Готовый перевод Alyson Noel - SHADOWLAND / Алисон Ноэль - Царство теней: CHAPTER 3

Угадай что? Майлз пристально смотрит на меня, залезая в машину, большие карие глаза шире чем обычно, привлекательное детское лицо изгибается в усмешке.

Нет, ты знаешь что? Не угадывай.

Я просто расскажу тебе, потому что ты ни за что не поверишь! И ни за что не догадаешься!
Я улыбаюсь, слушая его мысли за несколько секунд до того, как он произнесет их, сдерживаясь, чтобы не сказать: Ты собираешься в актерский лагерь в Италию! Как раз за секунду до того, как он говорит: Я собираюсь в актерский лагерь в Италию! Хотя нет, поправка, лучше сказать во Флоренцию, Италия! Родина Леонардо да Винчи, Микельанжело, Рафаэля…
И твоего хорошего друга Деймена Августо, который лично знал этих артистов!
- Я знал о такой возможности несколько недель, но официально стало известно лишь прошлой ночью, и я до сих пор не могу в это поверить! Восемь недель во Флоренции, ничего не делать, кроме как выступать, набивать желудок и преследовать загорелых итальянских парней…

.

.

Остыв от его драйва, я гляжу на него

– А Холт не против?
Майлз смотрит на меня

– Эй, ты же знаешь, как это бывает.

Что происходит в Италии остается в Италии.

За исключением тех случаев, когда это там не остается.

Мои мысли плавно перетекли к Трине и Роману, задаваясь вопросом, сколько еще бессмертных негодяев по-прежнему там, только и ждут случая объявиться в Лагуна Бич и наводить на меня страх.

- В любом случае, я скоро уезжаю, сразу после окончания школы.

А мне еще остается столько всего подготовить за это время! Ах да, я совсем забыл про самую интересную часть, ну, или одну из самых интересных.

Раз уж все так идеально складывается, что показ моей пьесы «Лак для волос» заканчивается за неделю до того, как я уезжаю, то я все еще успеваю отвесить свой финальный поклон в роли Трэйси Тернблад… ну в смысле, разве это не прекрасно?
- Действительно прекрасно!

Я улыбаюсь.

На самом деле

Поздравляю.

Это так клево.

И могу добавить, что заслуженно.

Могу только мечтать о том, чтобы поехать с тобой.

И в тот момент когда я произношу это, я понимаю что это правда.

Как же было бы здорово избежать всех моих проблем, сесть на самолет и улететь от всего этого.

Кроме того, я скучаю по посиделкам с Майлзом.

Несколько предыдущих недель, когда он и Хейвен оказались под влиянием Романа (как и вся школа), были одними из самых одиноких дней моей жизни.

Не иметь рядом Деймена было выше моих сил, но лишиться поддержки двух моих лучших друзей - это почти подрезало меня.

Но Майлз и Хейвен не помнят ничего из этого, никто ничего не помнит.

Только Деймену удается восстановить небольшие фрагменты и детали, и эти воспоминания заставляют его чувствовать себя ужасно виноватым.

- Мне бы хотелось, чтоб ты тоже поехала – говорит Майлз, сливаясь со звуком стереосистемы у меня в машине и пытаясь найти подходящий саундтрэк под свое отличное настроение.

– Может быть после окончания школы мы все сможем поехать в Европу? Мы можем взять билеты на Евротреил (Европейские ж/д), останавливаться в молодежных общежитиях, бродить пешком – разве это не здорово? Вшестером, ну ты в курсе, ты и Деймен, Хейвен и Джош, и я и еще кто-нибудь…

.

.

- Ты и еще кто-нибудь? – я уставилась на него.

– Ты о чем?
- Я реалист

Он пожимает плечами.

- Я тебя умоляю!

Я закатываю глаза

– С каких это пор?
- Со вчерашнего вечера, когда я узнал, что еду в Италию

смеется он, запуская руку в свои короткие темные волосы.

– Послушай, Холт замечательный и все такое, не пойми меня неправильно.

Но я не пытаюсь себя обмануть.

Я не делаю вид, будто это нечто большее, чем есть на самом деле.

Как будто у нас есть свой срок годности, понимаешь? Полноценные три акта, с определенной завязкой, серединой и завершением.

Это не то, что у вас с Дейменом.

Вы, ребята, совсем другие.

Вы бессрочники.

- Бессрочники? – я впиваюсь в него взглядом, качая головой, когда останавливаюсь на светофоре,

- Звучит скорее как тюремный срок, чем как счастливое будущее.

Ты знаешь что я имею ввиду.

Он исследует свой маникюр, поворачивая свои ярко-розовые ногти в стиле Трэйси Тернблад то так, то сяк.

– Это означает, что вы на одной волне, вы связаны.

В буквальном смысле, между прочим, так как вы постоянно так себя ведете.

Больше нет

Я сглатываю комок в горле и резко давлю на газ, как только загорается зеленый, пересекая перекресток с громким визгом колес и оставляя позади толстый след от резины.

Я не сбавляю скорость, пока не въеду на парковку и не начинаю приглядываться в поисках Деймена, который всегда паркуется на втором по удобству месте, после меня.

Но даже когда я жму на тормоз, его все еще нигде не нет.

Я уже собираюсь выйти из машины, задаваясь вопросом, где бы он мог быть, когда он появляется рядом со мной, кладя руку в перчатке на мою дверь.

- Где твоя машина? – спрашивает Майлз, захлопывая дверь и закидывая рюкзак на плечи,

– И что с твоей рукой?
- Я от нее избавился – говорит Деймен, фокусируя взгляд на мне.

Посмотрев на Майлза и увидев его выражение, он добавляет: - От машины, не от руки.

- Ты сдал ее в счет оплаты новой? – спрашиваю я только потому, что Майлз слушает.

Деймену не нужно покупать, сдавать или продавать, как делают все нормальные люди.

Он может просто материализовать все, что пожелает.

Он качает головой, провожает меня до ворот и говорит, улыбаясь: - Нет, просто вышел из нее на обочине, оставив ключи в зажигании и мотор заведенным.

- Что-о? – вопит Майлз.

- Ты хочешь сказать, что ты оставил свою сверкающую черную БМВ М6 купе на обочине?
Деймен кивает.

- Но это же машина стоимостью сто тысяч долларов! – ахает Майлз, его лицо становится ярко-красным.

Сто десять.

смеется Деймен

– Не забывай, что она полностью укомплектована и перегружена различными опциями.

Майлз уставился на него, глаза практически выпали из орбит, не в состоянии осмыслить то, что кто-то может сделать такое – почему кто-то может сделать такое!

– Эм, ну ладно, дай-ка мне переварить это – ты просто проснулся и решил – Эй, что за черт! Думаю, я просто брошу свою безумно дорогую роскошную машину на обочине – ГДЕ КТО УГОДНО МОЖЕТ ВЗЯТЬ ЕЕ?
Деймен пожимает плечами

– Вполне возможно.

- Но в случае, если ты не заметил – говорит Майлз, слишком глубоко дыша на этот раз

- Некоторые из нас немного лишены машины.

Некоторые из нас родились у родителей, настолько жестоких и странных, что они вынуждены полагаться на доброту друзей до конца своей жизни!
- Извини –

Деймен пожимает плечами,

- Кажется, я об этом не подумал.

Хотя, если это облегчит тебе жизнь, то у меня была важная причина так поступить.

И когда он смотрит на меня, его глаза встречают мои так, как может только он, с согревающей волной тепла, у меня появляется чувство, что выбрасывание машины это только начало.

А как ты добрался до школы? – спрашиваю я как раз в тот момент, когда мы подходим к главным воротам, где нас ждет Хейвен.

- Он приехал на автобусе –

Хейвен смотрит промеж нас, ее недавно покрашенная в ярко-синий цвет челка падает ей на лицо.

– Я не шучу.

Я бы и сама не поверила в это, если бы не видела собственными глазами.

Я наблюдала как он вылезал из этого огромного желтого автобуса вместе со всякими новичками, ботанами, тупицами и остальными изгоями, у которых в отличие от Деймена нет другого выбора, кроме как ехать на нем

Она качает головой.

– Я была так шокирована этим зрелищем, что я моргала кучу раз, чтобы удостовериться, что это точно он.

А потом, все еще не удостоверившись, я сняла его на телефон и отправила Джошу, и он подтвердил это, -

она поднимает его вверх, чтобы мы видели.

Я глажу на Деймена, удивляясь, что могло произойти, и в этот момент замечаю, что он променял свой привычный кашемировый свитер на однотонную хлопковую футболку, а его дизайнерские джинсы сменились на обычные штаны с карманами без каких-либо лейблов.

И даже свои знаменитые черные байкерские ботинки он поменял на коричневые резиновые шлепки.

И хотя он и не нуждается во всем этом показном блеске, чтобы выглядеть сокрушительно красиво, как в первый день нашей встречи, этот скромный облик – это не совсем в его стиле.

Ну, по крайней мере, не совсем тот, к которому я привыкла.

Я имею ввиду, что Деймен несомненно умный, добрый, любящий и щедрый, но кроме того у него еще и более чем яркая и выдающаяся внешность.

Он всегда печется о своей одежде, машине, и имидже в целом.

Я даже не пытаюсь вычислить его точную дату рождения, так как для того, кто решил стать бессмертным, он имеет определенный комплекс по поводу своего возраста.

Но хоть мне еще не приходилось волноваться по поводу его одежды, или того как он добирается до школы, у меня скрутило живот – я почувствовала настойчивый толчок, требующий внимания.

Верный признак того, что это всего лишь начало.

Это неожиданное преображение уходит намного глубже, чем просто экономия средств или альтруистская пропаганда заботы об окружающей среде.

Нет, это как-то связано с событиями прошлой ночи.

Что-то связанное с тем, что его преследует судьба.

Похоже, он убежден, что если он сдаст свои основные позиции, то это все уравновесит.

- Мы идем? – улыбается он, хватая меня за руку как раз в тот момент, когда звенит звонок, уводя меня от Майлза и Хейвен, которые проведут следующие три перемены совещаясь вдоль и поперек в попытке узнать, что же случилось с Дейменом.

Я смотрю на него, его рука, одетая в перчатку, держит мою, когда мы идем по коридору. – Что происходит? Что на самом деле случилось с твоей машиной?
- Я же уже сказал,

Он пожимает плечами.

Мне не нужно это.

Это ненужное баловство, а меня больше не заботит то, как бы себя побаловать.

Он улыбается, глядя на меня.

Но когда я отказываюсь присоединиться, он качает головой и говорит – Не будь такой серьезной.

Это не так уж и сложно.

Когда я понял, что она не является необходимостью для меня, я отвез ее в неблагополучный район и оставил у обочины дороги, где ее может кто-нибудь подобрать.

Я сжимаю губы и смотрю прямо перед собой, желая забраться к нему в мозг и увидеть те мысли, которые он держит при себе, докопаться до того, что это на самом деле значит.

Потому что несмотря на то, как он смотрит на меня, несмотря на его свободное пожимание плечами, все что он сказал не имеет ни малейшего смысла.

- Ну, это конечно прекрасно и все такое, в смысле, если это именно то, что тебе нужно делать, то отлично, можешь расслабиться.

Я пожимаю плечами в полной уверенности, что не все так прекрасно, хотя понимать это проще, чем произнести вслух.

– Вот только как ты собираешься передвигаться теперь, когда ты выбросил свой транспорта? То есть, если ты не заметил, это Калифорния, ты не сможешь никуда попасть без машины .

Он смотрит на меня, явно потешаясь над моей вспышкой, и это не совсем та реакция, которой я ожидала.

– А что не так с автобусом? Он бесплатный.

Я открываю рот в изумлении, качая головой и не веря своим ушам.

И с каких это пор тебя волнует цена, Мистер?

Я зарабатываю миллионы, играя на скачках, и просто материализую все, что пожелаю? И сразу же понимаю, что я не поставила щит на свои мысли.

- Это то, как ты меня видишь? – он останавливается как раз перед дверью в класс, явно уязвленный моей неосторожной оценкой.

– Как какого-то мелочного, меркантильного, самовлюбленного, помешанного на выгоде тупицу?
- Нет! – кричу я, мотая головой и сжимая его руку,

надеясь убедить его, хотя я уже сделала своего рода намек на это.

Но не в плохом смысле, как он думает.

Скорее в том смысле, что мой парень ценит все самое прекрасное в жизни, а совсем не в том, что мой парень – это мужская версия Стейши.

– Я просто… - я искоса смотрю на него, желая чтобы я была хотя бы на половину такой же красноречивой, как и он, но набираюсь смелости и говорю – Я, наверное, просто чего-то не понимаю,

я пожимаю плечами.

– И что с перчаткой? – Я поднимаю его затянутую в кожу руку так, чтобы нам было ее видно.

"Разве это не очевидно?" Он качает головой и тянет меня к двери.

Но я остаюсь на месте, отказываясь с него сдвинуться.

Ничего не очевидно

Ничего больше не имеет смысла.

Он останавливается, рука на ручке двери, более чем слегка обиженный, и говорит– Я думал это хорошее решение на данный момент.

Или ты предпочитаешь, чтобы я вообще тебя не трогал?
Нет! Это не то, что я имела в виду. Переходя на телепатию, когда кто-то из одноклассников приближается к нам, напоминаю ему, как тяжело было избегать какого-либо телесного контакта на протяжении последних трех дней.

Притворяться, что я простудилась, когда мы оба знаем, что мы не болеем и другие нелепые способы уклонения, которые заставляли чувствовать, что мне ужасно стыдно.

Это была пытка, самая настоящая пытка.

Иметь такого прекрасного, сексуального, изумительного парня – и не иметь возможности дотронуться до него – это безумно мучительно.

- Ну, то есть, я знаю, что мы не можем рисковать каким-нибудь случайным нежным касанием руки, но все-таки тебе не кажется, что это выглядит немного… странно? – шепчу я, когда мы опять оказываемся одни.

- Меня это не волнует

его взгляд открытый, искренний и сосредоточен на мне.

Мне все-равно что думают другие люди.

меня волнуешь только ты.

Он сжимает мои пальцы и открывает дверь силой мысли, проводя меня прямо мимо Стейши Миллер к нашей парте.

И хотя я не видела ее с пятницы, когда она очнулась от чар Романа, я уверена, что ее ненависть ко мне ничуть не уменьшилась.

Я уже собираюсь с силами для ее обычных уловок, типа подбрасывания сумки к моим ногам, чтобы я споткнулась, но сегодня она слишком озадачена новым обликом Деймена, чтобы играть в свои старые надоедливые игры.

Она оглядывает его медленным взглядом во весь рост, с ног до головы, а затем все сначала.

Но то, что она меня игнорирует, еще не значит, что я могу расслабиться и поверить в то, что все закончилось.

Потому что правда состоит в том, что со Стейшей никогда не будет покончено.

Она предельно ясно дала это понять.

Если для нее сейчас что-то и является более интересным и злобным, чем обычно, то эта передышка – не что иное, как затишье перед бурей.

- Не обращай на нее внимания, - шепчет Деймен, придвигая свою парту так близко, что края практически заходят один на другой.

И хотя я и киваю, типа я так и делаю, на самом деле я не могу.

Сколько бы мне не хотелось притворяться, что не замечаю ее – я не могу.

Она передо мной и я абсолютно одержима.

Просматриваю ее мысли, желая увидеть, было ли что-то между ними и что именно.

Потому что, хоть я и знаю, что Роман в ответе за все заигрывания, поцелуи и объятия, я ничего не могу с собой поделать, только смотреть.

Хоть я и знаю абсолютно точно, что Деймен был полностью лишен свободы воли, это не меняет того, что случилось – губы Деймена прижимались к ее губам, а руки ласкали ее кожу.

И хотя я вполне уверена, что дальше дело не зашло, я все равно чувствовала бы себя намного лучше, если бы получила какое-нибудь доказательство, подкрепляющее мою теорию.

И несмотря на то, что нужно быть мазохистом, чтобы пережить это безумие и боль, я все равно не остановлюсь, пока ее память мне это позволяет, и пока не обнаружатся все ужасные, причиняющие боль и истязающие меня детали.

Я уже собираюсь покопаться глубже, дойти до самого центра ее мозга, когда Деймен сжимает мою руку и говорит – Эвер, пожалуйста.

Прекрати мучать себя.

Я уже сказал тебе, что там нечего смотреть.

– Я тяжело глотаю, сосредотачивая взгляд на ее затылке, смотрю, как она сплетничает с Хонор и Крейгом, и едва слышу, как он добавляет – Этого не было.

Это не то, что ты думаешь.

- Я думала, ты не можешь вспомнить? – я поворачиваюсь к нему, и меня переполняет стыд из-за того, что я вижу боль в его глазах, когда он смотрит на меня и качает головой.

"Просто поверь мне.

вздыхает он.

– Или по крайней мере постарайся.

Пожалуйста?
Я глубоко вдыхаю, глядя на него, желая, чтобы у меня получилось, хотя и знаю, что должна.

- Серьезно, Эвер.

Сначала ты не могла избавиться от мысли о прошлых моих свиданиях на протяжении шестисот лет, а теперь ты мучаешься из-за прошлой недели? – Он хмурит брови, наклоняется ближе и добавляет настойчивым убедительным голосом – Я знаю, что твои чувства очень сильно задеты.

Я правда знаю это.

Но что сделано, то сделано.

Я не могу вернуться назад, я не могу изменить это.

Роман сделал это специально – ты не можешь допустить, чтобы он победил.

Я тяжело сглатываю, понимая, что он прав

Я веду себя нелепо, неразумно, позволяя себе отклониться от главной задачи – найти выход.

Кроме того, думает Деймен, переходя на телепатию, когда наш учитель, мистер

Робинс приходит,

Ты знаешь, что это бессмысленно

Единственная, кого я когда либо любил - это ты

Разве этого не достаточно?
Он кладет мне на висок свой большой палец, одетый в перчатку, смотрит мне в глаза и показывает нашу историю, множество моих перерождений: молодая горничная во Франции, дочь пуританина в Новой Англии, богатая британская кокетка, муза поэта с пышными рыжими волосами…
Я раскрываю глаза в изумлении, эту мою жизнь я никогда раньше не видела …

Но он просто улыбается, его взгляд теплеет, когда он показывает мне основные моменты того времени, быстрый просмотр того, как мы встретились – в галерее в Амстердаме – наш первый поцелуй сразу у выхода из галереи в ту же самую ночь.

Он показывает мне самые романтические моменты, избегая моей смерти, которая неизбежно наступит раньше, чем мы сможем добиться прогресса.

И после просмотра того, как разворачиваются эти прекрасные моменты, как его неприкрытая любовь открывается передо мной, я смотрю в его глаза, мысленно отвечая на вопрос: Конечно этого достаточно.

Мне тебя всегда было достаточно.

Затем закрываю от стыда глаза и говорю: Но достаточно ли тебе меня?
Я наконец признаю настоящую правду – мою боязнь того, что скоро он устанет от «перчаточного» держания за руку и телепатических объятий, и найдет что-нибудь более реальное в нормальной девушке с безопасным ДНК.

Он кивает, его пальцы огибают мой подбородок и он заключает меня в воображаемое объятие, такое теплое, такое надежное, такое успокаивающее, что все мои страхи рассеиваются.

Отвечая на мой извиняющийся взгляд, он наклоняется ближе и его губы шепчут мне на ухо – Ну вот и хорошо.

Теперь с Романом улажено…

.

.

".

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/10415/32650

Переводчики: tutti_fruitty, Xtina, Katrin_Garwin, Miki_R

tocsha, NutkAnka, TanyaKory