Готовый перевод Kerrelyn Sparks - THE UNDEAD NEXT DOOR / Керрелин Спаркс - Немертвый по соседству: Глава 15

Глава 15

Жан-Люк всегда любил играть дуэтом. Музыка, разливающаяся от фортепиано до клавесина, постепенно нарастала и ослабевала. Порой, он солировал, и мелодия струилась из-под его пальцев. А иногда он отступал на задний план, ударяя по клавишам, чтобы задать ритм другому партнеру.

Это немного походило на фехтование, размышлял он. Обоюдные движения с хорошим партнером - выпад, отступление, укол, парирование. Или как хороший ночной секс. То проявляя инициативу, то действуя неторопливо. Задавая ритм, двигаясь снова и снова, иногда нежно, иногда жестко. Используя свои пальцы, чтобы заставить Хизер кричать.

Он улыбнулся себе. Так или иначе он завоюет ее, и это будет великолепно. Поскольку закончилась заключительная мелодия, он держал свои пальцы на клавишах, чтобы насладиться последними вибрирующими нотками. Mon Dieu (фр. - Боже), как он ее хотел. Он думал, что музыка поможет отвлечься от нее, но она только вызвала ноющую боль.

- Сыграем еще одну, Жан-Люк? - спросила Инга со своего места за фортепиано.

- О, да, пожалуйста. Симона развлекалась, танцуя менуэт. - Давайте позовем Робби, чтобы он потанцевал со мной. - Будет вечеринка, как в старые времена.

Жан-Люк сложил ноты. - На самом деле, мы должны обсудить кое-что серьезное.

Инга тяжело опустилась на фортепианный стул. - В эти дни ты всегда серьезный.

- По уважительной причине, - возразил Жан-Люк. - Луи вернулся, и он угрожает убить всех, о ком я забочусь.

Симона ахнула. - Это можем быть мы.

Жан-Люк воздержался от комментария, что за двести лет, которые он знает Ингу и Симону, Луи никогда не угрожал им. Казалось, его интересовали только убийства смертных. - Вы обе разговаривали с ним в пятницу вечером. - Он замаскировался под седого старика с тростью.

- Это был Луи? От ужаса Инга прижала руку к груди. - Он казался таким очаровательным и безобидным.

- И богатым. Симона поправила свои длинные черные волосы. - Он предложил двадцать тысяч долларов за общение со мной.

Инга фыркнула. - Он думает, ты - шлюха?

- На самом деле, я рассматривала его предложение. Симона приняла обиженное выражение. - Жан-Люк страшно игнорирует нас.

Более пятидесяти лет он слышит это жалобу. - Никто из вас не заметил, что он не был смертным?

Инга пожала плечами. - В комнате было полно вонючих смертных.

- А сейчас ты пригласил некоторых из них жить под нашей крышей. Симона вздрогнула. - Quelle horreur (фр. - Какая мерзость).

Жан-Люк отодвинул стул и встал. - Они находятся под моей защитой. - Вы будете относиться к ним с уважением. - И у меня еще одно требование. - Оставьте Альберто в покое.

Симона пренебрежительно махнула рукой. - Он - пустое место.

- Он - ценный сотрудник. - Сегодня вы зашли слишком далеко.

Симона презрительно усмехнулась. - Это была просто небольшая царапина.

- И в моем доме существуют определенные правила. - Не кусаться. - Если вы не в состоянии соблюдать мои правила, вам придется уехать.

Глаза Симоны вспыхнули. - Ты выгоняешь нас?

Инга вскочила с фортепианного стула. - Отвечай. - Мы слишком долго были друзьями для такой глупой ссоры.

- В самом деле. Симона впилась взглядом в Жана-Люка. - Ты бы не хотел, чтобы я была твоим врагом.

Жан-Люк спокойно ее изучил. - Симона, ты можешь оставаться сколько пожелаешь.

- Жаль прерывать, - сказал Робби из открытой двери.

- Робби, ты должен потанцевать со мной, - потребовала Симона.

- В другой раз, девушка. - Мне нужно поговорить с Жаном-Люком.

Жан-Люк слегка поклонился. - Спокойной ночи, дамы.

Надув губы, они потащились к двери.

- Отправляйтесь в постель на дневной сон. Робби отступил, позволяя им пройти. - Вы не сможете стать моложе.

Симона взглянула на него с неодобрением, но он только усмехнулся.

Жан-Люк присоединился к нему у двери. - Ты такой обаятельный.

- Ага. Робби кивнул. - И горжусь этим. Его улыбка исчезла и он понизил голос. - Я обнаружил миссис Вестфилд, слушающую музыку у двери в подвал.

- О. Думая о ней, сердцебиение Жана-Люка ускорилось. Он направился к холлу. - Она рано встала.

- Ага. - И подозрительна, как мы и боялись. - Сейчас она на кухне. - Я возвратил ей сумку.

- Понятно. У них оставалось немного времени, прежде чем восход солнца погрузит их в дневной "мертвый" сон. - Я попытаюсь развеять некоторые ее подозрения.

- Хорошо. Робби сопровождал его по лестнице. - Сегодня мы кое-чего добились. - Установили снаружи шесть камер.

- Хорошо. Но нет никакого продвижения в поиске Луи. Обыск заброшенных зданий ни к чему не привел. Жан-Люк открыл дверь в прихожую на первом этаже.

- Мы попытаемся еще раз до смены охраны. Робби направился в комнату службы безопасности.

- Увидимся завтра.

- Спокойной ночи. Жан-Люк вошел на кухню и остановился в зоне для отдыха. - Хизер?

Она выглянула из подсобки. - Жан-Люк! - Я... я не ожидала увидеть тебя. Она поспешила на кухню. - Я тут занялась стиркой.

Она избегала смотреть на него и заложила влажные, вьющиеся волосы за уши. Она возилась на столешнице с карандашом и блокнотом около сумки. Казалось, она нервничала, и его раздражало, что ей было больше не комфортно в его присутствии. - Делаешь список? - спросил он.

- Да. Она махнула рукой в сторону кладовой. - Сегодня утром я обнаружила там всякую всячину. - Я действительно ценю это, но там не хватает некоторых вещей. - Например, у нас есть спагетти, но нет томатного соуса.

Он не представлял, что такое спагетти, но поверил ей на слово. - Пьер и Фил могут купить все, что ты пожелаешь.

- Я так и думала. Она постучала карандашом по столешнице. - Полагаю, я заперта здесь, пока не решится проблема с Луи.

- Это к лучшему. - Я не хочу рисковать твоей безопасностью.

Она нахмурилась. - Мне нужно обезжиренное молоко. Она добавила его в список. - Я должна считать каждую калорию.

- Хизер. Он накрыл ладонями ее руки, чтобы унять волнение. - Думаю, ты красива такой, какая есть.

Она страдальчески прикрыла ненадолго глаза. - Я должна знать. Она умоляюще посмотрела на него.

- Как тебе удалось привезти сюда игрушки Бетани?

Он понял, что это был не просто вопрос. Она надеялась на честность. Она хотела вернуть доверие к нему. И черт побери, он не мог сказать ей всю правду. Это отпугнуло бы ее быстрее, чем что-либо.

- Робби, Ян и Финеас работали вместе, - начал он. - Там был только один помощник шерифа, поэтому для Финеаса не составило труда заманить его в заднюю часть дома, пока остальные пробирались в переднюю.

Он опустил детали про телепортацию.

Она закусила нижнюю губу. - Полагаю, это имеет смысл. - Как они привезли сюда вещи?

- У них было достаточно времени, чтобы перевезти все сюда, пока мы были на шоппинге.

Она медленно кивнула. - Они, вероятно, воспользовались моим пикапом.

Они этого не делали, но он не стал возражать. Его ладонь все еще лежала на ее руке, и она не отстранилась.

Он забрал у нее карандаш. - Ты напряжена. - Я бы сказал. - Из-за этого твои плечи сутулятся.

- Конечно, я напряжена. - Маньяк-убийца поджог мой дом и хочет меня убить.

- Расслабься. Он встал позади нее.

- Что ты делаешь? Она оглянулась назад.

- Пытаюсь снять напряжение. Он положил руки ей на плечи и стал мягко массировать пальцами мышцы около шеи. - Хочу чтобы ты знала - твоя безопасность и безопасность твоей дочери крайне важны для меня.

- Спасибо. Со вздохом она наклонила голову вперед. - Полагаю, вы с Робби не нашли сегодня Луи.

- Нет. Он массировал ей плечи. - Я бы рассказал тебе, но думал, что ты спишь.

- Мне не спалось. - Бедная Бетани. - Боюсь, это негативно сказывается на ней. - Она металась на кровати.

- Сожалею. Он подвел Хизер к дивану. - Давай. - Ты выглядишь уставшей.

- Я измотана, но у меня еще много дел. - Позвонить в страховую компанию и детский сад...

- Они еще не открылись. Он пододвинул к дивану большую скамеечку для ног и усадил ее. Затем он устроился на диване позади нее, зажав ногами скамейку.

- Должно быть, ты тоже устал. Она посмотрела на него. - Ты все еще в той же одежде.

- Чуть позже я немного отдохну. Солнце приближалось к горизонту. Вскоре он почувствует притяжение смертельного сна. Но сейчас он может наслаждаться компанией Хизер. Он начал массировать ей плечи.

Она издала протяжный стон, затем резко его оборвала. - Извини, не хотела делать это вслух.

Он улыбнулся. - Мне нравится слышать, что ты стонешь. Он круговыми движениями массировал ей спину. - Даже больше, мне нравится быт причиной.

- Так приятно. Она вздохнула. - Я не знаю, что о тебе думать.

Он растирал спину. - А ты вообще должна думать?

- Да. - В прошлом я совершила несколько плохих ошибок. - Сейчас я должна быть очень осторожна, потому что я могу испортить не только мою жизнь, но и жизнь Бетани.

Он коснулся ее волос, наслаждаясь ощущением шелковых завитков. - Ты - мой идеал хорошей матери.

Она обернулась к нему. - Это самые милые слова, которые я когда-либо слышала.

- Хизер. Он просунул руку ей под ноги, чтобы подтянуть к себе на колени. - Ты наполняешь меня добротой. - Ты заставляешь меня желать быть достойным тебя.

Она коснулась его лица. - Почему бы и нет?

- Я не совершенен.

- Никто не совершенен. Она провела пальцами по его челюсти. - У тебя есть секреты. - О себе и Луи.

Ей хотелось знать больше. Он осторожно подобрал слова. - Во Франции Луи убил несколько важных политических фигур. - Я предотвратил одно из его покушений и с тех пор он преследует меня.

- Как модельер смог остановить убийцу?

- Тогда я... не был модельером. - Я работал на правительство.

Ее глаза загорелись. - Как Джеймс Бонд?

- Типа того.

- Я знала! Она усмехнулась. - Ты такой же сексуальный, как и Джеймс Бонд, и тебя окружает опасная аура.

Он поднял брови. - Думаешь, я сексуальный?

Ее щеки вспыхнули. - Я так сказала?

- Да. Он убрал со лба ее волосы. - Предполагаю, я должен оправдать свою репутацию.

- Полагаю. Ее взгляд опустился к его губам.

Это было приглашение. Он слегка коснулся губами ее губ. Она обняла его за шею, притягивая ближе. Его пронзили острые ощущения. Она хотела его. Он углубил поцелуй, изливая все его желание в движение губ и водоворот языка.

Она своим языком ласкала его и стонала. Он провел рукой по ее ребрам, добравшись до груди.

- Да, - продышала она около его щеки.

Он развел пальцы, чтобы обхватить грудь, затем слегка сжал. - Ты так прекрасна. Он ласкал ее ухо. Рядом пульсировала сонная артерия, излучая аромат четвертой группы крови. Она запрокинула голову, чтобы ему было легче целовать шею, не понимая насколько это эротично для вампира. Его пах начал синхронно пульсировать в такт циркуляции ее крови.

- Хизер. Он прошелся поцелуями по щеке. Zut (фр. - Дерьмо), какое неподходящее время. Ее нужно любить должным образом, а он через десять минут буквально будет мертвым.

Она запустила руки в его волосы. - Поцелуй меня.

Как он мог устоять? Он еще раз впился в нее губами и исследовал ее языком.

Он обвел пальцем вокруг ее груди и почувствовал, как напрягся сосок. Выпуклость в паху быстро становилась пыткой. - Я хочу остаться с тобой. - Хочу любить тебя, но мне нужно идти.

- Почему? Она поцеловала его в щеку. - Куда ты идешь?

- У меня... деловая встреча в Сан-Антонио, - солгал он. - Но я вернусь вечером. - Между тем, я хочу, чтобы ты немного отдохнула.

- Я буду скучать.

Он погладил ее по волосам. - Я тоже буду скучать. Одним быстрым рывком он вторгся в ее сознание и почувствовал как она дрожит от его холодного проникновения. "Спи, любовь моя".

Она медленно выдохнула и закрыла глаза. - Я сонная, - прошептала она.

- Я знаю. Он аккуратно уложил ее на диван. Подложил под голову подушку и стянул с соседнего кресла плед, чтобы накрыть ее. Поцеловал ее в бровь. - Сладких снов, милая.

Она улыбнулась, затем ее лицо стало пустым.

Жан-Люк выключил свет и спустился в подвал к своей одинокой кровати.

Понедельник прошел без происшествий, и Хизер была благодарна за это. Первую половину дня она спала, пока Фиделия и Бетани не спустились и не обнаружили ее на диване. После быстрого завтрака, она начала звонить по поводу своего дома. Также сообщила в детский сад, что Бетани будет отсутствовать всю неделю. Хотелось бы надеяться, что неприятности с Луи не затянутся. Хотя она не будет возражать, если ее общение с Жаном-Люком растянется на недели или месяцы. Или годы. В нем прекрасно сочетались нежность и сексуальность. Она не могла дождаться снова его увидеть.

Она принесла вниз несколько игрушек и когда Бетани увлеклась игрой, она попросила Пьера впустить ее в дизайн-студию. Она спросила комбинацию, объяснив, что будет постоянно входить и выходить. Пьер только улыбнулся и опустил затвор, чтобы дверь не захлопнулась.

Вскоре она забыла о таинственном кодовом замке, целиком окунувшись в работу. Она решила переделать белое платье из демонстрационного зала. Она перетащила манекен в студию и расположила его рядом с рабочим столом. Затем приложила лекало, которое могло быть скорректировано под больший размер и встала рядом с манекеном. До и после. Нулевой размер и двенадцатый.

Она осмотрела полки вдоль стен, разыскивая подходящий материал. Здесь было так много превосходных тканей, вскоре она разложила на столе десять рулонов.

Под винтовой лестницей она обнаружила полки с канцелярскими принадлежностями. Она выбрала большой блок бумаги для рисования и несколько карандашей "Prismacolor". Несколько часов она делала наброски, затем вернулась на кухню за обедом.

Фил и Пьер присоединились к ним с ход-догами. Пьер заставил их смеяться, настаивая, чтобы они называли его обед "le хот-дог". Наконец, появился Альберто. Должно быть он поздно лег и проспал. Он искоса посмотрел на их еду.

Хизер заметила, что его водолазка скрывала отметины на шее. Она обменялась взглядом с Фиделией.

Она усмехнулась. - Мучачо, ты сжаришься в этом свитере. - Сегодня будет девяносто шесть градусов (прим. 96 градусов по Фаренгейту - 35 градусов по Цельсию).

- Хочешь немного? - спросила Хизер.

Он вздрогнул. - Я поем в городе. - На главной улице есть довольно хорошая немецкая пекарня.

- О, да. Хизер знала, о чем он говорил, так как это была единственная немецкая пекарня на главной улице. - Финкель выпекает лучший яблочный штрудель в Техасе.

- Vraiment (фр. - Правда)? Пьер протянул Альберто ключи от машины и двадцать долларов. - Ты должен принести штрудель для всех, d’accord (фр. - Договорились)?

- Я вам не мальчик на побегушках, - проворчал Альберто. - Но, ладно. - Чао! Он взял ключи и деньги и уехал.

- Спасибо. Хизер улыбнулась Пьеру.

Он пожал плечами. - Я немного тоскую по дому. - В Париже повсюду кондитерские изделия. - Самый восхитительный хлеб и выпечка. - Я по ним скучаю.

- Звучит замечательно. Хизер вздохнула. - Я всегда хотела увидеть Париж. - Слышала, что там очень особенные крысы.

Пьер забормотал с испуганным взглядом. - Париж - самый красивый город в мире. - Я скажу Жану-Люку, чтобы он взял вас с собой. - Моя мама приготовит для вас самого лучшего цыпленка в вине, которого вы когда-либо пробовали.

- Я в предвкушении. Она вернулась к работе с приподнятым настроением. После часа рисования эскизов она услышала, что в студию вошел Альберто.

- Штрудель на кухне. Он посмотрел на ткань на ее рабочем столе. - Вам нравятся цвета.

- Да.

Он обошел стол, изучая ее работу. - Я предпочитаю черный и нейтральные цвета. - Более утонченные.

- А. Это должно означать, что она была простушкой.

Он сморщил нос от лекала для платья, который она увеличила до двенадцатого размера. - Слишком большое для высокой моды.

- На самом деле я не стремлюсь быть такой... затейливой. - Я хочу сделать что-то, что хорошо бы смотрелось на таких как я.

Его глаза расширились. - Зачем?

- А почему бы и нет? - Я тоже ношу одежду.

- Ну, да. Его пристальный взгляд мучительно дрейфовал по футболке и джинсам. - Но вы ведь понимаете, что существует огромная разница между простой одеждой и модой.

- Знаю. - Я хочу приблизить моду к таким женщинам, как я. - Я хочу, чтобы они наслаждались своей одеждой и гордились тем, как они выглядят.

Он выглядел так, словно она говорила на иностранном языке. - Гордиться двенадцатым размером? - А Жан-Люк знает, что вы делаете?

- Да. - Он попросил меня об этом.

Брови Альберто взметнулись вверх. - Вы шутите?

Она стиснула зубы. - Нет. - Я на полном серьезе. - Мода должна быть доступна для всех.

Он фыркнул. - Наверно, эта какая-то странная американская идея о равенстве.

- Приму это как комплимент.

- Это - бред. - Мир моды принадлежит "сливкам общества". Альберто оглядел ее.

- Жан-Люк смеется над вами. - Ясно, чего он хочет.

Ее лицо запылало. - Вы оскорбили не только меня, но и Жана-Люка. - У него достаточно здравого смысла, чтобы понять, что он упускает огромный рынок. - Многие женщины никогда бы не смогли носить те странные вещи, которые демонстрируются в наши дни на подиумах. - У Жана-Люка есть мужество и дальновидность, чтобы предоставить женщинам одежду, которую они действительно могут носить.

Альберто самодовольно улыбнулся. - Вижу, он - ваш герой. - Интересно, как долго это продлится. - Особенно, когда вы узнаете о нем больше. Он побрел к двери. - В моем кабинете у меня есть работа. - Создавать настоящую моду.

Хизер попыталась возвратиться к работе, но было трудно сконцентрироваться. Жан-Люк просто смеялся над ней, потому что был увлечен? Она просмотрела свои эскизы. Для нее они выглядели хорошо, но рисование хорошего эскиза не гарантировало красивое платье. И что Альберто имел в виду, сделав саркастическое замечание о ней и Жане-Люке? Означало ли это, что Жан-Люк нравился бы ей меньше, если бы она больше знала о нем?

Она глубоко вздохнула и медленно выдохнула. Она не поступила бы так с собой. Она бы не позволила победить страху и неуверенности в себе. Она боролась со страхом.

Богу было известно, что у нее много причин бояться. Новая карьера, новые отношения с Жаном-Люком, убийца-психопат, который желал ее смерти. Отказаться от всего - это не вариант.

Она могла сделать карьеру. Это было бы сложно, но что-то стоящее никогда не дается легко. А отношения с Жаном-Люком могли бы быть еще лучше. Этим утром он был таким милым. И сексуальным. Сердце бешено колотилось каждый раз, когда она думала о его поцелуях и о том способе, которым он массировал ей спину и ласкал грудь. Ее кожа, покрывшаяся мурашками, жаждала его прикосновения.

Он сказал, что хочет ее и она знала, что это правда. Выпуклость в его штанах прижималась к ней и о, Господи, она хотела прикоснуться к нему. Она хотела заняться сексом с мужчиной, которого встретила несколько дней назад. И, слава Богу, она вовремя заснула.

Что с ней происходит? Любовь - ответил тихий внутренний голос. Нет, этого не может быть. Но тогда почему она постоянно думала о нем? Почему она считала каждую минуту, мечтая снова его увидеть?

Любовь.

Так и не сумев сосредоточиться, она оставила эскизы на рабочем столе и вернулась на кухню. Фиделия смотрела телевизор, пока Бетани играла. Чучело крокодила гналось за Барби вокруг кухонного стола, а кукла делала все, чтобы защитить от нападения рептилии коробку со штруделем. Хизер порадовала себя кусочком штруделя, затем присоединилась к игре дочери. Вскоре они услышали Фиделию, захрапевшую в кресле, это всегда заставляло Бетани смеяться.

Хизер готовила ужин, когда с криком проснулась Фиделия. - Что такое? Она ближе подошла к пожилой женщине, чтобы Бетани не могла их расслышать.

- У меня снова было видение, - прошептала Фиделия. - Красные глаза, пылающие в темноте. - Опасность.

Хизер поморщилась. - Они все еще не нашли Луи.

Фиделия потерла лоб. - Я видела еще кое-что. - Масляная картина. - Думаю, я видела ее раньше.

После ужина Хизер повела Бетани купаться. Они вернулись на кухню около восьми вечера, чтобы Бетани могла перекусить перед сном. Хизер задумалась, вернулся ли после деловой поездки Жан-Люк.

Фиделия загружала посудомоечную машину. - Я вспомнила, где видела ту картину. - Я позвонила и переговорила с хранителем музея, миссис Болтон. Она вручила Хизер листок бумаги.

У Хизер расширились глаза, когда она прочитала информацию. - Я слышала об этом месте. - Сейчас это музей?

- Да. - Миссис Болтон сказала, что оставит его открытым для вас до девяти вечера.

- Хорошо. Хизер сложила листок и сунула его в карман джинсов. Странное место, чтобы брать туда Жана-Люка. Она снова задумалась, вернулся ли он. Она взглянула на недавно установленную камеру наблюдения с красным, мерцающим огоньком.

- Знаю, - пробормотала Фиделия. - Не люблю быть под наблюдением.

Кто наблюдал? - задалась вопросом Хизер. Кто бы это ни был, она надеялась, что они получили удовольствие от продолжительной саги "Барби против крокодила". Дверь распахнулась и вошел Робби, как обычно в сине-зеленом килте.

Он улыбнулся. - Добрый вечер. - Жан-Люк в дизайн-студии и он хотел бы видеть вас.

Сердце Хизер забилось быстрее. Она обняла дочь. - Мне нужно идти. - Долг зовет. Работа и безнадежное влечение.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/12003/38760

Переводчики: Rosanna, tusenka88