти коллекции, поскольку эти штуки могли убивать людей. В этой области двое мужчин сумели найти что-то общее, а, следовательно, именно она и являлась основным предметом их разговоров.

С того момента, как Арктур решил, что его сына и наследника безопаснее всего переместить на одну из отдаленных планет, эти двое стали проводить вместе больше времени, чем когда-либо за всю жизнь Валериана. Это был непростой союз - две столь различные личности никогда бы не смогли ужиться с легкостью. Однако они преследовали одну цель, развитие империи, которая должна была перейти в руки Валериана, так что поддержание мира обходилось малой кровью.

Оба они были уравновешены, сильны и в чем-то подобны кошкам: Арктур, сильный равнинный лев, и Валериан, беззвучно крадущаяся в джунглях пантера. Они по-разному смотрели на вещи, но имели достаточную область пересечения, в которой у них практически не было разногласий.

А когда капля за каплей стала поступать информацию о новых инопланетных храмах, - Валериан был так увлечен размышлениями о них, напоминавших ему о минувших временах древних цивилизаций - они оба решили, что это достойный изучения предмет. Менгск-старший, разумеется, был достаточно впечатлен произошедшим на Бхекар Ро, чтобы желать заполучить силу башен или научиться использовать их. Валериан был похож на юношу, влюбившегося в прекрасную девушку, - изумленного, восхищенного, желающего приблизиться, узнать больше, коснуться и исследовать.

Он убедил своего отца не посылать на этот раз первыми морпехов, мягко, но настойчиво доказав ему, что их уникальные способности нужны во многих других местах - для восстановления Доминиона и подавления восстаний.

- Не обсуждается, - таким был первый категоричный ответ Арктура.

- Мы знаем, что артефакты действительно опасны только для протоссов и зергов, - парировал Валериан.

- Мальчика, который первым активировал тот, что на Бхекар Ро, пережевало и выплюнуло, - ответил Арктур.

- Верно, - согласился Валериан, не теряя своей позиции. - И мы знаем, что именно он сделал, чтобы запустить такую реакцию. Артефакт в некотором смысле живой, у него есть ряд психических способностей. Если мы изучим тот, что пуст и покинут странным существом, мы сможем узнать что-то новое, не подвергаясь риску.

Арктур нахмурился, сдвинув темные брови так, что они стали похожи двух огромных гусениц на его лбу.
- В чем смысл изучения пустого храма? - спросил он.

- Получение знаний о том, как обращаться с той, что не пуста, - ответил Валериан. - Подумай, что мы могли бы сделать с действующей... если бы поняли, как она работает.
Пока Арктур сохранял молчание, его сын пожал плечами и сел обратно на диван, обитый мягко выделанной кожей. Он старался выглядеть незаинтересованно. Его сердце колотилось, он желал этого проекта больше, чем чего-либо еще за всю свою жизнь. Желал с той страстью интеллектуала, которую Арктур, чьи желания лежали совсем в иной области, никогда бы не смог понять. Однако он знал, что не должен показать своего крайнего интереса отцу. Это стало бы признанием слабости. Несмотря на то, что их связь за последние несколько месяцев стала гораздо прочнее, Валериан всегда чувствовал себя так, будто шагает по канату. Умные серые глаза Арктура всегда следили за ним.

- Ты должен признать, что стоит хотя бы попытаться, - сказал Валериан и отправил в рот небольшую плитку изысканного темного шоколада заоблачной стоимости. Прожевав, он сказал:
- И это не похоже на тебя - не желать принести жертву во имя блага человечества.

Арктур улыбнулся. Слова "во благо человечества", и они оба знали это, были личным кодом, означавшим "во благо династии Менгсков". Когда-то, представил Валериан, когда его отец был молод, пылок и горел пламенем праведной ярости, эти слова означали именно то, что означали. Мать рассказывала ему, что отец не всегда был циником. Арктур восстал против Конфедерации, которая в самой малодушной манере разорила целую планету. Он добровольно оставил устроенную жизнь ради неопределенности так называемого террориста, у которого нет ни рубинового портвейна, ни прекрасного шоколада, ни древних мечей или уютной обстановки, в которой можно планировать стратегию борьбы. Ситуация развивалась так, что затем Менгску улыбнулась удача, он вновь стал богат, окружен роскошью, но этому предшествовал длительный период времени, в течение которого подобный исход был вовсе не очевиден.

Втайне Валериан восхищался этим человеком. Сидя на коленях матери, он видел отца в основном по видео, таким же, каким его видели другие - пылким, настойчивым, привлекательным, смертельно опасным.
- Это твой папа, - говорила его мать. - Ты вырастешь и станешь таким, как он.

Вот только он не стал.

Валериан вырос в окружении лишь матери и солдат с суровыми лицами. Они постоянно переезжали, скрываясь от убийц, которые убили его бабушку с дедушкой и тетю. Однажды, когда ему было три года, они решили, что нашли безопасное убежище, на скрытой укреплённой базе в глубине территорий Умоджанского Протектората. Здесь они оставались в безопасности в течение пяти лет. Затем наступила ночь, когда мать вырвала Валериана из глубокого сна. Ее волосы были в беспорядке, а в глазах светился страх. Она собрала его вещи, умоляя хранить молчание:
- Ни слова, ни звука, Вал, милый мой, - и несколькими минутами позже они убежали. Валериан вспомнил яркие огни орудий в ночи и звуки борьбы, вспомнил, как он бежал, а затем споткнулся и тяжело упал. Подхвативший его солдат даже не сбился с ритма бега. Вала передали другому солдату, а тот, что поймал его, продолжил сражаться. Оглядываясь на прошлое, Валериан как-то осознал, что солдат, чьего имени он не знал и чьего лица не помнил, отдал свою жизнь за него и его мать. Никто из тех, кто не попал на спасательное судно, не выжил.

Валериан зажмурил глаза и вцепился в свою мать, когда судно, попавшее под обстрел, стало трясти. Однако Менгск нанимал отличных пилотов, и им удалось сбежать.

- Мамочка? - спросил дрожащий Валериан, широко распахнув глаза. Его сердце бешено колотилось. - Папочка когда-нибудь вернется за нами?

- Конечно, солнышко. Он вернется. Однажды.

Валериан провел несколько часов без сна, положив голову на колени матери. Ее руки перебирали его золотистые волосы. Он слышал, как она всхлипывала, стараясь сдержать себя, не испугать его более того, что уже испугало его этой ночью. Он притворился спящим и позволил ей решить, что она добилась своего. Этой ночью и в течение долгого, долгого времени после нее он держался, представляя своего отца - великого воина, сражающегося в великой битве, той, из-за которой, как мать объясняла ему, но он никак не мог этого понять, он был вынужден находиться вдали от них.

Но тот человек, что стоял перед ним, несмотря на то, что он был по-прежнему силен и обладал той же остротой ума, уже не был тем юным мятежником с Корхала.

Валериан подумал, что и он также не был им.

- Полагаю, попробовать стоит, - согласился Арктур. - По крайней мере, попытаться. Если не сработает, попробуем что-нибудь другое.
Император поднял свой бокал:
- Итак, за благо человечества, - произнес он тост и усмехнулся.

Следующие несколько недель оказались для Валериана одновременно лучшими и худшими в жизни. Худшими, поскольку поступало все больше и больше сообщений о найденных артефактах "неизвестной природы", и он пока что ничего не мог с этим поделать. Лучшими, поскольку он, наконец-то, готовился сделать то, о чем всегда мечтал - узнать об инопланетных артефактах то, чего не знал еще никто. Маленький мальчик, который ковырялся в грязи вокруг дома вырос в мужчину, способного претворить мечту в жизнь. Если бы только он мог сам оказаться среди тех, кто войдет в храм!

Он боролся и за это, но проиграл сражение. Арктур не отступил. Он не позволил бы своему сыну и наследнику оказаться рядом с артефактами или храмами прежде, чем будет доказано, что они достаточно безопасны, и, прямо заявил он, может быть, и после этого тоже. Этот их спор стал одним из наиболее острых и закончился переворачиванием стульев - буквально. В конечном итоге, Арктур выиграл, поскольку еще являлся правителем, и Валериан был вынужден уступить.

Валериан нахмурился, вспоминая этот спор. Он вздохнул, глотнул еще чуть-чуть золотистого портвейна и продолжил просмотр некачественной дрожащей голограммы.

Он хотел бы увидеть реакцию своего отца на какое-либо потрясающее открытие. Он улыбнулся, представив, как Арктур Менгск потеряет дар речи. Это была приятная фантазия.

- Сэр?

Голос принадлежал его помощнику Чарльзу Виттье. Молодой человек лет двадцати с неукротимой копной ярко-рыжих волос, Виттье стоял в дверях и выглядел немного нервозно. Это не удивило Валериана. Виттье всегда выглядел немного нервным.

- Что случилось, Чарльз?

- Профессор Джейкоб Ремси прибыл встретиться с вами, сэр.

- А! - улыбнулся Валериан. - Превосходно. Проведите его, пожалуйста.
Он протянул руку и приостановил воспроизведение голограммы. Размытое, но привлекающее внимание изображение замерло.

Виттье исчез, появившись через мгновение в сопровождении достойного ученого. Валериан встал, острый взгляд серых глаз быстро, но внимательно осмотрел прибывшего.

Рост профессора Ремси превышал 180 см, и это была единственная его выдающаяся черта. Это был человек средней комплекции со светло-голубыми глазами, которые часто щурились от солнца и оказались окружены сетью морщин. Его светло-каштановые волосы были слишком темными для блондина и слишком светлыми для брюнета. Он был обладателем того типа внешности, который Валериан ассоциировал с археологией: слегка потрепанный вид, обожженная солнцем кожа и общая аура равнодушия и отвлеченности. Высокие или низкие, толстые или тощие, мужчины или женщины - всех отличало что-то общее, что Валериан умел мгновенно выделять. Археологов невозможно было перепутать с кем-либо другим.

Джейкоб - по имеющейся у Валериана информации его обычно называли Джейком - выглядел, тем не менее, еще более потрепанным и безразличным, чем другие. Прежде чем взглянуть на своего работодателя, его голубые глаза обежали вокруг, оглядывая роскошную комнату - возможно, самую роскошную из тех, что ему довелось увидеть за всю свою жизнь.

Валериан улыбнулся и шагнул вперед, протягивая руку:
- Профессор Ремси, - сказал он с нескрываемой теплотой, - очень рад наконец-то встретиться с вами.

Ремзи стиснул протянутую руку. "Я тоже... мистер В." Как и ожидал Валериан, рука археолога была мозолистой и сильной, с неровными и шероховатыми ногтями. Это было хорошим признаком. Валериан знал, что большинство археологов стараются надевать перчатки, но лучшие из них, в определённый момент, отбрасывают их в сторону, желая, нуждаясь в прикосновении своими собственными руками к тем вещам, которые не причинят вреда. Он предполагал, что мог бы быть одним из них. Его собственные руки также были мозолистыми, но не от копания в земле, как он делал в детстве, а от использования древнего оружия. Он видел как поднялась бровь Рэмзи от твёрдости рукопожатия юного Престолонаследника.

- Садитесь, - сказал Валериан, указывая на диван, а сам пошёл к маленькому столу с портвейном. Рэмзи колебался всего секунду, прежде чем улыбнуться и повиноваться. Его костюм, без сомнения лучший, из тех, что он имел, выглядел выцветшим и устаревшим среди роскоши этой комнаты.

Рэмзи быстрым взглядом окинул голограмму и его глаза слегка расширились. Он был очевидно более заинтересован в низкокачественной голограмме инопланетного храма, которую он видел несколько раз, чем в осмотре комнаты, столь роскошной, что возможно никогда больше не увидит похожей. Валериан позволил себе надеяться, что этот человек тот самый.

- Могу предложить вам сигару в честь нашей встречи, - Валериан открыл резную коробку из красного дерева. Угощайтесь, профессор.

- Ох, спасибо, Ваше Превосходительство, я не курю. И, пожалуйста, зовите меня Джейк.

Валериан улыбнулся и закрыл коробку.
- Только если вы будете звать меня Валериан.

Джейк побледнел. Валериан улыбнулся еще шире.
- Ну хватит. Как я уже говорил в своем сообщении, мы оба страстно увлечены археологией. Титулы лишь затруднят общение на тему, которая так много для нас значит.

- Ну хорошо, Вале... Валериан, - Джейк запнулся, произнося имя.

- Итак, вы не курите. У вас нет никаких вредных привычек, Джейк, или я могу предложить вам портвейн?

Джейк удивленно рассмеялся.
- Боюсь, что у меня их более чем достаточно. И, спасибо, я выпью портвейна.

Валериан наполнил бокал для Джейка и подлил вина в свой. Прежде чем взять бокал, Джейк помедлил долю секунды. Он смотрел на хрустальное стекло, и Валериану вовсе не нужно было быть телепатом, чтобы прочесть его мысли. Один этот бокал, возможно, стоил больше, чем все финансовое обеспечение его первой археологической экспедиции.

- За удивительные открытия, - произнес Валериан, поднимая бокал. Джейк очень осторожно чокнулся с ним. Каждый из них сделал по глотку, затем Валериан поставил бокал и нажал клавишу на столе. Чарльз Виттье зашел секунду спустя и принес небольшой кожаный портфель, который затем передал своему руководителю.

- Спасибо, Чарльз. Джейк, в этом портфеле находятся некоторые информационные чипы. Один из них содержит резюме, и мне хотелось бы, чтобы вы ознакомились с ними. Все эти люди имеют лучшие рекомендации, и я думаю, что среди них вы найдете ценных компаньонов.

Джейк какое-то время колебался, а затем сказал:
- Сэр...

- Валериан.

- Валериан... Вот уже много лет я работаю вместе со своей нынешней командой. Я считаю их абсолютно надежными, усердными и способными. У меня нет никакого желания расставаться с кем-либо из них, да и, честно говоря, никаких причин.

Валериан кивнул.
- Я ценю вашу преданность. Без сомнений, я внимательно изучил каждого из них и не прошу расстаться с кем-либо. Однако взгляните и на тех, кого я предлагаю добавить в команду. Уверен, вы поймете меня, как только просмотрите резюме.

Он улыбнулся. Джейк кивнул. Они поняли друг друга.

Вот и отлично.

- Здесь также есть некоторая секретная информация, с которой вам необходимо ознакомиться перед отбытием. Только для ваших глаз.

Джейк поерзал на мягком диване.
- Я предпочитаю не иметь секретов от своей команды. Как я уже сказал, мы годами работали вместе. Я доверяю им.

Валериан улыбнулся.
- Разумеется. Однако есть некоторые вещи, которые я бы попросил вас держать при себе до того момента, как я решу, что их можно обнародовать. Это не обыкновенные раскопки, и мы оба понимаем это.

Джейк хотел запротестовать. Валериан продолжил.
- Несомненно, изо всех людей именно вы можете оценить значимость того, что мы делаем. И, если брать за точку отсчета вашу последнюю экспедицию, я более чем уверен, что вы по достоинству оцените то финансирование, которым будете обеспечены.

Лицо Джейка залилось краской, но он не отрицал справедливости замечания.

- Вы вызвали некоторый переполох своей теорией насчет этого, - продолжил Валериан, кивнув в сторону голограммы. - Прошу простить меня, но я слышал в ваш адрес даже эпитет "чокнутый".

Джейк отставил портвейн.
- Не хочу показаться неблагодарным, но неужели вы на самом деле заставили меня проделать весь этот путь от Гелгариса просто для того, чтобы добавить оскорблений?

Ага, значит, он обладает и твердостью характера. И это было хорошо, поскольку эта твердость не была совершенно несгибаемой.

- Разумеется, нет. На самом деле... одной из причин, по которой вы находитесь здесь, является мое согласие с вашей теорией.

Голубые глаза Джейка выглядели изумленными.
- Это правда? Думаю, вы - первый.

- Но ведь это единственный логичный вывод, не так ли? - сказал Валериан, увлекшись предметом разговора. - Этот храм... определенно не принадлежит зергам. А исходя из тех немногих представлений об архитектуре протоссов, им он также не принадлежит. Тем не менее он имеет какие-то черты и тех, и других. И именно протоссы и зерги, но не терраны, оказались ему необходимы. Мы, как вид, ему не интересны. Или, как полагают некоторые мои коллеги, наш вид более совершенен. С другой стороны, модель ясна - и я верю в это, как и вы. Все очевидные логические рассуждения приводят к тому, что чужие, создавшие этот храм, были общими предками зергов и протоссов. В этом... В этом определенно что-то есть.
Его взгляд вернулся к голограмме.

- Ваше пре... Валериан, мне очень, очень приятно, что вы согласились с моей теорией. Но нет никаких доказательств того, что это здание было культовым местом, так что нет причин называть его "храмом". Об этом не говорят и реликвии.

- В этом, профессор, некоторые с вами не согласятся.

- Возможно. Я знаю, некоторые считают, что это очень романтичная и захватывающая профессия. Но на самом деле, она состоит из тяжелой работы и, по сути, складывания мозаики. Это, несомненно, потрясающая умственная работа, но после того, как все сказано и сделано, остается не так уж много романтики.

- Мне нравится называть эти строения "храмами", пусть останется так. Это ведь может быть и правдой, - вкрадчиво сказал Валериан. Джейк сжал губы, но кивнул. Сообщение Валериана было понято.

- У вас, Джейк, есть все, что нам нужно для того, чтобы добиться того успеха, которого мы все так желаем. У вас есть... особые таланты и превосходные рекомендации.

- Что-что у меня есть? - Джейк был абсолютно уверен, что он не отличался ничем особенным. Валериан был доволен. Таким образом, ему не придется соперничать с чужим эго. Еще один плюс в пользу Джейка. Он кивнул и сделал еще один глоток портвейна.

- То, что я сказал, - ответил он. Он показал на портфель. - Все находится здесь. Как только вы получите возможность прочитать это, я уверен, у вас возникнут ко мне некоторые вопросы. Но я думаю, все это имеет смысл. Здесь находится также предварительно записанное сообщение для вашей команды. Пожалуйста, дождитесь отбытия морпехов и воспроизведите его прежде, чем отправиться к месту раскопок. Не стану вас более задерживать - тем более, вас ждет корабль. И не забывайте, для всех, кто не входит в вашу команду, я - лишь господин В.

Он встал - это было прощанием. Джейк залпом допил портвейн, встал и протянул руку. Шагая по комнате, он выглядел смущенным, но воодушевленным. Валериан проводил его взглядом, а затем вернулся к просмотру приостановленной голограммы.

Удивительные открытия.

Он коснулся клавиши и просмотрел запись заново.

Обшивка "Серого тигра" была помята и испачкана за последние несколько лет постоянной эксплуатации, но капитан уверил Ремси и его команду, что неприглядный на вид крейсер совершенно пригоден к полетам в космосе. Ремси осмотрел молодого человека с ног до голову, не будучи уверен, подтвердились ли его опасения, или же говорившему удалось убедить его.

Он был высокий и стройный, обладал сальными волосами и неопределенного цвета глазами, и выглядел рядом с ними таким же помятым и грязным, как и судно, которым командовал. Его кожа была бледной, словно он никогда не видел солнца, и была покрыта чем-то что, как Джейк надеялся, не было нефтью. Однако он опасался, что это именно нефть. Под его глазами были темные круги. Он представился, как капитан Роберт Мейсон.

- "Серый тигр" - это лучший корабль здесь, - сказал Мейсон. - Я пилотировал немалое их количество, но этот - лучший в округе.

Джейк вновь взглянул на судно, ожидая в любой момент услышать, как отваливается заклепка или стонет усталый металл.

- Мы уже трижды делали так, - продолжил Мейсон. - Нам нравится летать с археологами. Вы спокойные пассажиры, верно? - Мейсон усмехнулся, обнажив неровные зубы отнюдь не белого цвета.

- Почти все, - подтвердил Джейк, стараясь не думать о Дариусе и надеясь, что этому здоровяку хватит здравого смысла не ввязываться в ссору с кем-либо из экипажа. А затем до него дошла вся важность сказанного Мейсоном:
- Подождите... Вы говорите, что уже совершали такой полет раньше? Где вы брали людей?

Мейсон пожал плечами.
- Вот чтоб я помнил. Но за последние четыре месяца мы перевезли три группы археологов.

- На этом корабле? - спросил Джейк прежде, чем подумал. Улыбка Мейсона пропала, и несмотря на то, что Джейку не очень нравилась его кривозубая ухмылка, он решил, что пристальный взгляд вовсе не лучше.

- Этот корабль летает семь лет, - холодно ответил Мейсон. - Он встречал практически все, с чем может столкнуться крейсер. То, что он не так уж и хорош на вид, совсем не означает, что он не сможет спасти ваши жалкие задницы.

Джейк нервно сглотнул.
- Ну разумеется, - вежливо произнес он.

- И вы, неженки, не что-то такое, о чём мне нужно беспокоиться, - добавил Мэйсон, ставя последнюю точку, прежде чем поспешить вниз на платформу, выкрикивая приказы своему экипажу.

Джейк предполагал, что его команда будет первой посланной в это захватывающее путешествие, для него было разочарованием
узнать, что он только номер четыре из, кто знает скольких. Он был сильно огорчён тем, что Валериан не сказал ему, что он не первый выбор. Его рекомендации были пустым звуком, он знал это, даже если он был публично назван чокнутым. Это было время процветания. Времена меняются, думал он, иногда неуловимо, а иногда с инопланетным вторжением.

Джейк вздыхал, наблюдая как экипаж в своих старых, списанных скафандрах грузили ящики со снаряжением на судно. Он не был хорошо знаком с боевой экипировкой, слава Богу. Но он знал, что эти скафандры, как и корабль, знавали и лучшие времена. Они были грязные и повреждённые, и были точно не безопасны для тех целей, для которых они первоначально предназначались. Но они всё ещё использовались и ничего не выбрасывалось. Джек предположил, что это были качественные вещи.

В конце концов, пока судно может доставить их туда - это всё, что имеет значение. Он осмотрел снаряжение, когда оно было доставлено, и был шокирован его качеством. Такое новое, что буквально скрипело, такое чистое, что буквально слепило глаза, и оно почти заставило его прослезиться. Предварительно сваренные здания на световые года опережали, те, которыми он вынужден был обходиться на Гелгарисе, и ему было приятно сообщить ошеломлённой, но счастливой Кендре, что да, у них будет удовлетворительная уборная.

В целом, у него было не много поводов для жалоб. Так почему же он чувствовал себя таким недовольным?

Джейк содрогнулся от небрежности, с которой экипаж переносил оборудование и в очередной раз пожалел, что оскорбил капитана, обзывая "Серого тигра". Он откашлялся и уже собирался высказать просьбу относительно более осторожного обращения, как вдруг услышал своё имя.

- Профессор Ремзи?

Голос звучал мягко, но его обладатель был тем, кто привык командовать. Ремзи обернулся и был вынужден опустить глаза, чтобы встретиться взглядом с маленькой женщиной лет двадцати пяти. Ее фарфоровое лицо было обрамлено блестящими черными волосами, подстриженными очень коротко. Она обладала мягкими полными губами и глазами глубокого синего цвета, однако эти глаза смотрели холодно и совершенно равнодушно. Темно-синий обтягивающий комбинезон плотно облегал ее тело, подчеркивая фигуру. А на бедренном ремне, разрушая ее образ, были закреплены две странного вида кобуры с каким-то оружием.

Джейк моргнул.
- Эм. Да, я Джейк Ремзи. Что я могу для Вас сделать?

Женщина улыбнулась и протянула ему свою руку.
- Что я могу для Вас сделать, вот что важно, - сказала она. И что я буду для Вас делать. Я Р.М. Дэл. Глава Вашего охранного подразделения.

Рука Джейка накрыла её маленькую ручку, почти охватывая её. Рукопожатие было неожиданно крепким.
- Извините, моего что?

Улыбка крошечной женщины стала ещё шире.
- Вашей охраны, - сказала она. Вы не видели каких-либо пехотинцев слоняющихся вокруг на изготовке, не так ли?

- Мм, нет, - Джейк запнулся. А должен был?

Она покачала головой и её волосы, словно густой чёрный шёлк, мягко качнулись с этим движением.
- Нет, мы будем вашим прикрытием, на случай если Вы столкнётесь с чем-либо враждебным.

- Например с чем?

Дэл пожала стройными плечиками.
- С зергами или протоссами, а может просто с бандой непокорных скрывающихся терран, которые не любят, когда нарушают их покой.

- Что-либо из этого случалось ранее?

Она снова пожала плечами и произнесла:
- Пару раз.

Джейк сдерживал улыбку. Р.М., что бы это не значило, была не просто низкого роста, она была крошечной. Пятьдесят килограммов, максимум. Мысль о том, как это крошечное создание сдерживает зергов, была очень забавна. Она казалось, прочла выражение его лица, судя по небольшой складке раздражения исказившей её бледный и, в иных случаях, гладкий лоб.

- Я так устала от этого дерьма, - сказала она так спокойно, будто обсуждала погоду. Полагаю, что к этому времени, я должна была уже привыкнуть. Вы видели качество штатного оборудования. Вы думаете, он послал бы защищать всё это кого-то, кто не справляется со своей работой? Вы думаете, что только потому, что у меня на голове нет шлема, и я не ввожу стимуляторы каждые тридцать секунд, я не могу стрелять прямо?

Джейк поднял руки в примиряющем жесте.
- Вы будете находиться рядом с крайне ценной и редкой иноземной реликвией. Я не уверен, что хочу, чтобы Вы или кто бы то ни было, палил из оружия поблизости. Это действительно необходимо?

- Наш общий работодатель, кажется, думает так.

Общий работодатель?
- Мистер В. ничего мне об этом не говорил.

Р.М. осмотрелась вокруг, затем сказала тише, подступая к Джейку.
- Он Престолонаследник. Он не должен рассказывать кому-то из нас, что-либо, что ему не хочется.

Глаза Джейка слегка расширились при употреблении титула Валериана. Значит, она не блефовала. Однако...
- Мне это не нравится. Он позволил мне увидеть резюме остальной части моей команды. Почему не Ваше?

- Возможно потому, что он полагал, что Вы не будете знать, как должным образом оценить моё резюме. Или меня.

В этом отношении она взяла над ним верх. Он проявил бы слабость, сказав, что не думает, что она не может делать свою работу.
- Это не о Вас в частности, - произнёс он. Я не нуждаюсь ни в ком из вас.
Через мгновение, как слова сорвались с губ, ему захотел вернуть их обратно, но, конечно, уже было слишком поздно.

- Профессор, Вы можете недолюбливать нас и возмущаться сколько угодно. Но в конечном итоге, мы всё же отдадим наши жизни, чтобы спасти вашу. Просто удостоверьтесь, что Вы не стоите на пути, и позвольте нам сделать это.

Она повернулась и зашагала прочь. Несколько секунд спустя другая женщина и трое мужчин, которых Джейк не знал, по всей вероятности члены службы безопасности Дэл, протолкнулись мимо него, подталкивая друг друга и бросая в его сторону усмешки, значение которых он не мог истолковать.

Джейк остался один на мгновение. Он не мог не чувствовать, что произвёл плохое впечатление... ну... почти на всех.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/10381/32427

Переводчики: AmataHellowise, GepToR, Eddon