Готовый перевод Meg Cabot - Jinx / Мэг Кэбот - Колдунья: Глава 1

Глава 1.
Дело в том, что у меня всегда была хреновая удача.

Только посмотрите на мое имя: Жан.

Не Жан-Мари, или Жанин, или Жанетт, или даже Жанна

Просто Жан

Знаете ли вы, во Франции Жан это мужское имя? Это Джон по-французски

Хорошо еще, что я не живу во Франции.

Но все же.

По сути, я девушка с именем Джон.

Даже если бы я жила во Франции.

Просто такая у меня удача.

Эта удача которая преследует меня с тех пор как мама заполняла мое свидетельство о рождении

Таким образом,для меня не было сюрпризом, когда таксист не помог мне с моим чемоданом.

Мне уже пришлось выдержать прибытие в аэропорт, и обнаружить, что никто меня не встречает, после этого не получить ответа ни на один из моих звонков, когда я пыталась выяснить, где мои тетя и дядя.

Неужели в конце концов я им не нужна? Они передумали? Услышали ли они о моем невезении - преследовавшем меня на всем пути из Айовы - и решили, что не хотят, чтобы это отразилось на них?
Но даже если бы это было правдой - а как я себе уже говорила миллион раз с момента прихода в зону выдачи багажа, где, как предпологалось, они должны были встречать меня, и не увидев никого кроме носильщиков и водителей лимузинов, держащих маленькие таблички с именами всех, но не меня - я ничего не могу с этим поделать.

Я, конечно, не могла вернуться домой.

Оставался только Нью-Йорк - и дом тети Эвелин и дяди Теда - или поражение.

Таким образом, когда таксист вместо того, чтобы выйти и помочь мне с сумками, просто ткнул маленькую кнопочку так, что багажник приоткрылся всего на несколько дюймов, это было не самым худшим из случавшегося со мной.

Это даже не было худшим из случившегося со мной в тот день.

Я достала свои сумки, которые весили, должно быть, не меньше пятидесяти тысяч фунтов каждая - за исключением футляра для скрипки, конечно же - и захлопнула багажник. И все это, стоя в центре Восточной шестьдесят девятой, с вереницей машин позади, нетерпеливо сигналящих из-за того, что не могли проехать благодаря припаркованному через дорогу от дома тети и дяди фургону.

Почему я?правда...

Я хотела бы знать.

Такси отъехало так быстро, что мне практически пришлось прыгнуть между двумя припаркованными машинами, чтобы не попасть под колеса.

Гудение прекратилось, как только очередь ожидавших машин двинулась снова, все водители бросали на меня злобные взгляды, проезжая мимо.

Именно все эти злобные взгляды сделали это - заставили меня осознать, что я действительно в Нью-Йорке.

Наконец-то.

И конечно, я видела линию небоскребов из такси, пересекая Мост Триборо... остров Манхэттэн, с Эмпайр Стэйт Билдинг, торчащим в середине как блестящий средний палец...

Но неодобрительные взгляды были тем, что действительно обеспечило это.

В Хэнкоке никто бы не был таким злым по отношению к человеку, приехавшему из другого города.

Не то чтобы в Хэнкоке много приезжих...

Но все равно.

В общем, я стояла на улице.

Это была одна из тех улиц, которые вы всегда увидите на ТВ, когда вам пытаются дать понять, что все происходит в Нью-Йорке.

Например, сериал "Закон и порядок".

Типичные узкие 3- и 4-этажные домики из коричневого камня с яркими дверями и каменными ступеньками...

Как говорила моя мама, при постройке в далеких 1800-х годах, эти нью-йоркские дома задумывались как односемейные.

Но сейчас их разделили на квартиры, так что на этаже живут по 2 и иногда более семей.

Но домик Эвелин, маминой сестры, не такой.

Тетя Эвелин и дядя Тэд Гардинер владеют всем домом из 4 этажей.

Это практически по целому этажу на человека, учитывая, что у тети Эвелин и дяди Теда всего три ребенка, мои кузены Тори, Тедди и Элис.

Там, дома, у нас всего два этажа, на которых живут семь человек.

И только одна ванная.

Не то чтобы я жалуюсь...

Но с тех пор, как мою сестра Кортни обнаружила blow-outs, в доме стало довольно мрачно.

Но несмотря на много этажей, дом моих тети и дяди был очень узкий - всего 3 окна в ширину.

И все-таки, это был вполне симпатичный домик, серого цвета, со светло-серой отделкой.

Дверь была яркая, веселого желтого цвета.

На каждом окне висели ящики с ярко-красными геранями, очевидно недавно высаженными, т.к. была только середина апреля, и для них было еще прохладно.

Было очень приятно осознавать, что даже в таком стремительном и бурлящем городе люди все еще помнят, каким по-домашнему уютным может быть куст герани.

Вид этих гераней немного меня подбодрил.

Как будто Тетя Эвелин и дядя Тед просто забыли о моем приезде, а не преднамеренно оставили одну в аэропорту, т.к. передумали насчет моего пребывания у них.

Как будто все будет замечательно, в конце концов.

Да

С моей удачи, вероятно, нет.

Я начала подниматься по ступенькам к двери дома 326 на Ист 63-й Стрит, когда внезапно поняла, что не дотащу сразу обе сумки и скрипку.

Оставив одну сумку на тротуаре, я потащила другую по ступенькам, зажав слрипку подмышкой.

Я оставила первый чемодан и футляр со скрипкой на верху ступенек и вернулась за вторым чемоданом.

Только, боюсь, мне не следовало так быстро бежать, т.к. я споткнулась и упала лицом на тротуар.

В последний момент я ухитрилась схватиться за железную оградку вокруг мусорных баков дома Гардинерс.

Пока я там висела, все еще в шоке от почти случившейся катастрофы, стильно одетая леди в возрасте прошла мимо меня и покачала головой. Она вела на поводке кото-то, похожего на крысу, правда, скорее всего это была собачка, т.к. она была накрыта шерстяной накидкой.

Ее выражение лица было возмущенным, как будто я нырнула с этого крыльца специально, чтобы ее напугать.

Дома в Хэнкоке, если человек видел кого-то упавшего со ступенек, - даже если это была я, падавшая почти каждый день, - он бы обязательно поинтересовался, в порядке ли упавший.
На Манхэттене, видимо, порядки были совершенно другие.

Когда женщина с крысой прошествовали мимо, я услышала скрип.

Выпрямившись и обнаружив, что мои руки покрыты ржавчиной от прикосновения к забору, я увидела, что дверь на 326 Восточной 69-ой улице открылась и на меня смотрела молодая симпатичная блондинка.

- Привет? - сказала она с любопытством

Я забыла о старой женщине и моем почти полете на мостовую.

Я улыбнулась и поспешила наверх по ступенькам.

Хотя я не могла поверить в то, как сильно она изменилась, я была очень рада ее видеть, правда немного тревожило то, что вряд ли она испытывала те же чувства ко мне.

- Привет. - сказала я.

- Привет, Тори.

Молодая женщина, очень миниатюрная и блондинистая, смотрела на меня не узнавая.

- Нет, - сказала она.

- Нет, я не Тори.

- Я Петра.

Впервые я заметила ее акцент, судя по всему европейский.

Я няня Гардинеров.

- Ох, - сказала я неуверенно.

Меня не предупредили о няне, приехавшей из Европы.

К счастью, я знала, что это такое, т.к. в одной из серий "Закон и порядок" я видела такую няню, которую, правда, подозревали в убийстве ребенка, за которым она присматривала.

Я протянула Петре покрытую ржавчиной руку.

- Привет, - сказала я.

- Меня зовут Жан Ханичерч.

Эвелин Гардинер моя тетя.

"Жан?" Петра автоматически пожала руку.

Ее рукопожатие стало сильнее.

- А, ты имеешь в виду Джинкс? (человек, приносящий несчастье)
Я поморщилась, но не от мощного рукопожатия - оно было слишком сильное для такой хрупкой девочки.

Нет, я поморщилась, т.к. моя репутация летела впереди меня, если даже няня знала меня под этим именем.

- Хорошо, - сказала я.

А что еще я могла сделать? Надо платить за второе начало жизни в месте, где меня никто не знал под этой кличкой.

- Моя семья называет меня Джинкс.

И продолжит делать это вечно, если я не смогу изменить свою удачу.

.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: перевод редактируется

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/12262/39736

Переводчики: Anjelika9, fiona013, phenomenon, Sanar