Готовый перевод Dragon Age: The Stolen Throne. David Gaider / Dragon Age: Утерянный трон.: Глава 2

Мэрик проснулся с уверенностью, что он все еще в лагере бунтовщиков, и все это ему приснилось в страшном ночном кошмаре, причиной которого стало испорченное рагу. Скоро его мать проскользнет в его комнату, чтобы пожурить за столь долгий сон. Но не смотря на ощущаемое им облегчение, он знал, что это неправда. Одеяло, которым он был укрыт, было потертым и пахло плесенью, а комната маленькой и незнакомой. Синяки и порезы полученные прошлой ночью напоминали о себе. Постепенно он начал вспоминать произошедшее.

Несколько раз во время пути Логейн был уверен, что их преследуют. Здоровяка Дэннона возмутило,что Логэйн настоял на том, чтобы пойти в обход более длинным путем. Мэрик не скупился на осторожность, но когда они добрались до предгорья, он был готов протянуть ноги. Они потратили два часа, устало тащась сквозь темноту, промерзнув до костей, не перекинувшись и парой слов друг с другом. Он только тускло помнил как они добрались до лагеря и то, как его удивило количество замаранных палаток, разбросанных среди камней и кустов. Он ожидал, может быть, всего несколько преступников, но здесь было целое сообщество, скрытое в скалах. Он помнил размытые подозрительные взгляды и прошептанные обвинительные приветствия. Но потом Мэрика уже не волновало, решили ли они запереть его или приготовить его на обед. Сон, в котором он отчаянно нуждался, в определенный момент добрался и поглотил его.

Мягкий звук всплеска вернул Мэрика в настоящее. Он совершил ошибку, посмотрев на яркий полуденный солнечный свет, пробивавшийся через маленькое окно, который заставил его вздрогнуть. Его зрение было размыто и голова раскалывалась от настойчивых и неприятных ударов.

Проморгавшись, его глаза привыкли достаточно, чтобы видеть, но смотреть было не на что. Он вспомнил одно долговременное строение в лагере, крохотную избушку, которая не могла состоять более чем из одной комнаты, и он предположил, что это она и есть. Мебели было не много: неустойчивая кровать, на которой он лежал, один стол и несколько куч чего-то, похожего на грязные тряпки. Единственным украшением была вырезка из дерева над кроватью: ярко горящее солнце внутри круга. Святой символ.

Мэрик расправил свои плечи, пытаясь совладать с болью. В глубине своего сознания он отметил удивительный факт, что под одеялом он был всего лишь в нижнем белье.

"Я тебя разбудила?" - послышался голос рядом с кроватью. Он вытянул шею и понял, что женщина сидела рядом с ним на коленях все это время, промакивая тряпку в чаше с водой. "Извините. Я пыталась не шуметь, как только могла." Ее голос звучал любезно и по-матерински, на ней было красное одеяние, что относило ее к служителям Церкви. У него было всего несколько возможностей войти в свой храм с тех пор, как Церковь прогнулась под узурпатором очень давно, но Мать все-равно настояла на церковном образовании. Он верил в Создателя и почитал жертву Его первой жены и пророчицы, Андрастэ, как, наверное, каждый ферелденец. Мэрик определенно узнал жрицу, когда увидел ее. Но что она делала здесь, в лагере преступников?

"Ваше...Преподобие?" Его голос был похож на хриплое карканье. Он прокашлялся, что усилило удары в его голове. Он громко простонал и положил голову назад, чтобы отойти от тошноты от вращающейся кругом комнаты.

Женщина печально улыбнулась. "О, Боже мой, нет. Не настолько величественно." Теперь Мэрик увидел ее более ясно. Возраст изменил ее, но очень изящно. Ее светлые локоны уступили дорогу седине, а ее усталые глаза были подчеркнуты их тяжестью. Было довольно легко увидеть ту красоту, которой она без сомнения обладала много лет назад. Помимо одежды, на ней был золотой медальон с изображением креста Андрастэ и венком священного огня. Она заметила его пристальный взгляд и улыбнулась. "К сожалению мои дни среди иерархии Chantry далеко позади."

Она закончила выжимать окрашенную тряпку и продолжила обтирать его лицо. Вода была холодной и освежающей, так что Мэрик закрыл глаза и позволил ей ухаживать за ним. Когда она наконец остановилась, он коснулся ее руки. "Как долго я...?"

Она помолчала, изучая его взглядом усталых серых глаз. В нем было сострадание, но и подозрение так же. "Большую часть дня", - ответила она наконец. Затем она ободряюще улыбнуласть и откинула волосы с его лба. "Не волнуйся, парень. Что бы ты не натворил, здесь ты более менее в безопасности на данный момент"

"А где конкретно "здесь"?"

"Логейн не сказал тебе?" Она вздохнула и снова окунула тряпку в воду, тут же окрасившуюся алым цветком растекающейся крови. "Нет, он не сказал бы, не так ли? Проще победить дракона, чем вытянуть из этого парня больше двух предложений подряд. Он сын своего отца." Её насмешливый взгляд давал понять, что у нее были нужные объяснения.

"Это Южные Холмы, у самой границы Диких Земель... хотя я полагаю, ты и так это знаешь." Она осторожно протерла его затылок, обеспечивая новый пронзающий все его тело приступ боли. Похоже это и был источник его пульсирующей боли, Мэрик постарался не задумываться слишком сильно насколько серьезно он изранен. "У этого места нет названия. Это место, где мы остановились на время и не более. По необходимости люди в лагере вынуждены были объединиться. В большинстве своем они просто пытаются выжить."

"Звучит знакомо," пробормотал Мэрик. Однако, он задумался, насколько его жизнь похожа на их. Даже в бегах, у него и его матери всегда было приличное жилье, где бы они не были. Отдаленные замки, спрятанные в горах монастыри... Всегда был кто-то из знати, готовый их принять или кто-то, готовый обеспечить им просторную палатку в походе. Он всегда сильно жаловался на это, на ограничения, которые он терпел, на скуку и нехватку свободы. Судя по грязи, которую он видел здесь, по своему прибытию, эти люди возможно считали его привелигерованным. Возможно он таким и был.

-

"Гарет - тот, за кем мы следуем. Он охраняет нас и с каждым годом кажется, что нас все больше и больше. Кажется, что здесь никогда нет недостатка отчаянных душ, которым некуда идти." Она легко коснулась его головы, взглянув с интересом. "Это отец Логейна, если ты еще с ним не знаком."

"Не знаком"

"Познакомишься." Она снова отжала тряпку; на этот раз разводы получились темные и зловещие. Мерик задумался, наколько сильнее пострадала его голова, чем ему до этого казалось. "Я - Сестра Эйлис."

"Хайрэм."

"Да, я слышала." Сестра указала на его руки. "Тебе наверное хочется их отмыть."

Мерик посотрел на свои руки и увидел, что они все такие же грязные, покрытые запекшейся кровью и грязью до самый плеч. Он молча взял предложенную намоченную тряпку.

"У тебя на руках так много крови," сказала она прямо. "Это не моя. Большей частью." Ее взгляд был спокоен, но насторожен. "И что ты чувствуешь сейчас?" Он медленно вытер руки, не сводя с них глаз.

Он понимал, что она имела в виду. Первым делом ему было необходимо сохранять тайну своей личности, и это было безусловно правильно. В конце концов Сестра Эйлис сама сказала, что эти люди в отчаянье. Мерик не знал, какую награду может назначить за него узурпатор, но очень может быть, что она будет больше того, что эти люди когда-либо могли себе представить. Не нужно быть бедняком, чтобы понимать, что обещание благополучия может подкупить кого угодно. Он задумался, сколько золотых соверенов понадобилось, чтобы меч рассек тело его матери.

"Он напал на меня. Я лишь защищался." голос звучал глухо, и казался фальшивым даже ему самому. "Они убили мою мать."

Даже произнеся это вслух он не смог в это поверить.

Сестра долго и изучающе смотрела на него. "Создатель не оставит ее," произнесла она, смягчившись.

Мэрик колебался. "Да присмотрит за ней Создатель," повторил он осипшим от горя голосом. Сестра Эйлис положила свои руки на его, жестом понимания. Он отдернул руки куда более грубо, чем следовало, но она ничего не сказала. Всю долгую неловкую паузу он глядел на свои недомытые руки. Она забрала у него окровавленную тряпку и опять выжала.

Запинаясь, он сменил тему. "Если вы служительница Церкви, то что вы делаете здесь?"

Сестра улыбнувшись кивнула, как если бы этот вопрос уже задавали ей множество раз. "Когда Создатель вернулся в мир, Он выбрал себе невесту, которая стала его пророчицей. Он мог обратить свой взор на Империю, с ее богатством и могущественными магами. Мог обратить его на высокоразвитые земли запада, или города северного побережья. Но вместо этого Он пригладелся к варварам с самой границы Федаса."

"И так Создатель встретил Андрасте," продолжил Мэрик сразу, "ту, которая из отверженных станет Его невестой. С чьих губ сорвется Песнь Света, и под чьим командованием легионы справедливости войдут в мир."

"Образованный?" Сеста выглядела впечатленной, но Мэрик уже проклинал свою любовь покрасоваться. Она прикоснулась к золотому символу, висящему на шее, будто он был ее давним другом. "Люди забыли, что Ферелден не всегда был таким как сейчас, родиной невесты Создателя. Когда-то он был презираем цивиллизованным миром." Она слегка улыбнулась, глаза моргнули. "Иногда самое ценное оказывается там, где ты меньше всего ожидал его найти."

"Но разве эти люди не...?"

"Преступники? Воры? Убийцы?" Она пожала плечами. "Я здесь, чтобы направлять их и помогать им в их борьбе, наколько это в моих силах. Судить об их поступках дано только Создателю, больше никому."

"Но магистры судили Андрасте после ее похода. Они сожгли ее на костре за все беды, как известно."

-

Она весело усмехнулась. "Да, кажется, я слышала что-то такое."

-

Их прервал Логейн, зашедший в хибару. Он был чище, чем помнил Мэрик, и сейчас был облачен в доспех, сшитый из битых кожаный полосок. Доспех выглядел тяжелым, а длинный лук, свисавший с его плеча, пугающим. Необычайно хорошее снаряжение для браконьера, про себя подумал Мэрик. Логейн сверлил его взглядом, возможно, исследовал. Кроме сестры, там не было ничего защищающего от подозрения в его глазах. Вдруг смущенный Мэрик натянул одеяло, чтобы скрыть свою наготу.

"Так он все таки решил не тратить весь день на сон," сухо заметил Логейн, не сводя пристольного взгляда с Мэрика.

"Ему уже лучше", заметила сестра. Она подняла с пола таз с водой. "Его раны незначительны. Ты хорошо поступил, принеся его сюда, Логейн."

Его взгляд переметнулся на нее. "Поживем - увидим. Он рассказал тебе что-нибудь?"

Мэрик поднял свою руку. "Эмм... вообще-то я здесь..."

Сестра удивленно изогнула бровь: "В самом деле. Почему ты не спросишь его?"

"Я собираюсь." Он обратился к Мэрику: "Мой отец хочет видеть тебя." Не дожидаясь ответа, он развернулся на пятке и ушел обратно на солнечный свет.

Сестра указала вперед на кучу одежды в углу комнаты, рядом с маленьким столом. "Твои сапоги под столом. Боюсь, придется сжечь все остальное. Там нет ничего модного в куче, но я уверена ты найдешь что-нибудь подходящее." Она повернулась на выход.

- Сестра Эилис, - крикнул Мэрик. Она остановилась в дверях, посмотрев назад, а он вдруг понял, что у него нет подходящих слов.

"Я бы не заставляла Гарета ждать."это все что она сказала перед тем как уйти.

Мэрик вышел в лагерь. В яркий полдень он выглядел почти как любая другая шумная деревня.

Недалеко от ручея на камнях было развешено белье, тушки кроликов дымились на нескольких кострах, болтающие между собой женщины штопали палатки, маленькие дети носились под ногами. Наверное, они были худее и грязнее, чем обычно он видел, но не сильно отличались от других мест в Ферелдене. Орлесианцы не были самыми добрыми правителями. Вокруг было много мусора, достаточно, чтобы понять, что он стоят тут уже месяцами.В конце концов, достаточно долго, чтобы построить ту хибару, из которой он только что вышел. Несколько людей, одетых преимущественно в лохмотья, оценивали внешность Мэрика и открыто сверлили его леденящими расчетливыми взглядами. Хорошие кожанные доспехи Логейна определенно были здесь исключением.

Осматриваясь, он достаточно легко заметил стоящего недалеко Логейна, разговаривовшего с крупным мужчиной, которого Мэрик принял за его отца. Мужчина был одет в такой же доспех из битой кожи, обладал похожим суровым взглядом и такими же черными волосами, однако их было гораздо меньше и гораздо больше седины на висках. Даже если бы он был в обносках как другие, невозможно было бы ошибиться в том, кто ведет этих людей. Мэрик всю жизнь знал таких людей - тот тип людей, которые были командирами в армии его матери, людей, которые дышат и живут дисциплиной всю свою жизнь. Странно, что он нашел такого человека здесь.

Наконец, Логейн заметил стоящего посреди всей этой суеты Мэрика и и кивнул головой, чтобы его отец тоже обратил внимание. Этот подозрительный пристальный взгляд не продлился и секунды, а Мэрик задумался, что он сделал прошлой ночью, чтобы заработать такую враждебность.

Это потому что ты врал ему и до сих пор врешь, напомнил он сам себе, и потому что ты неумелый болван.

Пара мужчин пересекла лагерь, пока Мэрик ждал их, сгибаясь, как будто оцения себя издалека. Именно тогда он почувствовал, что оказался от королевской жизни настолько далеко, насколько это возможно, замерзший, больной и неуклюжий. Он поймал себя на желании, чтоб его мать пришла на его спасение. Мятежная Королева выглядила величественно в своей золотой броне, с золотыми волосами и развивающемся на ветру плаще. Всегда было легко заметить, почему люди любят ее. Эти бедняки тот час бы упали на одно колено, если бы она была здесь, включая Логейна и его отца.

-

Но она больше не придет на его спасение и капризные желания не изменят этого. Мэрик крепко сжал челюсти и не уклонился от смотрящих на него двух пар ледяных синих глаз.

"Хайрэм." Гарет приветствующе протянул руку. Мэрик пожал ее и тотчас же осознал насколько силен был этот человек. Гарет был уже не молод, но Мэрик был уверен, что отец Логейна мог бы сложить его пополам и метнуть как маленького ребенка, при этом он едва ли бы вспотел.

"Мм, да," он сглотнул. "Здравстуйте. Вы должно быть Гарет?"

"Это я." Гарет почесал свой подбородок, смущая Мэрика своим взглядом, как будто он был какой-то диковинкой. Логейн стоял на шаг позади, с определенно безразличным выражением лица. "Мой сын сказал, что ты попал в неприятности рядом с Лотерингом. Тебя преследовали люди банна Керлика."

"Там были и другие, но да." Он медленно кивнул. "Как много их было?"
"Я не уверен. Казалось, что много"
"И все в лесу? Банн Керлик даже не из этих мест. Ты

знаешь почему они там собрались?"
"Нет," соврал Мэрик. Ложь висела в воздухе, пока они пристально смотрели на него

глаза Логейна еще сильнее сузились. Очевидно Мэрик мог бы добавить в свой список недостатков еще и "ужасный врун". Это качество он при всем желании не мог считать королевской добродетелью, так еще и мать постоянно твердила, что это ее (добродетели, а не матери) полнейшая противоположность. Неожиданно его горло пересохло, но он решил стоять на своем. "Они погнались за мной после того как убили моего друга."

Гарет быстро придрался. "Твоего друга? Или твою мать?"

Ну конечно, сестра Эйлис им рассказала. Внезапно в голове Мэрика все закружилось, он пытался вспонмить, что уже сказал и что еще не успел. Эта попытка обернулась приступом боли в затылке. "Моя мать и есть мой друг," запинаясь объяснил он.

"А почему вы были в лесу? У вас там дел не больше,чем у банна Керлика."

"Мы просто... проходили мимо."

Гарет обменялся с сыном многозначительными взглядами, которые Мэрик не мог прочитать. Старший вздохнул и задумчиво почесал подбородок. "Послушай, Хайрэм," благоразумно начал он, "В нашем положении... мы должны быть очень осторожными, всегда. Если король послал сюда солдат, мы должны знать зачем."

Мэрик промолчал, и лицо Гарета помрачнело от злости. Он повернулся и показал на других людей лагеря, некоторые из них начали уже собираться вокруг. "Видишь этих людей?" сказал Гарет спокойно. "Я несу за них ответственность. Моя цель - их безопасноть. Если те солдаты идут сюда - "

Мэрик беспокойно огляделся, постепенно осознавая размеры привлеченной им толпы. "Я бы хотел об этом знать."

"Не стоило его приводить," Логейн выругался.

Однако Гарет не слушал сына. Вместо этого он озадаченно уставился на Мэрика. "Почему они присделовали тебя?" Его брови сдвинулись. "Что ты натворил?"

"Я ничего не сделал.""

"Он лжет!" Взревел Логейн. Выхватив поясной нож он, сделал угрожающий шаг вперед. Толпа наблюдателей заворчала в ответ, почуяв запах крови. "Дай мне убить его, Отец! Это моя вина. Я не должен был приводить его сюда."

Выражение лица Гарета не изменилось. "Он не лжет."

"Что это значит? Нам надо от него избавиться, так давай сделаем это." Логейн бросился на Мэрика, но Гарет поставил руку между ними. Логейн остановился, уставившись на отца с удивлением и непониманием, но Гарет все еще смотрел на Мэрика.

Мэрик неуверенно сделал шаг назад, но несколько хмуро смотрящих человек преградили ему путь. "Смотрите," сказал он медленно, "Я могу просто уйти. Я не хочу, чтобы вы из-за меня пострадали."

"Нет," отрезал Гарет. Его тон не допускал возражений. Он взглянул на Логейна. "Насколько ты уверен, что вас не преследовали?"

-

Логейн подумал и ответил. "Мы оторвались от них примерно на полпути назад. Это точно."

Он поморщился. "Но это не значит, что они не смогут нас найти. Мы здесь уже слишком долго. Сколько местных знают, что мы до сих пор тут?"

Его отец кивнул, принимая ответ, и опять посмотрел на Мэрика. "Я отправил несколько человек, чтобы узнать, что там готовится. Если мы в опасности, я хочу узнать об этом сейчас. Итак?"

Где-то внутри Мэрик сдался. Банн Кеорлик и остальные конечно же будут искать его и в конце концов выследят. На какую-то секнду он даже решил рассказать все. Но разве они поверят? И если даже поверят, поможет это ему или навредит? "Да," наконец выпалил он. "Да, я... вы в опасности, пока я останусь здесь."

Логейн презриетльно фыркнул и повернулся к Гарету. "Отец, мы соро узнаем, попали ли мы в неприятности. Не стоит оставлять его здесь, от этого будет только хуже. Лучше убить его, и этим обезопасить себя."

Несколько человек кивнули, и их глаза недобро сверкнули. Гарет тем не менее не одобрил слова Логейна. "Нет. Мы не сделаем этого."

"Но почему?"

"Я сказал нет." Отец и сын смотрели друг другу глаза. Над толпой повисла мертвая тишина, никто не хотел ввязываться в этот, очевидно, давний спор. Мэрик молчал. Он не был идиотом.

"Ладно." Логейн наконец уступил и отвел глаза. "Тогда давайте выдвигаться. Без промедлений."

Гарет выслушал его. "Нет." Он покачал головой. "Мы подождем, пока вернутся наши люди. У нас еще есть время." Затем он обралится к одному крепкому парню, стоящем рядом. "Йорин, отведи Хайрэма, или как там его, назад к сестре. И присмотри за ним." Парень кивнул и Гарет продолжил громче, чтобы слышали все собравшиеся вокруг и ожидавшие зрелища. "Слушайте все! Возможно, скоро нам придется уходить! Я хочу, чтобы все были готовы!" Решение принятно, и они знали это. Толпа начала расходиться, но взгляды и шепот были взволнованные. Люди были напуганы.

Логейн кинул мрачный взгляд на Мэрика, которого уводили придерживая за плечо.

Он услышал, как Логейн говорил отцу. "Клянусь, я смогу вытянуть из него правду. Всю правду."

"Со временем. А сейчас с ним надо обращаться как с тем, кто он и есть: напуганным парнем, который нуждается в нашей помощи."

Гарет сказал свое заключительное слово, перепалок больше не было слышно. Йорин вел Мэрика обратно в бревенчатую хижину, и Мэрик не сопротивлялся. Над головой, выше деревьев темные тучи скрывали полуденное солнце. Собирался дождь, сильный дождь.

"Как думаешь, кто он все таки такой?" Логейн не стал отвечать на вопрос Поттера, который перенатягивал его лук.

Один из немногих эльфов, путешествовавших с лагерем, Поттер мог рассчитывать на большее, чем слоняться по округе и распространять праздный сплетни, и Логейн не хотел дальше усиливать и без того растущую панику. Для всех было бы лучше, если бы отец разрешил заставить "Хайрема" выложить все, что тот скрывал. А он точно что-то скрывал - Логейн чуял это. В какой-то момент ему даже показалось, что Хайрэм хочет рассказать, но этого не произошло. И отец отпустил его.

"Давай!" Настаивал Поттер, стоя на коленях рядом с Логейном. "Ты должен что-то знать! Ты же всю ночь шлялся с ним, так ведь?"

Эльф потерял одно из своих острых длинный ушей, что делало его голову несколько кривобокой. Еще у него был уродливый шрам через все лицо, оставивший ему пустую глазницу и постоянные насмешки. Это был "подарок" от Орлесианского лорда, и Поттер никогда не забывал о нем.

Раб, предположил Логейн. В большинстве городов эльфы жили свободно в своих трущобах, самых бедных, какие только бывают. Их рабству много лет назад был положен конец, к этому приложила руку сама пророчица Андрасте, но до сих пор торговля эльфами тайно процветала в отдаленных концах Империи.

Однажды вечером они выпивали, и Поттер готов бал рассказать о своих несчастьях, горечь подкатила к горлу и готова была вылиться наружу, как лишняя выпивка. Но он проглотил ее, и потом избегал этой компании, пока все благополучно о нем не забыли.

У каждого свои секреты. Логейн вздохнул и заставил себя дать Хайрэму то же право на недоверие, которое дал ему отец. Это было нелегко.

"Тебе есть, чем заняться?" бросил он Поттеру. Эльф вздохнул и поспешил уйти. Он знал, что лучше не доставать Логейна, а то правда придется работать.

Но вопрос Поттера был интересный. Если Хайрем шпион, то лучший из тех, о которых Логейн когда-либо слышал, или еще лучше. А может он тот, за кого себя выдает. Гарет всегда позволял жалости руководить им. Никто не совершенен. Но точно было что-то, что они упустили, какой-то кусочек головоломки, который Хайрэм им не дал, и он беспокоил Логейна. Как и у большинства в лагере, у него годами развивалось чувство, говорившее ему ,когда надо убегать. И сейчас оно безумствовало. Просто посмотрев вокруг, он видел это во всех глазах. Люди ускоряли шаги и подпрыгивали от каждого шума, доносившегося из леса. Некоторые уже убирали палатки, собирали провизию, ожидая, что отец скажет уходить.

Логейн старался избегать дома Сестры Эйлис, пока не закончит с луком, не желая искушать себя. У сестры был собственный способ задавать вопросы новичкам лагеря, и он признавал тот факт, что зачастую он работал там, где не удалось выжать информацию ни ему, ни его отцу. Многие видели сестру в роли лидера лагеря так же, как и его отца, и отец в течение многих лет всегда прислушивался к ее советам. Было время, когда Логейн надеялся, что эта привязанность может перерасти в нечто большее, это было бы хорошо для них обоих. Но сестра Эйлис следовала своему призванию, а отец никогда уже не сможет стать таким, каким был до побега из фермы. Много времени понадобилось Логейну, чтобы понять, что часть души Гатера умерла той ночью.

-

Сестра Эйлис знала, что его отец хотел, чтобы Лоегйн был лучше, чем есть, но ему пришлось смириться с этим. Падрик сторожил на краю лагеря, забравшись на камень, что позволяло ему видеть всю долину не сходя с места. Этот парень был на пару лет младше Логейна, но отлично стрелял из лука и считался толковым. С другой стороны, сейчас Дэннон стоял рядом с ним, и это не сулило ничего хорошего.

Двое мужчин резко перестали шептаться, когда он подошел. "Не видел никого из людей, отправленных отцом?" спросил Логейн Падрика, он не стал интересоваться темой прерванного разговора.

"Пока нет," робко ответил тот. Он повернулся и посмотрел на склон впереди.

"Там ничего не было видно." "Там говорили об уходе" Объявил Дэннон. Он скрестил свои

Руки и сердито посмотрел на Логейна. "Сегодня ночью, возможно, если никто не скажет "это глупо". Падрик не отрывал глаз от долины. "Даже если кто-нибудь знает что блондин здесь, что из этого? Они обойдут все вокруг

Ради одного человека?" "Я согласен". Логейн повернулся и посмотрел на Даннона. "Но если ты хочешь присоединиться к

к трусам, Даннон, почему ты не продолжишь и не сделаешь это? К тому же, ты такой не один."

"Ты cам сказал, что этот парень опасен"

"Я сказал, что мы не знаем кто он. Скоро с нас будет достаточно. И если мой отец думает, что нам стоит уйти, он так и скажет."

Дэннон заерзал. "Это ты сделал," ворчал он. "Это ты захотел привести его, не я." С этим он поспешно удалился.

Падрик с облегчением смотрел в след уходящему Дэннону. Он благодарно улыбнулся Логейну и вернулся к дежурству. "Тем не менее он прав. Это странно."

"Что странно?"

"Ну..." Он кивнул головой в сторону долины. " Хоть кто-то из разведчиков должен был уже вернуться."

"Давно задерживаются?"
"Час. Может два. Дождя еще не было,так что я не знаю...

Я думал Генрик вернется, по крайней мере. Он волновался за свою девушку, ребенка и тому подобное."

Желудок Логейна будто начал тонуть. "Кому-нибудь говорил?" "Только Гарету." Он кивнул и пошел обратно тем же путем, которым пришел.

Он хотел убедиться лично, к тому же возвращение в лагерь, где отец пытается удержать людей от паники - обоснованной или нет, не сулило ничего хорошего. Логейн думал о том, что причины, побуждающие этих людей держаться вместе, очевидны. Отец организовывает их, благодаря ему они не голодают, а сестра Эйлис объединяет их - никого не смущает, что среди них есть несколько таких, кому есть куда пойти, но они в бегах, каждый по своим причинам, таким людям просто не доверяют. Отец думает иначе, он утверждает, что в тяжелые времена людям нужно объединяться с сильными. Когда Гарет говорил это, Сестра Эйлис улыбалась и в глазах появлялись слезы. В какой-то момент эта вера отца даже казалось похожей на правду. Но Логейн хорошо знал. Если что-то пойдет не так, Дэннон будет отнюдь не единственной крысой, бегущей с тонущего корабля.

Логейн отсутвовал большую половину дня, надеясь положить конец свои худшим опасениям. Сначала он пошел по тропе, которой они пришли прошлой ночью, чтобы убедиться, что их не преследовали. Он вернулся к Южным холмам, в надежде встретить кого-то из людей отца, да вообще хоть кого-нибудь. Но путешественники редко заходили так далеко на юг, и он увидел только огромное количество лошадиный следов по направлению к Лотерингу. К этому времени стемнело, и надвигающаяся буря возвестила о себе струями ледяного дождя, Логейн был обеспокоен.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.
Его статус: идёт перевод

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/12397/40363

Переводчики: violectra, MissMiss, Antomax, Darkspawn

Rirun, Almariel