Готовый перевод Kerrelyn Sparks - THE UNDEAD NEXT DOOR / Керрелин Спаркс - Немертвый по соседству: Глава 5

Глава 5

Она была красива, даже когда сердилась. Жан-Люк восхищался блестящим зеленым огнем в глазах Хизер. Шелковая пижама изящно облегала грудь. Она поместила руки на бедра и впилась в него взглядом. Это движение заставило ее грудь слегка качнуться.

Без бюстгальтера. Он всегда отлично выделял тонкости.

- Жан-Люк, - пробормотала она. - Я вас не ждала.

- Пожалуйста, просто Жан. Было бы так легко скользнуть руками под белье и взять в ладони нежные, мягкие груди. Он перевел взгляд на лицо, ее щеки покраснели. Он уловил аромат крови, прилившей к лицу и наполняющей под кожей тонкие вены. Четвертая группа крови.

Голод скрутил желудок, желание заполнило каждую клеточку тела. К счастью, он припрятал в машине несколько бутылок с синтетической кровью. Это удовлетворило бы физическую потребность, но он медленно узнавал другой голод - голод, вызванный годами воздержания. Он избегал заниматься любовью, это глубоко укоренилось в подсознании. Он избегал удовольствия, приятного удовлетворения от ощущения эмоциональной связи с любящей женщиной.

Из-за Луи такое счастье уже давно невозможно.

Хизер скрестила руки на груди, гладкий материал еще больше выделил грудь. - Даже не говори, что собираешься остаться здесь на ночь.

- Я должен. - Моя обязанность и дело чести - защищать тебя.

- Так романтично, - сказала Фиделия, сидя на диване. Она подвинулась, чтобы разглядеть в дверях Хизер. - Ты так не думаешь?

- Нет. Хизер нахмурилась. - Совсем не романтично, когда он мне себя навязывает.

- Чика, он же не пытается тебя соблазнить. - Он просто хочет защитить тебя. Глаза Фиделии замерцали, когда она взглянула на Жана-Люка. - По крайней мере, он так говорит.

Соблазнить ее? Жану-Люку удавалось избегать смертных женщин после убийства Клодин в 1832 году. Чувство собственного достоинства требовало никогда больше не подвергать других невинных женщин преследованию Луи. Но Луи уже считал, что он связан с Хизер. Больше не было никакой причины устоять перед искушением. Осознание этого послало импульс желания прямо от сердца к паху. Соблазни ее. Ты же знаешь, что хочешь ее.

Но зачем ей принимать что-либо от него? Ее жизнь и жизнь ее дочери из-за него находились в опасности. Более вероятно, что она даст ему пощечину, чем уступит страстным поцелуям.

Он глубоко вздохнул. - Уверяю вас, дамы, у меня благородные намерения.

Хизер фыркнула и бросила на него сомнительный взгляд.

Она подвергала сомнению его честь? Merde (фр. - Дерьмо). Хотя она была права, учитывая направление его мыслей.

- Судя по тому, что сказала Эмма, я тоже могу быть в опасности. Карие глаза Фиделии заблестели от злости. - Где мой телохранитель? - У вас есть ... каталог?

Жан-Люк моргнул. - Я могу защитить вас обеих, но если вы предпочитаете личную охрану, то я могу позвать Робби...

- Роберто? Фиделия встряхнула длинными, беспорядочно торчащими темными волосами. К сожалению, у корней было два дюйма седых волос. - Он такой же мачо как и вы?

- Я ... на знаю. Жан-Люк достал из внутреннего кармана смокинга мобильный телефон.

- Он - шотландец в клетчатой юбке, - пробормотала Хизер. - И у него меч больше, чем у Жана.

Что, черт возьми, это значит? Жан-Люк перестал набирать номер и встретил ее манящий пристальный взгляд. - Естественно, клеймор больше, чем рапира, мадемуазель, однако приличный вес делает фехтовальщика более медлительным.

Она равнодушно подняла взгляд. - Медлительность - это хорошо. - Мне нравится медлительность.

Он шагнул к ней. - Лучше искусность. - И не забывай про опыт и удачное стечение обстоятельств. - Я чемпион, ты же знаешь.

- Точно. Она зевнула. - Но ты же знаешь каково это. - Только те, у кого чего-то не хватает утверждают, что размер не имеет значения.

Он стиснул зубы. - Я ни в чем не испытываю недостатков, мадемуазель. - Я с удовольствием тебе это докажу. - Так медленно, как ты любишь.

Фиделия рассмеялась. - О, да, если бы я была моложе лет на двадцать. - Ну, или на тридцать, но так или иначе, я не интересуюсь мечами и мужиками в юбках. - У меня есть мужчины, с которыми могу справиться.

Жан-Люк отвел взгляд от Хизер и сосредоточился на няне. - Вы не хотите Робби?

- Черт, нет, я просто пошутила. Фиделия положила большую сумочку на колени и начала шарить внутри. - Зачем мне шотландец, когда у меня есть такой милый немецкий мучачо, мистер Глок.

Она вытащила револьвер, нежно его погладила и положила на диванную подушку.

Она достала следующий. - Еще у меня есть мистер Макаров - из России с любовью. Она положила пистолет рядом с предыдущим. - И мой сладкий итальянец, мистер Беретта.

Пока Жан-Люк засовывал телефон обратно в карман, он заметил, что на всех пистолетах курок был заблокирован. - Сколько у вас оружия?

- По одному за каждого бывшего мужа. - По крайней мере, эти милашки не стреляют холостыми. Смеясь, Фиделия убрала пистолеты обратно в сумку. - Мой любимец, мистер Магнум - наверху в спальне. - Слишком тяжелый для моей сумочки. Она подмигнула. - Кстати, говоря о размере...

- Фиделия мне нужно кое-что из кухни. Хизер кивнула головой в сторону задней части дома.

- Так иди и возьми. Глаза Фиделии расширились, когда Хизер еще раз кивнула в сторону кухни.

- А, хорошо. - Позволь мне помочь тебе. Она встала, прижимая сумочку к большой груди. - Мы сейчас вернемся, Хуан. - Не уходи.

- Конечно. Он слегка поклонился, когда Хизер зашагала по коридору.

Фиделия ковыляла за ней, длинная юбка развивалась со свистом. Она оглянулась с веселой ухмылкой. - Я уверена, она только что что-то потеряла. - Вероятно свои чувства.

Жан-Люк проследил за ними и как только кухонная дверь захлопнулась, он на вампирской скорости промчался через парадную дверь к BMW.

Он достал из холодильника бутылку синтетической крови и выпил ее залпом. Он ненавидел холодную еду, но при данных обстоятельствах, это было лучшим решением. Для вампира наполнить себя холодной кровью было равносильно холодному душу. Как раз то, что нужно, поскольку он проголодался не только по еде.

Он рассмотрел двухэтажный, деревянный дом Хизер. Синий с белой отделкой. Такой прочный и привлекательный. Столь отличающийся от его каменного замка к северу от Парижа, который был таким безупречным и строгим, холодным как мавзолей. А этот дом был наполнен живыми людьми и выглядел таким... обжитым. Он обратил внимание на все детали, отметил каждую мелочь. На крыльце лежала пара маленьких мокрых кроссовок. У камина из корзины свисала недовязанная безрукавка. На диване расположились подушки. На стене висела вышитая крестиком икона, умоляя Бога благословить этот дом.

Красочные художественные работы, очевидно нарисованные дочкой Хизер, гордо украшали полку над камином.

Это был настоящий дом. Настоящая семья. У него этого никогда не было. Merde (фр. - Дерьмо). Можно подумать, в пятьсот лет он мог бы это получить. Одно было точно, он не мог позволить Луи уничтожить эту семью.

Сражение будет тяжелым, хотя бы потому, что он не знал, когда Луи нанесет удар в следующий раз.

Самое страшное для Жана-Люка - ощущение беспомощности, скрывание в тенях, ожидая момент слабости. Он не поддастся. Он должен победить Луи ради Хизер.

Он оглядел двор и улицу прежде чем вернуться обратно в дом. Он тихо закрыл дверь. С помощью превосходного вампирского слуха он услышал шепот Фиделии.

- Почему бы не позволить ему защищать вас? - Что ты имеешь против него?

Возникла пауза. Он тихо прикрыл дверь.

- Он какой-то странный, - наконец сказала Хизер. - Кроме очевидных недостатков, в нем есть еще что-то, чего я не могу понять.

- Что за очевидные недостатки? - спросила Фиделия.

Точно. Что за очевидные недостатки? Жан-Люк нахмурившись прошелся по холлу.

- Он слишком красив, - объявила Хизер.

Жан-Люк улыбнулся.

- И высокомерен, - продолжила она, его улыбка улетучилась. - Я клянусь, если еще раз услышу какой он чемпион, я схвачу тот меч, сделаю из него кастрированного быка и награжу голубой лентой победителя.

Он поморщился.

- Не глупи, - прошипела Фиделия. - Если ты лишишь его мужского достоинства, какая от него будет польза?

- Уже четыре года я задаюсь этим вопросом, - пробормотала Хизер.

Жан-Люк еле сдержался, чтобы не зайти на кухню и не распластать мисс Хизер Вестфилд на столе для некоторого крайне необходимого просвещения.

Фиделия усмехнулась. - Ну, если он останется здесь надолго, ты сможешь узнать.

Чертовски верно, кивнул Жан-Люк.

- Он здесь не останется, - настаивала Хизер.

Вот проклятье. Он хмурился на дверь.

Хизер понизила голос. - Я хочу знать, ощущаешь ли ты от него что-нибудь необычное.

- Да ничего. - Ты же знаешь, что большинство моих видений приходит ночью во сне.

- Тогда иди спать.

Фиделия засмеялась. - Я не могу гарантировать, что он мне приснится ... а вот тебе мог бы. - Я могу сказать, он тебе нравится.

Жан-Люк незаметно ближе подкрался к кухонной двери. Ему необходимо было услышать ответ Хизер, но вместо этого услышал странный звук.

- У нас закончилось тройное шоколадное мороженое? Хизер издала раздражительный звук и захлопнула дверцу морозильника.

- Ты не хочешь признать очевидное, - объявила Фиделия.

- Нет, я полностью осознаю, что у меня лишний вес.

- Да нет же, - возразила Фиделия. - Ты не признаешь, что тебя влечет к Хуану.

- Его зовут Джон.

Он сгримасничал. Ни одна из них не назвала правильно его имя.

- Он очень красивый, - прошептала Хизер. - Но слишком властный.

- Нет, нет, чика, он не такой, как твой бывший. - Просто сейчас ты думаешь, что все мужчины козлы.

- В нем есть что-то странное, я ему не верю.

Фиделия закудахтала. - Тогда давай посмотрим, что говорят карты.

Жан-Люк помчался в гостиную и взглянул на карты на журнальном столике. После того, как Фиделия перетасовала их, она предложила выбрать семь карт. Только одна была до сих пор перевернута - та проклятая карта Отшельника. Он обычно не верил в такую ерунду. За столетия он видел слишком много шарлатанов. Однако, услышать от кого-то что он страдал от одиночества задело его за живое. Конечно, он был одинок. Как он мог ухаживать за женщиной, понимая, что Луи может ее убить?

- Я не уверена, что он является тем, кто он есть, - донеслись из кухни слова Хизер. - У него есть ... секреты.

Она была проницательной женщиной. Жан-Люк склонился над журнальным столиком и перевернул следующую карту. Сердце замерло.

Любовники. Было настолько заманчиво надеяться на счастливое будущее и великолепный союз с любящей женщиной. Но как это могло относиться к Хизер? Даже если она переживет Луи и простит его за то, что подверг ее опасности, как она могла принять любовника, являющегося нежитью?

Он услышал, что они вошли в холл. Быстро схватил карту и засунул обратно в колоду. Вытащил еще одну карту и положил ее лицевой стороной вниз, туда где была карта Любовников. Уселся в кресло и принял скучающее выражение.

- Мы вернулись! Фиделия вошла в комнату, длинная юбка пронеслась со свистом. Плюхнулась на диван и положила около себя сумочку.

- Хочешь что-нибудь выпить? Хизер указала рукой на кухню, держа стакан с ледяной водой. Кубики льда позвякивали в стакане.

- Нет, спасибо. Жан-Люк сжал подлокотники кресла, чтобы удержаться и не встать. Он пережил несколько столетий, когда хорошей манерой считалось вставать, когда женщина стояла. Такие привычки трудно искоренить, но еще труднее объяснить почему у него была такая привычка. Хизер итак уже слишком много подозревала.

- Как насчет того, чтобы закончить с картами? Фиделия наклонилась, держа локти на коленях.

Хизер поставила стакан рядом с картами. - Не возражаешь, если я посмотрю?

- Нет. - Мне нечего скрывать. Он был таким лжецом.

Она подозрительно посмотрела и устроилась на подлокотнике дивана. Подтянула зеленовато-голубую подушку на колени и начала наматывать на пальцы бахрому.

- Ладно, вторую карту. Фиделия перевернула ее.

Слава Богу, он избавился от Любовников. Что бы не выпало, это должно быть лучше.

- Дурак, - объявила Фиделия.

Он поморщился.

Хизер усмехнулась и поджала губы, когда он на нее посмотрел.

- Это не означает, что вы дурак, - уверила с улыбкой Фиделия. - Это означает, что у вас есть тайное желание окунуться в неизвестное и начать новую жизнь.

- О. Это могло быть правдой. Он посмотрел на Хизер. Она обняла подушку и слегка поглаживала пальцами мягкую ткань.

Ей нравится структура ткани. Ей нравилось трогать и чувствовать вещи. Его пах моментально отреагировал. Надеюсь, она получала удовольствие от твердых вещей, так же как от мягких.

Фиделия перевернула еще одну карту и нахмурилась. - О, Боже. - Десять Мечей.

- Разве это плохо? Дурацкий вопрос, Жан-Люк разглядел на карте мертвого человека, лежащего на земле с десятью мечами, торчащими в спине.

- Опустошение, - ответила Фиделия. - Ваша судьба тянет вас вниз, и вы ничего не можете с этим поделать.

- Луи, - прошептала Хизер и крепче сжала подушку.

- Я не позволю ему причинить тебе вред, - заверил Жан-Люк.

Фиделия перевернула четвертую карту. - Перевернутые Восемь Мечей. - Ваше прошлое преследует вас.

Он заерзал в кресле. Было довольно неплохо.

Фиделия перевернула пятую карту. - Рыцарь Мечей. Она покачала головой с затуманенным взглядом.

- Опять плохо?

- Нет, наоборот. - Вы храбрый, как сэр Ланселот и защитник женщин. Фиделия вздохнула. - Я просто нахожу странным, что вы вытянули так много карт Мечей. - В колоде еще три масти. - Вероятность выбора карт одной масти довольно ничтожна.

Жан-Люк пожал плечами. - Я - фехтовальщик.

- Дело не в этом. Фиделия прищурила глаза. - Это должно означать, что вы концентрировались на своем интеллекте и игнорировали потребности сердца.

- У меня не было выбора. - Из-за Луи я не мог рисковать отношениями с кем-либо.

- Сколько лет Луи? - прошептала Хизер.

Жан-Люк застыл, затем заставил себя беспечно откинуться на спинку кресла. - Он ... старше меня.

Хизер внимательно за ним наблюдала, зарывшись пальцами в мягкую подушку. - Насколько?

Merde (фр. - Дерьмо). Как он мог завоевать ее доверие, если должен был лгать? - Я не знаю его точный возраст. По крайней мере, кое-что из этого было правдой.

Фиделия перевернула шестую карту. - Луна. Она странно на него посмотрела.

Жан-Люк сглотнул. - Это связано с охотой?

- Нет. - Это означает обман. Фиделия взглянула на Хизер. - Также это может означать что-то сверхъестественное.

Глаза Хизер расширились.

Он подался вперед. - Не стоит поддаваться суевериям. - Я поклялся тебя защищать и я защищу.

- Я хочу тебе верить. - Просто не уверена, что могу. Ее глаза искали его, он попытался вложить в свой взгляд все беспокойство и восхищение. Она не отвела взгляд. В нем зажглась искра надежды. Он нуждался в ее доверии, дружбе и уважении. Он хотел все, что она могла предложить.

- Время для последней карты, - объявила Фиделия. - Она очень важна, потому что означает результат текущей проблемы. Она потянулась за картой.

В дверь позвонили.

Хизер вскочила на ноги.

Фиделия потянулась за сумочкой. - Кого принесло в такое время?

Жан-Люк шагнул в холл с женщинами, следующих за ним. Он слышал, как Ангус с крыльца посылал своей жене телепатическое сообщение. - Это не Луи. - Он бы никогда не потрудился позвонить в звонок.

Хизер включила свет на крыльце и всмотрелась в дверное витражное стекло.

- Все в порядке, - заверил Жан-Люк. - Я думаю, это Ангус. - Позволь мне. Он открыл дверь. Ангус проскользнул внутрь и кивнул. - Добрый вечер, девушка. - Как вы тут?

Хизер пожала плечами. - Думаю, хорошо. - Я не ожидала, что здесь появится Жан-Люк.

Ангус нахмурился. - У него не было выбора. - Это дело чести. Лицо засияло, когда его жена резво спустилась по лестнице. - Вот ты где.

Эмма усмехнулась и шагнула ему в объятия. - Уже соскучился?

- Ага. Ангус крепко ее обнял.

У Жана-Люка все стонало внутри. Ангус был таким рассеянным в эти дни. - Есть какие-нибудь новости?

- Нет. Ангус уперся подбородком в лоб Эммы. - Мы с Робби проверили весь город. - Луи нигде нет.

Жан-Люк расстроился. Он отчаянно хотел охотиться на Луи, но не мог проигнорировать обязанность охранять Хизер. - Нам нужно больше людей.

- Я собираюсь в Нью-Йорк собрать больше охранников, - уверил Ангус.

Жан-Люк кивнул. Роман и Грегори уже телепортировались обратно в Нью-Йорк, захватив с собой Шэнну и малыша.

Ангус повернулся к Хизер. - Мы пришлем вам кого-нибудь для дневной охраны.

Ее глаза расширились. - Неужели все это действительно так необходимо?

- Да, - ответили вместе Жан-Люк и Ангус.

Ангус открыл дверь. - Прежде чем уйти, я бы хотел побыть наедине со своей женой. - Спокойной ночи. Он вывел Эмму на крыльцо.

Она улыбаясь оглянулась на Хизер. - Вернусь через минутку. Входная дверь захлопнулась. Возникла неловкая пауза: пока они ждали в холле, с улицы доносился визг Эммы, мужское и женское хихиканье.

Жан-Люк вздохнул. - Молодожены.

Хизер кивнула. - Такая жизнерадостность действительно может начать раздражать.

- Oui (фр. - Да). Жан-Люк скрестил руки. - Особенно, если для других это невозможно.

Фиделия фыркнула. - Вы оба так угнетаете, что мне придется выпить. Она направилась на кухню. - Кто-нибудь еще хочет пива?

- Нет, спасибо. Хизер проследила как захлопнулась кухонная дверь и с любопытством глянула на Жана-Люка. - Звучит так ... словно ты завидуешь Ангусу и Эмме.

- Какой человек не хотел бы так страстно любить и быть любимым как эти двое?

- Некоторые считают, что такая страсть слишком ограничивает.

- Только, если любовь использовалась в качестве лишения свободы. Жан-Люк внимательно на нее посмотрел. - Именно это с тобой произошло?

Она пожала плечами и отвернулась, но он понял, что это была правда.

Он подошел к ней. - Я думаю, любовь должна заставлять чувствовать себя более сильным и влиятельным, более свободным и способным достичь всего, чего пожелаешь.

Она встретилась с ним взглядом. - Такая любовь очень редка.

- Именно так ты любишь свою дочь?

Глаза расширились и наполнились слезами. - Да.

- Тогда это возможно для тебя.

Она прикусила нижнюю губу. - Почему ты думаешь, что это не возможно для тебя?

- Я никогда не хотел подвергать женщину смертельной опасности из-за Луи. Даже если Луи исчезнет, по-прежнему останется проблема - он вампир. Хотя Роман и Ангус работали над этой проблемой.

Возможно он тоже мог. - Было бы трудно найти женщину, которая полюбила бы меня таким, какой я есть. Хизер улыбнулась. - С тобой трудно ужиться? - Позволь я угадаю. - Ты храпишь как стадо буйволов?

- Нет. - На самом деле во сне я довольно тих.

- Ты не спишь ночами, полируя награды по фехтованию?

Он усмехнулся. - Нет.

В отчаянии она развела руками. - Сдаюсь. - Не могу понять, что с тобой не так.

Он подошел ближе. - Тогда признай, что ты такая же, как я.

Щеки покрылись румянцем и он уловил аромат четвертой группы крови.

Она вздернула подбородок. - А ты очень уверен в себе.

Он медленно улыбнулся. - Неудачный побочный продукт моего высокомерия.

На губах появилась вынужденная улыбка. - У меня появились проблемы, не любя тебя.

- Дай время. - И ты придешь к этому.

Она рассмеялась и счастливый звук наполнил его сердце теплым наслаждением. Годами он не наслаждался женской компанией. Столетиями. Он сразу разглядел в Хизер особенную женщину. Острый ум бросал восхитительный вызов. Мало того, что она красива и умна, так еще обладала храбрым и заботливым сердцем. Даже ничего не зная о нем, она пришла сегодня на помощь. Даже при том, что он был ей обязан, она не стала искать в этом выгоду. В ней было старомодное благородство, которое тронула его душу.

Зазвонил телефон и она подпрыгнула.

- О, Господи, кто звонит в такое время? - Уже полночь. Она помчалась в гостиную и схватила телефон со столика. - Алло?

Благодаря совершенному слуху, Жан-Люк услышал сердитый мужской голос. Он замешкался у входа в комнату, достаточно близко, чтобы подслушать, но далеко, чтобы подглядеть.

Плечи Хизер напряглись. - Ты знаешь который час?

- Да, действительно поздновато приводить к себе дружка, - глумился мужской голос. - Почему ты не дождалась, когда я заберу на выходные Бетани? - Я не хочу, чтобы она видела подонков, с которыми ты спишь.

Жан-Люк глубоко вздохнул. Должно быть, это бывший муж.

- Сегодня у меня ночуют несколько друзей из другого города, - скрипнула зубами Хизер. - И это не твое дело, черт побери. Она бросила трубку. - Боже, я ненавижу Тельму.

- Кто она? - спросил Жан-Люк.

- Моя соседка. - Она лучшая подруга матери Коди и шпионит за мной. Она звонит матери Коди, а она звонит Коди...

- А он звонит тебе, - закончил предложение Жан-Люк. Он хотел, чтобы этот Коди явился лично. Ублюдка нужно было научить уважать женщин.

- Мне нужно проверить Бетани. Хизер выбежала из комнаты. - Телефон мог ее разбудить. Она побежала по лестнице.

Жан-Люк подвинулся ближе к основанию лестницы, чтобы полюбоваться раскачивающимися бедрами.

Фиделия вышла из кухни с бутылкой пива. - Наслаждаешься видом?

Она хихикнула, когда подошла к лестнице. - Да, черт побери, ты точно мачо. - Рада, что ты здесь, Хуан.

- Очень приятно. Он задался вопросом - подслушивала ли их пожилая женщина. Вероятно.

- Спокойной ночи. Фиделия начала подниматься по лестнице.

Должно быть, она забыла о картах Таро. - Спокойной ночи. Жан-Люк побрел обратно в гостиную.

Последняя карта лежала лицом вниз на журнальном столике. Предположительно, это была карта, которая предсказывала исход их проблемы. Он нагнулся и перевернул ее.

Он отдернул руку, словно ее обожгли серебром. Скелет ехал верхом.

Смерть.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/12003/38750

Переводчики: Rosanna, tusenka88