Готовый перевод "Сrescendo" Becca Fitzpatrick / "Крещендо" Бекка Фитцпатрик: Глава 11

В понедельник после школы Ви подбросила меня к библиотеке. Я остановилась у входа, чтобы позвонить маме - я это делала ежедневно - отметиться. Как обычно, она сказала мне, что работа не позволяет ей сидеть сложа руки, а я ответила, что школа тоже не позволяет мне расслабиться.

Войдя внутрь, я поднялась на лифте на третий этаж – в медиа-лабораторию, проверила электронную почту, просмотрела свою страничку на Фейсбуке и отсканировала изображение Пэрис Хилтон. Чтобы еще раз помучить себя, я в который раз забила в поисковике "Черная Рука". На экране появились те же самые ссылки. Я ведь и не ожидала найти что-нибудь новенькое, не правда ли? В конце концов, за неимением причин, по которым можно было бы еще потянуть время, я открыла учебник химии и занялась учебой.

Было уже поздно, когда я якобы закончила заниматься и вышла, чтобы найти автомат по продаже снэков. Окна городской библиотеки выходили на запад, солнце уже спряталось за линию горизонта, и ночь неумолимо приближалась. Я прошла мимо лифта и спустилась по ступенькам, ощущая острую необходимость в небольшой физической нагрузке. Слишком долго сидела, в онемевших ногах ощущалось покалывание.

В вестибюле я вставила в аппарат несколько долларов, взяла упавшие в приемник соленые крендельки и бутылочку клюквенного сока, и вернулась на третий этаж. Когда я вошла в медиа-лабораторию, на моем столе невозмутимо восседала Ви, поставив свои желтые лакированные каблучки на стул. Выражение ее лица было смесью самодовольного веселья и раздражения. Она держала на весу маленький черный конверт, зажав его двумя пальцами.

" Это тебе" сказала она, кидая конверт на стол. " И это." Она протянула мне бумажный мешочек из пекарни, верх которого был завернут в рулончик."Ты наверняка голодна."

Судя по пренебрежительному выражению лица Ви, в конверте находилось что-то плохое, и я предпочла спросить, что в мешочке.
" Кексы!"

Ви ухмыльнулась."Девушка в пекарне сказала мне, что это натурпродукт. Уж не знаю, как они производят эти натуральные кексы и почему они такие дорогие, но уж так есть."

"Ты мой герой".

"Сколько еще времени ты планируешь пробыть здесь?"

" Минут тридцать."

Она положила ключи от Неона рядом с моим рюкзаком. " Мы с Риксоном собираемся перекусить, так что сегодня ты сама будешь водителем. Я оставила Неон на подземной стоянке. Ряд Б. Но бак заполнен лишь на четверть, так что не сходи с ума"

Я взяла ключи, стараясь не обращать внимания на неприятный укол в сердце, который я тут же оценила как ревность. Я испытывал ревность к новым отношениям Риксона и Ви. Ревность к ее планам на ужин. Ревность из-за того, что теперь она была ближе к Патчу, чем я. Пусть Ви никогда об этом не упоминала, я была уверена, что, встречаясь с Риксоном, она порой сталкивалась с Патчем. А еще, я знала, что сегодня ночью они вместе смотрели фильмы. Эта троица развалилась на диване Риксона, в то время как я в одиночестве проводила время в фермерском доме. Мне до безумия хотелось спросить Ви о Патче, но горькая правда была в том, что я не могла. Я порвала с ним. Я сама вырыла себе яму, и теперь самое время в нее угодить.

Хотя с другой стороны, ну разве может навредить один маленький вопрос?

"Эй, Ви?"

Уже у двери она обернулась. " Да?"

Я открыла было рот, но вдруг вспомнила о чувстве собственного достоинства. Ви была моей лучшей подругой, но у нее слишком длинный язык. Спрашивать о Патче было рискованно, ведь он может узнать об этом из пусть не первых, но вторых рук. И поймет, как тяжело мне без него.

Я натянуто улыбнулась. "Спасибо за кексы."

"Все для тебя, детка".

После ухода Ви, я убрала оберточную бумагу на одном из кексов и ела одна в тихом механическом гуле лаборатории.

Я еще полчаса делала домашнюю работу и съела еще два кекса, прежде чем наконец осмелилась взглянуть на черный конверт, находящийся на краю моего взгляда. Я знала, что не смогу избегать этого всю ночь.

Разрывая печать, я вытряхнула черную открытку с небольшим сердцем, выбитым в центре. На ней было написано слово извини. Открытка была с ароматом горького парфюма. Я подняла ее к носу и глубоко вдохнула, пытаясь оставить странно опьяняющий аромат. Запах горелых фруктов и химических специй заволакивал, опускаясь вниз по горлу. Я развернула открытку.

Я был придурком прошлой ночью. Простишь меня?

Я автоматически отбросила открытку подальше от себя. Патч. Я не знала, как расценивать его извинение, но мне совсем не нравилось волнение, которое оно во мне вызвало. Да, он был придурком. И он думал, что простая надушенная открытка может это изменить? Раз так, то он недооценивает глубину травмы, которую нанес мне. Он поцеловал Марси. ПОЦЕЛОВАЛ ее!
Мало того, он вторгается в мои сны. Не имею понятия, как он это делает, но, просыпаясь утром, я знаю, что он в них был. Это было больше, чем мелкая ссора. Если он способен проникать в приватность моих снов, что еще ему подвластно?

"Десять минут до закрытия" - прошептала библиотекарь стоя во входной двери.

Я отправила три пункта эссе об аминокислотах на принтер, затем собрала мои книги и впихнула их в рюкзак. Взяла открытку Патча, поколебалась немного, затем разорвала ее на несколько частей и бросила обрывки в мусорную корзину. Если бы он хотел сказать извини, он мог сделать это лично. Не через Ви и не в моих снах.

На полпути к коридору, забирая мои задания с печати, я потянулась к ближайшему столу, чтобы почувствовать себя устойчивей. Правая часть моего тела казалась тяжелее, чем левая, и мой баланс колебался. Я сделала еще один шаг и моя правая нога подкосилась, как будто была сделана из бумаги. Я присела, держась за стол обеими руками, держа голову между локтями, чтобы кровь снова затекла в моем мозгу. Теплое, вялое ощущение закрутилось по моим венам.

Выпрямляя ноги, я пришла к шаткой устойчивости, но со стенами что-то было не так. Они вытянулись аномально длинно и узко, как если бы я смотрела на них через зеркало в доме веселья. Я сильно моргнула несколько раз, пытаясь довести свой взгляд в координационный центр.

Мои кости заполнились железом, отказывались двигаться, и мои веки полностью опускались под флуоресцентными лампами. В панике я приказала им открыться, но мое тело все отменило. Я чувствовала, как теплые пальцы заворачивали вокруг мой разум, угрожая перетащить его в сон.

Запах, я думала смутно. В открытке Патча.

Я была на руках и коленях сейчас. Странные прямоугольники колебались вокруг, вращаясь передо мной. Двери. В комнате выстроились открытые двери. Но чем быстрее я подползала к ним, тем быстрее они отскакивали. Вдали я слышала мрачный тик-так. Я отошла от звука, ясно зная, что часы были в глубине комнаты, напротив двери.

Спустя несколько мгновений я поняла, что мои руки и ноги уже не двигаются, ощущение ползания не более чем иллюзия в моей голове. Ковролин царапал мою щеку. Я стала сражаться еще раз, чтобы подтолкнуть себя, затем закрыла глаза, весь свет понесся прочь.

Я проснулась в темноте.

Искусственно прохладный воздух горел на моей коже и тихий гул машин заполнял шелестом все вокруг. Я вынула руки из-под себя, но когда попыталась подняться, точки пурпурного и черного затанцевали в моих глазах. Я проглотила комок хлопковой текстуры и перевернулась на спину.

Это было, когда я вспомнила, что была все еще в библиотеке. По крайней мере я была уверена, что это то, где я была. Я не помню как ушла. Но что я делаю на полу? Я попыталась вспомнить, как я попала сюда.

Открытка Патча. Я вдохнула острый горький запах. Вскоре после этого я рухнула на пол.

Я была под наркотиками?

Патч подкинул мне наркотики?

Я лежала, сердце колотилось, глаза мигали так быстро, что мигание накладывалось друг на друга. Я попыталась встать во второй раз, но почувствовала, как будто кто-то сел в центре груди. Через мгновение, сильнее наполнившись решимостью, я заставила себя сесть. Цепляясь за стол, я перетащила себя на ноги. Мой мозг протестующи кружился, но глаза определили размытый зеленый знак выхода над дверью медиа-лаборатории. Я пошатнулась.

Повернула ручку. Дверь открылась на дюйм, затем остановилась. Я собиралась толкнуть сильнее, когда что-то по другую сторону окна расположенного в двери бросилось в глаза. Я нахмурилась. Это странно. Кто-то привязал один конец веревки к внешней ручке двери, а другой конец к ручке двери одной соседней комнаты.

Я ударила рукой по стеклу. "Эй?" - крикнула я неуверенно. "Кто-нибудь меня слышит?"

Я снова попыталась открыть дверь, потянув ее изо всех сил, которых было не так уж много, так как мускулы, казалось, плавились, словно горячее масло, когда я пыталась их напрячь. Веревка была натянута между двумя ручками очень туго. Все, что мне удалось - это отворить дверь лаборатории примерно на пять дюймов. Мягко говоря, недостаточно, чтобы протиснуться в эту щелку.

"Здесь кто-нибудь есть?" крикнула я через щель двери. "Меня заперли на третьем этаже!"

Библиотека ответила молчанием.

Мои глаза расширились от темноты и я нашла часы на стене. Одиннадцать? Это не может быть правдой? Я действительно спала более двух часов?

Я вытащила свой телефон, но сигнала не было. Я попыталась войти в интернет, но была неоднократно информирована, что не было никаких доступных сетей.

Лихорадочно осматривая лабораторию, я задерживалась взглядом на каждом предмете, выискивая хоть что-нибудь, что поможет мне выйти отсюда. Компьютеры, вращающиеся стулья, канцелярские шкафы ... Ничто не заслуживало моего внимания. Я опустилась на колени рядом с вентиляцией в полу и закричала: - Кто-нибудь меня слышит? Меня заперли в медиа-лаборатории на третьем этаже! Я ждала, молясь, чтобы мне кто-нибудь ответил. Мне оставалось надеяться лишь на то, что неподалеку от библиотеки кто-нибудь еще только заканчивал свою работу, чтобы пойти домой. Но была уже почти полночь, и я знала, что этот факт отнюдь не в мою пользу.

В главной библиотеке шестерни загремели в движении, как клетка лифта в конце зала поднялась с уровня земли. Я дернула головой в сторону звука.

Как-то раз, когда мне было года четыре или пять, папа взял меня в парк, чтобы научить езде на двухколесном велосипеде. К полудню я могла без посторонней помощи сделать круг в четверть мили. Папа крепко обнял меня и сказал, что пришло время идти домой и показаться маме. Я клянчила у него еще два круга, и в итоге мы сошлись на одном. Когда я выпрямилась на велосипеде, то увидела огромного коричневого пса неподалеку от нас. Он смотрел на меня, не мигая. И в тот самый момент, когда мы, не двигаясь, глядели друг на друга, я услышала голос, прошептавший: "Не двигайся". Я сдерживала дыхание и терпела, несмотря на то, что ноги порывались сорваться с места и побежать так быстро, как только могли, в безопасное место, к отцу.

Пес навострил уши, и агрессивными прыжками помчался ко мне. Я дрожала от страха, но не шевелилась. Чем ближе подходил пес, тем сильнее мне хотелось убежать, но я знала, что стоит мне двинуться, и животные инстинкты собаки заставят его погнаться за мной. На полпути ко мне пес потерял интерес к моему застывшему подобному статуе телу и повернул в другую сторону. Я спросила папу, слышал ли он голос, приказавший мне оставаться на месте, а он ответил, что это была интуиция. И если я прислушивалась к ней, то в девяти случаях из десяти принимала правильное решение.

Инстинкт говорил сейчас. Убирайся.

С ближайшего стола я схватила монитор и запустила им в окно. Стекло разбилось, а в центре образовалась огромная дыра. Тогда я взяла с конторского стола большой дырокол и выбила им оставшееся стекло. Потом подтащила стул и забралась на него, зафиксировала оконную раму, подсунув под нее свои туфли, и выпрыгнула в холл.

Лифт ожил и загудел, оповещая, что поднимается на второй этаж.

Я рванула по коридору. Усиленно работала руками, потому что знала, что должна добежать до лестницы, расположенной рядом с лифтом, раньше, чем лифт поднимется еще выше, и тот, кто находится внутри, увидит меня. Я дернула дверь на лестничную клетку, потратив на это несколько драгоценных секунд и бесшумно закрыв ее за собой. В коридоре по ту сторону двери остановился лифт. С грохотом открылась раздвижная дверь, и из него кто-то вышел. Я скользила вниз, опираясь на перила, чтобы ускорить свой спуск и хоть немного приглушить стук каблуков по ступеням. И была уже на полпути ко второму пролету, когда на лестнице надо мной открылась дверь. Я замерла, не желая, чтобы преследователь обнаружил мое местоположение.

Нора?

Моя рука скользнула по перилам. Это был голос моего отца.

Нора? Ты здесь?

Я сглотнула, желая крикнуть ему в ответ. А потом вспомнила особняк.

Хватит прятаться. Ты можешь верить мне. Позволь мне помочь тебе. Давай, скажи, где ты.

Тон его голоса был незнакомым и требовательным. В особняке, когда папа впервые заговорил со мной, его голос был мягким и нежным. Тот же голос сказал мне, что мы не одни и мне нужно уйти. Когда же он заговорил снова, то тембр изменился. Его голос вдруг стал властным и обольстительным. Что, если папа пытался связаться со мной? Что, если потом он исчез, и этот незнакомый голос только прикидывался им? Я была поражена мыслью, что кто-то мог выдавать себя за моего отца, чтобы заманить меня ...

Чьи-то тяжелые шаги спускались по лестнице почти бегом, прервав мои размышления. Кто бы это ни был, он шел за мной.

Я побежала по ступенькам вниз, уже не заботясь о том, чтобы не шуметь. Быстрее! Кричала я себе. Беги быстрее!

Мой преследователь неумолимо приближался, и вскоре расстояние между нами сократилось до одного лестничного пролета. Как только мои ноги ступили на первый этаж, я скользнула в дверь, ведущую в вестибюль, пересекла его и выскочила в темноту ночи.

Снаружи было тепло и тихо. Я уже подбежала к бетонным ступеням, ведущим на улицу, когда внезапно изменила свои планы. Взобравшись на перила слева от входа в библиотеку, я приземлилась на небольшой палисадник, уровень которого был ниже ступеней метра на три. Двери библиотеки на крыльце надо мной открылись. Я прижалась к бетонной стене, ногами отпихнув от себя мусор.

Услышав, как кто-то, не торопясь, начал спускаться по лестнице, я помчалась вдоль стены. У библиотеки не было собственной стоянки - лишь подземная парковка, которую она делила со зданием суда. Туда я и свернула, нырнула под шлагбаум и принялась обшаривать взглядом весь периметр парковки в поисках Неона. Где, Ви говорила, она припарковалась?

Ряд Б ...

Я пробежалась по проходу и увидела чуть выступающий вперед багажник Неона. Сунув ключ в дверь, я опустилась на водительское сиденье и завела мотор. Как только я начала выруливать в сторону выхода, из-за угла выехал темный внедорожник. Водитель на полной скорости несся в мою сторону.

Я переключилась на вторую передачу и, с силой надавив на педаль газа, выехала перед самым капотом джипа, на секунду опередив его намерение заблокировать мне выезд.

Мой разум был слишком измучен последними событиями, чтобы соображать, куда я еду. Я спустилась еще на два уровня вниз, даже не подумав притормозить перед знаком "Стоп", и свернула на Уолнат. Машина позади меня ускорилась, следуя буквально по пятам. Скорость Неона подскочила до семидесяти километров в час, а дорога передо мной стала двухполосной. Я разогналась до восьмидесяти, посматривая то на дорогу впереди себя, то в зеркало заднего вида.

Не включив поворотника, я крутанула руль и съехала на боковую улицу. Внедорожник скользнул по бордюру, следуя за мной. Еще дважды повернув направо, я объехала квартал и вернулась на Уолнат. Обогнала белый двухдверный купе, этим маневром разместив его между собой и джипом. На светофоре впереди зажегся желтый, и я, прибавив скорости, пролетела перекресток уже на красный. Мои глаза приклеились к зеркалу заднего вида: я видела, как белая машинка остановилась, и огромный внедорожник позади нее взвизгнул тормозами.

Я несколько раз резко вдохнула и выдохнула, чувствуя пульсацию в руках, кисти рук крепко сжимали руль.

Я поднялась вверх по Уолнат, но как только оказалась по другую сторону холма, пересекла полосу встречного движения и свернула налево. Переехала через железнодорожные пути и виляла по неосвещенному райончику одноэтажных полуразрушенных домов. Я знала, что нахожусь в Слотервилле. Этот район заслужил свое прозвище больше десяти лет назад после того, как на детской площадке трое подростков расстреляли друг друга из пистолетов.

Я сбросила скорость, так как мое внимание привлекло здание, расположенное далеко от дороги. Никаких огней. Отдельно стоящий, незапертый и совершенно пустой гараж, поблизости - ни одного жилого дома. Я заехала в него задним ходом. После того, как я трижды проверила, заперты ли дверные замки, я погасила габаритные огни. И ждала, опасаясь, что в любой момент фары внедорожника выскользнут из темноты.

Покопавшись в сумочке, я отрыла свой мобильный.

"Алло," ответила Ви.

- Кто еще прикасался к открытке, которую дал тебе Патч? - Требовательно спросила я.

"Что?"

- Патч сам передал тебе открытку? Или Риксон? Кто еще дотрагивался до нее?

- Ты объяснишь мне, к чему этот допрос?

- По-моему, меня отравили.

Молчание.

- Ты думаешь, что открытка была отравлена? - Наконец, с сомнением в голосе, переспросила Ви.

- Бумага была пропитана какими-то духами, - я нетерпеливо объяснила. - Скажи мне, кто дал ее тебе. Расскажи, как именно она к попала тебе.

- Когда я шла в библиотеку, Риксон позвонил узнать, где я, чтобы занести кексики, - она медленно рассказывала. - Мы встретились возле библиотеки, Патч сидел на переднем сидении в грузовике Риксона. Он дал мне открытку и попросил передать ее тебе. Я тебе ее и отдала, вместе с кексами и ключами от Неона, а потом вернулась, чтобы встретиться с Риксоном.

"Никто другой не прикасался к открытке?"

"Никто."

- Меньше чем через полчаса после того, как я понюхала открытку, я потеряла сознание. И не приходила в себя два часа.

Ви ответила не сразу, и я практически слышала, как она все обдумывает, пытаясь переварить полученную информацию. Наконец, она заговорила -. Ты уверена, что это было не из-за усталости? Ты достаточно долго пробыла в библиотеке. Я бы не смогла так долго заниматься учебой, не вздремнув.

- Когда я очнулась, - продолжала я, - вместе со мной в библиотеке кто-то был. Думаю, это был тот же человек, который меня отравил. Он гонялся за мной по всей библиотеке. Я выбралась, но он преследовал меня до Уолнат.

И еще одна продолжительная пауза. - Хоть мне и не нравится Патч, вынуждена сказать тебе я не верю в то, что он хотел тебя отравить. Он чокнутый, но все же у него есть принципы.

"Тогда кто?" Мой голос был немного визгливым.

"Я не знаю. Где ты сейчас? "

"Слотервилл".

- Что? Уезжай оттуда, пока на тебя кто-нибудь не напал! Приезжай сюда. Переночуешь у меня. Мы найдем выход. Разберемся в произошедшем, - но ее слова звучали как банальное утешение. Ви пребывала в точно таком же недоумении, что и я.

Я пряталась в гараже еще около двадцати минут, пока не почувствовала себя достаточно смелой, чтобы вернуться на улицы города. Нервы были расшатаны, голова кружилась. Я отказалась от возвращения на Уолнат, подумав, что тот джип может патрулировать ее в ожидании моего появления, чтобы снова упасть мне на хвост. Ведя машину по каким-то закоулкам, я, отчаянно спеша поскорее добраться до Ви, превысила допустимый лимит скорости.

Я была недалеко от ее дома, когда заметила, синие и красные огни в зеркале заднего вида.

Прижав Неон к обочине, я остановилась и в изнеможении опустила голову на руль. Я знала, что превысила скорость, и была зла на себя за это, но из всех ночей им нужно было поймать меня именно сегодня!

Через минуту, костяшки пальцев постучали в окно. Я нажала на кнопку, чтобы опустить его.

"Ну и ну," сказал детектив Бассо. "Давно не виделись"

Любой другой полицейский, подумала я. Любой другой.

Он достал свой блокнот. - Права и техпаспорт, ты знакома с процедурой.

Поскольку я знала, что увильнуть от штрафа не удастся - только не с детективом Бассо - я не видела повода притворяться, что раскаиваюсь. - Не знала, что работа детективов включает в себя выписывание квитанций на штрафы.

Он едва заметно ухмыльнулся. - Где пожар?

- Можете просто выписать мне штраф, и я поеду домой?

"Есть алкогль в машине?"

- Посмотрите, - ответила я, разводя руками.

Он открыл мою дверь. "Выходи".

"Почему?"

- Выходи, - он показал на пунктирную линию, разделяющую дорогу на две полосы движения, - и пройдись по линии.

"Вы думаете, что я пьяна?"

"Я думаю, что ты сумасшедшая, но я проверю твою трезвость, пока я держу тебя здесь."

Я вышла и захлопнула за собой дверь. - И далеко мне шагать?

"Пока я не скажу тебе остановиться".

Я сосредоточилась на том, чтобы опускать ноги строго на линию, но каждый раз, когда я смотрела вниз, мое зрение расплывалось. Я по-прежнему была под действием наркотика, он пагубно сказывался на моей координации, и чем сильнее я старалась идти прямо, тем сильнее меня пошатывало и уводило в сторону от дороги -. А вы не можете просто выписать мне штраф, надеть на меня наручники и отправить домой? -Голос мой звучал вызывающе, но изнутри я похолодела от страха. Если я не смогу пройти по линии, детектив Бассо может запросто бросить меня за решетку. Меня всю трясло, и я не была уверена, что выдержу ночь в тюрьме. Что если мужчина из библиотеки придет за мной снова?

- Конечно, большинство копов в маленьких городках позволили бы тебе сорваться с крючка. А кое-кто даже попросил бы за это мзду. Но я - не один из них.

- А то, что меня отравили, принимается во внимание?

Он засмеялся мрачно. "Отравили."

- Мой бывший парень сегодня вечером дал мне открытку, пропитанную духами. Я открыла ее, и вскоре потеряла сознание.

Детектив Бассо не прервал меня, и я продолжила: - Я была без сознания больше двух часов. А когда очнулась, библиотека уже была закрыта. Меня заперли в медиа-лаборатории. Кто-то привязал ручку двери ... - я остановилась.

Он кивнул, чтобы я продолжала. - Продолжай. Не прерывай историю на самом интересном месте.

Слишком поздно я сообразила, что только что призналась в совершенном преступлении. Я рассказала, что сегодня вечером была в медиа-лаборатории. Ведь завтра, когда библиотека откроется, первое, что они сделают, сообщат в полицию о разбитом окне. И я знаю, где в первую очередь детектив Бассо станет искать виноватого.

"Ты была в медиа лаборатории," подсказал он. " Что произошло дальше?"

Отступать уже слишком поздно. Я должна все рассказать и надеяться на лучшее. Может, мои слова убедят детектива, что в этом не было моей вины и что всем моим действиям есть оправдание.- Кто-то привязал к двери веревку, чтобы она не открылась. И чтобы выбраться, я бросила в окно компьютер.

Он откинул голову и громко рассмеялся. - Для таких как ты есть название. Распространители бреда. Ты как та назойливая муха, которую невозможно прогнать. Он вернулся к своей патрульной машине и вытянул рацию через открытую водительскую - дверь. Когда связь установилась, он сказал Мне нужно, чтобы кто-нибудь поехал в библиотеку и осмотрел медиа-лабораторию. Сообщите, что найдете там.

прислонившись к своей машине, он взглянул на часы. - Как думаешь, через сколько времени они мне перезвонят? У меня есть твое признание, Нора. Я привлеку тебя за нарушение права собственности и порчу имущества.

- Это называлось бы нарушением права собственности, не будь я заперта в библиотеке против своей воли, - я нервничала заметно.

- Если кто-то отравил тебя и запер в лаборатории, как ты оказалась сейчас здесь, на Хиккори, ведя машину со скоростью под девяносто километров в час?

- Тот, кто запер меня, не думал, что я выберусь из заточения. Я убежала из комнаты, пока он поднимался на лифте, чтобы схватить меня.

"Он? Ты видела его? Давай описание ".

"Я не видела его, но это был парень. Его шаги были тяжелыми, когда он спускался по лестнице за мной. Слишком тяжелыми для девушки. "

"Ты заикаешься. Обычно это означает, что ты врешь ".

- Я не лгу. Меня заперли в лаборатории, и кто-то поднимался на лифте, чтобы схватить меня.

Ну конечно.

- Кто еще мог быть в здании так поздно? - Резко спросила я.

"Сторож?" предложил он легко.

- Он был одет совсем не как сторож. Сбегая по лестнице, я взглянула наверх и видела черные штаны и кроссовки.

- То есть когда я приведу тебя в суд, ты скажешь судье, что ты - эксперт по одежде, которую носят сторожа?

- Парень преследовал меня и за пределами библиотеки. Он гнался за мной на машине. Сторожу это было бы ни к чему.

Рация затрещала, и детектив Бассо потянулся за приемником.

- Закончили обход библиотеки, - затрещала рация мужским голосом. - Ничего.

Детектив Бассо с подозрением уставился на меня. - Ничего? Уверены?

"Я повторяю: ничего."

Ничего? Вместо облегчения я почувствовала панику. Я разбила окно лаборатории. Правда. Это было на самом деле. Это не было воображаемым. Точно не было.

Успокойся! Приказала я себе. Такое случалось и раньше. Это не было чем-то новым. В прошлом подобные вещи были игрой разума. Кто-то манипулировал моим сознанием. Неужели это происходит снова? Но ... почему? Мне нужно было обдумать все это. Я тряхнула головой, тщетно надеясь, что резкое телодвижение подкинет мне правильный ответ.

Детектив Бассо оторвал верхний листок блокнота и сунул его мне в руку.

Мои глаза зацепились за сумму под чертой. - Двести двадцать девять долларов?!

- Ты превысила допустимую скорость на 50 километров, и была за рулем машины, которая тебе не принадлежит. Заплати штраф или увидимся в суде.

"Я-я не имею таких денег".

- Найди работу. Может, это убережет тебя от проблем.

- Пожалуйста, не делайте этого, - сказала я с мольбой в голосе.

Детектив Бассо изучал меня. - Два месяца назад парень без удостоверения личности, без семьи и без прошлого умер от удушения в спортзале средней школы.

"Было установлено,что смерть Джулса - самоубийство."-автоматически сказала я,но пот выступил сзади шеи. Что это должно было сделать с моим удостоверением?

- В ночь, когда он пропал, школьный психолог подожгла твой дом, а после инсценировала собственное исчезновение. Между двумя этими странными происшествиями определенно есть связь, - его карие глаза пригвоздили меня к месту. - Ты.

"Что вы говорите?"

- Расскажи мне, что на самом деле случилось той ночью, и считай, что никакого штрафа не было.

- Я не знаю, что случилось, - солгала я, потому что у меня не было выбора. Если я расскажу правду, будет только хуже. Уж лучше заплатить штраф. Я не могла рассказать детективу Бассо о падших ангелах и Нефилимах. Если даже я признаюсь, что Дабрия была ангелом смерти, он все равно мне не поверит. Равно как не поверит и в то, что Джулс был потомком падшего ангела.

- Позвони, - сказал детектив Бассо и, бросив мне свою визитку, сел в машину. - Если передумаешь, ты знаешь, как связаться со мной.

Я взглянула на карточку, когда он отъехал ". Детектив Иканус Бассо. 207-555-3333".

Квитанция на оплату штрафа в моей руке казалась тяжелой. Тяжелой и обжигающей. Как я собираюсь найти две сотни долларов? Я не могла одолжить деньги у мамы - она и так еле сводит концы с концами. У Патча есть деньги, но я сказала ему, что смогу позаботиться о себе. Я сказала ему, чтобы он проваливал из моей жизни. И как я буду выглядеть, если прибегу к нему при возникновении малейшей проблемы? Это все равно что признать, что все это время он был прав.

Это все равно что признать, что я нуждаюсь в нем.

Переведено на Нотабеноиде
http://notabenoid.org/book/12628/42650

Переводчики: Allessa, krispo, Alenka_Bugash, BezNika

arvenarian, Likassa