Готовый перевод World of Darkness - Vampire: the Requiem - Core Rulebook / Базовая книга правил игры WoD - Vampire: the Requiem: Chapter One: Society of the Damned

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов, так как модераторы установили для него статус «идёт перевод»

Но, придя к Иисусу, как увидели Его уже умершим, не перебили у Него голеней, но один из воинов копьем пронзил Ему ребра, и тотчас истекла кровь и вода.
И пала капля крови Христа на губы слодата, и утер он ее своею рукою. А на следующий день проспал восход солнца и поднялся ото сна лишь с наступлением ночи. И вкусив кровь Христову, возжелал еще больше.
То мне ведомо. То мне ведомо, ибо я тот солдат.
- Завет Лонгина

Корысть чревата злой невзгодой. - Софокл. Антигона

Хотя они могут пытаться, Сородичи никогда не смогут стать полноценной частью человеческого общества. Независимо от их чувств, желаний и намерений, вампиры всегда отчуждены от окружающих. Они волки среди овец, и сама их натура не дает им забыть об этом. Неважно как сильно вампир может быть привязан к своей смертной любви, Кровь постоянно взывает к нему. Зверь может вырваться вспышкой всепоглощающего безумия и часто результатом становится ужасная смерть любимого человека. Сородичам приходится избегать прикосновения солнечных лучей, что ограждает их от большей части культуры, общества и самой жизни, окружающей их. Они – провинциальные существа мыслящие исключительно локальными категориями, поскольку большая часть мира им недоступна.

Смертные создают сообщества почти вопреки себе. Они разделяются на нации, превознося культуры существующие веками, если не тысячелетиями. Они всегда являются частью чего-то большего, нежели они сами, даже если им не удается – или не хотят – осознать это.

Сородичи, однако, привязаны к городам, построенным их скотом – смертными, и каждый город представляет собой отдельный изолированный домен. У Сородичей нет ни наций, ни единого правительства; местный правитель – единственный обладатель власти. Хотя у вампира остается чувство самоопределения и воспоминания из прошлой жизни, но чувства принадлежности у него не остается. Вампир больше не является частью чего-то большего, чему он принадлежал, когда был жив. Скорее, чувство принадлежности перемещается в сторону местных реалий: верность Князю, принадлежность клану или ковенанту. Это единственные связи которые Сородич может поддерживать по-настоящему, единственная культура частью которой он действительно является, и это то что объединяет их общество.

Становление

Это начинается со смертью – горячий поток крови, изливающийся из горла или запястья жертвы. В нужный момент, вампир разрывает свою кожу и роняет несколько капель драгоценной Витэ на губы жертвы. С этого момента начинается превращение. Жертва умирает… но не совсем. Жизнедеятельность жертвы прекращается, в то время как Витэ ее сира наполняет ее тело силой, которая обеспечивает ей существование после смерти. Это – Становление, первый шаг по пути превращения смертного в Сородича.

В чем секрет? Что заставляет вампиров подниматься после смерти и питаться кровью смертных? Даже самые эрудированные вампиры не знают ответа. Истории о происхождении вампиризма отсылают нас к Библии, к языческим легендам и ведьмам, к печально известному Владу Дракуле, к самому Дьяволу и многим другим источникам. В каждой культуре есть мифы о вампиризме, даже среди самих вампиров. «Бытие Сородичей» представляет собой покрытую мраком тайну, в которой неизвестно количество членов, но уж точно нет недостатка в так называемых пророках и философах с их собственными догматами, теориями и ересями насчет значения и происхождения проклятья.

Если о чем и можно судить однозначно, так это о том, что Становление – отнюдь не благословление бессмертием. Существование в виде вампира – это проклятье, и вполне возможно, проклятье, наложенное самим Богом. Хотя бытие нежитью несет в себе кое-какие преимущества – Дисциплины (мистические и сверхъестественные силы Проклятых), бессмертие, возможность преступить ограничения смертных – недостатки сводят их на нет. Глупые романтики, очарованные мифами о вампиризме иногда узнают, что цена бессмертия слишком высока. Вампир навсегда отделяется от мира, в котором родился, и который теперь неосознанно сторонится его. Вампир лишь может претендовать на то, чтобы быть частью этого мира, часто даже ненадолго, так как вампирская натура все равно берет свое. Те, кто был его компанией, становятся его пищей. Больше никогда вампир не увидит свет солнца, не почувствовав как он сжигает его плоть. Больше никогда вампир не познает удовольствий жизни. Реквием – это принудительное изгнание, которое может растянуться на целую вечность. Неудивительно, что многие Сородичи стараются не замечать этого, увлекаясь своими планами и сопреничеством. Их бесконечная война, Танец Смерти, может быть единственным способом сбежать от своего проклятья, но даже в этом случае, вампир лишь отворачивается от него, но не избавляется.

Реквием

Любопытно, хотя и неудивительно, что наиболее распространенное название нежизни среди Сородичей – Реквием. Само слово означает мессу или музыкальное сочинение, в честь мертвых. Иногда Реквием – это панихида. Иногда это – песнь, посвященная умершим. А еще – дань уважения.

Неудивительно, что это слово приобрело свое значение среди Сородичей. Слово это обладает собственным скрытым подтекстом, предполагающим, что Сородич поймет его, когда придет время. Сейчас, по крайней мере, все кроме самых уединенных Сородичей знают об этом особом значении слова. Реквием, это нежизнь Сородича, величественный, довлеющий вальс, который танцует каждый Сородич каждую ночь под метафорическую мелодию музыки тайных сил, которые ведут его, манипулируют им и вдохновляют.

Но почему?

Причины Становления очень разнообразны, и каждый Сородич обладает собственными мотивами по которым он дает Становление. Во-первых, и главным образом, это одиночество, так как становление вампиром подразумевает собой изоляцию с которой многие вампиры пытаются бороться. Конечно, Становление порождает другого Сородича – который сам одинок и отчужден, и этот порочный круг продолжает вертеться. Некоторые Сородичи дают Становление с целью сохранить таланты смертных, но только для того чтобы обнаружить, что Становление препятствует достижению вершин талантов, дарованных смертным. Другие Сородичи дают Становление из чувства долга или для предотвращения несчастья, например, случайно убив жертву и пытаясь «спасти» ее, наложив проклятье нежизни – чье существование может стать роковым для других смертных. Тенденция неизбежная и необратимая. Вне зависимости от намерений, Становление не несет ничего кроме проклятья, так как приносит в мир нового вампира.

Какова бы ни была мотивация, ни один вампир не получает Становление по грубой неосторожности или без каких-либо раздумий со стороны вампира, создающего наследника. Сотворение Сородича требует акта сильной воли, и даже вампир, который говорит, что создал наследника «просто так» определенно скрывает свои мотивы.

Танец Смерти

Если индивидуальное существование вампира называется Реквиемом, то его взаимодействие с другими Сородичами обозначается словосочетанием Танец Смерти, в котором участвуют, конфликтуют, решаются и обрываются Реквиемы многих и многих Сородичей.

Для многих Сородичей Танец Смерти обладает негативным подтекстом. Взаимоотношения между Сородичами можно назвать в лучшем случае напряженными, поскольку вампиры, по-видимому, являются хищниками-одиночками. Тем не менее, Становление не обрывает полностью всех побуждений смертного. В проклятии нежизни неизбежно все, кроме самых замкнутых вампиров, жаждут общения с теми, кто способен их понять. Неужели это так неестественно – искать дружбы среди тех, кто испытывает ту же боль и печаль и способен разделить ее с тобой?

Тем не менее, здесь присутствует определенный риск. Хотя Становление не отделяет Человека от вампира, но оно поселяет в нем Зверя, жаждущего крови и неспособного остановиться ни перед чем, чтобы утолить эту жажду. Когда Сородичи встречаются, они чувствуют страх или вызов. Кроме того, все Собратья конкурируют в борьбе за ограниченные ресурсы и безопасность, а другие вампиры могут угрожать и тому и другому. В мире, где Сородич вынужден прятаться и убивать, как можно доверять другим вампирам?

Реквием по-своему влияет на душу Сородича. Когда ты знаешь, что не умрешь по-настоящему, теряешь чувство крайней необходимости. Когда перед тобой вечность, что может поддержать интересы вампира или даже Сородича, за плечами которого сотня лет нежизни? В попытке прогнать бесконечный недуг, они строят козни друг другу. Единожды устав от всего, что способно принести радость или интерес в их нежизнь, многие обращаются к вероломству в попытке найти хоть какой-нибудь отклик в их истощенных эмоциях.

Именно это и является настоящим Танцем Смерти, исполняемым вампирами, стремящимися возвыситься над остальными социально, политически или даже физически. Это опасный танец, перемежающийся вампирскими ловушками, интригами старших, амбициями молодых и замыслами, требующими десятилетий, веков или даже тысячелетий, перед тем как прийти в действие. Сородич теоретически не ограничен по времени, для того чтобы составить свой генеральный план и осуществить месть – в спешке нет нужды. Для многих вампиров лучше подождать пока месть как следует остынет и напомнит о себе в следующий ход Танца Смерти. И цикл этот бесконечен.

Танец Смерти это одновременно и спасительная отдушина, и вместе с тем смирение с проклятьем, поскольку отделяет Сородичей от их нигилистических, интроспективных Реквиемов, но лишь вызывает конфликты, которые подвергают опасности эти самые Реквиемы.

Кланы

Клан – это вампирское наследие. Известно пять кланов Сородичей, и каждый Сородич принадлежит к тому или иному клану. Наиболее распространенная теория насчет кланов состоит в том, что они являются своего рода «семьями» вампиров. Члены кланов разделяют определенные общие черты, от предрасположенности к определенным Дисциплинам до определенных традиционных недостатков. Один из недостатков «семейной» теории заключен в том, что никто не знает основателей этих кланов, и лишь в некоторых случаях возможны туманные догадки. Конечно, кланы откуда-то произошли, но откуда? Нынешняя история содержит имена лишь двух Сородичей, не имевших клана, и никто из них так и не продемонстрировал достоверно способности давать Становление на протяжении своих Реквиемов. Эти вампиры, легендарный Дракула и римский центурион Лонгин, известны созданием определенных Ковенантов, а вовсе не кланов, но не могли ли они быть на пути к созданию собственных кланов? И если кланы не происходят от определенных основателей, то откуда они происходят? И если Лонгин и Дракула не имели клана, кто может с уверенностью сказать, что и в нынешнее время нет ни одного вампира, получившего становление таким же образом, но который сейчас умело скрывается?

Сейчас влияние кланов проникло почти повсюду. Есть мнение, что пять кланов расселены по всему Западному миру. Сородичи проникли в Новый Мир с первыми колонистами, что говорит о европейском происхождении вампиров, или о том, что они происходят от древних цивилизаций, когда-то давно населявших мир, и следовали за каждым шагом смертных. Устные истории и редкие записи упоминают о существовании вампиров среди клановых культур Северной Америки до ее колонизации, но были ли те вампиры членами кланов, или одинокими, уникальными существами, сказать трудно. Хотя информация о Дальнем Востоке отличается беглостью, известно о следах здешней деятельности пяти кланов, как и в Африке, Южной Америке и большей части Среднего Востока. Однако неизвестно как в местных культурах этих регионов оформились знания о кланах, и любой, кто попытается изучить этот феномен должен быть достаточно мудр, чтобы ни с кем по этому вопросу не пересекаться.

Линия крови похожа на клан, но характеристики ее не столь универсальны. Можно считать линию крови этаким «подкланом». Не все вампиры входят в линии крови. Каждая линия крови обладает родительским кланом, от которого ответвляется. Ученым Сородичей точно неизвестно сколько линий крови существует в мире, потому что линии крови могут появиться в любое время и немногие из них настолько сильны чтобы их можно было бы вписать в перечень, если бы даже таковой существовал.

Дэвы

Дэва эмоциональны, чувственны и желанны. Среди этих суккубов-соблазнителей поровну и сексуальных хищников и чувственных гедонистов.

В истории Сородичей Дэва, похоже, является самым древним кланом. Их имя происходит из персидской мифологии, а их способности позволяют предположить о связи с демонами, в честь которых они были названы. Редкие древние записи позволяют предположить, что основателем клана был Сородич известный как Эсма Дэва, но вампирские исследователи спорят, был ли он действительно нежитью, или записи лишь сопоставляют его с персидским демоном вожделения и гнева.

Имя «Дэва» предшествует общепринятой истории о происхождении вампиров, обычно сопутствующей подъему Рима. Определенно, в каком-то виде Дэва существовали и раньше, но было ли у них собственное сообщество или они представляли собой лишь толпу сексуально озабоченных возвращенцев, неизвестно. После подъема Рима, Дэва стали неотделимой частью общества Сородичей, и история вампиров говорит об их активности в Камарилье, первом известном социальном объединении нежити.

Гангрел

Гангрел известны примитивностью, стойкостью и дикостью. Они воплощают мифы о вампирах, превращающихся в животных или как-либо иначе меняющих форму (волки, летучие мыши, туман).

Многие Сородичи полагают, что этот клан очень стар, но из-за звериной природы Гангрел, осталось очень мало записей, которые можно связать с их происхождением в какой-то определенный период. Хотя покрытая мраком предыстория Сородичей содержит легенды о звероподобных вампирах, не все они касаются Гангрел.

Географически, Гангрел происходят из местности ныне называемой Восточной Европой, где они установили контакт с зарождающейся Камарильей и с неохотой вошли в сообщество. С расширением Рима на запад, туда же двигалась и Камарилья, и, соответственно, Гангрел. Историки выдвигают теории о скандинавских корнях клана. В те ранние ночи сообщества Гангрел выбрали удаленные домены в качестве своей территории. Таким образом, Гангрел часто являются первопроходцами, поселяясь там, где позднее образуются домены, или падальщиками, безрассудно зачищающими территории и отказывающимися сдаваться, когда домен уже пал.

Мехет

Мехет – быстрые, рассудительные и мудрые вампиры. Легенды о вампирах крадущихся в тенях, о невидимых ночных охотниках знающих никому не известные тайны, возможно, ведут свое происхождение от деятельности Мехет.

Некоторые из старейших Сородичей, известных в вампирском мире, принадлежат клану Мехет, хотя большинство из них проводят время в мертвецком сне, известном как торпор. Хотя большинство предрасположено к одиночеству, некоторые совершали переходы с армиями смертных и возможно даже сформировали свои собственные торговые фракции нежити. Как и в случае с остальными кланами, об основателе клана Мехет ничего не известно. Многие истории описывают ведущих затворническую и уединенную нежизнь мехетских предводителей культов или наставников школ бесшумных убийц, так что клан может происходить от Фараонов или королей-философов античности.

Название клана позволяет строить догадки об их происхождении, так как является египетским словом, означающим «амулет». Некоторые из наиболее уважаемых старейшин несут в себе какие-то египетские черты, а немногие из них обладают классической эллинской внешностью, что неудивительно, учитывая близость Греции и Египта. Торговля между Грецией и Египтом и позднее с Римлянами соответствует легендам о путешествиях клана и его роли в формировании Камарильи. С тех пор Мехет проникли всюду, где есть тени, где есть скрытые тайны и где у Сородичей возникает нужда в мудрой консультации.

Носферату

Носферату скрытны, сильны и ужасны. Само их присутствие заставляет людей нервничать, вне зависимости от того физическое ли это уродство, окружающее их зловоние или неопределенное ощущение близости зла.

Изучение легенд о Носферату позволяет предположить, что клан этот относительно молод, и возможно появился незадолго до подъема Рима и возможно среди завоеванных им народов. Определенно, Носферату были весьма активными среди кланов Камарильи, но доказательства их существования до того времени в лучшем случае размыты. И, тем не менее, время от времени появляются упоминания об очень старых Сородичах, которые если не являются Носферату, то очень на них похожи. Являются ли они членами того же клана, принадлежат ли некоему «прото-клану» предшествовавшему Носферату, или не имеют к нему совершенно никакого отношения, остается только гадать.

Легенды о Носферату исторически получили большее распространение в центральной Европе, то есть в Германии, северной Италии и восточной Франции. Ранние летописи описывают что-то похожее на Носферату на территории современной Польши, Словакии, Венгрии, Румынии, Болгарии и Греции, а также частично в северной Африке. Как Гангрел, Носферату предпочитают искать новые территории до или после того как они наскучат большинству Сородичей. В отличие от Гангрел, Носферату быстро приспосабливаются к присутствию других вампиров, в надежде что их чудовищная природа поможет им найти место в сообществе Проклятых.

Вентру

Вентру – это величественные и внушительные аристократы. Вампиры от восточноевропейских лордов до нетитулованных дворян и современных корпоративных рейдеров принадлежат к этому клану.

Удивительно то, что Вентру является самым молодым кланом, почти наверняка происходящим из самого Рима, возможно появившимся чуть ли не одновременно с образованием Камарильи. Хотя их история относительно коротка (по меркам вампиров), она утверждает, что Вентру созданы для того, чтобы править. Хотя никто не помнит имени первого Вентру, множество историй описывают происхождение клана, который когда-то считался ковенантом, от одной женщины-вампира. Считается, что она не была первой Вентру, но выпила душу своего сира и основала линию крови, которая позже стала полноценным кланом.

Как можно догадаться, исторически Вентру были сильнее всего в Европе, откуда позже перешли в Северную и Центральную Америку, но в остальном мире их относительно мало. Вентру, возможно, являются самым малочисленным кланом, но в разных доменах эта ситуация развивается по-разному, так, например, какой-либо домен может быть населен только Вентру – в лучших традициях династической преемственности.

Котерии

Давным-давно, когда города были меньше, а технология куда менее продвинутой, Сородичи могли позволить себе существование в качестве хищников-одиночек, передвигаясь в одиночку среди множества людей. Теперь мир изменился. И смертных и Сородичей теперь куда больше чем кто-либо мог бы представить несколько веков назад. Сородичи, особенно молодые и лишенные политического веса и практически не обладающие никаким влиянием, нуждаются в союзниках, как никогда не нуждались в них старшие вампиры в их возрасте. Вместе с непреходящей потребностью в общении, оставшейся со времен их смертной жизни, эта нужда заставляет молодых Сородичей формировать маленькие социальные группы, называемые котериями.

Котерия, в которой обычно состоит от трех до шести Сородичей, и лишь изредка разрастающаяся до дюжины, существовала веками. Столетия назад котерии собирались по особым случаям, как, например, занять главную дорогу и устроить здесь убежище, или, например, чтобы защитить домен от внешней угрозы. Идея о котерии, собирающейся и работающей совместно для достижения долгосрочных целей, и даже после их достижения, кажется глупой и ненужной большинству старейшин. Их стремление к обществу уже взяты под контроль, их убежища хорошо защищены как от врагов, так и от ничего не подозревающей пищи. Они считают формирование котерий юношеской глупостью или еще хуже – поведением стадных животных.

Для прочих же Сородичей, котреии являются обычной практикой. Некоторые современные котерии собираются для определенных целей, как раньше. У них может быть общая цель, или могут собраться по приказу лидеров, фракций, их сиров, или других Сородичей, достаточно авторитетных, чтобы потребовать какой-либо службы от членов группы. В большинстве случаев котерии – это чисто социальные структуры, без каких-либо целей, кроме долгосрочной выгоды и взаимопомощи. Они обеспечивают молодым Сородичам союзников и поддержку, которой у них нет и которую никак иначе они найти не могут. По крайней мере, таким образом, всегда есть кто-то способный прикрыть твою спину, помочь в охоте и помочь свести счеты со старейшинами и авторитетами, буде таковые появятся – что очень важно в мире Проклятых.

По правде, котерии это вовсе не банды счастливых друзей, околачивающихся в домене. Недоверие друг к другу, свойственное всем Сородичам, не исчезает при формировании группы. Котерии, особенно те, члены которых не связаны родством или общим Ковенантом, как и любые другие вампирские сообщества, пропитаны спорами, двуличными отношениями и часто неожиданными предательствами. На самом деле почти каждая котерия явление временное, и, даже если существует в течение нескольких десятилетий, рано или поздно распадется. Чем больше времени она существует, тем больше открывается возможностей для продвижения за счет предательства (в крайнем случае, простого выхода из нее), и, в конце концов, кто-нибудь из ее членов поддастся искушению. Даже если нет никакого шанса, что кто-либо покинет котерию или повернется против своих союзников, Сородичи с возрастом становятся параноиками. Что неудивительно, учитывая то, в каком окружении они «взрослеют». Это значит что, с определенного возраста вампиры перестают доверять своим бывшим союзникам, даже если у них на это нет никаких оснований. Те котерии, которые не распадаются из-за нечестности или амбиций, неизбежно распадаются из-за взаимного недоверия.

Разумеется, существуют и исключения. Некоторые старейшины до сих пор взаимодействуют или, по крайней мере, поддерживают связь со своими прошлыми котериями. Но такие случаи редки. В большинстве своем старейшины не доверяют котериям – даже если в молодости сами были частью котерии – как не доверяют и новичкам составляющим котерии. По правде, хотя мало кто это признает, многие старейшины боятся распространения этого феномена, считая, что в будущем они станут соперниками, с какими будет трудно тягаться.

Мертвые культуры

Общество Проклятых таинственно и чуждо для нас. В конце концов, сама природа Сородичей – врожденная паранойя, недоверие и враждебность которые вампиры часто направляют друг против друга, не говоря уже об их постоянных спорах за охотничьи угодья – дает основания предположить, что они созданы одиночными охотниками.

Некоторые верят, что общество Сородичей существует сейчас в том виде, в котором существовало тысячи лет. В легендах говорится, что когда-то вампиры правили как короли и что их феодальные домены просто передавались по наследству через столетья. Разумеется, никто из вампиров, ныне бродящих по земле, по крайней мере, никто из известных вампиров, не может в действительности вспомнить события столь далекого прошлого. Воспоминания Сородичей, проспавших десятилетия, становятся размытыми, сновидения смешиваются с реальностью и никто из них на самом деле не может отличить то, что было на самом деле от того что, как им кажется, они помнят.

Некоторые Сородичи, особенно неонаты, верят, что их общество куда моложе, по крайней мере, в исторической терминологии. Они считают, что отделение Сородичей от людей полностью закончилось лишь в нынешнее время, когда прятаться от скота стало по-настоящему трудно из-за быстрого развития связи и технологии. Лишь сейчас, заявляют они, возникла потребность в отдельном обществе.

Главная цель сообщества Сородичей, как считают вампирские философы, это регуляция. Сородичи собираются не столько физически, сколько социально, под началом местного правительства, потому что довольно многие из них осознают необходимость в поддержании порядка среди своих. Если бы Сородичи селились в переполненных городах без явной власти, ничто бы не спасло их от междоусобных войн, неразборчивого питания и других угроз собственному существованию. Личность, известная как Князь (или другой представитель местного правительства) прежде всего и в первую очередь служит для принуждения к исполнению законов.

Кроме этого, Сородичи утверждают, что их вид социально раскалывается по причинам куда более личным и прочно укоренившимся, чем необходимость защититься друг от друга. Общество Сородичей обеспечивает своим членам нечто, что они не могут получить среди смертных: чувство принадлежности, единства. Вампиры могут презирать большую часть своих коллег и своего Князя или правителя – и очень многие так и делают – но, тем не менее, в их городе есть их сообщества. Роль семей, как у смертных, у Сородичей играют кланы. Вместо культур и наций – ковенанты. Подобные социальные структуры позволяют Сородичам чувствовать себя частью чего-то большего, противостоять крайней изоляции, от которой они страдали бы вечно.

Сородичи все равно аутсайдеры, сторонники этого идеализированного состояния, но, по крайней мере, все их домены, и кланы, и ковенанты позволяют им существовать вместе на правах аутсайдеров.

Многие старейшины, разумеется, считают подобные теории кучей неискренних, ревизионистских, зловонных самооправданий, извергаемых молодыми бездельниками, не знающими ничего о мире. Так как при этом они не могут предоставить никаких доказательств своей консервативной позиции, что, мол, «так было всегда», старейшины вряд ли в ближайшее время заткнут социальных теоретиков. И этот спор образует еще одну сторону непрекращающегося Танца Смерти.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Ковенанты

Ковенант – это социальная единица вампиров. Каждый из них представляет собой искусственную группу вампиров, объединенных общей философией, идеалами, политическими целями и даже религиозными представлениями. Вампиры обычно могут принадлежать лишь одному ковенанту за раз, придерживаясь своих принципов, но иногда Сородичи покидают один ковенант, чтобы присоединиться к другому, избегая принадлежать сразу к двум ковенантам, или присоединяются к ковенанту под вымышленным именем, шпионя на самом деле на другой ковенант. Некоторые вампиры вообще не принадлежат никаким ковенантам. Хотя обо всех этих группах рассказывается ниже в этой книге, будет полезно уяснить некоторые базовые идеи.

Картианцы стремятся примирить общество Сородичей с современными формами правления и социальными системами. Во множестве городов по всему миру проводится эксперимент Картианцев на какой-то ступени своего безжалостного цикла, от наивного идеализма, до «революции пожирающей своих детей».

Круг Ведьмы чтит множество женских личностей как сборный образ создателя вампиров, Матери Чудовищ. Более консервативные партии Сородичей считают их язычниками. Круг больше верит в целостность и искупление, нежели в раскаяние и вину, как другие идеологические ковенанты. Члены Круга – колдуны и кровавые ведьмы.

Инвиктус – это аристократия ночи. Новые феодалы с гнилой сердцевиной, они, тем не менее, составляют могущественный ковенант, черпающий свою силу из традиций. Инвиктус заявляет о своих корнях в древнем Риме, если не в более древних веках.

Ланцеа Санктум указывает на библейскую историю как на источник своего духовного мировоззрения. Ковенант пытается влиять на сообщество Сородичей осуждениями Лонгина, который верил в то, что является предтечей, обращенным в одного из Проклятых кровью Христа. Ковенант практикует магию, заимствующую элементы библейских времен, когда была объявлена Божья воля.

Ордо Дракул – это новая Викторианская фракция не без сходства с тайным обществом. Ковенант владеет мистическим знанием и ритуалами, позволяющими его членам преступить пределы их вампирского состояния. Ковенант заявляет о своем происхождении от исторической личности – Влада Цепеша, самого Дракулы.

Сородичи, не принадлежащие совсем никакому ковенанту известны под многими названиями, но самые распространенные из них – «беспорядочные» и «несвязанные». У них нет формальной структуры, и многие из них просто хотят вести свой Реквием по-своему, в отличие от тех, кто принадлежит к различным ковенантам и их образованиям.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Подсчет трупов

Так сколько всего существует Сородичей? Если у них есть общество, значит, их должно быть достаточно много, тем не менее, они стремятся оставаться более или менее скрытыми от большинства смертных вокруг них.

На самом деле количество Сородичей варьируется от города к городу. В большинстве маленьких городов соотношение нежити к смертным относительно невелико: обычно один вампир на 100 000 или больше смертных. В больших городах соотношение приближается к одному вампиру на 50 000 смертных. В некоторых городах, по каким-то причинам притягивающих Сородичей – таких как Нью-Йорк, Лондон, Новый Орлеан и Чикаго – соотношение может быть существенно выше. Большинство Принцев не слишком следят за этим. Пока их численность не становится настолько высокой, что люди начинают замечать, что кто-то на них охотится, количество не имеет значения.

Если кого-нибудь заинтересует среднее количество по всему миру, то соотношение примерно достигает отметки один-на-50 000. Оно так сильно разнится от домена к домену, что по ним невозможно с уверенностью сказать что-либо об общем количестве вампиров.

Золоченая клетка

Возможно, единственная величайшая причина, по которой образовалось общество вампиров, состоит в неразрывной связи Сородичей с городом. Нежить привязана к городам скота так же сильно, как к самой Крови. Для них город является клеткой, пусть и золоченой, и Сородичи не могут отрицать этого, как не могут стать вегетарианцами.

Разумеется, глупо предполагать, что Сородичи никогда не путешествуют. Если бы они не делали этого, они бы никогда не распространились как человечество, и были бы ограничены ареалом Старого Света. Несмотря на все причины не делать этого, причины, сформировавшие общество Сородичей таким, каким оно является, путешествие иногда необходимо (или является лучшим выбором из всех возможных зол). Нельзя сказать, что Сородичи не путешествуют, но они не путешествуют просто так.

Что же это за сила такая в городах, что держит Сородичей мертвой хваткой? Почему каждый город существует в виде изолированного владения, почти или совсем не сообщаясь с соседями?

Жизнь у кормушки

Возможно, самая очевидная причина, побуждающая Сородичей собираться в городах и оставаться в них, состоит в том, что в городах много народу. Разумеется, какую бы религиозную, культурную или мистическую подоплеку ни подводили Сородичи, главное – это кровь. Кровь – ядро всей их деятельности. Хотя охота не всегда может увенчаться успехом, Сородич может быть более или менее уверен, что в городе можно прокормиться, не привлекая особого внимания с приемлемыми затратами внимания и усилий. В городах есть трущобы, клубы, наркопритоны, больницы и, наконец, если опуститься до этого, темные подворотни. Даже если Сородич сможет где-нибудь найти людей, благоприятная возможность для питания при этом присутствует далеко не всегда.

Разумеется, мужественный или отчаявшийся вампир может пополнить собой жизнь за пределами городского центра. Сельский городок с населением в 500 человек, расположенный где-то в глуши, может обеспечить достаточно Витэ, чтобы какое-то время обеспечивать существование осторожного Сородича. Тем не менее, при столь малом населении, рано или поздно появятся видимые жертвы, когда вампир потеряет контроль и впадет в безумие. В лучшем случае вампир получит испуганных и рассерженных жителей, которые, вооружившись ружьями, будут искать виновника. В худшем – сорвется тщательно разработанная маскировка, скрывающая Сородичей от окружающего мира, по крайней мере, на местном уровне.

Некоторые, немногие, вампиры решают пойти на шаг дальше и пытаются выжить на дикой местности, питаясь животными. Хотя многие из них через относительно короткое время завязывают с этим. И не только из-за нехватки доступной крови, но и потому что вскоре Сородичи достигают такого уровня, при котором кровь животных перестает их питать. Зачем копаться в отбросах на заднем дворе, если можно просто стоять у стола и наслаждаться роскошными яствами?

Вдобавок к трудностям, связанным с питанием, жизнь вне города сталкивает Сородичей с другими трудностями и угрозами, связанными с путешествиями.

Общественная поддержка

Парадокс Сородичей состоит в том, что в них одновременно сосуществуют и одиночная натура зверя и человеческие общественные склонности. Они собираются в группы, хотя их соперничающая и агрессивная природа часто делает подобные сборы опасными, или, по крайней мере, неуютными. Они соперничают друг с другом – готовые всегда предать, нанести подлый удар в спину, придумывая для этого разные комбинации – и, тем не менее, не могут существовать в других условиях. Даже если бы Сородичи могли легко добывать кровь за пределами городских застроек, немногие из них покинули бы города, в которых их поддерживают и общество смертных, и общество Сородичей.

Сила и власть Сородичей происходит по большей части не из их собственных врожденных способностей, а из влияния на мир смертных. Неважно насколько стар и могущественен вампир, на него найдется кто-нибудь старше и могущественнее. Зачем рисковать собственным потенциально вечным существованием, которое иногда может быть весьма жалким, когда можно манипулировать пешками, которые могут взять этот риск на себя? Редко встречаются Сородичи, не обладающие никаким влиянием, или хотя бы парой контактов в правительстве, в бизнесе, в организованной преступности или каких-нибудь других полезных элементах общества скота. И чаще всего все эти связи существуют в пределах города, потому что именно там живут люди.

Сородич без контактов в большой степени беспомощен. Разумеется, у него есть врожденные силы – физическая мощь и способности, дарованные Кровью и его немертвой природой – но его враги располагают тем же, а у него нет даже возможности позвать помощь.

Даже общество Сородичей служит чем-то вроде сети безопасности, пока каждый входящий в него следует правилам. По большей части, никто из вампиров не захочет публично атаковать другого посреди города. Все, кроме самых отчаянных Сородичей подумают дважды, перед тем как явно нарушать вампирские Традиции или местные законы из страха перед возмездием Князя и других властей. Однако за пределами досягаемости Князя законы не действуют. Для Сородичей все, что находится за пределами города, является территорией беззакония, где нет никакой верховной власти, которой можно пожаловаться. Поскольку самые мудрые Сородичи остаются в своей клетке, у тех, кто не хочет в ней оставаться, нет ни немертвых союзников к которым можно обратиться, ни смертных пешек.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

ОТЫГРЫШ ТАНЦА СМЕРТИ

Необходимость усиливать влияние на смертных и находить союзников среди Сородичей – это порочный круг, который постоянно замыкается на себе. Молодые, непривязанные Сородичи, которые только начали свой Реквием, быстро обнаруживают, что им нужны какие-то средства, чтобы найти себе место в мире Проклятых. Например, молодая вампирша рассердила другого неоната, кто-то затаил злобу на ее сира, ей нужно убедить старейшину позволить ей кормиться на его территории, а может, ей просто встречается кто-то, кого раздражает ее ковенант, клан, линия крови или цвет волос. Ей нужны союзники среди просто Сородичей, или хотя бы что-то, что можно предложить или чем можно угрожать ее соперникам. Самое ценное, что большинство Сородичей в действительности приходиться предлагать друг другу – это доступ к их связям и контактам среди смертных. Разумеется, некоторые особенно искусные Сородичи обеспечивают другие услуги, а Князь может предложить территорию или другие особые привилегии, но влияние – это основная валюта для сделок между Сородичами. Один старейшина, обладающий возможностью влиять на местный аэропорт, может согласиться доставить что-то контрабандой для другого, если тот использует собственные связи, чтобы полиция не совала нос в операции по провозу наркотиков, которыми занимается первый. Без какого-либо влияния в мире смертных, большинству Сородичей практически нечего предложить другим.

Так что молодая вампирша обнаруживает, что ей необходимо обрести каких-то союзников или связи среди смертных, если она хочет обрести союзников среди Сородичей. Однако чем больше союзников Сородичей у нее есть, тем больше внимания она притягивает. Враги ее союзников становятся ее врагами. Другие Сородичи, которые раньше не обращали на нее внимания, видят ее неожиданное восхождение и могут уничтожить ее до того как она станет опасным. Неожиданно обнаруживается, что ее союзников ей недостаточно. Ей нужно больше связей, больше влиятельных покровителей. Для этого, ей нужно обрести больше связей и влияния в обществе скота.

Несмотря на дружелюбное звучание названия, которое они для себя выбрали, «Сородичи» на самом деле не воспринимают себя как семью, если их ничто не заставляет так делать. Узы дружбы среди вампиров почти неизвестны, а взаимоотношения, которые формируются против неравенства, редко живут долго, как и те, кто в них входят. Сородичи, которые пытаются оставаться в стороне, не хотят ввязываться в дела смертных или Сородичей, обычно обнаруживают, что общество не разрешит им участвовать в игре до конца.

И так продолжается вечный круговорот, гарантирующий, что мало кто из Сородичей сможет вырваться из болота, которым является современный город.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Узы клана, линии крови или ковенанта также обеспечивают достаточно прочные связи, чтобы между вампирами было что-то, что бы их объединяло. У Сородичей, которые селятся среди большой популяции, или в регионе с доминированием, своих соклановцев и членов ковенанта, есть неопровержимое социальное и политическое преимущество, над теми, кто селится в других местах. Эти общественные узы практически по определению находятся исключительно в городских пределах. Молодым Сородичам может показаться, что отказ от них будет освобождением, поскольку им не придется волноваться о том, как бы не расстроить своих собратьев, не разозлить старейшин, не начать охотиться не в том месте или не заговорить не с той особой. Однако слишком многие Сородичи обнаружили, что неотъемлемые трудности выживания вдали от центров популяции куда сложнее, чем они ожидали, и им не к кому обратиться за помощью.

Одиночество

Одна из самых затаенных причин оставаться в городах – это одиночество. Сородичи – больше не смертные, но этот переход произошел для большинства относительно недавно. И даже старейшие не способны полностью избавиться от последних давнишних следов того, чем они когда-то были. Хищники по природе своей стремятся к одиночеству, но люди – существа крайне стадные, и свойственное Сородичам ущербное чувство общества или принадлежности помогает привязать их к остаткам Человечности. Вампиры определенно чувствуют себя одинокими так же часто и так же легко, как и смертные (и даже больше), а некоторые, кто остается отделенным от масс на слишком большой срок, обнаруживают, что неспособны влиться обратно, когда пытаются вернуться.

Некоторые молодые Сородичи недавно пытались выжить в дикой местности котериями, а не индивидуально. Такой подход значительно способствует облегчению одиночества в такой изоляции, но многие из этих котерий натолкнулись на трудности с обнаружением достаточного количества пищи, которой могли бы кормиться. Сородичу-одиночке уже достаточно трудно кормиться животными и случайными автостопщиками. Для группы такая задача многократно усложняется, особенно в долгосрочной перспективе.

Элизиум

Один из самых древних и почитаемых сохранившихся обычаев Сородичей, который многие современные неонаты часто недооценивают – вот что такое Элизиум. В сущности, Князь может объявить Элизиумом – местом, свободным от насилия и безопасным для Сородичей – любое конкретное место в городе. Большинство официальных сделок между Сородичами проходит в Элизиуме. Двор Князя чаще всего располагается в одном из таких мест, и самые молодые вампиры, которым необходимо поговорить с лидером или старейшиной, приходят на их поиски в Элизиум. Политика и интриги столь же обычны здесь, как крысы на улицах, а дебаты и переговоры здесь перемежаются с обычными сплетнями. Многие старейшины проводят здесь все свои ночи, и хотя неонатов здесь принимают с радушием (большую часть времени), ожидается, что они будут помнить свое место.

Большинство областей Элизиума – это культурные или художественные центры, благоприятствующие интеллектуальным занятиям и чувству спокойного размышления, которое стремится поддерживать большинство Князей. Такие места включают в себя все – от театров и оперных домов, музеев и галерей, до университетских залов и библиотек. Чем больше Князья принимают возможности и удобства современного мира, и с увеличением числа молодых Сородичей, занимающих властные должности, растет количество объявленных Элизиумами ночных клубов и ресторанов. В любом случае, где бы Элизиум ни располагался, от посетителей ожидается принятый здесь стиль одежды и поведения, если не ради простой учтивости, то хотя бы ради поддержания тайны.

Хотя в Элизиуме часто можно подкрепиться, особенно во время приемов формальных собраний, тем не менее, это не всегда так. Появляться в Элизиуме голодным считается проявлением дурного тона, поскольку это не только приводит к раздражительности и возможным нарушениям закона ненасилия, но большинство Князей не поощряют и даже запрещают охоту в некоторых участках Элизиума. В конце концов, эти места – центры деятельности Сородичей. Если в этом регионе разрешить охоту, то это лишь вопрос времени – когда количество странных происшествий и смертей привлечет нежелательное внимание. Сородичи, приводящие в Элизиум гостей – будь это их кровные рабы, смертные последователи, новые наследники, вампиры из-за пределов города или даже местные Сородичи, не приглашенные заранее на предстоящее событие – ответственны за поведение своих гостей и могут быть жестоко наказаны за нарушения правил своими спутниками.

Любая форма физического или мистического противостояния в Элизиуме строго запрещена (хотя социальные конфликты поднялись до уровня искусства или прямой войны). Нарушителей этого правила неминуемо выгоняют или незамедлительно казнят. Когда ярость выплескивается за пределы слов, Князь, Шериф или Хозяин Элизиума могут попросить участников конфликта уйти и успокоиться где-нибудь, в надежде предотвратить вспышку, которая могла бы привести к насилию и наказанию. Элизиум – строго нейтральная территория, и Сородичам надлежит оставлять свои конфликты – или, по крайней мере, их физическую составляющую – снаружи. Тем не менее, старейшины как никто способны помнить обиды, и если неонат может безнаказанно уйти, сделав замечание старейшине в Элизиуме, ему стоит найти ккой-нибудь надежный способ транспортировки домой и научиться спать с открытыми глазами. Многие конфликты между Сородичами, в конце концов, закончившиеся насилием, начинались с одного небрежного слова в коридорах Элизиума.

Убежища

Любое обсуждение безопасности Сородичей и охраны от жаждущих их крови врагов, в конце концов, приводят к концепции убежища – одновременно места отдыха, личного домена и частного внутреннего покоя. Убежище – это место (возможно, единственное), где можно найти укрытие от солнца во время дневного сна. Из-за враждебного отношения Сородичей с солнцем, выбор и обустройство убежища часто бывает (или быстро становится) одним из важнейших аспектов нежизни молодого вампира.

Подавляющее большинство неонатов не начинают свои нежизни, располагая собственными обустроенными убежищами. Как правило, смертные не поддерживают свои жилища в состоянии, подходящем для вампирских нужд, так что Становление часто заставляет новоявленного птенца коренным образом сменить свое окружение. Зачастую, сир Сородича обеспечивает своих новых наследников убежищем, даже если только на время. Когда неонат привыкает к правилам своего нынешнего существования, он может – с помощью сира – создать собственное убежище где-то в домене. Некоторые неонаты просто возвращаются в жилище из своей смертной жизни, пытаясь его приспособить под нынешнее состояние, и действительно, некоторые дома требуют сравнительно мало усилий для превращения в полноценные функциональные убежища. Однако, в большинстве случаев сиры предостерегают их от подобных действий, поскольку это вызывает ненужные вопросы из прошлой жизни неоната и в целом осложняет и без того непростое существование молодого вампира.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

ГОСТЕПРИИМСТВО СИРА

Со временем появилась странная, неофициальная традиция, связанная с убежищами, и именно она служила причиной неприязненных отношений между сирами и детьми в течение многих столетий. Чаще всего эта традиция используется среди клана Вентру, и многие верят, что этот обычай можно отследить к временам древнего восточноевропейского обычая смертных. Так или иначе, некоторые Сородичи следуют традиции, утверждающей, что сир ответственен за предоставление убежища своим наследникам, до тех пор, пока не придет время отпустить своего протеже в мир. В конце концов, утверждают они, когда у неоната появляется собственное убежище, у него технически появляется собственный домен, а многие старомодные сиры не верят, что их дети заслуживают права на домен, пока не пришло время их отпустить. Таким образом, период ожидания перед получением собственного убежища в мире проклятых может оказаться гораздо дольше чем ожидает неонат, в зависимости от чувства меры его сира. Многие саркастические неонаты говорят, что находясь под защитой своего сира от угроз своему существованию и политическому положению в вампирском обществе, вампир помещает всю свою нежизнь в руки своего сира, и что очень многим сирам это нравится. К счастью, эта традиция со временем практикуется все реже и реже, и теперь мало кто из сиров захочет терпеть своего потомка под одной с собой крышей в течение даже нескольких лет.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Само по себе убежище – это очень личный вопрос. Учитывая сколько времени Сородичу придется провести в нем – по крайней мере, 12 часов в день всю вечность – убежище может стать единственным, что его владелец может в полном смысле слова назвать своим. Не обязательно быть эстетически одержимым, чтобы оценить уровень персонализации дома, и даже самый спартански настроенный вампир в конце концов развивает что-то вроде чувства индивидуального стиля (или по крайней мере эффективности) в дизайне, убранстве и планировке своего убежища.

Технически, убежище – это не что иное как дом вампира. По крайней мере, по определению, этого вполне достаточно. Фактически, видов убежищ существует столько же, сколько жилищ смертных, и даже больше, учитывая возможности расположения вампира. Среднестатистический смертный не может жить при определенных погодных условиях или давлении, но для немертвого эти соображения – пустяки. Некоторые Сородичи (особенно Гангрел и некоторые Носферату) наслаждаются уединением в самых неблагоприятных местах, и выбирают места для убежищ глубоко под землей, на головокружительной высоте или даже под водой. Другие предпочитает сливаться с окружением как только могут, предпочитая теплый комфорт современного высшего общества холодному комфорту могилы. Дэва и Вентру в частности известны своими утонченными вкусами в выборе убежищ (и всех связанных с ними атрибутов), а некоторые состоятельные Сородичи содержат пышные дома и фешенебельные квартиры, которые способны заставить богатейших из смертных удавиться от зависти.

Безопасность, разумеется, вопрос первостепенной важности, и Сородичи, обладающие любым уровнем материального достатка обычно не жалеют средств на то, чтобы как следует защитить свое убежище от солнца и дневных вторжений. Подобная безопасность может выражаться в форме высокотехнологичных сигнализаций, скрытых камерах, чувствительных к давлению плитках пола и т.д., а может просто в местоположении. Убежище, расположенное глубоко под землей или в заброшенном бомбоубежище – само по себе достаточно безопасно без каких-либо дополнительных мер.

Домены мертвых

Без сомнения, изоляция и мироощущение и практики, порожденные ей, привели к текущим формам вампирского правления, культуры и общества. В то время как человечество создало огромные страны, мировые религии, многонациональные культуры и даже предварительные ростки того что когда-то вырастет в мировое сообщество, Сородичи оставались позади, столь же неизменные, сколь бессмертные. Разумеется, существуют исключения, но по большей части, когда дело касается правительства и социологического развития, Сородичи никогда не покидали куда более примитивных времен – или по меньшей мере вернулись в них.

Нет такого домена Сородичей, который управляется в точности как какой-нибудь другой, но подавляющее большинство напоминает феодальные порядки прежних эпох. Это не значит, что Сородичи игнорируют современные удобства или одеваются как актеры из трагедий Шекспира. Однако это означает, что их структура власти обычно иерархична и по большей части неизменна.

Рассмотрим в деталях. У нас есть город, изолированный по стандартам Сородичей. Это обнесенное стенами святилище, за воротами которого бродят варвары. Население состоит из Сородичей, разительно отличающихся возрастом, влиянием и силой. И, что возможно важнее всего, за пределами города нет никакого высшего авторитета. Некому прийти и сказать местным, что они живут неправильно.

Сложите вместе все перечисленное, и в результате получите «правительство» в котором каждый, кому хватает сил захватить и удержать власть, изначально имеет на это право. В большинстве случаев, это единственный вампир, обычно один из старейших и самых могущественных в городе. Стандартный термин для обозначения Сородича, правящего в домене – «Князь», одинаковый как для мужчин, так и для женщин, хотя многие выбирают альтернативные титулы, более точно отражающие их личности и стили правления. Некоторыми городами управляют группы союзных Сородичей, а в совсем уж немногих предпринимаются попытки эмулировать более современные политические стили управления, но эти города – скорее исключение, чем правило.

Главное, что Сородич не имеет выбора, но ему приходится соглашаться с решениями и лидерством Князя, неважно как беспощадно его правление или отвратительны законы. В конце концов есть другие варианты? Просьба о помощи? Кому? Нет выше власти. Свергнуть режим? Ситуация такова, что в городе нету силы, способной свергнуть власть Принца, иначе бы это уже произошло. Один способен объединить несколько разных фракций, множество могущественных старейшин или просто большую часть популяции Сородичей ради одной цели, но чтобы эта тактика работала множество Сородичей с своими амбициями и страхами должны забыть о своих различиях и работать вместе. Это попросту происходит не так часто, чтобы давать надежду. Единственный вариант при котором это вероятно, это если Принц так жесток и ужасен, что почти все вампиры в городе верят, что он получит что-то, если сместят его. Иногда один могущественный старейшина добивается успеха в заговорах для достижения власти, смещая слабого Принца в процессе, но это требует годы интриг, многочисленные альянсы и множество и десятилетие опыта.

И так, если нельзя воззвать к доступности и революция вряд ли будет успешна, то что остается? Покинуть город, начать снова где-нибудь еще? Сородичи остро осознают опасность этого образа действий. Для большинства Сородичей единственный способ выжить - склонить голову, улыбаться и стойко переносить текущего Князя, независимо от того, каким кошмаром он является, и надеяться однажды ночью накопить достаточно личной власти и влияния, чтобы предпринять шаги в это время.

Надо сказать, что не все Сородичи-Князья садисты и тираны с железной рукой. Ряд Князей правят так абсолютно, что они могут делать все, что захотят. Другие старейшины, скорее всего, сидят в своих доменах. Некоторые вампиры (известные коллективно и индивидуально как Примогены) могут советовать Князю, но это не значит, что они совместно достигают своих целей и желаний. Ряд Князей так спокойны в своем положении, что могут позволить себе полностью игнорировать пожелания своих городских старейшин. Это не обязательно хорошая вещь - нет никакой гарантии, что желания других старейшин как-то лучше для молодых Сородичей, чем у Князя, но потребность пойти на случайные уступки является все еще единственной проверкой власти Князя, кроме Традиций (см. стр. 74).

Многие владения до сих пор используют феодальную модель. Одним путем Князь ослабляет старейшин и делегирует ответственность, распределяя части своего города как пастбища для остальных Сородичей. Только очень немного Князей разделяют весь свой город. Большинство сосредотачивается только на лучших областях: центр города, характерные трущобы, районы больницы, клубы и бары. (Во многих городах область этого вида называют Кормушкой.) Если Князь предоставляет такую территорию Старейшине, то Старейшина сам решает, кто, если есть кому, может питаться там. Это предоставляет Старейшине существенную власть, так как многие Сородичи полагаются на Кормушки для удобства питания. Если они хотят продолжить охоту в этих районах, они должны оказывать поддержку и признание текущему землевладельцу. Конечно, некоторые Сородичи предпочитают игнорировать тот факт, что территория уже не является открытой. Многие выходят сухими из воды, но вампир пойманный на браконьерстве на чужой территории может быть доставлен к Князю и осужден как преступник.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Зависимые Домены

Совершенно верно, то что величина власти старейшин над остальными варьируется в каждом городе. В некоторых доменах, они имеют очень мало. Они могли бы предложить обменивать кормление и права убежища для благ или услуг, но все кроме этого рассматривается как наступление на ногу Князю.

В других городах старейшины правят своей территорией почти также как доменами в доменах. Здесь старейшины могут устанавливать свои законы и претворять в жизнь свои собственные требования, пока они не вступят в открытое противоречие с законами Князя. Это очень распространено в городах, где старейшина является почти столь же властным как сам Князь. В некоторых случаях Князь даже не предоставляет территориальные права рассматриваемому старейшине. Скорее он придет и скажет: «Я требую эту часть города в свою собственность. Вы имеете что-нибудь против?»Слабые Князья (по крайней мере , по сравнению с другими местными старейшинами) иногда принимают такие меры как средство ухода от конфликта.

Более подробную информацию о таких ситуациях см. "Подпожалование поместья" на стр. 35.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Так же, как и в феодальном королевстве, домен разделен на меньшие территории, каждой из которых метафорически управляет его собственный помещик, у коего есть власть над теми, кто бы охотился или жил на его территории. Эта власть, однако, все еще в конечном счете принадлежит Князю, который мог бы забрать свой дар или предложить его кому-то еще. Таким образом мудрый Князь умиротворяет тех, кто хотели стать его врагами, и в то же время предоставляет себе рычаги воздействия на них для использования в будущем.

В некоторых городах процесс продолжается дальше. Те, кто контролирует данную территорию тоже могут разделить его, предоставляя часть своих собственных земельных участков привилегированным потомкам или союзникам. Это работает только в больших городах, и и то не всегда. Когда такое происходит, местная власть часто имеет три или даже больше слоев, приводящих к цепи власти, которую даже Сородичи с византийским нравом могут найти запутывающей.

Править Страхом

Никколо Макиавелли писал, говоря о владении и поддержании политической власти, "...он должен быть пугающим и любимым, но, так как трудно идти обеими путями, если надо выбрать что-то одно, то гораздо безопаснее внушать страх, чем любовь." Это теория по которой Сородичи, не способные любить друг друга в понимании смертных, правили столько, сколько любой живучий вампир может вспомнить, и, возможно, столетиями больше. Это страх, в конце концов, куда больше чем любой другой фактор скрепляет общество Сородичей.

В большинстве случаев каких-то социальных или политических действий Сородичи берутся мотивировать страхом. Князь боится потерять власть, таким образом он расправляется с теми, кто восстает против его слова. Старейшины страшатся потери своего статуса, поэтому они враждуют между собой, дабы избавиться от врагов и возвысить себя в глазах Князя. Новорожденные бояться тиранической политической машины, и они пытаются либо стать частью ее или бьются против нее в надежде на изменении системы, прежде чем система догонит их. Ковенанты в целом бояться смертных и молодых Сородичей. Непобедимые (Invictus) бояться смышленых молодых Сородичей, которые могут реагировать на современный мир лучше, чем степенный старейшина, и они бояться степенных старейшин у которых были десятки или даже сотни лет для накопления власти и влияния. Священное Копье (Lancea Sanctum) боится изменений и светской природы современного мира. Картианцы бояться нынешней структуры власти. Развязанный страх связывает законами других. Ведьмин Круг боится, или так кажется, саму природу положения Сородича. Орден Дракона (Ордо Дракул) боится того, чего он не может определить или понять. Все Проклятые бояться быть отрезанными от доступа к крови или быть вынужденными покинуть родные города.

Было бы совершенно неверно утверждать, что Сородич, становящийся Князем должен просто сделать себя самым опасным, важнее что бы у него было множество связей или много лет жизни на счету. Итак, вот почему большинство Князей гораздо более деспотично, нежели их ситуации требуют. Они знают, что это всего лишь страх их подданных, что держит их в узде. Некоторые Сородичи лояльны к своим Князьям из-за каких-либо личных привязанностей или в счет погашения долга за прошлые услуги. Как всегда, существует и редкое исключение.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Влияние Анахронизма

Излишне говорить, что общество Проклятых далеко от совершенства. Тот факт, что такие порочные и варварские обычаи звучат правдоподобно даже в общих чертах, имеет большое значение для показа насколько мелочны и смертельны могут быть сородичи в личной и политической борьбе.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Деятельность Правительства

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

Феодальная монархия

Ограничения по клану, ковенанту или линии крови

В некоторых городах, где власти питают определенное отвращение к одному определенному клану, ковенанту или даже семейной линии крови, притесняют эту группу как парий. В этих доменах, просто быть Носферату или Картианцем, или кем бы то ни было – уже нарушение соглашений домена. Членов указанной группы силой выдворяют из города, но некоторые по-настоящему злобные или исполненные ненависти Князья даже объявляют на беглецов кровавую охоту.

Хотя в городе может доминировать один ковенант, почти нет таких городов, которые принадлежали полностью бы одной фракции, стоящей выше других, и в большинстве городов представлены по крайней мере три или четыре, если не все пять, главных ковенантов. Еще реже встречаются, почти до степени полного отсутствия, города, где абсолютная власть принадлежит одному конкретному клану.

<>->-|------>-|-----|-◊-|-----|-<------|-<-<>

[Лексикон]

Тайный мир Проклятых располагает своей собственной субкультурой, и эта субкультура включает в себя язык. В дополнение к различным именам собственным и титулам, что существуют лишь среди немёртвых, со временем появился целый языковой набор специфичных вампирских слов и фраз, выливающийся в своего рода "диалект" Сородичей. Как и всякий язык, этот диалект рос и расширялся, что в итоге вылилось в отделение от него другого, более современного стиля речи. Эти два вампирских диалекта называются "старая форма" и "просторечие". Третий набор слов, "уличный" язык Сородичей, для многих нов и считается вульгарным всеми, кроме самых наглых из неонатов. Будучи существами, застывшими во времени, Сородичи не терпят ненужных перемен, и зачастую можно определить возраст собеседника, если не его вампирский род, по тому, как он использует термины своего вида.

*Просторечие*

Следующие термины свободно и часто используются как неонатами, так и теми из старших Сородичей, что знакомы с общим диалектом (или теми, кто пытается скрыть свой истинный возраст). Некоторые новейшие слова вошли в употребление лишь в последние несколько лет, но, благодаря их полезности или стилю, они не считаются вульгарным сленгом. Лексикон просторечия включает в себя руководство к произношению, связанное с его необычной лексикой.

Аколиты: Распространённое прозвище членов Ведьминового Круга.

Анси́лла: Сородичи, слишком старые, чтобы считаться неонатам, но ещё не старейшины. Их Реквием длится уже примерно 50-150 лет. (Во множественном числе - Анси́ллаэ.)

древний: Редкий вампир, просуществовавший более тысячелетия.

А́вус: "Дедушка" персонажа или его покровитель в линии крови, из которой он не происходит на самом деле. (См. стр. 256.)

Пустоши: Части города, непригодные даже для охоты.

Зверь: внутренний порыв, побуждающий вампиров к бесчеловечному.

Белиалов Выводок: Неорганизованный безрассудный ковенант вампиров-сатанистов.

кровавая охота: Охота в пределах города за конкретным Сородичем-беглецом, в которой, как правило, участвует большинство, если не все, местных Сородичей.

династия: группа вампиров, отделившаяся от родительского клана и положившая начало собственной родословной. Одни династии отличаются от родительского клана незначительно, другие проявляют новые способности или слабости.

Картианец: Вампир-идеалист, тот, кто верит в примирение с Реквиемом через политику и общество современных смертных.

чадо: Отпрыск Сородича; также используется для именования очень юных неонатов или как лёгкое оскорбление (сродни использованию слова "ребёнок" по отношению к кому-то в смертных кругах). Во множественном числе - чада.

клан: Одна из пяти семей Сородичей, чьи родословные ведут во времена за пределами памяти вампиров.

Ведьмин Круг: Ковенант Сородичей-ритуалистов, которые чтят языческих богов, духов, пантеоны и/или предков.

Кольца Дракона: Мистический путь познания, позволяющий вампирам игнорировать определённые аспекты их проклятия. Практикуется в Ордо Дракул.

котерия: Группа объединившихся Сородичей.

ковенант: Фракция Сородичей, разделяющих определённые политические и теологические убеждения. Ковенанты охватывают весь мир, хотя детали нередко отличаются от домена к домену.

Крюак: Кровавая ведьминоподобная магия, практикуемая Ведьминым Кругом.

Дэ́ва: Клан вампиров, известный своей эмоциональностью, чувственностью и притягательностью.

Проклятые: Сородичи как раса; вампиры.

Данс Макабр: Состояние вечной борьбы между и внутри различных кланов, ковенантов и возрастных групп Сородичей.

диа́блери: Акт "канибализма" среди Сородичей; поглощение не только всей крови другого вампира, но и его души.

Дисциплины: противоестветсвенные способности и преимущества, коими обладают Сородичи, позволяющие им исчезать, обращаться в летучую мышь и выполнять мириады других, недоступных человеку трюков.

владения: область, находящаяся под показной властью одного сородича. Города являются самыми большими владениями и часто включают в себя несколько владений поменьше.

Дракулит, дракулина: распространенное прозвище членов Ордо Дракул

старейшина: вампир, проживший более ста пятидесяти лет; также уважительное обращение.

Элизиум: место собраний сородичей, объявленное Князем нейтральное святилище, где нет места насилию.

Становление: обряд превращения смертного человека в вампира.

Последняя смерть: истинная и окончательная смерть сородича; прекращение его посмертного существования как вампира.

Первое сословие: распространённое прозвище ковенанта Инвиктус.

бешенство: состояние безумия, в котором Зверь обретает контроль над вампиром. Ярость, страх и голод могут спровоцировать бешенство; в целях внесения ясности указываться причина (яростное безумие, трусливое безумие и голодное безумие) либо применяется особый термин (Ротсчерк или Вассаил). В протичном случае как правило подразумевается яростное безумие.

Гангрел: клан, чьи вампиры славятся дикостью, свирепостью и безрассудством.

упырь: смертный, испивший крови сородича и наделённый некоторыми сверчеловеческими способностями, хотя и гораздо слабее вампиров.

Гарпия: выдающийся или уважаемый сородич, способный повысить или понизить общественный статус вампира.

убежище: жилище вампира, место, где он прячется от солнца.

Геральд: представитель Князя.

паства: смертные, чью кровь постоянно пьёт вампир.

Легавый: личный агент Князя; убийца, костолом, бандит.

Инвиктус: один из самых больших ковенантов. Его последователи убеждены, что власть должна быть в руках вампирской "элиты", преимущественно старейшин.

Сородич: современное и самое распространённое имя, которым вампиры называют себя и свою расу.

телок, телка, стадо: смертный; выражение "Сородичи и стадо" означает всех.

Поцелуй: акт укуса и выпивания крови смертного, а также наслажение, которое испытывают оба участника этого процесса.

Ланцеа Санктум: квенант вампиров, образованый религиозными фанатиками-вампирами во славу римского центуриона Лонгиния, которого они возвели в ранг "высшего святого", за испитие божественности Христовой.

Люпин: оборотень.

Человек: человеческая природа, которую вампир поддерживает (или пытается поддерживать); искра человечности, отделяющая его от Зверя.

Хозяин Элизиума: Сородич, отвечающий за местоположение Элизиума, за всевозможные приготовления, отсутствие драк и обсуждение событий.

Мехет: клан вампиров, отличающийся быстротой, осмотрительностью и мудростью.

неонат: молодой вампир, просуществовавший в реквиеме менее 50 лет.

Носферату: вампирский клан, отличающийся скрытностью, силой и способностью вселять страх.

Ордо Дракул: ковенант вампиров, известный своими мистическими познаниями и намереньем преодолеть вампирское состояние.

браконьер: тот, кто питается в чужих владениях без разрешения.

примоген: старейшина, являющийся советником князя владений.

Князь: правитель или наиболее магощественный Сородич во владении

Приск: неформальный "глава" клана в пределах владения.

Кормушка: выгоднейшая для охоты часть города, включающая ночные клубы и подобные шумные, переполненные места.

ревенант: мпир, полностью утративший человечность и находящийся в состоянии постоянного бешенства.

Праведники: распространенное прозвище членов Ланцеа Санктум.

Сенешаль: правая рука и помошник князя.

Шериф: Сородич, ответственный за соблюдение княжеских законов и требований.

Сир: вампирский "родитель", давший Становление чаду.

Фивское чутодворство: загадочная форма кровной магии, практикуемая прежде всего Ланцеа Санктум.

пузырь: источник крови для питания Сородичей; обычно, но не всегда, термин используется применительно к смертному.

Ви́тэ: Кровь, в частности кровь вампира.

Винкулум: Неестественная любовь и преданость, вызваная питанием с одного и того же вампира в третьий раз. Менее формально зовется кровными узами.

Зачинщик: тот, кто держит в узде своих соклановцев, дабы их воспринимали в серьез.

охотник на ведьм: смертный, выслеживающий и истребляющий Сородичей.

кошмар: вампир, пьющий только кровь спящих.

сирена: женщина-вампир, соблазняющая смертных чтобы питаться их кровью, но оставляющая их в живых.

потрошитель: современное название призрака, основанное на обычном состоянии тел жертв этих существ.

дрёма: см. кошмар.

дразнилка: см. сирена.

район: современное обозначение владений; также может означать зону влияния определённой банды или котерии.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/11796/37828

Переводчики: Shahdoor, Mortimer_E_Phist, mirror, Garland

andorus, barbiturate, MrFima, Asadjud

Настройки

Готово:

45.04% КП = 1.0